Такой же, только другой

— Все назад, никому не вмешиваться, он слишком силён, — приказал Джирайя, оглянувшись на тех шиноби, которые были еще в состоянии драться. — Это безумие! Позвольте мне помочь! — возмутилась Югито, но Четвертый Райкаге отрицательно мотнул головой. — Мы разберемся с ним сами, — согласился Эй с Хокаге. — Не встревай, малышка Югито. — Пять Каге будут биться бок о бок. Впервые на моей памяти, — прокряхтел Тсучикаге, зависая в метре над землей. Казекаге и Мизукаге промолчали, не сводя взгляда с противника, который тем временем стряхнул со своего плеча пыль. Его недобрый взгляд устремился на пятерку отважных ниндзя, вставших на его пути. В темноте сверкнули два риннегана. — Излишне самоуверенные глупцы, — процедил Учиха. — Да будет так. Никто вам в этом бою не поможет. Стихия Дерева: Техника древесного клонирования! Пять клонов мгновенно рассредоточились в разных направлениях. Когда они заняли нужные позиции, Учиха быстро сложил нужные печати, и копии повторили их. — Барьер четырех синих огней! — промолвил он. Пятеро Каге с удивлением поняли, что всего за несколько мгновений враг поймал их в синий кубообразный барьер, занимающий полстадиона, который удерживали его клоны. Когда Югито в ярости ударила по полупрозрачной синей стене кулаком, стало понятно, что внутрь никому не пробиться. — Это же техника Хокаге, — удивился Джирайя, правда техника, которую могли выполнить четыре Хокаге называлась "Барьером четырех красных огней" и, соответственно, имела другой цвет. — Нет, эта техника гораздо надежнее, чем дзюцу, изобретенное Хаширамой. Я могу удерживать ее, сколько захочу, — ответствовал Мадара. — В данном случае я не развею ее, пока не убью вас. — Посмотрим, кто кого, самоуверенный ублюдок! — Райкаге пригрозил ему кулаком и встал в боевую стойку. — Мне хватит всего минуты, — заверил его Учиха, сверкнув глазами. — Ну что, начнем? Стихия Дерева: Рождение великого леса! Земля под ногами затряслась, и в следующий миг Мадара поднялся высоко над землей верхом на толстом мостообразном корне. Точно такие огромные корни, но уже в виде щупалец, начали появляться из-под почерневшего песка, и следующий миг целая их лавина обрушилась на Пять Каге, норовя раздавить великих ниндзя своим весом. — Стихия Пыли: Субатомное расщепление! — положение спас старик Тсучикаге, вылетевший вперед и создавший меж своих ладоней куб, который в следующий миг расширился до невероятных размеров. Вся древесина, встретившаяся с техникой, обратилась в пыль. — Оноки, хоть чему-то научился за это время, — констатировал факт Мадара, довольный тем, что первая техника так и не смогла прикончить его врагов, значит, можно с ними еще позабавиться. — И это говорит человек, укравший техники Первого Хокаге? — ухмыльнулся Джирайя. Учиха перевел взгляд на Извращенного Отшельника. — Ты сомневаешься в моем могуществе, жалкий червь? - Мадара сощурился, глядя на Хокаге и его помощников сверху вниз. Его пальцы начали комбинировать новые печати. — Стихия Огня: Великое уничтожение! Ослепляющий поток пламени устремился в отважную пятерку, расширяясь ввысь и вширь. Джирайя подумал, что когда он сражался с Фугаку, тот использовал против него что-то вроде этой техники. Однако, это дзюцу было куда мощнее. За несколько секунд пламя могло заполонить весь куб барьера и обратить его содержимое в пепел. Так бы и случилось, если бы не Мизукаге, выплеснувшая навстречу всепожирающему пламени водное дзюцу. — Стихия Воды: Снаряд множественного водяного дракона! — произнесла женщина, призвав несколько змееобразных водных тварей, которые при соприкосновении с огнем взрывались, обращась в целые водопады. Пламя оказалось потушено, но вода внутри барьера не исчезла и поднялась бы до уровня пояса, если бы Каге не применили нужные техники, чтобы удерживаться на водной поверхности. — Хватит ждать его хода, наш черед действовать! — воскликнул Райкаге, срываясь с места. Темнокожий мужчина оказался в доспехе из молний, который мог защитить его от любой физической атаки и вдобавок к тому изрядно увеличивал скорость движения. Каге не стали спорить и ринулись следом, а враг глядел на них сверху, улыбаясь. Кажется, ему было всё равно, чей черед атаковать. Он был уверен в том, что врагам против него долго не выстоять. Первым, кто настиг Мадару, был Райкаге, взбежавший вверх по огромному древесному корню. Он занес кулак