Amor Vincit Omnia

Весь остаток дня императрица не появлялась в своих комнатах. Доктор волновался всё сильнее. Кажется, он окончательно разрушил всё хорошее, что было между ними. Он её напугал - теперь это понятно. И совсем не своими резкими действиями, а тем, что Ривер понравилось, когда он владел ситуацией… и ей. В тот момент она могла позволить ему что угодно - а к такому императрица определённо не привыкла. Может, это показывало степень её доверия - но радость по этому поводу перекрывалась тревогой. Чем бы сейчас ни занималась императрица - она намеренно не возвращалась в свои покои. Давно прошло время ужина, Доктор умирал с голода, но продолжал ждать её, надеясь разделить трапезу и поговорить за едой. Но когда прошли все возможные сроки, он понуро побрёл на кухню, чтобы хоть что-нибудь перехватить. Раздобыв немного хлеба для себя и блюдо с мясом и сыром для Ривер - на случай, если она вернётся голодной - он пошёл обратно. Вероятнее всего было, что она уже поела где-то в другом месте. Войдя в комнату, слуга сразу заметил висящую у двери мантию и замер, оглядываясь. Комната была пуста. Он поставил еду на стол и пошёл в спальню. - Госпожа? В спальне тоже никого не было. Доктор подумал, что императрица только заходила переодеться, и снова ушла, когда заметил приоткрытую балконную дверь. Она стояла, облокотившись на перила, и смотрела на ночной город. - Госпожа? - снова тихо позвал Доктор, и, спустя некоторое время, она молча обернулась. Слуга почесал затылок, смущённо заходя на балкон. - Я, эм… принёс вам еды… хотите перекусить? Женщина покачала головой. Она спокойно смотрела на него, и под этим ясным взглядом, пронизывающим до самой души, хотелось вертеться ужом. Наконец, Ривер отвернулась и прочистила горло. - Иди, помоги мне раздеться, - тихо сказала она и прошла мимо него в спальню. Такое спокойствие напугало Доктора ещё сильнее. Если бы она кричала или бросалась в него вещами, то это означало бы злость. А так… либо она в такой ярости, что не находит даже сил на истерику, либо - ещё хуже - настолько расстроена? Ривер сидела у зеркала. Доктор подошёл и аккуратно выпутал из кудрей корону чуть дрожащими пальцами. Затем начал снимать заколки и распускать причёску. Женщина молчала и не двигалась. Доктор волновался всё сильнее, и под конец уже не находил себе места. - Я разозлил вас сегодня? - тихо спросил он. Ривер не шелохнулась и не ответила. - Простите, госпожа. Я не хотел вас расстраивать, я хотел только… Просто я увидел вас с Тертиусом, и подумал, что вам нра… - Я бы не позволила Тертиусу это сделать, - неожиданно перебила его Ривер. Доктор с трудом сглотнул. - Пожалуйста, простите меня. Я не знал, я… - Нет. Он замер, внутри всё опустилось, кровь с шумом прилила к голове. - Нет?.. Повисла ужасная тишина, и Ривер, наконец, повернулась к нему. По её глазам ничего нельзя было прочитать. - Нет, я тебя не прощу. Доктор задрожал от ужаса. - Госпожа, прошу… - Я не прощу тебя, потому что… не хочу, чтобы ты считал себя виноватым. - Что? Теперь сглотнула Ривер, и опустила взгляд. - С тобой… я чувствую себя в безопасности, - тихо призналась она, теребя кольца на пальцах. - И не потому, что ты раб, и не имеешь никаких прав. Дело совершенно в другом. Я поняла, что, кажется… Кажется, впервые в жизни я могу позволить… Отпустить… Она говорила растерянно, и так непохоже на себя, и Доктор едва стоял на месте от нахлынувшей волны чувств. Ривер явно имела в виду не только постель. Речь шла обо всём в целом. Она хотела сказать, что доверяет ему, и слышать такое от императрицы было невероятно. Доктор нежно коснулся её щеки ладонью. - Да. Можешь, - проговорил он с трепетом. Ривер подняла на него округлившиеся глаза и несколько мгновений будто читала в его взгляде доказательство, что не ошиблась. Затем мягко улыбнулась и кивнула, вставая. - Помоги мне раздеться. Я хочу тебе кое-что рассказать. Доктор поспешил помочь ей снять многочисленные украшения и избавил от одежды. Ривер повернулась к нему и помогла снять тогу. Она прошла по комнате и погасила весь свет, кроме маленькой свечки у зеркала. Затем взяла Доктора за руку и потянула за собой в кровать. - Что ты хотела рассказать? Женщина