Рожденный пламенем

- Поздравляю, мистер Фримен. Ваша выставка все-таки состоится. Мой агент, мистер Томсон, развалившись в кресле, с чувством выполненного долга потягивал виски. У меня приятно екнуло сердце. - Вы хотите сказать, что нашелся спонсор? - Ну, мир не без добрых людей, - загадочно протянул Томсон. – А, точнее, не без идиотов, которым некуда девать деньги. После того, как вы, Фримен, так опростоволосились с «Сошествием», найти спонсора оказалось чертовски трудно. И тут вдруг такая удача. - Кто он? – я постарался пропустить мимо ушей едкое замечание агента насчет моей последней картины. - Некто Клер Мидлайт. Богатый меценат - явно с причудами. Я не знаю точно, чем он занимается, но его имя постоянно мелькает в биржевых сводках. Кстати, знаете виллу возле озера?.. Это одно из его последних приобретений. Я даже присвистнул от удивления. Ну, кто же не знает виллу возле озера?.. Это местная достопримечательность. Несколько лет назад ее построил один доморощенный Капоне – бабки вложил сумасшедшие, а его потом взяли и грохнули. И вилла пустовала, заросла диким шиповником и цикламенами. А месяца два назад сюда вдруг нагрянули рабочие и архитекторы: почистили озеро, окультурили парк и привели в порядок дом. Кстати, о доме. Мне не известно имя архитектора, который его проектировал, но он, без сомнения, был парень с фантазией. Дом удивительно напоминает греческий храм Артемиды, только колонны и портики в нем из небьющегося строительного стекла. По утрам, в лучах восходящего солнца он похож на хрустальный дворец Фата-Морганы. И вот теперь у него, оказывается, появился хозяин. Некто господин Мидлайт, который вызвался спонсировать мою выставку. Придя домой, я первым делом обрадовал этой новостью Билла. Вот уже почти год мы вместе с ним снимаем небольшую мансарду на краю города, и на Рождество собираемся пожениться. Он работает барменом: ночь через две. И еще он на два года меня моложе. - Замечательная новость, Бра, - он с чувством чмокнул меня в шею. – Завтра вечером устроим по этому поводу роскошный ужин. - А почему не сегодня? – расстроился я. Он с виноватым видом воздел глаза к потолку. - Сэм подхватил какую-то инфекцию. Мне придется выйти вместо него. Я вздохнул. Облом, конечно, но не катастрофа. Ничего, поработаю вечером над новой картиной. В шесть часов Билл ушел. Я проводил его до калитки в саду и поднялся к себе в мастерскую. Картина моя находилась в начальной стадии – я еще не решил толком, чего я хочу. Однозначно, это должен быть демон, рожденный страстью. Демон, воплощающий страсть, что-то вроде инкуба. Прекрасный мужчина, выходящий из огня. Я сделал несколько набросков, но остался недоволен. У меня была большущая проблема: у меня была идея, был сюжет, было вдохновение, но не было натурщика. Я просмотрел несколько каталогов с фотографиями, но не нашел ничего мало мальски подходящего. Мне нужно было не просто красивое лицо и роскошное тело. Мне нужно было… Да я и сам не знал еще толком, что мне было нужно. Мне нужно было лицо ангела, от которого бы за версту веяло страстью, тянуло сексом. Вот такой вот я фантазер. Я промучился с набросками около часу, затем плюнул и решил пройтись. Вечер был душным, и я направился прямиком к озеру. С тех пор, как на левом берегу поселился загадочный миллионер, большая часть озера вместе с прилегающей к нему рощей была отгорожена высоким металлическим забором. Оставался только небольшой пляж, где в основном купались и ловили рыбу местные мальчишки. «Окунусь», - решил я и рванул прямиком через поросший диким шиповником пригорок. Я был уже внизу, когда из-за поворота, словно большой черный зверь, прямо на меня выскочил ревущий байк. Реакция у меня запоздалая, а, точнее, как говорит Билл, вообще нет никакой реакции. Я опомнился только, когда, сбитый с ног, отлетел в сторону, задницей прямо в колючие кусты. Я взвыл: не столько от падения, сколько…ну, вы меня поняли. Байк затормозил. Громко матерясь, с