Feat not me

Как только последний неофит приземлился на сетку, началось настоящее знакомство с Бесстрашием. Мне действительно было любопытно своими глазами взглянуть на то, как устроена жизнь проживающих под землей. Может именно поэтому иногда я про себя называла бесстрашных приспешниками Дьявола, который гордо восседает где-то в объятом пламенем Аду. — Рожденные Бесстрашные идут с Лорен, а перешедшие идут со мной в «Яму», — сказал инструктор. — Забыл представиться, меня зовут Четыре, — и, подождав немного, добавил, — Для особо умных, да, как цифра. — Яма — это сердце Бесстрашия. Если вам все еще кажется, что вы ошиблись и попали не туда, то вас никто не держит. Самое время присоединиться к афракционерам, они-то будут рады видеть новеньких, в отличие от нас, — Эрик казалось не считал неофитов за людей. Он смотрел на всех нас так, будто мы кучка мусора, который забыли убрать со вчерашнего дня, — Вам стоит только сказать, и мы обеспечим комфортную поездку за наш счет. Кто-то и вправду испугался, резко начали шептаться неофиты где-то в конце толпы. Со стороны урожденных бесстрашных послышался смех. Да, Лидер мог запугать при желании, но, кажется, что до действий он не доходил, лишь раскидывался угрозами направо и налево. Только вот понять это почему-то стоящие позади меня неофиты не могли и продолжали взволнованно переговариваться. После небольшого весьма воодушевляющего приветствия нам сообщили, что сейчас покажут путь до нашего, как выразился Эрик, уютного гнездышка. Само уже название не предвещало ничего хорошего, но другого никто и не ожидал. Всё во фракции было окрашено в самые разные вариации черного: темно-серый, угольно-черный, иссиня-черный. Казалось, даже желтоватый свет, исходящий от настенных лампочек, то и дело отдавал чем-то темным и мрачным. Мне казалось, что такие оттенки сами по себе должны были навевать холод и мрак, вот только почему-то было совсем наоборот: было ощущение, что стены источали тепло. Быть может именно поэтому было так комфортно и совсем не страшно передвигаться по темным и длинным коридорам. Внезапно, я резко остановилась: отчетливо чувствовалось чужое горячее дыхание на шее. — А ты, особо строптивая, пойдешь под моим присмотром и в конце группы, — сказал мне Лидер, хотя кого я пытаюсь обмануть — приказал. — Может сразу пойдем в твою комнату? — я посмотрела парню в глаза и наклонила голову набок, — Или я слишком тороплюсь? Может стоит просто отстать от группы, а? Что за чрезмерное внимание к моей скромной персоне, Эрик. Знакомы не больше получаса, а я уже начинаю думать, что ты от меня без ума. Глаза Лидера опасно сверкнули, и я почти почувствовала кожей напряжение, витающее в воздухе. Парень сжал руки в кулаки и начал медленно надвигаться на меня. Я же стояла, не двигаясь. Страшно не было, совсем нет. Мною двигало чувство любопытства и почти что какого-то ребяческого интереса: что мне может сделать человек, совсем ненамного старше меня, да еще и при таком количестве свидетелей. Руководство бы явно не погладило Эрика по головке за то, что буквально в первый час бы он покалечил только прибывшего неофита. — Вижу, тебе слишком смешно, да? — парень уже готов был схватить меня за шею и перекрыть доступ к кислороду: я видела, как дернулась его правая рука и сжалась вновь в кулак. — Еще одна такая тупая выходка, и я помогу тебе с радостью узнать, что же находится на дне Ямы. Только вот лететь придется долго, как никак там не меньше полусотни метров. Тут мне вдруг стало страшно. Нет, даже не за себя. Стало откровенно жаль неофиток, к которым он будет пытаться лезть, ведь не каждая сможет дать отпор тупоголовому парню, у которого мозг между ног и ни каплей выше. Внезапно рядом возник Четыре. Сначала меня удостоили обеспокоенным взглядом, а затем недовольно посмотрели на Эрика. — Черт возьми, хоть сегодня можно без выяснений отношений? — Четыре взял меня за руку и подтолкнул к стоящим в начале колонны, — Тебе уже не пятнадцать лет, чтобы цепляться к девчонке из-за слов. Эрик зло хмыкнул и ушел в противоположную сторону. Только мы добрались до комнаты и выдохнули вроде даже как-то облегченно, как тут нам сообщили, что это помещение как для девушек, так и для парней. Как жить уже никого не волнует. На самом деле звучит не так уж и плохо, есть место для сна и уже можно благодарить до конца жизни за такую щедрость со стороны фракции. Со всех сторон послышался возмущенный шепот. — Еще душевую с туалетом не