Такой же, только другой

Оглушающий рев, от которого сотрясалась земля, заставил братьев быстро прийти в себя. Судорожный вдох, рывок, и блондин вновь оказался на ногах, еще плохо соображая и видя мир малопонятными пятнами. В нескольких метрах от него на ноги поднялся Менма, который точно так же с непониманием моргал, пытаясь сделать картинку более четкой. Он зажимал ладонью правую глазницу, в чем, впрочем, не было необходимости, ведь на месте утраченного риннегана неведомым образом появился целый и невредимый глаз. Вскоре темноволосый Узумаки и сам понял и, немного шатаясь, посмотрел на свои руки, замечая, что в глазах уже почти не двоится. На своей левой ладони он увидел черный знак в форме месяца. — Ты жив! — прошептал Наруто, когда смог увидеть брата. — Твой глаз... Он на месте! "Вы получили частичку силы самого Рикудо Сеннина. Как это произошло?!" — прорычал Курама, проснувшийся в сознании Наруто. "Рад, что ты тоже со мной, Курама. Долгая история, но старик Хагоромо передавал привет", — отозвался джинчурики. Биджу ничего не ответил, но Наруто почувствовал его удивление, только увеличившееся после этой фразы. Менма поднял взгляд на светловолосого Узумаки и улыбнулся, радуясь, что тот тоже невредим. Из следов прошлых сражений осталась разве что порванная одежда. Рукав куртки Наруто был оторван, обнажая плечо и демонстрируя татуировку — символ клана Узумаки. Опустив взгляд, Менма заметил на внутренней стороне правой ладони брата белый круг, которого раньше не было. — Ты тоже в порядке. Значит, это всё происходило в реальности, а не было иллюзией, — пробормотал он, встряхнув головой, чтобы окончательно прийти в себя. Наруто оглянулся по сторонам, и взгляд его остановился на усеянном телами поле боя. Среди них были и Пять Каге, валявшиеся в неестественных позах. — Старик Райкаге? — удивился Наруто. Вот уж кого он не ожидал здесь увидеть. Впрочем, удивление быстро сменилось ужасом, когда Узумаки увидел, что из живота главы Кумогакуре торчит металлический стержень. Затем взгляд блондина переместился немного вбок. — Нет! Извращенный Отшельник... Почему... — воскликнул Наруто, подбегая к телу Джирайи и склоняясь над ним. Остекленевшие глаза Джирайи были устремлены в небо. На лице застыла умиротворенная улыбка. "Мадара... Это его рук дело", — озвучил Курама и так понятный блондину факт. — Проклятье, — прошептал Менма, чей взор охватил не ближайшую местность, а куда более далекие просторы. Вся Коноха превратилась во множество дымящихся кратеров, по краям которых валялись целые и не очень тела. Некоторые шиноби еще слабо шевелились. Ни единого уцелевшего здания, лишь горы обугленных обломков. Величественная скала с лицами Хокаге обрушилась от врезавшегося в нее метеорита, который продолжал пылать яростным огнем в груде огромных осколков. От деревни и местности в несколько миль вокруг не осталось ничего. Величественные леса, окружавшие Коноху прежде, ныне были повалены, будто от невероятно мощного ветра. "Невероятно... Даже я никогда не видел ничего подобного. А за свою долгую жизнь я повидал немало. Даже Мадара не мог сотворить такое в одиночку. Ему кто-то помог. Или что-то..." — прорычал Курама в сознании Наруто. Менма сорвался с места и понесся вперед, не реагируя на окрики брата, который преодолел ступор от увиденного и побежал за ним следом. По пути они встречали все новые и новые знакомые лица, но, к сожалению, никому не удалось выжить. Югито, Тсунаде, Какаши, Ли, Шикамару и Неджи. Все они расстались с жизнью, столкнувшись с неведомо чем за то время, пока Наруто и Менма восстанавливались от ран. "Значит, Мататаби тоже погибла", — вздохнул Девятихвостый, увидев тело куноичи из Облака. "Я не сдержал данное тебе обещание, не смог защитить их", — подумал Наруто с отчаянием. Он держался из последних сил, чтобы не заплакать, как маленький мальчик. "Не сокрушайся по этому поводу, ты