него соскочил парень в черной кожаной куртке и бросился ко мне. «Идиот», - было единственное приличное слово из того, что я о себе услышал. Впрочем, он был прав. Он ругался, а я тихонько подвывал от боли: ладони мои были разбиты в кровь, а руки и плечи исцарапаны ветками. - Рагон тебя через колено, - парень снял шлем и наклонился надо мной; выпустив пар, он, видимо, слегка успокоился. – Да ты весь в кровищи, как будто бы с кошками воевал. Сильно ушибся?.. Может, тебя отвезти в больницу? - Не надо, - прошипел я, пытаясь встать на ноги. Он быстро протянул мне руку, помогая. Его рука была крепкой, смуглой, сильной, а ладонь очень гладкой, как у человека, давно не знавшего, что такое физический труд. Я с интересом поднял на него глаза. Внешность парня заслуживала внимания. Молодой, лет, наверное, двадцати. Среднего роста, с хорошо развитыми мышцами плеч и груди. Смуглый, как цыган. Да и в лице – что-то неуловимо цыганское. Глаза большие, черные, блестящие, как спелые маслины. Коротко остриженные черные волосы. Решительная складка губ и упрямая складочка между бровями. Я невольно улыбнулся про себя: если бы я задумал написать картину о гангстерах, то я непременно пригласил бы его мне позировать. - Я в порядке, - сказал я и встал, опершись на его руку. – Извини, что так получилось. - Да ладно, я тоже виноват: летел, как угорелый! – он встряхнул головой уж как-то совсем по-мальчишески и вдруг неожиданно предложил. – Слушай, тебе так домой идти нельзя – людей распугаешь. Давай-ка зайдем ко мне, смоешь кровь. Да и чистая рубашка тебе тоже не помешает. Я, насколько получилось, окинул себя глазами. Он был прав: зрелище, мягко говоря, не для слабонервных. - А ты далеко живешь? – спросил я. - Да какое там далеко! Здесь, на озере, - и он бросил небрежный взгляд в сторону мерцающих на солнце белых колонн виллы. Я на мгновение потерял дар речи. - Уж не хочешь ли ты сказать, что эта вилла принадлежит тебе?.. Он усмехнулся, весело блеснув своими черными маслинами. - Ну, не совсем мне. Скорее, моему мужу. Хотя, можно сказать, что и мне. Охренительная штуковина, правда?.. Я эту махину, когда в первый раз увидел, чуть язык не проглотил. Тут только я заметил на безымянном пальце парня обручальное кольцо. И едва удержался, чтобы не присвистнуть. Белое золото и сапфиры. Шикарная вещь! - А твоего мужа случайно зовут не Клер Мидлайт? – не сводя глаз с кольца, спросил я. - Ага, - ухмыльнулся тот. – Я смотрю, вы тут, как бабушки на базаре, все обо всех знаете, аборигены чертовы. Ладно, поехали со мной. Я аккуратно сел на байк позади парня, и он, объехав озеро со стороны рощи, подрулил прямо к высоким металлическим воротам. Открывшийся за ним парк был настоящей сказкой. Белые аллеи, как лучи, пересекая его, тянулись к центру, где, словно белая звезда, сияла вилла. Парень притормозил у озера. Я с любопытством завертел головой. Просто фантастическое место. Золотой песчаный берег под раскидистыми ивами. Темно-синяя, чуть тронутая волнами, гладь. И солнце, до половины утонувшее в озере. Романтично. И вместе с тем как-то очень интимно. - Ты уже вернулся, Микки?.. Что-то слишком рано сегодня. Я вздрогнул всем телом, споткнулся и чуть не упал. Кто, кто это сказал?.. Или же это теплый июньский вечер вдруг обрел способность говорить и заговорил низким бархатным голосом, так похожим на томно струящийся, разморенный солнцем воздух?.. На песчаном берегу в десяти шагах от нас лицом вниз лежал обнаженный молодой мужчина. Лежал на животе, упершись локтями в песок. Перед ним был включенный ноутбук. Я отчаянно заморгал, чувствуя, что слепну: его длинные бледно-золотые волосы, собранные на затылке в огромный сверкающий узел, кажется, в одно мгновение спалили мне не только сетчатку, но и сердце. Он был похож на человека так же мало, как бриллиант походит на льдинку. Хотя и от льдинки в нем было очень много. Льдинки или осколка звезды?.. Не важно. Это было что-то, выпадающее