Джеффри Чосер

Стайлз с трудом дождался, пока группа покинет аудиторию, и уверенно направился к кафедре. Однако едва он раскрыл блокнот, Дерек поднялся со своего места и стал судорожно закидывать бумаги в портфель. Стайлз кашлянул, пытаясь привлечь его внимание, но Дерек продолжил сборы, игнорируя его. В последнюю неделю всегда опрятный и выдержанный преподаватель выглядел чересчур… перевозбужденным? Нервным? Глаза за оправой очков бегали на протяжении всей пары, пальцы нервно мяли рукав кашемирового свитера, и он то и дело спотыкался в словах. Стайлз около часа пытался понять причину его поведения, но сдался, когда Дерек не смог дать жанровое определение «Королевы Фей». Стайлз не изверг, он не собирался дразнить нервного преподавателя после пары, однако из-за своих «подработок» он заметно отстал. У него имелась парочка вопросов, и он бы обязательно задал их во время лекции, если бы Дерек не игнорировал его все полтора часа. – Мистер Хейл, я по поводу работы, которую вы нам задали на среду... – начал он осторожно, подходя к кафедре. Дерек впервые за несколько дней соизволил поднять на него взгляд. Зелёные глаза тревожно поблескивали из-за очков. – У меня нет времени, мистер Стилински, – отрезал преподаватель, застегивая молнию на дипломате и подхватывая пиджак со стула. – Но это важно! – возмутился Стайлз, в пару шагов преграждая ему путь к двери. Дерек замер, едва не натолкнувшись на него. Быстрым движением он снял очки и прищурился, оглядывая Стайлза. Юноша закусил губу, не решаясь больше дерзить. – Не лучший момент для ваших шуток, - ледяным тоном проинформировал его аспирант. Стайлз почувствовал дистанцию в каждом слове. Ту самую дистанцию, которую Дерек позволял ему игнорировать непонятно по какой причине в течение трех месяцев. Ту самую черту, отдалявшую преподавателя от студента. Совершенно неожиданно для самого себя Стайлз осознал, что ему легко могли впаять запрет на приближение, если бы Дерек не был столь снисходителен. Ведь можно с уверенностью сказать, что такой молодой и сексуальный преподаватель явно не остался незамеченным у других студентов, Стайлз, наверняка, не один такой отчаянно-влюбленный. Однако никто ещё не переступал эту черту настолько, что Хейл начинал откровенно злиться. Сейчас перед ним был вовсе не герой его грёз и мокрых снов. Скорее учитель, вполне имеющий власть поставить крест на его обучении. – Мне действительно нужна ваша помощь, – тихо пролепетал Стайлз, вцепившись в свой блокнот. – Это эссе... За его спиной скрипнула дверь. Кто-то из студентов вернулся в аудиторию. – Уверен, что вы справитесь отлично, мистер Стилински, – Дерек опустил взгляд, будто опасаясь смотреть на него. – Всего хорошего. Он вышел быстрее, чем Стайлз успел открыть рот и возразить. Надо же, довёл. Стыд и смущение ударили в голову кровью, прилили в щекам, зачесались в носу. Он совершенно забыл о том, что Дерек не просто мужчина, к которому он испытывает нешуточную симпатию, но и его преподаватель. Взрослый и состоявшийся человек, жизнь которого не заканчивается в университете. Он довел несчастного до мандража. – Всё в порядке? – обратилась к нему вошедшая девушка. Стайлз глубоко вдохнул и выдохнул. Закрыл глаза. Посчитал про себя до пяти. Развернулся к пришедшей, натягивая на губы улыбку. - Да, да. Все хорошо. Кора нахмурила брови, внезапно став в чём-то схожей с Дереком. Если бы Стайлз не испытывал непреодолимой антипатии к женским гениталиям, он обязательно позвал бы маленькую копию своего преподавателя английской литературы на свидание. – Не похоже, – она с подозрением взглянула на закрывшуюся вследствие спешного ухода Хейла дверь. – Дерек накричал на тебя? Стайлз хмыкнул и засунул блокнот в рюкзак. – Мистер Хейл был не доволен мной, – пробормотал он едва слышно, сражаясь с замком портфеля. – Он не всегда такой мудак, Стайлз, – заверила его с кривой полуухмылкой Кора, открывая перед ним дверь. Стайлз непритворно улыбнулся ей и подтянул рюкзак на плечи. – Тебе виднее, ты же его сестра. – Да уж, – тяжело вздохнула Кора и указала ему на выход. Стайлз прошёл мимо нее в открытую