Love Song...II (Andante)

***

Джоуми сидел в своей машине, держа бумаги, которые ему дал Минхо; он припарковался на тихой улице, которая была заполнена старыми виллами. Он оторвался от листка и посмотрел на один из домов через дорогу с побеленными каменными стенами, покрытыми фреской с изображением лодки в спокойном океане - красная крошечная лодка в абсолютно синем океане. Он еще раз пролистал бумаги, прежде чем закрыл папку и сунул ее в кожаную сумку, которую получил от Генри на прошлый день рождения; он думал о том, чтобы позвонить ему и попросить приехать, но потом решил, что должен сделать это сам. Ми вздохнул и посмотрел на своё отражение в зеркале заднего вида, чтобы убедиться, что выглядел презентабельно. - Должен ли я это сделать? Он задавал себе этот вопрос бесчисленное множество раз в течение последней недели. И каждый раз вспоминал выражение лица Кюхена, когда тот понял всю правду об их дружбе. Нет... когда он понял ложь. Он так же вспоминал парня, которого встретил около своего дома. Тот не назвал своего имени или где работает, но не нужно быть гением, чтобы понять, что он был одним из работников Sapphire Blue, что означало, что Кюхен был очень важен, раз Юнхо был готов угрожать одному из самых известных репортеров города, чтобы защитить свою репутацию. И это означало, что слежка за Кюхеном была оправдана. Последние слова того парня звучали у него в ушах. "Прекратите следить за Чо Кюхеном и вашей жизни ничего не будет угрожать. Это мое обещание" Эти слова не были чем-то особенным. Ему часто угрожали. Нет, то, что застряло в его голове и не давало покоя, был тон, с которым мужчина сказал эти слова: холодно, эмоционально, небрежно, но абсолютно искренне. Это не было пустой угрозой. Человек имел в виду каждое слово, и Джоуми не сомневался, что учитывая причину и важность, тот человек может навредить ему. Он улыбнулся. В любом случае, он не собирался позволить кому-то помешать его сенсации. Улыбка исчезла. Но больше, чем сенсацией,... Кюхен был человеком. Джоуми закрыл глаза и вспомнил звук голоса Кю. Тихий певучий голос в том тихом городском парке. Он вспомнил его так ясно, что почти почувствовал холодный гравий под ним и порывы ледяного ветра. Он вспомнил упавшие на глаза волосы Кюхена, скрывавшие их; и его губы, которые шевелились, формируя слова песни. Вспомнил, как ветер трепал волосы Кюхена, словно невидимая рука матери; как его пальцы умело скользили по старой облезшей гитаре, естественно и непринужденно. Он вспомнил медленную и острую мелодию, которая витала в воздухе даже после того, как песня закончилась. Это был один из самых счастливых моментов его жизни. И он не хотел, чтобы это было ложью. Он не хотел, чтобы их дружба была ложью. Тем не менее, Ми чувствовал, что не хотел отступать; он решил, что должен довести историю с Кюхеном до конца. Джоуми сделал еще один вдох и вышел из машины в холодный воздух. - Я надеюсь, что вы готовы к моим вопросам,... мама Кюхена! - Он пересек улицу.

***

Кюхен пожирал горячую лапшу. Аппетитный бульон из морепродуктов вызывал звук океанских волн и запах соленого морского воздуха. Шивон усмехнулся. - А говорил, что не голоден. - Заткнись! - отрезал Кю с набитым лапшой ртом. - Донхэ сказал, что это преступление, что я не приводил тебя сюда раньше; думаю, он был прав. Кюхен чуть не подавился, когда услышал имя Донхэ, и сделал глоток воды, чтобы откашляться. - Ты был здесь с Донхэ? Когда? - В тот вечер, когда ты был в больнице, - ответил Шивон, его слова заглушались пищей. - Мы поужинали здесь прежде, чем поехать домой. Чо сделал еще один глоток воды. Он слышал, как двое мужчин смеялись за соседним столом, звон металлических палочек, их голоса были веселыми и легкими. Они звучали так, словно им было уютно в присутствии друг друга; они были счастливы, что сидят вместе. Друзья. Ему было интересно, звучали ли Шивон и Донхэ так же. Были ли они друзьями? Они всегда спорили и раздражались, когда оказывались рядом друг с другом, по крайней мере, в его присутствии. Тем не менее, он знал, что Шивон помог Донхэ разобраться с его родителями; и он вспомнил, как Хэ говорил, что ему повезло иметь такого друга, как Шивон. Таким образом, казалось, они уважали друг друга. Он вздохнул и снова стал жевать лапшу. Кюхен игнорировал Донхэ всю прошлую неделю. То же самое и с Сонмином. Они оба звонили ему множество раз, оставляли несколько сообщений. Он не прослушал ни одного из них и не перезвонил. Чо не винил их в том, что случилось. Он знал, что это не их вина. Но он не мог заставить себя поговорить с ними, потому что не был уверен, что будет делать тогда. Он