для удара, собираясь мгновенно превратить врага в кровавую кашу, но тот в последний миг отскочил назад, коварно улыбнувшись. Эй вновь бросился в атаку, нанося новые и новые удары, но противник ловко увиливал от них в самый последний момент. Финальная атака Райкаге, в которой были сконцентрированы вся сила и ярость главы деревни Облака, выразилась в вертикальном ударе ногой. Но и тут Мадара отскочил в сторону, а нога шиноби попала в мостообразную деревянную конструкцию, на которой они сражались, обрушив ее. Мадара спрыгнул вниз, подошвы его сандалий тоже засветились синей чакрой, удерживающей его на водной глади. Сзади на него налетел Джирайя с огромным расенганом в руке. — Одама Расенган! — воскликнул Хокаге. На сей раз Мадара не стал уворачиваться, а поглотил технику при помощи риннегана. Когда же Джирайя предстал перед ним беззащитным, Учиха ринулся вперед, занося для удара ногу. — Стихия Стекла: Стеклянная стена! — Казекаге пришел на помощь Джирайе, создав перед ним заграждение из прозрачного и, казалось бы, тонкого стекла. Но стеклянная стена выдержала удар Мадары, а татуированный глава Суны тем временем приготовился к контратаке. — Стихия Стекла: Стеклянные пики! Мадара еле успел подпрыгнуть в воздух, поскольку прямо под ним из песка выдвинулись острые копья из того же стекла, способные пронзить его насквозь. Но и тут Учиху поджидала новая засада. С одной стороны на него налетел Тсучикаге, кулак которого превратился в огромный каменный молот, а с другой — Теруми Мэй, поверх руки которой появилось крутящееся водяное сверло. — Ринбо Хенгоку, — прошептал шиноби в последний момент, и в следующий миг в разные стороны отлетели не только Тсучикаге и Мизукаге, атаковавшие его с двух сторон, но и Джирайя, Эй и Шинген, поджидавшие его приземления внизу. Мадара приземлился на неровную водную поверхность, бросая довольный взгляд на своих неприятелей, валявшихся вокруг. — Что это за техника такая? — процедил Эй, вставая на ноги первым. — Долго рассказывать, всё равно не поймете, — ответствовал Учиха, сверкнув риннеганами. Он был так собой доволен, что забыл смотреть под ноги. Когда Мадара посмотрел вниз, то понял, что проваливается не просто под воду, но и под землю, смешавшуюся с ней. Это был Джирайя, поймавший его в свою технику. — Давай, Мизукаге! — крикнул Шинген, первым поняв, что Мадара впервые стал уязвим. — Стихия Лавы: Покрывало лавы! — Мэй не стала ждать и выплеснула на Учиху поток раскаленной магмы. Учиху накрыло оранжевой волной, и он исчез под ней, оставив после себя лишь участок с поднимающимся вверх дымом. — Всё кончено, — не поверил своим словам Оноки, возвращая своей руке исходный вид. Но злая судьба не желала так просто вручать пяти отважным героям победу. Мадара появился вновь, уже без доспехов, но целый и невредимый. Страшные ожоги на нем затягивались. — Кое-чем я всё-таки обязан технике воскрешения, — пробормотал Учиха, выпрямляясь в полный рост и глядя на руку, на которой заживали страшные ожоги, и напомнил. — Я был так занят, что забыл воскресить себя с помощью Ринне Тенсей. — Будь ты проклят, — процедил Эй, не понимая, как после техники Мизукаге Мадара мог уцелеть. — Что ж, думаю, повеселились и хватит. Мне еще многое нужно сделать, — пробормотал Учиха. — Ни с места! Ты от нас не уйдёшь! — воскликнул Казекаге, готовясь заключить злодея в стеклянную тюрьму. — Я? Это вы никуда не уйдете. И они тоже, — отозвался Учиха, изобразив удивление на своем лице. — Тенгай Тенсей. Затем он поднял взгляд вверх. Пять Каге тоже устремили взгляды в небо и сквозь полупрозрачный барьер увидели, как в ночном поднебесье появляется что-то огромное. — Метеорит! — прошептал Джирайя. — Он накроет не только нас, но и всю Коноху. — Ублюдок, ты же обещал никого не трогать, — возмутилась Мэй. — Нет, я обещал, что никто за пределами этого барьера не сможет вам помочь, — поправил ее Учиха. — Я вовсе не имел в виду, что больше никто не пострадает. — Черт... — прорычал Райкаге и задумался над тем, услышит ли его Югито сквозь стенку барьера, если он громко крикнет. Но та уже и сама знала, что делать. В то время как все шиноби Конохи, попадали на колени, думая о том, как несправедлив мир и откуда у Мадары такая нечеловеческая сила, Нии начала концентрировать чакру, оказавшись сначала в демоническом покрове с двумя хвостами, а потом трансформировавшись полностью. Двухвостая