покачала головой. - Не сейчас. Она склонилась к нему и нежно поцеловала. Мужчина ответил на поцелуй, обняв её лицо ладонями и зарываясь пальцами в мягкие кудри, и Ривер тихо застонала ему в губы, опускаясь в постель и увлекая его за собой. Она несколько раз провела рукой по его члену, не прекращая поцелуя, неторопливого и чувственного, и затем перекинула через него ногу и опустилась сверху, направляя его в себя. Выпрямившись, женщина начала двигаться, и по её лицу снова ничего не было понятно, но она ни на секунду не прерывала зрительного контакта, нежно скользя кончиками пальцев по его груди и хватаясь крепче, когда почувствовала накатывающий оргазм. Наконец, она изогнулась, содрогаясь и тяжело дыша, и уронила голову на грудь мужчины, тихо мыча от удовольствия. Но не прекратила движений, пока Доктор тоже не пришёл к финалу, со стоном прижимая женщину к себе и уткнувшись губами в нежный изгиб шеи. Ривер глубоко вздохнула и слезла с мужчины, тут же ложась рядом, обнимая и уютно устраивая голову на груди. Доктор ласково водил кончиками пальцев по руке женщины, слушая, как постепенно её дыхание выравнивается и становится едва слышным. Наконец, он понял, что Ривер задремала, и тихо вздохнул, готовый набраться терпения и дождаться следующего раза, чтобы услышать, что она хотела рассказать. Но вдруг в темноте зазвучал тихий голос. - Меня забрали у родителей, когда я была совсем маленькой. Доктора поразили и эти слова, и чересчур спокойный тон. Он шевельнулся под ней, пытаясь заглянуть в глаза, но Ривер упрямо прижималась к нему щекой, оставляя на обозрение только растрепавшиеся кудри. - Кто тебя забрал? - спросил он мягко, насколько мог, боясь спугнуть эти внезапные откровения. Ривер вздрогнула от воспоминаний. - Это были… Думаю, ты назвал бы их культом или сектой. Последователи Марса, бога войны. Их предводитель Фауст утверждал, что избран самим богом. Но хуже всех была его мать, Ковариан. Она называла себя верховной жрицей, или что-то в этом роде. Когда я только оказалась у них, компания была небольшая. Но по мере моего роста росло и их число. Их стало невероятно много. Ривер немного помолчала, позволяя Доктору переварить информацию. - То есть, они тебя забрали, чтобы сделать одной из них? - Не просто одной из них. Там было какое-то дурацкое пророчество. Ковариан утверждала, что Марс лично говорил с ней и предсказал появление маленькой девочки невероятного ума и смелости. Что со временем она станет их предводителем и поможет захватить власть. - Над Римом? - Над всем миром. - Ясно… и они решили, что это ты? Она кивнула. - Моему отцу было чем гордиться - по крайней мере, так мне рассказывали. Он был храбрым центурионом, то есть командиром сотни солдат. Видимо, он часто хвастался своей необычной дочкой… и слухи дошли до ушей оккультистов. Кое-кто из них служил в императорской армии. Ривер опять замолчала, вздыхая, и Доктор почувствовал, что она немного дрожит. - В общем… Они ворвались в наш дом, но мама успела меня спрятать. Они требовали отдать ребёнка, но она отказалась… Тогда они убили её, - Ривер говорила быстро и внешне спокойно, в отличие от Доктора, который весь содрогнулся от ужаса. - Потом они ушли, не найдя меня, и я сидела в укрытии. Сидела очень долго, боясь вылезти… пока не пришли Ковариан и Фауст. Они сказали, что мой отец тоже убит, и я должна пойти с ними: они меня защитят и позаботятся обо мне. Лишь спустя много лет я узнала, что родителей убили по их приказу. Доктор умирал от сострадания, не зная, что сказать, и только прижимал женщину крепче к себе. - Конечно, надо было убедиться, что я и есть тот ребёнок из пророчества. Та единственная, - это слово она проговорила с отвращением. - Мне сказали, что я особенная, что мне предсказано править миром, и что император желает моей смерти - этим они объяснили гибель родителей. Эти люди растили меня, формируя то, что им было нужно. Я не буду вдаваться в подробности. Боюсь, твоя нежная психика не выдержит описаний из моего детства, - сказала она с усмешкой, но Доктор явственно услышал попытку скрыть боль от воспоминаний. - Ривер, если ты хочешь об этом поговорить, я… - Нет, - торопливо перебила Ривер, и он понял, что