не знал, останутся ли они по прежнему в его жизни или решат оставить его в воспоминаниях. Сонмин был успешным автором песен и продюсером. Занятой человек, с уровнем жизни намного выше, чем у Кюхена. И Донхэ... У него было светлое будущее. Кю знал, что однажды он дебютирует, станет звездой, и для имиджа ему нужно совсем другое окружение. А он... он был просто слепым недо-сиротой со старой гитарой и золотистым ротвейлером. Его будущим не было ничего, кроме большого знака вопроса. - Не волнуйся, он простит тебя за игнорирование звонков, - Шивон словно читал мысли Кюхена. - Сонмин тоже. Они знают, что это трудно для тебя, А если не простят, у тебя все еще есть я. Кюхен улыбнулся, хотя на душе скреблись кошки. - Прекрати говорить так, словно хорошо знаешь меня, - разбушевался он. Он поставил стакан с водой и вздохнул. Честно говоря, он знал, что Ши был прав. Они простят его. Сонмин, потому что был милым и понимающим, А Донхэ потому что... Разве вы не должны поддерживать людей, которые вам нравятся? - Я люблю тебя, Чо Кюхен, потому что это преступление - не любить такого, как ты. Его лицо загорелось от воспоминаний о признании старшего, и он прижал ладони, которые были влажные и холодные от воды, к щекам. Кюхен не знал, что он чувствовал к Донхэ и должен ли воспринимать признание всерьез. Донхэ всегда дразнил его и пытался вывести из себя. Так может быть, это было очередной его шуткой? Каким-то образом, хотя он и сомневался, но он чувствовал, что это была правда. Он коснулся пальцем краешка губ, когда вспомнил о поцелуе. Он был внезапным и мимолетным, но Чо чувствовал искренность в контакте с Донхэ. За этим поцелуем скрывались настоящие чувства. Он нравился Донхэ, как бы бредово это не звучало. Но... любил ли он Хэ? Он нравился ему как человек и друг. Даже если тот был упрям и высокомерен, Донхэ всегда делал, что хотел, независимо от того, что подумают люди. Улыбка дернула губы Кюхена. Возможно... между ними может быть нечто большее, чем просто дружба. От этой мысли в его сознании вдруг вспыхнул образ Сонмина. Он вспомнил тот день, когда, как показалось, Мин признался ему, но на самом деле это было только для того, чтобы сказать, что он был для него как маленький брат. Он все еще чувствовал себя немного неловко, даже после того, как решил попробовать забыть об этом. Правда в том... ему очень нравился Сонмин. Он чувствовал себя в безопасности, когда жил с ним, и в той большой квартире он чувствовал себя как дома больше, чем в доме отца или в своей маленькой захолустной квартирке. Он любил Сонмина... Любил Донхэ.... Но что на самом деле он думал о них? Какую любовь он чувствовал? Кю испустил гигантский вдох и сунул в рот очередную порцию лапши. Глупая жизнь! Глупые люди! Глупые чувства! Шивон усмехнулся. - Кажется, я реально вижу вращающиеся шестеренки в твоей голове. Думаю, скоро у тебя из ушей дым пойдет. Кюхен фыркнул с набитым лапшой ртом. - Я думаю, что мой мозг сломан. Он как-то неправильно работает. - Не думай об этом. Сегодня мы проведем день вместе, отдохни и хорошо повеселись. Так что просто, доедай свою порцию и забудь обо всем на несколько часов. Хорошо? Кюхен поднял над голой большой палец свободной руки и выпил последний оставшийся бульон. - Сегодня день ВонКю, - сказал Ши с хлопком. - Не думай ни о ком больше. Кюхен рассмеялся. - ВонКю? Серьёзно? Мы что знаменитости? - Мы, безусловно, достаточно красивы, чтобы быть знаменитыми, - заявил Шивон с полной уверенностью. - Думаешь ты красивый? - дразнил Кюхен. - Я всегда подозревал, что ты уродлив. Это объясняет, почему ты никогда не ходил на свидания. - А откуда ты знаешь, что я не хожу на свидания? Следишь за мной? Это незаконно, знаешь ли. - Хм, перестань угрожать мне законом. Ты, наверное, как корейский Квазимодо. Девушки, вероятно, с криками убегают от тебя. - Знаешь что... Я работал моделью, чтобы заплатить за школу, так что я не Квазимодо. Глаза Кюхена распахнулись в удивлении. - Серьёзно? Модель? - Да, - подтвердил Шивон без оттенка гордости. - Даже печатался в журнале пару раз. - Ничего себе. Почему ты никогда не говорил мне об этом? - Не знаю, думаю, не было подходящего случая. Младший молчал, а потом сказал. - А давай скажем сегодня друг другу много вещей, - Кюхен пожал плечами, чувствуя себя немного застенчивым. - Вещи, которые мы никогда не говорили друг другу прежде. Даже, если они были друзьями в течении полутора лет, Кю понимал, что они много что не знают друг о друге. Он хотел это изменить. - Конечно, - согласился Шивон с энтузиазмом. - В конце концов, это же день ВонКю. Кюхен закатил глаза, но улыбнулся. - Правильно.

