Behind the scenes

Выход. Беглым взглядом она искала выход. Полиция. Туалеты. Магазины. Слишком много всего, но Меган бросилась, куда было удобнее. За локоть ее схватил охранник, но она вырвалась, даже не оглянувшись. Половина аэропорта оглядывалось на нее и ругалось, но она бежала, сломя голову. Нагло толкала всех. В тот момент, девушка начала молиться, хотя давно потеряла веру. Вселенной, Богу, Аллаху — какая разница? Сейчас ей нужна любая помощь и любая надежда. Девушка вырвалась на улицу, делая глоток холодного воздуха. Голова не соображала, мысли разбегались так, что нельзя было прийти к единому решению. Но нужно. Нужно что-то сделать. Допустим, взять такси. Такси, такси, такси. Начала оглядываться, чуть ли не зажимать уши от бибиканья машин и разговоров людей. Так много шума. И так мало свободных такси. Да все равно. Все равно как, просто иди. Снова Меган сорвалась с места и побежала к дороге, через парковку. Чертовы машины продолжали гудеть, люди мешаться, а ветер дуть в лицо. Если у нее что-то не так, то все остальное тоже пойдет не так. Но сейчас нет времени на разговоры о неблагодарной судьбе; сейчас нужно просто рвать когти. Конечно, она ничем не поможет Падалеки, но она обязана была быть там. Вопрос любит или не любит уже потерял смысл. Да он никогда и не имел смысла. Просто беги. Бежала на красный. И что они все разбибикались сегодня? Люди смотрели как на психа. Кто-то даже пообещал перезвонить тому, на другом конце, чтобы разглядеть ненормальную. А эта ненормальная успела бросать «простите-извините», если в тот момент кислорода хватало. Вот она, дура, бежала, пообещав, что не подумает о нем никогда. Пообещав, что не будет подходить к телевизору по четвергам. Какие сейчас, нафиг, обиды… Все потеряло свою важность и выглядело смешным, если начать разбираться в его словах, действиях. Кажется, Девенпорт пробрало на нервное хихиканье. Перестань, идиотка. Что смешного? Как она не хотела просыпаться, зная, что Джаред встретит ее с довольной ухмылкой и пройдет мимо? Пусть пройдет. Пусть еще раз поиздевается или обвинит в чем-нибудь. Пусть даже затащит постель, а потом выставит за дверь — плевать. Но только не это. Мать Тереза, помешенная на скорой помощи. Да, он был прав. Снова засмеялась, начиная кашлять. Споткнулась и сбавила ход, но бежала. Местная больничка, в которую тогда попала Мег с больной ногой, уже близко. Видно табличку. Но с каждым выдохом руки становились холоднее. Коленки дрожали. Трусиха. Около входа столпился народ, и Мег чуть ли не захныкала. Фанаты. Да откуда они только берутся? Попробовала проскользнуть внутрь, но эти девушки стояли каменной стеной и не позволяли даже приблизиться к двери. Все что-то кричали, шептались между собой. Нет, она имеет право войти. Она — не они, верно? Рука Дженсена — как рука Господа с небес просунулась сквозь толпу и схватила Девенпорт за рукав. Хочешь не хочешь — через фанатов пройдешь. У входа, оказывается, стоял охранник и мало кого пускал. Точнее — никого, кроме их с Эклзом. Внутри еще больше шумиха. Все носились с телефонами и папками в руках, невнятно крича что-то друг другу. На лицах беспокойствие. Поэтому, Мег и оторвалась от мужчины и бросилась своим путем. Да, Дженсен был введен в курс дела, но девушку это не волновало. Даже на вопросы время тратить не хотелось. — Что происходит? — вырвалось, как только она увидела Падалеки за стеклом. Дыхание предательски участилось. — Не могут найти хирурга, — сдержанно пояснил актер, закрывая рот рукой. — Все заняты. Тогда в ней все обмерло; будто оглохла. Ноги и руки не чувствовала. Только глаза успела прикрыть и попыталась сглотнуть камень в горле. — Нет, нет, нет, они должны что-то сделать, — заулыбалась так глупо. — Пусть подключат к чему-нибудь, чтобы пока держался, — сквозь улыбку полились слезы, которые Мег каждую секунду вытирала. — Что-то они обязаны сделать. Дженсен не смог выдавить ни слова: сам начал метаться из стороны в стороны, закрывать глаза, останавливать каждого в халате и мучить вопросами. Что делать ей? Думать. Думать, пока не осенит. Она сидела на лавочке, качалась туда-сюда, изредка оглядываясь. Чувство, будто прошел час, но прошло всего пару минут. Или пару секунд. Время Меган не чувствовала. Резко застыла тогда, когда вспомнила Криса. Чертов хирург, номер которого остался в мобильнике девушки. Экран. Контакты. Быстрее, быстрее. Кристиан. Монотонные гудки убивали, заставляли до крови раздирать губу. — Алло? — Больница Сейнт Пол. Ничего не спрашивай. Просто приезжай быстрее, прошу тебя, — уже начинала пищать Девенпорт, растирая