Такой же, только другой

Ноги блондина по колено увязли в земле, по его телу вверх ползли змеи, скручивающие его всё туже и туже и не давая выбраться. Острые пики, в которые обратилась окружающая героя местность под воздействием сендзюцу Саске, приближались. В самый последний миг он закрыл глаза, концентрируя чакру в своем теле, после чего загорелся желтым пламенем еще ярче. Узумаки представил, как сбоку от торжествующего Учихи в воздухе появляется кунай. В следующий миг кунай материзовался на том самом месте, пылая желтой чакрой. А следом за ним появился и Наруто, в последний миг спасшийся из смертельной ловушки с помощью Полета Бога Грома. Учиха успел удивленно повернуться в сторону возникшего из ниоткуда противника, после чего в лицо ему врезалась нога Наруто, отправившая брюнета в долгий полет назад. Сделав задний переворот, Саске приземлился на ноги, после чего перехватил меч обратным хватом. — Хватит уже играться, давай закончим этот бой, — прошипел он, сверкнув красными глазами и понесся вперед. На мече его стали плясать синие молнии, издававшие звук, похожий на птичье чириканье. — Расенган! — воскликнул Наруто, рванувшись противнику навстречу с голубой сферой чакры в руке. Саске нанес нещадный удар, который непременно разрубил бы Наруто пополам, если бы тот не подставил под меч свою технику. Клинок, на котором искрились синие разряды электричества, и голубая сфера из вращающейся чакры столкнулись, пытаясь пересилить друг друга, после чего преобразовались в волну чакры, отбросившую врагов в разные стороны. Первым на ноги поднялся Учиха, недоуменно смотревший на рукоятку меча, всё, что осталось от его несокрушимого оружия. — Невозможно, — прошептал он, поднимая взгляд на поднявшегося с земли Наруто, который, кажется, был цел и невредим. "Неплохо, но не вздумай расслабляться! Что-то мне подсказывает, что худшее еще впереди!" — предупредил Наруто Курама, которому гневные вспышки в глазах Учихи совсем не понравились. Курама оказался прав. — Режим Отшельника: Змеиная пасть! — процедил Учиха, отбрасывая бесполезную рукоять испорченного оружия в сторону и складывая печати. Наруто и моргнуть не успел, как вдруг оказался во рту полупрозрачной зеленоватой змеи, которая, будто Сусаноо, появилась по повелению Саске, однако не была с ним единым целым. Джинчурики инстинктивно выставил руки над головой, не позволяя челюстям огромной призрачной рептилии захлопнуться. Кто знает, что случится, если вдруг эта тварь его проглотит? Саске даром времени не терял. Он ринулся вперед, приготовившись использовать новую технику, с помощью которой он смог бы побить своего противника, когда Наруто станет более уязвимым. — Режим Отшельника! Стихия Огня: Пика адского пламени! — воскликнул он, возникая на полпути к борющемуся со змеей Наруто и выдыхая огромный конус пламени, который, закручиваясь, понесся вперед. "Плохо дело, я потратил слишком много чакры на запечатывающие техники и Полета Бога Грома", — подумал Наруто. — "У меня почти ничего не осталось, это будет мое последнее или предпоследнее перемещение!" "Тогда не используй его, идиот. Ты сильнее, чем думаешь. Вспомни, сколько раз ты всем это доказывал. Лучше сохранить чакру на атакующую технику!" — прорычал Девятихвостый. Джинчурики собрал всю волю в кулак, не позволяя челюстям змея сомкнуться. Он уже наполовину согнулся в них, рискуя навсегда исчезнуть. Узумаки еще раз прокрутил в голове слова Курамы и мысленно кивнул, понимая, что это правда. Сколько раз он перешагивал через себя, сколько раз побеждал врага, находясь в худшей, чем он, ситуации. "Менма, Хината, Извращенный Отшельник. Ради вас я не позволю этой твари меня сожрать!" — подумал он, стиснув зубы и выпрямившись. Ему удалось пересилить змея и выпрыгнуть из пасти змея за миг до того, как челюсти со страшной силой сомкнулись. Обернувшись, Наруто увидел, что змей растворился, превратившись в зеленоватую дымку. Мимолетное изумление на лице Учихи обратилось в гримасу раздражения. — Никогда не сдаешься, — процедил он. — Ничего не изменилось. Он устремил взгляд вверх, где, будто по его мысленному велению, начали сгущаться тучи, в которых уже мелькали яркие вспышки синих электрических разрядов. — Режим Отшельника. Грозовая атмосфера, — произнес Учиха, поднимая руку вверх, и молнии в небе заплясали еще ярче, будто бы угольки в костре, которые кто-то старательно раздувал. "Сейчас, Наруто! Сделай это, или он тебя убьет! Это единственный способ прервать его дзюцу", — рявкнул Курама, понявший, что произойдет в следующий миг. "Я не успею запечатать его технику, она слишком быстрая", — пронеслось в голове Наруто, заворожено глядевшего на покрытые трещинами молний небеса. Голос Курамы вывел его из ступора. Узумаки понял, что перечить нельзя. В его руке возник расенган, закручивающийся так быстро и стремительно, что еле удерживал форму шара, после чего Узумаки бросился вперед, навстречу Саске, собираясь сразить его одним единственным ударом. — Ярость Небес! — когда Наруто был уже совсем близко, Учиха опустил руку, призывая все скопившиеся в тучах молнии сорваться вниз одним стремительным потоком. Блондин понял, что тот факт, что на таком расстоянии друг от друга техника накроет их обоих, Саске не волнует, настолько сильно тот хотел завершить этот бой. Не так важно, успеет ли Наруто совершить последний удар или нет. Так зачем же обременять себя тяжким грузом убийства того, кто когда-то был тебе лучшим другом? "Прости меня", — подумал Узумаки, в руке которого погас расенган, так и не достигший цели. Молнии, врезавшиеся в арену, на которой сражались наши герои, были столь яркими, что даже все те шиноби, которые спешили к Наруто на помощь с другого конца деревни, вынуждены были зажмуриться, чтобы не ослепнуть. Когда свет погас, и Коноха вновь погрузилась в ночной мрак, тихий ропот прошел по рядам ниндзя. Неужто спасители Конохи, Менма и Наруто, погибли?