***

Сонмин припарковал свой автомобиль на обочине около "Скрытые сокровища". Он вышел из машины и был готов закрыть дверь, но остановился. Действительно ли ему нужно делать это? Если Кюхен игнорирует его,... это означало, что он не хочет его видеть. Его пальцы сжались на холодном металлическом каркасе двери. Он посмотрел на оживленную улицу: люди, автомобили смешивались в одно пятно человечества. Он хотел увидеть Кюхена. Он хотел поговорить с ним. Он не мог позволить Sapphire Blue встать между ними. Мин захлопнул дверь. Когда он приблизился к небольшому антикварному магазинчику, он нахмурился. Рядом с дверью, ведущей в квартиру Шивона, сгорбившись, сидел какой-то человек - ноги были прижаты к груди и лицо было скрыто, затемняясь надернутым капюшоном. В магазине было темно, а маленькая табличка на окне была перевернута на "Закрыто". Сонмин остановился около человека, который, казалось, не замечал его присутствия. Может быть, он был бездомный? Но, как правило, в этом районе они не водились, и... кроссовки и одежда парня были слишком дорогими для этого. - Здравствуйте! Парень не ответил. Он нахмурился. Он не мог проигнорировать его, потому что тот загораживал собой вход; было бы неловко, не говоря уже о грубости, попытаться оттолкнуть его. - Ммм, простите, - повторил он громче, но человек по-прежнему не реагировал. Он помедлил, потом нагнулся и ткнул его в плечо; голова человека поднялась с испуганным выражением. Это был Донхэ. Он безучастно смотрел - шнуры от наушников болтались у него из ушей - прежде чем он признал Сонмина и скривил лицо, словно только что обнаружил протухшие продукты в холодильнике. - Что ты здесь делаешь? Сонмин протянул руку и выдернул наушники из ушей. - Могу задать тот же вопрос. - Я жду Кюхена. Старший присел, чтобы они могли говорить лицом к лицу. - Он не здесь? - Был, но ушел с Шивоном. Минджун-ши сказал, что они вернутся позже. Сонмин недоуменно вскинул брови. - Минджун-ши? Донхэ закатил глаза. - Ты действительно ничего не знаешь. Он дедушка Шивона, владелец "Скрытые сокровища". Он дома, но сказал, что у него слишком много дел и не разрешил мне подождать Кюхена у него, так что я решил ждать здесь. - Донхэ выхватил наушники и вставил их обратно в уши, делая вид, что для него разговор окончен. Сонмин покачал головой и снова вырвал наушники, и дал Хэ подзатыльник. - С ума сошел?! Стажер зашипел и потер голову с угрюмым и кислым выражением лица. - За что? Мин встал. - За твоё неуважение к старшим и за то, что, идиот, ждешь на холоде, когда даже не знаешь, когда они вернутся. - Я готов замерзнуть ради Кюхена, - он протянул руку и разжал пальцы. - Так что отдай мне их. Теперь настала очередь Сонмина закатывать глаза. - Думаешь, пневмония сделает тебя сексуальным? - Он схватил Донхэ за капюшон и потянул наверх. - Давай. Донхэ повиновался и самостоятельно потащился к машине Сонмина. - Даже с пневмонией я сексуальнее, чем ты; так что не думаю, что Кюхен выберет тебя. Продюсер остановился, его сердце сжалось от жестокого стука в груди. Слова Хэ были смешны, но, в тоже время, он мог слышать непоколебимую уверенность в его голосе. Он обернулся и увидел, что тот смотрит на него жестким взглядом, как на подопытную крысу в лаборатории. - Выберет меня? Предупреждение Чонуна вспыхнуло в его голове. Из-за своей музыки ты не замечаешь, что Донхэ является претендентом номер один на сердце Кюхена. Как и слова Донхэ, это было смешно. Но это не означало, что это не могло быть правдой. Донхэ фыркнул. - Не пытайся делать вид, что не хотел бы встречаться с ним. Я вижу, как ты смотришь на него и как относишься к нему. Если бы он мог видеть, то тоже бы давно все понял. Мин не отрицал. - А ты? Он тебе нравится? Донхэ смотрел на Сонмниа вызывающе; огонь горел в его глазах. - Да. Так что я буду ждать здесь, и когда он вернётся, приглашу на свидание. Старший молча смотрел на него какое-то время, а потом рассмеялся. Это не было похоже на веселье, скорее на взрыв напряжения, почти как неверие. Если бы взгляды могли убивать, то от Сонмина бы уже давно ничего не осталось. - Ты смеёшься надо мной? Думаешь, я не могу встречаться с Кюхеном? Но позволь сказать, что ты-. Сонмин покачал головой и поднял руку. - Нет-нет, клянусь. Я просто... Смеюсь над всей ситуацией. Я назвал тебя сумасшедшим раньше, но, может быть, сумасшедший как раз я, - он испустил долгий вздох. - Слушай, мы же не собираемся устраивать дуэль за его внимание и любовь? Так почему должны ненавидеть друг друга?... - Я не ненавижу тебя. Мин снова рассмеялся. - Мог бы обмануть меня. Старжер вздохнул. - Я просто беспокоюсь о Кюхене, - он опустил голову. Сонмин улыбнулся, хотя, честно говоря, чувствовал себя болезненно; протянул Донхэ наушники в качестве примирения. - Я тоже. Так что давай ждать его вместе.