видели, — смеясь, сказал Четыре. — Надеюсь, наша принцесса не будет против таких условий, — во время этих слов Эрик смотрел прямо на меня, явно ожидая хоть какой-то реакции. — Я бы дала единицу, и та с натяжкой, — я решила даже не поворачиваться в сторону парня. Чего? — Шутка твоя на единицу тянет, и то, я слишком преувеличила, — было видно, как Эрик начинает закипать, будто чайник: еще слово и он рванет, но тяжелый взгляд Четыре, который прилетел прямо в сторону лидера, кажется стал нейтрализатором реакции на время. — Вам предстоит навсегда избавиться от прошлой жизни и сжечь все, что связано с ней. — Идите за нами, — Эрик прошел мимо и задел плечом, отчего я слегка пошатнулась. Какой же он ребенок, черт возьми. Кто его и при каких обстоятельствах поставил на такую должность? Неужели власть делает с людьми вот это? Пока мы шли к помещению, где должны были сжечь наши старые вещи, Четыре пару раз повторил, что ничего оставлять нельзя. Наша задача — избавиться от прошлого и вместе с формой Бесстрашных принять настоящее таким, какое оно есть. Я скинула в горящий котел практически все свои вещи. Нетронутым остался лишь кулон, что висел на шее. Это было напоминание о том, что так или иначе я есть у себя. То, что действительно не отнять и не переделать. Сколько бы мне не пытались влезть в голову и заставлять что-либо делать, я не смогу ни при каких обстоятельствах предать саму себя. Когда все подобрали форму, пришло время вернуться в комнату. На обратном пути, я думала, что будет со мной, если не выйдет пройти инициацию. Меня явно ждет жизнь среди афракционеров, и с этим к сожалению ничего не сделать. Остается лишь надежда, что я не зря надеюсь на свои силы и возможности. Совершенно случайно под ногами возник не то булыжник, не то кирпич. Я даже не удивилась, когда споткнулась и полетела на кого-то стоящего впереди. Если бы не этот кто-то, мое лицо явно окрасилось бы в красный и сине-фиолетовый цвета. Вот только, к моему несчастью, я свалилась прямо на Эрика. Черт, столько людей вокруг, а мне под руку попался именно этот несносный парень. Может быть, я убила кого-то в прошлой жизни? Иначе как еще объяснить мое невероятное везение. — Бежать было некуда, да и что мне мог сделать Эрик? Как он кричит — уже слышали все, а его по-детски глупые запугивания ничего не стоят. Поэтому самым правильным решением было забить и двинуться вперед вслед за другими ребятами. Не убьет же он меня, в самом деле — Нет, я вообще никогда не смогу понять, каким вы местом думали, когда решили, что в бесстрашии вам самое место? Вы, идиоты, даже под ноги смотреть не можете, — разворачиваясь, рыкнул Эрик. Как только парень заметил, что я стала причиной нарушения покоя, то его губы вмиг растянулись в противной ухмылке. — Это Эмми, — Джейд показал на меня пальцем, словно пятилетний ребенок. — Боже, Джейд, ты реально такой идиот или прикидываешься? — метнув полный ненависти взгляд в парня, я все же решила, что стоит посмотреть на лидера. — Удачного дня, принцесса. — сказал темноволосый из Эрудиции и показал язык. — Эмили, скажи мне, мозги совсем растрясла, пока прыгала с поезда или стала бессмертной? — спросил Эрик и начал идти в мою сторону. Он уверенным шагом двигался ко мне, пока я стояла у стены, скрестив руки на груди. Может быть он считал, что казался пугающим, но как же это было далеко от правды. Ладно, возможно мне не стоит вести себя так в самый первый день пребывания в новой фракции, но и терпеть такое отношение к себе я тоже не собираюсь. — Не твое дело. — Когда в первый раз я сказал тебе, что надо вести себя нормально, ты вроде сделала вид, что все поняла и осознала, — между нами осталось сантиметров тридцать, не больше, когда он остановился около меня, глядя прямо в глаза, — но сейчас ты просто не оставляешь мне выбора, принцесса. Выбор? Он вообще в своем уме? Выбор я уже сделала, когда порезала руку прямо над раскаленными камнями. А о том, что собрался выбирать парень и думать не хочу. Не моя забота, что очень умное вдруг возникло в голове у Эрика, раз он так взъелся. Он был чересчур напряжен и разозлен, даже руки сжал в кулаки. Будто сдерживался, чтобы не впечатать их во что-то или даже кого-то. Секунда, и Эрик схватил меня за руку с такой силой, что на глаза невольно выступили слезы. Вероятно, на запястье вскоре расцветет синяк. Зеваки начали оборачиваться на нас и кидать любопытные взгляды в нашу сторону. — Эрик, ты вообще в своем уме? Куда ты меня тащишь? Отпусти, — я