дыру на лбу. Молилась, чтобы тот не закидал ее вопросами. Не сказал что-то, что точно убьет ее. — Я буду через десять минут. Начала шумно дышать, будто сейчас стошнит. Уголок рта дернулся, но волны облегчения нет. Ничего нет. Пустота. В мыслях, в душе, в глазах… пусто, но все равно так невыносимо. Разве пустота может быть настолько тяжелой? Сейчас может. Сейчас все возможно и это так бесило. Как его смерть может быть в порядке вещей? Он же, мать его, Джаред Падалеки. Он не имеет права. Да, именно. Меган не разрешала ему взять, упасть в обморок и не проснуться. Когда он очнется, Девенпорт точно заделает ему парочку подзатыльников, чтобы знал. Заткнись уже наконец. Где Дженсен? Без разницы. Почему врачи все еще бегали туда-сюда? Да пусть бегают. Что с Джаредом? Вскочив с неудобной лавки и развернувшись к палате, девушка положила ладони на стекло. Как маленький ребенок, который увидел конфетку и не может ее достать. Врачи творили что-то непонятное, подсоединяли к аппаратам, втыкали шприцы, пока мужчина неподвижно лежал с закрытыми глазами. Даже переодеть не успели: фирменные джинсы, мятая белая майка и кроссовки черные. Все такой же Падалеки, только он сейчас не ржал, как конь и играл Сэма Винчестера. Но вчера же он смеялся. Вчера он пил и отмечал день рождения, а сегодня — это сон. Точно сон. Так быть не может. Повернувшись лицом к коридору, Меган заметила Эклза, который все время был напортив. Как она его не видела? Стоял, подпирал стенку, молчал. Мыслями раздирал себя на куски, как и Девенпорт. Нужно вместе пережить эти минуты, но что сказать друг другу? Того, что никто не знает наверняка? Может, посидеть и помолиться? Или оставить как есть. Они встретились сумасшедшими взглядами, и мужчина тут же отвернулся, закусывая кулак. Застучал ногой и не выдержал. Ушел вглубь коридора и завернул в туалет. От вида Дженсена, Мег еще больше раскисла. Кристиан все-таки нарисовался, весь запыхавшийся. Бежал, бедный. Девушка встала и дрожащей рукой указала на палату. Парень не дурак, сразу же подошел и, увидев переполох внутри, ломанулся в дверь. Теперь спокойней. Совсем чуточку. Крису она доверяла на все сто, и не боялась, что он сделает хуже. Он поможет, я знаю. Я знаю… Улыбнувшись, как дура, Девенпорт подняла голову и шмыгнула носом. Несколько врачей влетело за новым хирургом, но девушка даже не хотела смотреть. Поэтому и отошла подальше. А подальше стояли знакомые рожи со съемочной площадки. В одном кругу стоял Карвер с левыми мужиками, яро что-то обсуждая. Дальше Роберт, совсем один. Даже Джесси с Сарой стояли здесь и, заметив Меган, они только затухли. Не подошли. Да и Девенпорт тоже не подошла, просто вздохнула и повернулась в другую сторону. Не до разговоров. Хотя, Джереми с этим бы поспорил. — …Эти современные технологии все равно не сделают нормального Сэма, — говорил. — «Форсаж» прекрасно заменил Уокера графикой. Почему нет? — Не знаю, — наморщился. — Это долго. Проще убить Сэма. Да, это будет поворот в сюжете, но что, если не это? Мы давно ничего такого не делали, кстати. Тогда страх и слезы подевались куда-то. Она не сдвинула брови, не сжимала кулаки, даже не шелохнулась с места. На лице — ничего. Снова эта пустота, которая резала изнутри, но никак не отражалась на самой девчонке. Что же она чувствовала? Удивление. Самое настоящее удивление, которое не оставляло никаких сомнений. — Вы, — растолкала она пару человек, пропустив мимо ушей их возмущения. Внимание мужчин привлечь удалось. — Вы, никчемные куски мяса, — в глазах у нее пламя, а на лице Карвера приподнятая бровь. Хотелось столько всего вылить, что рот дергался. — Он, черт возьми, умирает. Он. Ваш друг. Ваша семья, — подняла палец, указывая на дверь. — И вы, — нервный смешок, на который все затаили дыхание, — вы думаете о том, как срубить побольше бабок? Некоторые отвели взгляды, но Карвер, двигая челюстью, гордо смотрел на Девенпорт. Злая улыбка. — Да будь сериал хоть тысячу раз популярен — это не ставит его выше человеческой жизни. Половина коридора слушала девушку. И Джереми такое внимание явно не нравилось; поэтому и заерзал, оглядываясь по сторонам. Но уйти или сказать что-то поперек он не смел. А Мег, отойдя на пару шагов, развела руками. — Друзья, у меня для вас новости. Вы - дерьмо. Вот это было низко. Совсем низко. Что с тобой не так? Джереми сглотнул, ожидая поддержки толпы в его пользу, но она молчала, не сводя взгляда с девушки. Девенпорт никого не видела. Она смотрела только на недоделанного сценариста и его дружков. Выдохнула, и под нос прошептала: — Слава богу, я уволилась.