***

Он едва успел постучать в дверь, как она открылась. Лицо Джоуми засветилось в улыбке - его настроенное по умолчанию выражение лица для интервью. Женщина, примерно лет сорока, смотрела на него, нахмурившись в замешательстве. Ее длинные черные волосы были собраны в пучок на затылке, а на руках были надеты розовые перчатки для мытья посуды. Джоуми почтительно поклонился ей. - Добрый день. Меня зовут Джоуми. А вы, должно быть, Юн Субин? Женщина удивилась. - Да, а вы, Джоуми, этот... Он улыбнулся еще шире. - Если вы имеете в виду репортер, то да, это я. Ее лицо вспыхнуло в радостной растерянности. - Я читала все ваши статьи. Последняя, о молодом парне... Хм, Ли Сонмине; мне казалось, словно я действительно знала его, когда прочитала статью. Но... что вы здесь делаете? Вы пришли ко мне? Он кивнул и изменил свою улыбку на более соблазнительную. - Да, я здесь, чтобы задать вам пару вопросов. - Он указал внутрь дома. - Не возражаете? Я знаю, что это немного неудобно, так как вы заняты... Субин коснулась перчаткой волос и засмеялась. - О боже мой, мне нужно привести себя в порядок. - Не беспокойтесь об этом, вы и так обворожительны. Она улыбнулась на его кокетливые слова, и Джоуми почувствовал, как его сердце сделало еле заметный прыжок. У неё была улыбка Кюхена... или скорее у Кюхена была ее. Она отошла в сторону. - Извините за беспорядок, я как раз делала уборку. Он вошел в дом и издал внутренний вздох облегчения. Зайти в дом было самым важным шагом в интервью. Если же вас впустили, то шансы на успех значительно увеличивались. Тем не менее, самым важным было заставить человека говорить. Думая об этом, он последовал за ней в гостиную, которая выглядела старой, но довольно уютной. Весь дом был довольно дряхлым, но чистым и ухоженным; люди, которые в нем живут, хорошо заботятся о том, что имеют. Боковым зрением он заметил деревянный столик около дивана и три снимка на нем. Ближе всего к нему была фотография Субин и красивого молодого человека. Они сидели вместе на цветущем поле, обнимаясь. На их лицах были широкие улыбки, и, казалось, фото было сделано после какой-то рассказанной шутки. Они выглядели правда счастливыми. На втором была изображена молодая девочка, которой было на вид лет пять. Она растянулась на полу в гостиной на животе, болтая ногами в воздухе; черно-белый кот сидел на против нее с поднятой лапой в попытке поймать веревочку, которую девочка держала в руке. Ее глаза блестели от восторга, и, как и люди на первой фотографии, она была счастлива. Третья фотография была совместным снимком. Все трое были гораздо старше, и Джоуми понял, глядя на Субин, что снимок был сделан не более трех лет назад. Девушка теперь была подростком, лет тринадцати-четырнадцати. Они стояли около своего дома, одетые в забрызганную краской одежду, в окружении ведер и кистей. Они с гордостью обнимали друг друга на фоне расписанного океана. Джоуми улыбнулся, но улыбка тут же исчезла, когда он понял, что ни на одной из фотографий не было Кюхена. И тот никогда не говорил ничего о том, что у него есть сестра. Тем не менее, было ясно, девушка была дочерью Субин. Конечно, было возможно, что Кюхен просто не упомянул о сестре, ведь он не так много говорил о своей семье. Но у Джоуми было плохое предчувствие. Субин указала на диван. - Присаживайтесь, пожалуйста. Я закончу на кухне и тут же вернусь. Ми посмотрел на нее и кивнул с улыбкой. Он сделал так, как ему сказали, когда она выбежала из комнаты, и огляделся. На стенах и полках в шкафу было множество фотографий. Но опять же, на них не было Кюхена. Плохое предчувствие превратилось в гнилое отвращение. Может быть Минхо допустил ошибку? И эта женщина не мать Кюхена? Субин вернулась в комнату спустя несколько минут с двумя красными кружками в руках. Она улыбнулась ему и села в кресло напротив, поставила кружки на стол между ними и пододвинула одну к нему. - Я надеюсь, что вы пьете кофе? Джоуми улыбнулся в ответ. - Не могу без него жить. - Я тоже, - она засмеялась. Они оба сделали несколько глотков горькой жидкости, прежде чем Субин немного наклонила голову. - Так, Джоуми-ши, о чем вы хотели со мной поговорить? Он снова постарался улыбнуться, но из-за напряжения углы рта были словно заморожены. Вместо ответа он наклонил голову в сторону стола с фотографиями. - У вас прекрасная семья. Ее взгляд проследил за его, и она улыбнулась, когда ее темные, шоколадные