***

— Ты проиграл, — услышал Менма шепот Тоби и кашлянул кровью. Опустив взгляд, темноволосый Узумаки увидел жуткое зрелище — окровавленные деревянные прутья, выходящие у него из грудной клетки. Под ногами брюнета уже растекалась кровавая лужица. Менма стиснул зубы, чувствуя дыхание смерти себе на ухо. — Пора завершить план! Теперь я закончу то, что было предначертано мне господином Мадарой, — процедил Учиха, собираясь вырвать руку с растущими из нее деревянными отростками из тела поверженного ученика, из которого вместе с кровью медленно вытекала жизнь. Но он не смог этого сделать, поскольку Менма быстро пришел в себя и, превозмогая боль, схватился за прутья, удерживая их в своем теле, а Тоби за своей спиной. — Ты чего делаешь? — усмехнулся Акацуки, подумав, что от боли ученик лишился ума. — Исполняю обещание, данное лучшему другу, — прохрипел брюнет. Тоби не видел этого, поскольку находился за его спиной, но рисунок на радужке левого глаза Менмы превратился в красную спираль. Мангеке Шаринган Менмы крутанулся, обращая время для неодушевленных объектов вспять. Позади Тоби возникли брошенные им же кунаи, поднявшиеся из пропасти черноты, куда они упали, встретившись с телекинетическим полем Менмы. На сей раз Менма не стал останавливать их силой мысли. Как только дождь холодного оружия вернулся за спину злодея, Узумаки вновь запустил время. В следующий миг двадцать кунаев со всей силы вонзились в спину того же самого человека, который когда-то их бросил. Тоби несколько раз вздрогнул под этими ударами, издав под конец что-то среднее между стоном и сдавленным выдохом. Менма, заставив свою руку засветиться мистическим пламенем сендзюцу, освободил грудь от торчащих из нее деревяшек, после чего, переживая невероятную боль, выразившуюся в мычании, слез с укороченных прутьев, на которые он все еще был нанизан. Он грохнулся на пол, чувствуя, как последние капли чакры Хаширамы заживляют его несовместимые с жизнью раны. Наконец, брюнет нашел в себе силы перевернуться на другой бок, чтобы увидеть противника. Тоби рухнул на колени. Изо рта его по подбородку вытекал ручеек крови. В замерших глазах застыло изумление и непонимание. Затем поверженный Акацуки шмякнулся на пол и больше не двигался. Взглянув на торчащие из его спины кунаи, Менма заметил, что они погрузились в плоть по рукоятку и не оставили никакого шанса на выживание. Он вздохнул, распластавшись на холодном камне и собирая заново выкачанные из него силы, после чего вспомнил о брате, который остался один на один с Учихой Саске. Совершив над собой усилие, Менма встал и посмотрел по сторонам. Выход из этого параллельного мира был только один. Брюнет медленно подошел к поверженному учителю и накрыл ладонью его голову, сосредотачиваясь. В глазу Узумаки сверкнул риннеган, искусственным путем запустивший в теле Акацуки нужную технику, после чего Менма и мертвый Тоби исчезли в пространственной воронке, навсегда покидая мир Камуи.