ничего не мог сделать", — ответил демон. Далее нашим героям встретились Шизуне, Шино, Изумо и Котэцу, которые так же лежали на обугленной земле и не подавали признаков жизни. Тен-тен и Чоджи валялись среди других изуродованных трупов в следующем кратере. "Ребята... Это просто мой кошмар. Этого не может происходить взаправду!" — пронеслось в голове совсем отчаявшегося джинчурики. "Это реальность, тебе остается лишь смириться с нею", — отозвался Курама, прекрасно понимающий, что Наруто сейчас чувствует. — Ино! — крикнул Менма, увидев, что Ино и Сакура, умудрившиеся выжить после того, что здесь произошло, склонились над кем-то и используют медицинскую технику, пытаясь его спасти. Наруто ринулся следом за братом, радуясь тому, что хоть кто-то выжил. Яманака, услышав знакомый голос, вскочила и, замерев на миг и не веря своим глазам, бросилась брюнету навстречу, не в силах сдержать слезы, ручьем лившиеся из глаз. Они сцепились в объятиях, и Узумаки почувствовал, что блондинка вся трясется. — Ты невредим... — Хината... — прошептал Наруто, остановившись и увидев, кого пытается реанимировать Сакура. Хьюга распласталась на земле, прикрыв глаза и редко дышала. Под ней растекалась лужа крови. Руки Харуно, светящиеся зеленой чакрой, скрывали ее жуткую рану. — Наруто-кун, — прохрипела Хьюга, немного повернув голову, чтобы увидеть несущегося к ней Узумаки, тотчас упавшего на колени. Когда Узумаки склонился над возлюбленной, та слабо улыбнулась. — Ты выжил. Я уже и не надеялась. — Ничего не говори, — скомандовала Сакура резко, будто от этого зависела жизнь Хьюги. Впрочем, так и было. Но не обязательно было говорить об этом Наруто. Тот и так всё прекрасно понял. Даже Харуно, ставшая лучшим после Тсунаде медиком в Конохе ничем уже не могла помочь Хинате, разве что продлить ей жизнь, чтобы та успела попрощаться с любимым. — Что здесь произошло? — спросил Наруто у Сакуры, подняв на нее взгляд. Он увидел, что лицо сокомандницы все залито кровью, а также заметил, что кровь сочится и из ее колена. — Мадара. Он обрушил на Коноху что-то наподобие луны. Югито удалось ее взорвать, расколоть на множество частей. Половину деревни снесло огненно-каменным дождем, но почти никто не пострадал. Но потом... — Харуно закрыла глаза и глубоко вздохнула, собираясь с силами. — Мадара убил Югито, запечатал ее Биджу и призвал Десятихвостого. — Что?! — выдохнул Узумаки, не веря своим ушам. — Это чудовище вызвало такие катаклизмы, которые не снились мне даже в самом жутком кошмаре. Ураганы, снесшие все, что осталось от Конохи. Люди взлетали в воздух, словно перышки, подхваченные ветром, а потом расшибались друг о друга или о землю. А потом на нас обрушилось множество молний. Те, кто уцелел, пытались сопротивляться этому монстру, но это было бесполезно. Одна Бомба Хвостатого этой твари убила их всех и улетела за километры вдаль, взорвавшись с такой силой, что мне казалось, земля расколется. Харуно кивнула вбок, где вдаль за горизонт по земле устремлялась глубокая и широкая как река канава. Наруто сжал кулак, чувствуя, что его пробивает крупная дрожь. Будь он в этот момент в сознании, может, что-то бы изменилось. Может, ему удалось бы спасти если не всех, то хотя бы кого-то. "Как и рассказывал Хагоромо-сенсей столетия назад, сила Десятихвостого не знает границ. Она не идет ни в какое сравнение с моей силой или силой любого другого Биджу. Если эта тварь одним махом сделала такое с деревней, представь, на что она еще может быть способна", — вмешался в разговор Курама, мысленно обратившись к джинчурики. Вновь взглянув вдаль, Наруто увидел там нечто, напоминающее ствол дерева, поднимавшийся столь высоко, верхушки не было видно. "Я уже видел это дерево... Оно было в воспоминаниях старика Хагоромо, когда он рассказывал нам о своей матери", — подумал Узумаки. — Я знаю, помимо нас уцелело лишь несколько шиноби. Среди них семь