глаза загорелись теплом и любовью. Как и улыбка, у Кюхена были ее глаза. - Мой муж и дочь - они больше, чем я заслуживаю, - ее улыбка потускнела после этих слов, и Ми мог видеть, как горечь сжигала все тепло на лице. Эта женщина... она, несомненно, была матерью Кюхена. Даже не смотря на внешние сходства. Джоуми тихо вздохнул и сделал еще один глоток кофе. - Эта девушка. У вас нет больше детей, кроме нее? - вопрос был слишком громким в тишине комнаты. Субин застыла, как будто она перенесла внезапную боль; красная кружка дрожала в ее руке, и она сжала пальцы. Она не смотрела на репортера. - Что? - ее голос был слабым, и это звучало, словно она едва выдавила из себя это слово. - Я знаю одного... молодого парня. Певца. - Молодого парня? - повторила она в оцепенении. - Ему девятнадцать, исполнится двадцать через день или два. Недавно я встречался с ним, и нашел его очень интересным. Он слепой, но очень талантливый и таинственный. Так что я захотел узнать о нем побольше и заглянуть немного в его прошлое, - он засмеялся, и Субин немного подпрыгнула на кресле, расплескав кофе на пол. Она никак не реагировала и не отводила глаз, прикованных к полу; ее лицо было бледным, и Джоуми почувствовал укор вины. Тем не менее, он продолжил. - Я узнал, что его родители развелись, когда ему было около пяти лет. После этого о нем почти не было информации, кроме школьных записей - его оценки оставляют желать лучшего, хотя на лицо он кажется достаточно умным, - Ми снова усмехнулся. - Но вернемся к родителям. Кажется, он жил с отцом после развода, хотя об этом удалось узнать немного. Я думаю, они много переезжали. Я не смог отследить текущий адрес его отца,... поэтому я пришел сегодня к вам, Юн Субин-ши. Потому что вы его мать, - он оглядел комнату. - Хотя этого не скажешь, исходя из фотографий. Теперь Субин подняла голову, ее глаза были наполнены слезами, и прошептала. - Кюхен? Джоуми слегка кивнул. - Да. - Вы сказали... он певец? Парень снова кивнул. - Очень красивый певец. Несколько слезинок соскользнули у нее по щекам; она снова опустила голову. - Его отец... он всегда любил музыку. - Таким образом, он на самом деле ваш сын? Кюхен? - Да, - сказал она, ее голос охрип от слез. - Или... он был им. Давным давно. Я не видела его с... - ее голос сорвался, и она замолчала. - С момента как его отец и я... - Субин снова замолчала и прерывисто вдохнула. - Я была так несчастлива с ним, а потом встретила Чанхо в ресторане, где работала... Чанхо - имя ее нынешнего мужа, вспомнил он из бумаг, которые дал ему Минхо. - Я и Чанхо... мы влюбились друг в друга, и поэтому я решила бросить отца Кюхена, - подняла голову, она была почти в отчаянии, глаза намокли от слез. - Я клянусь вам... Я хотела забрать Кюхена с собой. Но я хотела начать новую жизнь с Чанхо, а Кюхен не был обычным ребенком, за ним нужен был особый уход... Прошло всего несколько месяцев, но, когда я вернулась домой, его отец уже забрал Кю и уехал, - она тяжело вздохнула и вытерла лицо ладонью, поставила кружку на стол с громким стуком. - Я искала их в течение года или полтора, но не могла найти. Когда я бросила их, чтобы жить с другим мужчиной,... это считалось отказом от старой семьи... Это было моей ошибкой, -Субин снова вздохнула, звук полный горького сожаления. - Поэтому его отец имел полное право забрать его. И когда я снова нашла их, он не позволил мне увидеть сына. Он был так зол на меня... Так зол, что я испугалась, - ее руки задрожали от воспоминаний о том страхе, который она испытала, и она сжала плотно пальцы, отчего костяшки побелели. - Но все-таки... я должна была увидеть Кюхена. Тогда я тайно пошла к нему в школу. Я прождала весь день, а когда мы встретились... он не узнал меня. Мой голос. Он просто спросил: "Аджума, вы кто?", - женщина опустила голову, когда ее голос наполнился болью. Она молчала и не говорила в течение нескольких минут. - И я подумала... - Субин говорила так тихо, что Ми пришлось напрягать слух, чтобы услышать ее. - Может это все к лучшему... что он забывает обо мне и о том, что я сделала. Я думала, какое право я имела, чтобы заставлять его вспомнить меня? Может он забыл, потому что хотел этого... Она замолчала, и на этот раз Джоуми знал, что это конец истории. Он знал, что должен что-нибудь сказать, но впервые в жизни у него не нашлось нужных слов. Гнев, который он чувствовал до этого, все еще остался, но теперь было еще