***

"Значит, ты выбрал последнее перемещение вместо последней атаки?" — прозвучал голос Курамы в голове нашего героя. Как ни странно, в голосе этом было одобрение. "Выбери я иное, то точно распрощался бы с жизнью", — отозвался Узумаки. — "К тому же, это был прекрасный шанс опробовать мою новую технику — Мгновенный Полет Бога Грома". Узумаки появился на том же месте, где и стоял, поскольку именно туда вернула его техника перемещения. Она работала следующим образом: шиноби на секунду или несколько секунд телепортируется, не привязывая себя к той или иной печати для перемещения и таким образом оставаясь вне времени и пространства, после чего возвращается в то же место, где был. Именно так неиспробованное в деле дзюцу Наруто спасло ему жизнь. "Это могло и не сработать", — заметил Девятихвостый с некоторым осуждением. "Расслабься, Курама, всё худшее позади", — ответствовал Наруто мысленно. Но как только он вновь появился на стадионе, земля которого была полностью черной и сильно дымилась, улыбка исчезла с лица блондина. Он увидел Саске, распластавшегося на земле. Одежда на нем почти полностью сгорела, кожу покрывали страшные ожоги. Но Учиха был жив! И, как оказалось, был еще способен шевелиться. — Нет... — прошептал Наруто, видя, как Саске соединяет ладони, а на его устах появляется торжествующая улыбка победителя. — Эдо Тенсей, — прошипел Саске, соединив ладони в молитвенном жертве с негромким хлопком. В следующий миг земля затряслась, и из нее выдвинулся деревянный гроб, вставший горизонтально. Сбоку от Наруто раскрылась пространственная воронка, и из нее появились Менма и тело Тоби, рухнувшее на землю. — Ты вернулся! — обрадовался блондин, оглянувшись на брата, который хоть и выглядел неважно, был всё еще жив. — Что это за хрень?! — выдавил Менма, взгляд которого сразу оказался прикован к гробу. — Только не говори мне, что снова воскрешающая техника. В голове брюнета прозвучал голос учителя: "Теперь я закончу то, что было предначертано мне господином Мадарой!". Узумаки сглотнул, поняв, что, возможно, Тоби говорил именно об этом. Крышка гроба отвалилась, глухо стукнувшись о дымящуюся землю, после чего из тьмы медленно вышагнул незнакомый братьям человек. У него были длинные черные волосы до поясницы и светящиеся красные глаза, в которых угадывался шаринган. Незнакомец был в черном не очень современном костюме, поверх которого были надеты древние красные доспехи с немного облупившейся краской и маленькими трещинками. За спиной темноволосого человека был огромный боевой веер с торчащей из-за плеча воина рукояткой. Возрожденный человек опустил взгляд на Саске, который глядел на него одновременно с ужасом и восторгом. — Ты — тот, кто призвал меня? — промолвил воин из прошлого с явным неодобрением, но без всякого удивления в голосе. — Да, Мадара-сама, — произнес Саске, собираясь встать на ноги, чтобы выглядеть в глазах легенды прошлого достойно. Но не успел этого сделать, поскольку длинный деревянный кол, вылетевший из руки Мадары, пронзил его сердце, пригвоздив мгновенно убитого Учиху к земле. — Саске! — крикнул Наруто, видевший эту жуткую сцену с самого начала и до конца. Мадара перевел взгляд на Наруто и Менму, задержав его на некоторое время на последнем из братьев, точнее на его правом глазу, после чего посмотрел на тело Тоби у их ног. — Жалкое зрелище, Обито. Всё придется делать самому, — процедил он, потянувшись рукой к гунбаю за спиной.