ирьенинов. Они сейчас ищут выживших, — закончила Харуно. — Мадара... Где он? — спросил Менма, отстранившись от Ино, которая крепко сжала его руку, не желая отпускать. — Он поглотил Десятихвостого и улетел, — ответила Сакура, тоже посмотрев на видневшееся на горизонте гигантское дерево. — Туда. А потом появилось это. — Мы должны его остановить, — прошептал Наруто, посмотрев на Хинату, которая всё это время не сводила с него глаз. Он медленно поднес правую руку к ее животу и закрыл глаза, сосредотачиваясь. В следующий миг страшная рана, которую не в силах была залечить даже Сакура, сама собой затянулась, после чего блондин открыл глаза и улыбнулся. — Ты, главное, дождись меня, хорошо? Хьюга слабо кивнула. Ничего не понимающая Сакура прервала медицинскую технику и оторопело покосилась на Узумаки, который только что совершил невозможное. Блондин тем временем поднялся и повернулся к брату. — Нам пора. — Ты рехнулся? — выпалила Ино. — Вам его не одолеть, это самоу... Ее пальцы крепче сжали ладонь Менмы, и тот, развернув девушку к себе, посмотрел ей в глаза. Та замолкла, так и не договорив, растворившись в его взгляде, ее хватка ослабла. Узумаки взял ее лицо в ладони и поцеловал прямо в губы, заставив ту вздрогнуть от неожиданности и закрыть мокрые от слез глаза. Отстранившись, брюнет бросил на нее прощальный взгляд. — Мы единственные, кто может остановить этого чокнутого мудилу. Это своего рода наше предназначение. Долго рассказывать, — пробормотал он и повернулся к Наруто. — Сделаем дело, мне не терпится начистить Мадаре морду за всех, кого он убил. Джинчирики коротко кивнул и, посмотрев на прощание на Хинату, сказал Сакуре. — Пожалуйста, позаботься о ней. После этого Менма и Наруто одновременно оттолкнулись от земли и длинными прыжками устремились навстречу своему предназначению. А, может, навстречу своей погибели.

***

Наши герои преодолели несколько миль, убедившись в том, что разрушения, вызванные Десятихвостым, имеют невероятный масштаб. Они пересекли горный хребет и спустились в долину, окруженную скалами. Здесь были леса и живописные поля. А в сердце этого прекрасного места из земли вырастало Божественное Древо, верхушка которого терялась в поднебесье. Приземлившись позади Мадары, наши герои приготовились к схватке. Учиха, парящий в нескольких метрах в воздухе и задумчиво глядя вверх, туда, где верхушка дерева исчезала, развернулся, почувствовав появление врагов. Узумаки смогли его хорошенько рассмотреть. В глазах легенды прошлого сверкало два риннегана. Волосы Мадары побелели, на его лбу появился протектор с рогами. Сам Учиха был облачен в белоснежный плащ. В руке злодея был черный посох, почти такой же, как и тот, что был у Хагоромо. За его спиной в воздухе парили черные сферы. — Вы либо слепые, либо очень глупые, — произнес Учиха с усмешкой. — Тем, во что ты превратил Коноху, нас не запугаешь, — процедил Менма. — Ты заплатишь за всё, что сделал нам и нашим товарищам, урод! Мадара оценивающе посмотрел на брюнета, пробежался взглядом по порванным черным брюкам, обнаженному торсу юноши и остановился на лице Менмы, на котором застыла гримаса ненависти и презрения. Учиха удивился, когда это Узумаки успел отрастить себе новый глаз. — Сполна заплатишь! — поддержал брата Наруто, и шиноби перевел взгляд на него. Ярость, светящаяся в глазах блондина, была еще сильнее, чем у Менмы. — Что-то в вас изменилось, только не могу понять, что, — равнодушно ответил Мадара, опускаясь чуть ниже и зависая в двух метрах над землей. — Впрочем, какое это имеет значение. Я вас просто убью. — Не дождешься, — ухмыльнулся Наруто, резко моргнув. В его глазах зажегся оранжевый огонь, поверх которого виднелись перекрещенные лисий и жабий зрачки. В следующий миг Узумаки вспыхнул желтым покровом из чакры с плащом, а за его спиной появились точно такие же черные сферы, как и за спиной Мадары. Менма загорелся