и сочувствие. Потому что он знал, какое это ужасное чувство понимать, что ты предал Кюхена. Он не был лучше ее; таким образом, Мин не мог заставить себя осуждать ее, хотя она этого заслуживала. Даже если он знал, что она сделала неправильный выбор. Он вздохнул и отставил чашку с кофе. - Еще не слишком поздно, - сказал он наконец. - Вы говорите, что он был вашим сыном давно, но это не правда. Он по-прежнему ваш сын; и вы можете его увидеть, если захотите. Я знаю, где он живет. Она покачала головой. - Как я могу?... Он, наверное, ненавидит меня. - Даже если и так, вы думаете это достаточно веская причина, чтобы делать вид, словно его не существует? Женщина смотрела не него с широко раскрытыми глазами. Джоуми вытащил из сумки свою записную книжку и нацарапал на ней адрес Сонмина. Он вырвал страницу и положил ее на стол. - Если захотите его увидеть, приходите сюда. Он встал, старый диван заскрипел; больше ему незачем было здесь оставаться. Он узнал все, что хотел. Она встала на дрожавших ногах, но он поднял руку. - Все нормально, я сам закрою дверь. Простите, что заставил вас вспомнить то, что вы, возможно, хотели забыть. Но ради Кюхена... Я надеюсь, что вы решите больше не отказываться от него. Он вышел из гостиной, но остановился в прихожей. Джоуми почувствовал, как его сердце сжалось, когда он посмотрел на маленькое лицо. Это была девочка в фотографии, дочь Субин. Сводная сестра Кюхена. Сестра, о которой он даже не знал. Она смотрела на него со смесью шока и неуверенности, ее лицо было все в слезах. - Это правда? - ее голос был немного колеблющимся. - Да, - сказал он, - правда. Он знал, что это не его дело, но Ми не мог заставить себя солгать. После этого он ушел без лишних слов.

***

- Уверен, что не хочешь пойти куда-нибудь еще? Кюхен высунул руку из окна автомобиля и улыбнулся чувству ветра, проходящего сквозь пальцы. - Но ты сказал, что хочешь пойти на драйвинг. - Да, но... скачки будут скучными для тебя, - Шивон звучал в равной части неохотно чтобы задать вопрос и чтобы промолчать. - Что? Потому что я слепой? - он продолжал извивать пальцы на ветру, наслаждаясь чувством сопротивления воздуха и его кожи. - Ну да, - признался старший. - Ведь больше половины удовольствия от конных скачек получаешь глядя на них. - Может быть для вас, видящих людей, - Кюхен повернулся к своему другу и высунул язык. - Но для нас, слепых, это все как движение океана, - он ухмыльнулся. - Это означает, что я могу наслаждаться чувствами, даже когда не вижу. - он повернулся к окну, и воздух влетел в его волосы. Было холодно, но освежающе. Он чувствовал, как это отгоняет все сомнения и темные чувства, которые преследовали его последнюю неделю. Они ехали какое-то время в тишине. Опять же, как в ресторане, он обнаружил, что снова думает о Сонмине и Донхэ. Кроме Шивона, они, вероятно, были самыми близкими для него людьми. Они видели разные стороны его характера, которые Кю не позволял никому видеть в течение длительного времени. Как не посмотри, это было странно. С точки зрения времени, он едва знал их. И все же, как-то... они стали важны ему. Было больно думать о них, но, как и в случае с Шивоном, это была приятная боль. Боль позволяла ему понять, что он с ними связан. Кюхен оперся подбородком на сгиб руки и вдохнул охлажденный зимний воздух. - Шивон, ты когда-нибудь любил? Небольшое молчание, а затем. - Да, давным-давно. - Что случилось? Добрый и мягкий смех наполнил машину. - Я был молод, может быть, даже слишком молод, чтобы понять это. Я имею в виду, что думал, что любил ее, но сейчас, оглядываясь назад,... это не было любовью. Я просто хотел всегда быть с ней. - Снова смех, и на этот раз Кюхен мог сказать, что Шивон был смущен. - Это была довольно типичная первая любовь. Это было еще до того, как я стал жить с дедушкой; она жила на соседней улице. Мы встречались все лето, но потом она пошла в другую школу, переехала в другой район; закончились встречи и мы негласно расстались. - Шивон вздохнул, но потом снова усмехнулся. - Что за маленький демон, а? - эти слова были суровыми, но в них не было злобы, на самом деле, Кю слышал привязанность в них. - Заставить мальчика безрассудно полюбить ее, а потом просто бросить. Но именно такую я ее полюбил, и ни в чем не виню. Кюхен улыбнулся. Он не знал многого о любви, но оказывается, она не всегда бывает хорошей. - Эй, - сказал он с улыбкой. - Поехали домой.