она щадит не только его нервы. Он нежно обнял её и замер в ожидании продолжения. - В пятнадцать лет у меня случился выкидыш. Доктор резко вдохнул от неожиданности. - Что?! - он попытался читать между строк. - Фауст? Ривер помедлила, затем коротко кивнула. - У нас была запланирована очередная атака. Я им говорила, что ношу ребёнка, но никто не послушал. Меня заставили пойти на битву. Я истекла кровью на поле боя… В тот день я была на волосок от смерти. Глаза Доктора наполнились слезами. - Пятнадцать лет… - он пытался совладать с дрожью в голосе. - Ты говорила, что в этом возрасте захватила империю? - Да, в тот же год, только позже. Когда Ковариан нашла меня в луже крови, она страшно разозлилась. Она кричала, что если я умру, то предам её, пущу насмарку все эти годы, когда они растили и обучали меня. И только тогда я поняла, что ничего для них не значу. Меня даже за человека не считали - я была просто оружием, инструментом… Всё встало на свои места, стало понятно, что представляла из себя вся моя жизнь до того дня. Она судорожно вздохнула, и Доктор ласково погладил её по руке, сострадая всей душой. - В ту ночь я плакала в последний раз. Они думали, что могут меня использовать. Даже став императрицей, я была бы под их контролем. Она надолго замолчала. Доктор ждал продолжения, но не дождался. - Что с ними было дальше? - тихо спросил он. Ривер, наконец, повернула к нему голову и улыбнулась. - Я их убила. - Ох… Да, порой, лёжа на мягкой кровати в уютной тёмной комнате, он совсем забывал, что эта очаровательная хрупкая женщина в его объятиях - беспощадный убийца. Женщина кожей почувствовала его реакцию и тихонько фыркнула. Эта её способность читать мысли порой просто пугала. - С Фаустом было просто. Я убила его легко и с удовольствием. - Фауста? Несмотря на то, что вы были любовниками? Ривер снова фыркнула, уже с отвращением. - Мы не были любовниками. - Как? Но ты же… ох… - грудь снова сдавило сострадание. - Ох, Ривер… Она пожала плечами. - Тогда я и не знала других отношений, думала, что это нормально. В общем, однажды ночью я пришла к нему обнажённая, села верхом и вонзила нож прямо в сердце. Доктора передёрнуло, и Ривер подняла на него взгляд. - Извини. Мужчина посмотрел на неё, поражённый. Императрица не шутила, она глядела на него с искренним сочувствием. - Кхм… ничего. - Я избавлю тебя от подробностей того, что я сделала с Ковариан. Это уж точно не для твоих ушей, - она прочистила горло. - Никто даже не спросил, куда они пропали. У нас была армия, и мой авторитет был достаточно силён. Пара любопытных придурков поплатились жизнью, и никто больше не рисковал приставать ко мне с вопросами. Они хотели видеть меня во главе - и не были разочарованы. Через три месяца я захватила трон. Доктор качал головой, отказываясь верить услышанному. - А тебе не приходило в голову… ну, знаешь… не захватывать власть? После того, как ты их убила, ты была свободна. Ведь можно было просто уйти и начать новую жизнь? Последовала долгая пауза, затем Ривер приподнялась на локте и посмотрела на Доктора. - Это сейчас я свободна. Я управляю империей. Ты что, не понимаешь - я оказалась во главе сильной, послушной армии. С какой стати я должна была всё бросить и делать что-то другое? - она выдохнула и легла обратно. - В ту страшную ночь я дала себе обещание. Я поклялась, что никому на свете больше не позволю мной управлять. Что покажу им всем - и даже Марсу, если он вообще существует - что я не чья-то грёбаная игрушка. И что все, все склонятся передо мной в страхе - передо мной, а не перед ним. У Доктора по спине побежали мурашки от её тона. Он никак не мог связать в голове этих двух женщин - ту, что сейчас обнимал, и ту, о которой шёл рассказ. Тёплое ласковое течение, которое уносило его в круговорот нежности и блаженства, и смертоносный неумолимый шторм, способный в мгновение разрушить множество жизней. Ривер Сонг - океан, вмещающий и то, и другое. И хотя он понимал, что она опасна, что не стоит позволять затягивать себя в этот омут - выходить из воды уже не хотелось. Особенно теперь, когда открылась причина её тёмной стороны. По сути, Ривер ни в чём не виновата. Из неё сделали убийцу, не