синим холодным огнем, оказавшись полностью в покрове из мистического пламени. В его глазах загорелись два красных огонька. Это были одинаковые Мангеке Шаринганы в форме красных спиралей, вспыхнувшие в обеих глазницах. Пока Учиха молча парил в воздухе и недоумевал, откуда у его противников сила, подобная обретенной им мощи Джуби, те не сидели сложа руки. В руке каждого Узумаки появился расенган. Над правой ладонью Наруто — голубая сфера, а над левой ладонью Менмы — темная версия этой техники. — Давно мечтал попробовать, — пробормотал Менма, переглянувшись с братом. Тот кивнул, будто читая его мысли. В следующий миг вместо того, чтобы броситься на врага, к чему тот уже приготовился, продумав план контратаки, братья совместили свои техники. Столкнувшись, два расенгана не вызвали взрыв, как ожидалось, а слились в единую технику. Узумаки подняли руки вверх, и Мадара увидел, что братья держат красный расенган, который излучал такой яркий свет, что пришлось поморщиться. Техника становилась все более и более яркой, после чего сокрыла Менму и Наруто под вращающимся красным куполом, чем-то напоминающим клановую технику клана Хьюга "Вихрь". — Идеальный Расенган! — крикнули братья одновременно, сорвавшись с места и ринувшись навстречу врагу. Они оттолкнулись ногами от земли, и красное сверло, форму которого обрели братья и их техника, врезалась прямо в Учиху, прежде чем тот успел что-нибудь сделать. Закручиваясь, Мадара полетел назад и в итоге врезался прямо в Божественное Древо, проделав в его необхватном стволе внушительную вмятину. Менма и Наруто с довольными лицами приземлились, торжествующе переглянувшись. "Не расслабляйся, Наруто! Он всё еще жив", — прорычал Девятихвостый мысленно. — Не думайте, что это конец, — процедил Учиха, выбираясь из вмятины и вновь зависая над землей. Он направил руку на блондина и брюнета, и в следующий миг шары за его спиной с молниеносной скоростью полетели вперед. Менма и Наруто, моментально среагировав, отпрыгнули друг от друга в виде синей и желтой молнии, и девять сфер благополучно пролетели мимо них, врезавшись в скалы далеко за спинами наших героев. — Стихия Ветра: Дхарма Расен Сюрикен! — воскликнул Наруто, от его покрова на плече отделилось несколько рук из желтой чакры, которые мгновенно создали в его ладони голубую сферу, опоясанную черными символами, с крутящимися вокруг нее лезвиями из чакры Ветра. — Стихия Ветра: Расенринг Мистического пламени! — крикнул Менма, создавая темную сферу с тремя опоясывающими вращающимися вокруг нее кольцами из синего огня. Братья синхронно швырнули техники навстречу врагу, не давая ему шанса увернуться, по крайней мере, так казалось на первый взгляд. Но тот уже успел трезво оценить силу своих врагов и в последний миг создал из вновь появившихся за спиной черных шаров полусферическое поле, закрывшее хозяина от невероятно мощного взрыва. — Не знаю, откуда у вас эта сила, но я заберу ее себе, — произнес злодей, выныривая из облака разреженной чакры и полетев навстречу неприятелям. Шиноби замахнулся посохом из черной материи, налетая на Наруто, но в руках блондина быстро выросли две дубинки из такой же чакры, перекрестив которые, он парировал удар врага. Учиха попытался пересилить, но вновь недооценил мощь Узумаки, и у него ничего не получилось. Пока они мерялись силами, сбоку от Мадары возник Менма и мощным пинком ноги, объятой синим огнем, отправил Учиху в полет прочь от брата и даже заставил его выронить посох. Но Мадара не растерялся и направил на неприятелей ладони, с которых сорвались фиолетовые молнии, устремившиеся к братьям. — Сенпо: Интон Райха, — произнес он, глядя, как цепи молний, от которых было невозможно увернуться, поражают цели и откидывают двух Узумаки назад, заставляя исчезнуть как синий покров Менмы, так и желтый покров Наруто. Пока герои пришли в себя и поднялись на ноги, Мадара вновь сорвался с