***

Донхэ угрюмо сидел на пассажиром сидении в автомобиле Сонмина. Они ждали, казалось бы, вечность возвращения Шивона и Кюхена. Он посмотрел на Сонмина, который, откинув свое кресло, кажется, заснул. Он нахмурился и протянул руку, пихая старшего. - Эй! Сонмин застонал, не открывая глаз. - Чего? - Тебе действительно нравится Кюхен? Как ты можешь спать прямо сейчас? - Потому что я устал. Донхэ нахмурился. - Я тоже. Я сутками усердно тренировался всю неделю, но я не клюю носом, как какой-нибудь старик. На этот раз Мин открыл один глаз, чтобы посмотреть на него. - Перестань провоцировать меня на драку. Если ничего путного не хочешь сказать, заткнись! - он закрыл глаза и постарался вернуться обратно в свой сон. Хэ снова ткнул его. - Мне скучно... - Я что, похож на танцующую обезьяну? Развлекайся сам. Он ткнул Сонмина в третий раз. Сонмин испустил долгий вздох страдания, и, наконец, открыл глаза. - Хорошо, я проснулся. Чего хочешь? - Давай поиграем. Продюсер был явно не в восторге от предложения. - Игра? Невинная улыбка растянула губы Донхэ, и он протянул руку, ладонью вверх. - Давай поиграем в хлопки. Сонмин нахмурился и сузил глаза. - Ты просто хочешь ударить меня, не так ли? Хэ ухмыльнулся. - Может быть. Но давай сыграем. Играем три раза, победитель получает право первым поговорить с Кюхеном. Мин колебался, но соблазн был слишком велик. С побежденным вздохом он протянул руки немного выше Донхэ. Стажер зашелся в триумфальном смехе. Он был чемпионом этой игры; когда они играли в общежитии, он ни разу не проиграл. Он победит и пригласит Кюхена на свидание прежде, чем Сонмин успеет рот открыть. Следующие пять минут в машине развернулась бойня, похлеще борьбы за золото на олимпийских играх. И в итоге, три раза подряд выиграл... Сонмин. Донхэ потел ладони, которые стали красными от сильных хлопков, и откинулся на пассажирском сидении в унылом недоверии. - Тебе просто повезло, - проворчал он. Сонмин расплылся в довольной улыбке. - Может быть. Именно тогда громкий стук по стеклу заполнил автомобиль, и они оба взвизгнули, поворачиваясь, чтобы посмотреть в окно. Шивон улыбался им и махал рукой. Донхэ почувствовал, как его сердце сделало прыжок в груди; прежде, чем он успел задаться вопросом, где был Кюхен, Шивон указал за плечо. Кю стоял за ним; у него был потерянный вид, как будто он был не уверен, что происходит, и пытался спрятаться за другом. Донхэ быстро открыл дверь и споткнулся в спешке покинуть автомобиль. Он упал на тротуар с болезненным шипением. Дверь со стороны водителя открылась, и Сонмин тоже вышел, только без падения. Шивон рассмеялся и помог ему подняться. - Ты в порядке? - Да, - пробормотал Хэ, отряхивая колени. Щеки пылали огнем. Он не мог в это поверить. Первый раз он видел Кюхена за неделю, и упасть у него на глазах. Как унизительно. - Ну, - сказал Ши, похлопывая его по плечу. - Оставляю его на вас. Увидимся, Донхэ, Сонмин-ши. - Он пошел к своей квартире, и Донхэ посмотрел ему в след с удивлением. Обычно он окружает Кюхена большей раздражающей опекой. Младший сделал несколько шагов в сторону Шивона с растерянным взглядом и протянутой рукой, как будто хотел схватить его. - Эй, где ты? - Кюхен-и,... смена караула! - пропел Ши через плечо, подходя к домофону. Кюхен замер на месте с широко открытыми глазами. Затем он повернулся на каблуках спиной к Шивону. - Придурок! Чхве рассмеялся и исчез внутри здания с глухим хлопком закрытой двери. Донхэ наблюдал за всей этой сценой и почувствовал, как его желудок сворачивается от странного чувства предвкушения. Он сделал шаг вперед, глаза уставились на Кюхена, когда его схватили за рукав и потянули назад. Сонмин стоял рядом с ним с поднятой бровью. - Эй, - прошептал он, - кто победил? - Хэ нахмурился, но промолчал. - Эй, Кюхен, - прокричал