Кошка уже никого не могла удивить своим появлением. Все следили за метеоритом, падающим с небес. Югито тоже устремила взгляд в небо. Пасть Биджу раскрылась, и в ней начала формироваться огромная черная сфера. "Сделаем это, Мататаби", — подумала блондинка. "Да", — откликнулась кошка. — "Я дам тебе всю чакру, которая у меня есть!" — Бомба Хвостатого! — прорычала Двухвостая, выстреливая вверх черной сферой. Несколько мгновений, тянувшихся, словно вечность, отделяли технику от попадания. Наконец, сфера врезалась в падающее на Коноху космическое тело. Небеса сотряс грохот, и на сей раз уже не один метеорит, а множество охваченных пламенем огней полетели вниз, снося всё на своем пути. Кошка начала уменьшаться на глазах и вскоре превратилась обратно в Югито, которая сидела на коленях и тяжело дышала. — Может, вам и удалось спасти часть людей, но последствия всё равно будут ужасными, — прокомментировал это Мадара, думая о том, что теперь, когда Двухвостая выдохлась, схватить ее будет легче легкого. — Впрочем, вы до этого не доживете. Лицо Мадары исказила зловещая улыбка. — Ринбо Хенгоку! — произнес он уже в третий раз, и Пять Каге вновь отбросило назад. Однако этим всё не закончилось. Когда Пять Каге попадали с воткнутыми в животы неизвестно кем металлическими штырями, Мадара соединил ладони в молитвенном жесте. — Ринне Тенсей!

***

— Эй, меня кто-нибудь слышит? — крикнул Наруто в темноту. Он уже некоторое время то ли шагал, то ли летел по пустоте, не видя ничего и не слыша ничего, кроме слабого стука сердца в собственной груди. И Узумаки казалось, что постепенно этот стук становится всё тише и тише, всё реже и реже. — Курама!!! — крикнул он, думая, что если находится в своем подсознании, Девятихвостый его обязательно услышит. Но нет, ответа не последовало. — Наруто! — чей-то крик донесся до него, и блондин, развернувшись, увидел Менму, несущегося к нему сквозь почти непроглядный черный туман. — Менма! — воскликнул Узумаки, бросаясь навстречу брату и радуясь тому, что тот выглядит целым и невредимым. Даже глаз, но не риннеган, а обычный, был на месте. Они остановились друг напротив друга, непонимающе переглядываясь. Блондин боялся отрывать взгляд от брата, вдруг он снова исчезнет? Узумаки не хотел оказаться вновь один в пустоте. Похоже, тот испытывал нечто подобное. Менма все же отвел взгляд и посмотрел на окружавшую их черную дымку. Коснувшись ее, он задумчиво посмотрел на свою руку, поняв, что не почувствовал прикосновения к неизвестному веществу. — Ты не моя иллюзия? — поинтересовался Менма, повернувшись к брату, с нескрываемой надеждой в голосе. — Нет. Раз ты об этом спрашиваешь, то и ты настоящий, — пробормотал Наруто немного растерянно. — Может, мы умерли? — предположил темноволосый Узумаки. — Не хотелось бы, — вздохнул Наруто. — Но даже если так, я несколько иначе представлял себе загробную жизнь. Хотя я рад, что здесь есть хотя бы ты. — Одного меня тебе, значит, мало? Может, тебе гарем из десяти Хинат? — усмехнулся Менма, надеясь хоть таким образом немного подбодрить брата. Он и сам, к собственному неудовольствию, испытывал непонимание и страх перед тем, что ждет их дальше. Вдруг темная дымка, сгущавшаяся вокруг братьев, рассеялась, и они увидели, как множество маленьких огоньков зажигается во мгле, издавая приятный синий свет наподобие звездного. Двое Узумаки завороженно глядели по сторонам, пока одновременно не остановили взгляд на старике в белом плаще, который парил в воздухе в позе лотоса, закрыв глаза. Под медитирующим типом вращались черные сферы. Чем-то старик походил на Третьего Хокаге, хотя лицо его было испещрено куда большим количеством морщин. У незнакомца были седые волосы и борода. На лбу его был нарисован круг с повторяющимися концентрическими кругами. А еще у старика имелись рога, выступавшие изо лба. В следующий миг старик открыл глаза, и наши герои увидели сияющий в них риннеган. Это заставило обоих поежиться и одновременно сделать шаг назад. — Не бойтесь меня, Менма и Наруто. Я не враг вам, — промолвил незнакомец, улыбнувшись. — И, к счастью, вы не умерли, и это очень важно для меня и всего мира шиноби. — Кто ты, старик? — спросил блондин, ткнув в незнакомца пальцем. — Зачем ты к нам пришел? — Мое имя — Хагоромо Ооцуцуки, — ответствовал тот. — И это вы пришли ко мне, чтобы узнать правду о себе и своем предназначении.