«Синдром любви»

Сладкие поцелуи с каждым вдохом и выдохом перерастали в большое, безудержное желание. Чем крепче он прижимал ее к себе, тем отчетливее внутри каждого из них зарождалось низменное чувство, потребность быть глубже, в самой душе засесть у друг друга, коснуться того, чего никто не касался, не любил, не слышал, не видел.       – Я хотел сказать тебе ночью, но ты спала, – Стефан отпрял от поцелуя и коснулся указательным пальцем ее раскрасневшихся алых губ. Наверное, он немного увлекся, кусал и посасывал их, не мог поверить, что вернулся и жив, и она причина его существования. Елена взяла его руку в свою, и направила к талии.       – Я не спала. Я все слышала, Стефан.       – Тогда мне не нужно повторять это снова? – скрепляя ее запястья своей хваткой, спросил он? Все тело от одного лишь дыхания натягивалось как струна. Он любил многих девушек и женщин, но ни одна из них не была ему интересна до постели, ни одна из них не вызывала любовь и привязанность до близости. И ни одна девушка не затрагивала столько мест в душе, как Елена. Ни одну он не любил, не верил никому как ей.       – Ты боишься? Я не стану делать ничего, что причинит боль. Обещаю, – Сальваторе покрывал ее шею бархатными поцелуями, а свободная рука ласкала тело, нажимала на нервные точки и заставляла внутри все плавиться. Елена выгнулась ему навстречу всем телом и выдохнула прямо в губы:       – Я только тебе и верю. Пожалуйста, Стефан. Будь моим! Эти трепетные слова, она произнесла с придыханием. Голос дрожал и ломался, губы пересохли и требовали больше поцелуев, а тело болело от одиночества без него. Быть с ним и отдавать себя ему – сейчас казалось ей самым важным, самым желанным. Пролежав так весь день в постели, они и не думали возвращаться к обычным делам. Такой единственный день выдался обоим за все время. Елена села сверху на Стефана и окутала их двоих одеялом. Руки ее забрались под майку, и быстренько стали выводить какие-то слова на коже.       – Ты любишь меня? – как-то отстраненно спросил он. После всего случившегося, после всех слов сказанных в этой постели между ними, он не казался счастливым, а только удрученным, словно на его плечи легла большая ноша. Девушка коснулась губами шеи, плеча, подбородка, провела нежно по вискам и поцеловала как в последний раз его губы, сладко и только так, как умеет она, с любовью.       – Я люблю тебя. Разве ты еще сомневаешься?       – Нет. Просто не могу поверить, что это правда. Я обречен, Елена всегда быть одиночкой, и твои чувства, твоя любовь творит со мной неведомые вещи, – он обнял ее лицо ладонями и посмотрел прямо в глаза.       – Ты не обречен, Стефан! – девушка прижалась к нему сильнее и положила свою голову ему на плечо. Она была такой хрупкой, такой маленькой, такой отчаянно верящей ему, и не способна была на подлость, обман. От нее исходила лишь забота, переживание о нем. Никто и никогда не заботился о нем. Никто не видел в нем человека, с душой. Он и сам никогда себя таким не считал.       – Послушай, Елена. Сегодня я почти умер, утром, когда ты пыталась меня разбудить, – эти слова он произнес шепотом, едва касаясь губами ее прядей волос. Если она сейчас убежит от него, он поймет и примет, но не забудет ее. Девушка сжала свои объятия еще крепче. С трудом можно было дышать. Ему даже показалось, что слезы покатились из ее глаз.       – Я знаю. Твое сердце не билось. Она и сейчас не бьется, – вдруг ответила она ему, и отпрянула от плеча. Ей хотелось поцеловать его, отдать то, что царило в груди, то что, не давало покоя, не могло улетучится или просто остыть. Стефан был ошарашен этим ответом. Она знала, что с ним что-то не то, но все равно верила, все равно отдала сердце и тело, взамен не прося ничего.       – Ты боишься? – целуя ее, спросил он. И этот поцелуй показался ему другим, не таким как прежде, в нем был ее страх, ее боязнь. Неужели она боялась его, но любила?       – Если только потерять тебя. Сегодня это почти случилось. Я не знаю, что ты скрываешь, Стефан, но я знаю, что люблю тебя таким и буду любить любым.       – Даже если я призрак? Даже если я не человек, и у меня нет сердца? Без будущего и возможности на полноценную жизнь?       – Даже если это все так.