Мин, его голос был легкий и веселый, - давно не виделись. Донхэ закатил глаза. Серьёзно? Это лучшее, что он мог придумать? Чо улыбнулся им, хотя стажер мог сказать, что это было больше от нервозности, чем от радости видеть их. - Хм, да... Прости. - Не извиняйся, - быстро сказал Сонмин. - Мы все понимаем. Правда, Донхэ, - он толкнул его локтем. - Да, - уверенно ответил Хэ. Он улыбнулся, когда Мин слегка вздрогнул и посмотрел на него. - Кроме того, - продолжил он, - неделя это не так долго. Никто не проронил ни слова после этого, и они попали в неловкую тишину, не зная, что сказать. Точнее, Донхэ знал. Но в его план по приглашению Кюхена на свидание не входили лишние свидетели. Особенно Сонмин. Ведь этот старик был его соперником; даже если он не думал, что у Сонмина хватит мужества встать у него на пути. Тем не менее, продюсер тоже был здесь... Так что не стоит его недооценивать. Он вздохнул, чтобы успокоить нервы. Не важно, есть здесь Сонмин, нет, он все равно собирается пойти с Кюхеном на свидание. - Э, так- - Прости- - Как дела- Все трое начали говорить одновременно, прерывая друг друга. - Кюхен- - Ты идешь- - Ой, прости- Они сделали это снова и впали в неловкое молчание. Наконец, Кюхен заговорил, не сводя глаз с тротуара и сложив руки перед собой, плотно переплетя пальцы. - Это удивительно, что вы пришли сюда вместе. - О, на самом деле, мы пришли не вместе, - сказал Сонмин с небольшим смешком; Донхэ оглянулся на него - старший потирал голову со смущенной улыбкой на лице. - Нет? - лоб Кю сморщился в замешательстве. Донхэ не мог сдержать улыбки, когда увидел такое милое выражение. Кюхен был красивым парнем, и он неосознанно делал все мило и симпатично, и Хэ чувствовал, что он мог часами смотреть на такого Кюхена. Он сдержал в себе вздох, когда понял, в какую отвратительную любовь он попал. Его взгляд блуждал по губам Кюхена, и он вспомнил о поцелуе. Он был коротким, слишком коротким. Он хотел поцеловать его снова. - Шивон-хен сказал, что вы были вместе в машине. - Мы случайно столкнулись друг с другом и решили вместе подождать, - объяснил Сонмин. Хэ хотел еще что-то сказать, но его взгляд по прежнему был прикован к губам Кюхена, и из мыслей стерлись все слова. Он никогда не целовал парня раньше, и это чувство было иное. Его губы были теплыми и мягкими; теплее и мягче, чем у любой девушки. Его сердце ускорилось от воспоминаний. Чо усмехнулся, и Донхэ чувствовал, что если его сердце не успокоится, то от может умереть. У Кюхена был очень приятный смех; он хотел, чтобы тот смеялся как можно дольше. Он хотел заставлять его смеяться. - Эй, - сказал Кюхен, делая шаг в их сторону. - Любите мороженное? Донхэ нахмурился и опешил от неожиданного вопроса. - Мороженное? - Да, - сказал Сонмин. - Люблю. Кю вдруг протянул обе руки к ним. - Не хотите тогда его поесть? Оба, Сонмин и Донхэ, уставились на протянутые руки, затем друг на друга. Донхэ видел его собственное отражение замешательства в лице другого парня. Кюхен ни разу, за все время, что они были знакомы, не делал ничего подобного. Младший сделал еще один шаг к ним со все еще протянутыми руками. - Что? Хотите, чтобы слепой парень ходил по улице в одиночку? Глаза Донхэ расширились, и он огляделся. Саи нигде не было. Он был настолько увлечен Кюхеном, что не заметил этого раньше. Неуверенно он протянул руку в взял ладонь Кюхена; Сонмин сделал тоже самое. Почти сразу же Кюхен пошел по улице, волоча их обоих позади. Донхэ чувствовал себя счастливым; ощущение ладони Кю согревало его. И это тепло распространилось вверх по руке в грудь, пока он не стал улыбаться как идиот. Он глянул на Сонмина, и увидел на его лице такую же глупую улыбку. Хэ сдержался от смеха; и спросил себя, знал ли Кюхен, насколько сильно он был любим сейчас? Стажер надеялся, что да.