дверь. Девушка последовала за ним. Ненавязчиво, не прилипчиво. Будто им было, что обсудить. – Иногда мне кажется, что наш факультет населяют одни Хейлы. И те, кто нам нравятся. Стайлз вспомнил Лидию, которая совершенно точно ходила позавчера на свидание с профессором Хейлом. И приёмного сына декана факультета Талии Хейл Айзека Лейхи, который наравне с Дереком преподавал в аспирантуре немецкий язык. И девушку Айзека Эрику. И Скотта, которому Питер Хейл на факультет молекулярной биологии писал рекомендательное письмо (как бывший парень его матери). И Стайлз, который влюбился в Дерека, едва брутальный преподаватель черкнул мелом по доске. Одна сплошная коммуналка. А еще 5 279 студентов кем приходятся Хейлам? – Кажется, я уже нажил себе проблем своим регулярным преследованием. Не думаю, что разговор с сестрой преподавателя облегчит мне жизнь, – попытался тактично избавиться от Коры Стайлз, неуверенно поглядывая на идущую рядом с ним девушку. – Дерек не злится на тебя за твою симпатию. У него таких, как ты, на каждом потоке, – беззлобно бросила Кора, пожимая плечами. Стайлз состроил мину. – Мило. – У него в последнее время проблемы, вот он и нервничает, – проигнорировала его язвительность младшая из Хейлов, заправляя выбившуюся из хвостика прядь за ухо. «Зачем ты рассказываешь это мне?», «Думаешь, мне интересно?», «Мне пофиг, честно говоря», «Это его печаль, зачем на мне вымещать?» – давай же, Стайлз, выбери что-нибудь более-менее приличное. – Какие проблемы? – взволнованно спросил Стилински, заглядывая в подёрнутые безразличностью глаза девушки. – Понятия не имею. Но он спускает деньги с карточки едва ли не ежедневно. Нашёл себе пассию, скорее всего. Стайлз остановился посреди коридора, не замечая, как идущие мимо ученики продолжают толпиться вокруг него, стараться снести с места, пробраться мимо. Кора прошла несколько шагов без него, продолжая вещать о чем-то определенно не очень интересном, а затем остановилась и обернулась. – Идёшь? – заинтересованно приподняла темные брови сестрица Дерека. – У нас следующая… – Мне немного нездоровится, – Стайлз моргнул, пытаясь придать взгляду осмысленности, и показательно схватился за живот. – Я пропущу пару. – Уверен? Но парень её уже не слышал. Он упорно шагал навстречу толпе спешащих студентов, сталкиваясь с ними сумками и плечами. Значит, пассию нашёл. Весь такой брутальный альфа-самец. Ну что ж, Дерек Хейл, сам напросился. Стайлз Стилински слишком долго был верен твоему светлому образу. Дерек ругнулся, когда из прокушенной у ногтя кожи потекла кровь, и попытался зализать ранку. Секундная боль ненадолго отвлекла от происходящего на экране, но забыть не помогла. Он мучает себя вот уже сорок минут. Смотрит, но как последний девственник боится прикоснуться к себе, чтобы не спустить раньше времени. Юноша на экране уже давно забавляет посетителей сайта, широко разводя ножки и играясь со своим напряженным членом. То и дело приходят просьбы отправиться в приват, но Ногицуне отклоняет их, продолжая сверлить камеру томным взглядом. Он кого-то ждет. Дерек знает кого. Его имя высвечивается в списке посетителей, однако он ещё ни слова не написал в чат. Потому что всё ещё борется с собой. На экране Стайлз. Он в этом уверен всеми фибрами души, хоть и рассудок твердит об обратном. Но если же эта секс-игрушка в самом деле не Стайлз, то о каком рассудке может быть речь? Того, что показывает на экране Ногицуне, чертовски мало. Дереку нужно больше обзора, больше открытого тела, больше подтверждений, что это Стилински. Если бы только уговорить его снять глупую маску Бэтмена... Или же лучше оставить иллюзию другого человека? Или вовсе выключить компьютер и отправиться в клуб, чтобы снять кого-нибудь и забыть о своём студенте? Так стыдно... и в то же время так сильно не хочется выбирать то, что правильно. Дерек проклинает филологию и количество написанных им сочинений по проблеме морали и нравственности. Пальцы дрожат и слегка не попадают по клавиатуре, поэтому приходится несколько раз переписывать предложение. Как насчет привата? Юноша на экране озорно улыбается и кивает.