попыталась выдернуть руку из захвата парня, но ничего не вышло, — мне больно, черт возьми. — Меньше знаешь, крепче спишь. Все мои попытки вырваться и сбежать были обречены на провал. Четыре был уже слишком далеко от нас, а окружающим слишком плевать на то, что, вероятно, происходит не впервые. — Либо ты сейчас успокаиваешься и перестаешь брыкаться, либо я скину тебя вниз. Поверь, никто даже не заметит пропажи такой дуры, как ты. — Не дождешься, придурок, — Лидер рассмеялся. *** Парень отворил дверь и я поняла, что попала в спортивный зал: вокруг было много канатов, груш и матов. — Давай, вот он твой шанс доказать, что попала сюда не по ошибке, покажи на что способна, — руку наконец отпустили, и я потерла запястье. Было больно, да и начал проявляться синеватый след, — Ударь меня. — Я не собираюсь тебя бить, — попытку развернуться и уйти сразу пресекли. Эрик подтолкнул меня в сторону лежащего на полу мата, покрытого внушительным слоем пыли, и после встал напротив, — Что за детские игры? Давай представим, что я не упала на тебя и ничего не было. Ты игнорируешь меня, я тебя. Хотя твой спермотоксикоз наверное не позволит этого сделать. — Это ты сейчас решила выебнуться? — глаза Эрика зло сверкнули в полумраке зала, — Не кажется ли тебе, что ты немного не в том положении, чтобы показывать свой характер? — Он у меня хотя бы есть, и я не веду себя как обиженный пятилетний ребенок. Эрик нахмурился. Было заметно, что он изо всех сил пытается сдерживаться, чтобы не подойти и не сделать то, о чем, может быть, пожалеет. Хотя, кого я обманываю — он не будет жалеть, если я очень случайно споткнусь и буду лежать прямо на этом полу. Думаю, он уже представляет, как меня радушно принимают к себе афракционеры. Нельзя сказать, что всю свою сознательную жизнь я была магнитом для неприятностей и вечно попадала в передряги. Нет, наоборот, я держалась постоянно в стороне, не стремилась вступать в перепалки, да и вообще все свободное время помогала родителям, читала книги или гуляла по территории фракции, пытаясь отыскать место, где еще не была. Мне нравилось так проводить дни. Чувство свободы было слишком драгоценно, чтобы тратить его на ссоры. Сейчас, смотря на Эрика, почему-то складывалось ощущение, что парень на самом деле лишь прикрывается излишней грубостью. Я была уверена, где-то за маской он прячет довольно-таки интересного и открытого миру человека. Другой вопрос, чем же на самом деле вызваны такие метаморфозы? Не думаю, что фракция настолько может поменять кого-либо. Бесстрашие издавна славится жестокостью, кровопролитными незаконными боями на нижних этажах Ямы, но также это место учит быть стойким, храбрым, таким человеком, которого сложно сломать. Совсем не уверена, что спустя время я смогу найти общий язык с Эриком или тем более стать друзьями, но как минимум жить в каком никаком мире с ним я способна. Мне не так сложно вовремя промолчать, если мои личные границы не будут нарушены. Даже сейчас я готова предложить перемирие, пусть Эрик, кажется, не согласится с подобным раскладом. Усталость слишком резко обрушилась на меня. Весь день на ногах, неизвестность порядком утомляет. На перепалку сил нет — есть лишь желание прилечь хотя бы на пару минут. — Эрик, прекращай ломать комедию, — тяжело вздохнув, я присела на мат и посмотрела на парня, — Просто отпусти меня и все. Я никому не скажу, что ты силой приволок меня сюда. В углу зала мигал свет, от чего противная пульсирующая боль в висках начинала усиливаться. К тому же, из-за явного постоянного отсутствия людей в зале, никто не отапливал это помещение, и я начала замерзать. Кожа покрылась мурашками, а тонкая футболка никак не помогала согреться. Было видно, Эрик уже практически согласился на мое предложение. Он разжал кулаки и тяжело вздохнул. Думаю, парень устал не меньше моего, просто за время нахождения во фракции научился скрывать это. Его безупречные, на первый взгляд, стойкость и выдержка, начали сходить на «нет». — Черт с тобой, — лидер устало потер переносицу, прикрыв глаза, — выметайся, и чтобы я тебя не видел в ближайшие два часа. Лучше бы вообще никогда тебя не видел, господи. Неужели мои молитвы были услышаны, и теперь меня будет ждать долгожданный отдых на скрипучей кровати в общей комнате? Я подскочила на ноги и отряхнула руки от пыли и грязи. До двери осталось не больше пяти шагов, как прозвучал щелчок замка. Я вздрогнула и обернулась, взглянув на Эрика, который тихо выругался.