из реальности, не принадлежащее нашему миру – его красота. Нагое тело, не тронутое загаром, поражало белизной. Это была не белизна мрамора, и даже не белизна снега, а что-то запредельное. Может быть, именно таким вот белым светом сияют далекие звезды чужих галактик?.. Само же тело… Да, пожалуй, его можно было сравнить со статуей. Хотя сравнение избитое и пошлое. Невероятной длины гладкие мускулистые ноги, округлые маленькие ягодицы, спина и плечи атлета. И было во всем этом что-то невероятно утонченное и одновременно чувственно-звериное, от чего по моему позвоночнику моментально побежали искры. Я – художник, я привык ценить красоту, но это была совсем не та красота, которой хочется любоваться на расстоянии. - Прикройся, Клер, у нас гость, - мой спутник, быстро наклонившись, набросил на бедра мужчины лежащее рядом полотенце. - Гость? – тот приподнял на лоб большие солнцезащитные очки и чуть обернулся в мою сторону. Я хотел было представиться, но слова вдруг застряли у меня в горле. Красота его бледного точеного лица с вытянутыми к вискам ярко-синими глазами повергла меня в новый шок. В нем отдаленно было что-то от иконописи, но опять же, очень отдаленно. «Ангел», - первое, что приходило в голову, глядя на него. Самый настоящий ангел. Только не с неба. И уж совсем не святой. Каждая его черточка, каждое его движение – от взмаха длинных черных ресниц до небрежного поворота головы – носило оттенок ледяной чувственности. - Да нигде я его не нашел. Скорее уж, это он меня отыскал. Бросился под мой мотоцикл, как сайгак. Парень со смешком поднял с песка бутылку и, вырвав зубами пробку, сделал несколько глубоких глотков. А синие глаза его друга между тем с интересом скользнули по мне. - Да он весь в крови. Надеюсь, кости целы? Я подумал, что тронулся умом: нет, люди не в состоянии двигаться с такой скоростью!.. Или у меня от его красоты произошло размягчение мозгов?.. Вот он только что лежал на песке в расслабленной позе, а вот уже стоит, обернув бедра полотенцем, стоит напротив меня, аккуратно прощупывая мои локти и предплечья. А рост-то у него – мама дорогая!.. Да он же на голову выше самого высокого мужчины!.. - Здесь болит? – он легонько нажал мне на плечо. Я ахнул. - Н…немного. От него пахло чем-то острым и невероятно возбуждающим, так что голова шла кругом. А тут еще эти его руки… Такие же красивые, как и он сам, невероятно изящные, от которых веяло такой силой, что дыхание перехватывало. - Клер, оставь его в покое, - в черных глазах стоящего рядом парня светилась ирония – он видел, прекрасно видел, что со мной творится, и от души забавлялся этим зрелищем. – А то ты его до обморока доведешь. - Помолчал бы уж лучше, байкер хренов, - мягко огрызнулся белокурый бог. Это вульгарное словечко «хренов» на его совершенных губах выглядело, как «avе». - Отведи его в душ и дай что-нибудь выпить. Я сейчас оденусь и обработаю его раны. - Н..не стоит беспокоиться, - запинаясь, пробормотал я. – Я в порядке. Он был намного выше меня, и мне приходилось говорить, запрокинув голову. А эти его глаза, господи, настоящий ультрамарин!.. Нет, еще ярче. Да такого цвета просто не бывает в природе. - Какое уж там «в порядке», - мужчина аккуратно тронул кончиком пальца свежую ссадину на моем подбородке; в глаза мне тут же бросилось обручальное кольцо – точно такое же, как на пальце у черноволосого парня. – Вас как будто бы не байк, а поезд переехал. Идите за Микки. Я сейчас приду. В его странном голосе, не смотря на откровенную чувственность, вдруг проскользнула властность, и не просто властность, а… Черт, это был голос, который привык отдавать приказы, а, возможно даже, и посылать на смерть. Я уже в который раз за вечер открыл, было, рот от изумления, но чернявый парень быстро перехватил меня за локоть. - Пойдем, рожу умоешь, а то и вправду смотреть страшно. И я послушно потопал за ним. Мое приключение обещало быть забавным. А, если повезет, то и восхитительным.