спросив её мнения. Другой жизни она не знала. Не знала любви, доброты, заботы о ближнем… только силу, власть и кровопролитие. И уж точно никогда не слышала о доверии - по крайней мере, с тех пор, как узнала правду о своём детстве. И тот факт, что сейчас она рассказала обо всём Доктору, означал величайшую степень открытости и доверия. В тот момент было странно и даже забавно понимать, что он её раб, а она - хозяйка, но независимо от их положения Доктор был твёрдо намерен спасти эту женщину. - Итак… - вдруг заговорила Ривер, глядя на него с улыбкой. - Как тебя зовут? Доктор удивлённо уставился на неё и отвернулся, сглатывая. - Я… я же тебе говорил. Уже и сам не знаю. Сколько себя помню, всегда был Доктором. Рискнув поднять взгляд, он увидел, как она закатила глаза, а затем нахмурилась. - Это ты уже говорил. Я рассказала тебе свою тайну, Доктор. Теперь твоя очередь. Доктор вздохнул, скользя кончиками пальцев по плечу женщины. - Почему ты сменил имя? - настаивала Ривер. - Может, тебя разыскивают за какое-нибудь ужасное злодейство? - поддразнила она. - Ты государственный преступник? Убил правителя своей страны? - Боже, конечно, нет! - фыркнул Доктор. Ривер хихикнула. - Тогда почему? Он неуютно заворочался. - Я никогда его никому не говорил. Повисло молчание. Доктор поднял взгляд и увидел, что Ривер смотрит на него, нахмурившись, и ждёт ответа. - Я открыла тебе свою тайну, - тихо повторила она. Мужчина закрыл глаза и тяжело вздохнул. Да, она показала величайший уровень доверия. Для этой женщины практически невозможный. Он должен отплатить тем же. Решительно выдохнув, он склонился ближе и прошептал ей на ухо своё имя. Отстранившись, он увидел, как Ривер тепло улыбается. - Великое имя. И очень красивое. Мужчина хмуро пожал плечами. - Предпочитаю «Доктор». Ривер нежно провела ладонью по его лицу, отгоняя грусть. - Доктор - значит Доктор. Он улыбнулся в ответ, и вдруг о чём-то задумался. - А что насчёт твоего имени? - Что с ним? - моргнула Ривер. - Тебя всегда звали Ривер Сонг? Или это они дали тебе новое имя, забрав от родителей? Женщина помедлила с ответом. - Нет, меня не всегда так звали. Но они не меняли моего имени. А почему ты спросил? - Просто оно у тебя необычное. Я подумал, что тебе его специально выбрали. Ривер покачала головой. - Я сама его поменяла. Когда убила Ковариан и Фауста. Я больше не хотела быть тем, что из меня делали, хотела быть сама собой. Доктор кивнул. - Так как тебя раньше звали? Женщина вздохнула и снова опустила голову ему на плечо. - Мелоди. Мелоди Понд. - Мелоди… - протянул Доктор. - Прелестное имя. - Угу, - отозвалась женщина. - Настолько прелестное, что вряд ли вселило бы страх в моих врагов. Доктор в который раз закатил глаза от её жестокости и откинулся на подушку. - Мелоди Понд… Ривер Сонг… Мелоди… Сонг… Ривер… - мурлыкал он, и вдруг замер, пораженный догадкой, а затем рассмеялся. - О! Это умно, очень умно! Ривер тоже усмехнулась. - Вот и я так подумала. Она немного поёрзала и с глубоким вздохом прижалась к нему крепче, медленно проведя ладонью по груди и животу. Доктор снова задумался о том, что услышал этой ночью. Он восхищался ей, а теперь к обычной симпатии добавился некий трепет перед такой открытостью. У Ривер было ужасное, трагичное детство, оно искалечило её. Удивительно, как она вообще смогла столького добиться. Любой другой человек просто сошёл бы с ума после подобного, в то время как эта женщина только стала сильнее. - Ты помнишь своих родителей? Хоть немного? - Не очень… Помню только… рыжие всполохи. Волосы, у неё были рыжие волосы. Но скорее всего это искажённые воспоминания, у римлян не бывает рыжих волос. А однажды, когда немного подросла, я подслушала имя отца - его звали Рораникус. У Доктора перехватило дыхание. - Рори… - Что? - женщина подняла голову. - Я… - он испуганно глядел на неё. - Нет, ничего. Просто слышал, как сокращают это имя. - А… - Ривер снова легла на него, и он почувствовал, как она улыбнулась. - Рори… это так по-домашнему. Может быть… возможно, моя мама его так называла наедине. Доктор не мог пошевелиться, ошарашенный догадками и воспоминаниями. Он ласково погладил женщину по голове. - Скорее всего, так и было.