места и полетел к ним, набирая побольше воздуха в легкие. — Сенпо: Рантон Кога! — воскликнул он, создавая изо рта порыв ветра в форме фиолетового луча, напоминающего лазер. "Осторожно!" — предупредил Курама Наруто. Поворачивая голову, Учиха смог на лету управлять лучем, и первое, что он попытался сделать — разрезать напополам Менму, но подле брата быстро появился Наруто, использовавший Полет Бога Грома, и перенес их обоих на несколько метров в бок, где по его воле появился торчащий из земли кунай из желтой чакры. Луч разрезал землю, оставив после себя глубокий узкий след, после чего погас. А Учиха перевел взгляд на переместившихся врагов. — Очень впечатляет, — промолвил шиноби. Порыв ветра взволновал его белые одежды и длинные волосы, отчего Учиха выглядел еще более пафосно на фоне ночного неба. — Старик Хагоромо не просто так дал нам частичку своей силы! — выкрикнул Наруто. — Каким бы сильным ты ни был, мы тебя победим! — Размажем, — кивнул Менма. Два риннегана столкнулись в битве взглядов с двумя Мангеке, которые Узумаки получил, раскрыв полный потенциал своей чакры. — Старик? Неужто сам Рикудо привиделся вам на пороге смерти? — усмехнулся Учиха, однако сомневаться в правдивости слов Наруто не стал. Он чувствовал, что двое мальчишек, которые даже не будучи выдохшимися, вряд ли что-нибудь смогли бы ему противопоставить, стали на порядок сильнее. И в чем-то эта сила напоминала божественную мощь, которой Мадара овладел сам, поглотив Десятихвостого. — Как бы то ни было, старик, о котором вы говорите, оказал мне услугу, оставив вас двоих на закуску с новыми фокусами в рукаве, — сказал он, складывая печати. — Шин: Джукай Котан. Наруто и Менма с ужасом переглянулись, почувствовав толчки из-под земли. Что за нечеловеческую технику враг приготовил им на сей раз? Земля вокруг Божественного Древа треснула, и из нее вырвались огромные корни, потянувшиеся к нашим героям. С каждым моментом их становилось все больше и больше, и они устремились к Менме и Наруто в виде целой волны. "Не позвольте этим корням поймать вас. Если они хотя бы дотронутся до вас, всё будет кончено", — сообщил Девятихвостый. — Бежим! — крикнул Наруто, прислушавшийся ко словам Биджу и, первым развернувшись, бросился наутек. Менма не стал спорить и отправился за ним следом, побежав так быстро, как только мог. Они бежали друг рядом с другом, и это напомнило ребятам ту ночь, когда им удалось вместе погулять по ночной Конохе. Ту ночь, которая закончилась трагедией. Но, как бы то ни было, сейчас за ребятами неслась не потенциальная угроза в виде разъяренных жителей деревни, а сама смерть. — Мы не убежим, — бросил Узумаки, резко останавливаясь и разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. "Останавливаться — это еще большее безумие, чем пытаться спастись. Твой брат совсем не дружит с головой. Впрочем, для меня это не новость", — прорычал Девятихвостый. — Ты что, спятил?! — закричал на Менму Наруто, солидарный с мнением Курамы. Но Менма не стал сомневаться в своем решении и лишь бросил: — Я знаю, что делать, братишка. Главное, держись рядом! Узумаки закрыл глаза, концентрируя чакру и пытаясь представить, какую форму она обретет. В голову ему пришел образ призрачного воина, который был хорошо знаком ему, но вот только откуда? События сложились таким образом, что Менма ни разу не видел Сусаноо Итачи, не успел увидеть Сусаноо Саске, поскольку Тоби забрал его в свое измерение до того, как началась настоящая битва между его братом и Учихой. И Сусаноо Мадары он тоже до сих пор не видел. Тем не менее, образ вспыхнул в его сознании, придя будто из прошлой или позапрошлой жизни. А также пришли и нужные слова. — Сусаноо, — промолвил Менма, и их с Наруто оторвало от земли, поднимая высоко в воздух. — Что за... — успел выдавить Наруто перед тем, как они оказались в кристалле во лбу огромного призрачного воина из чакры цвета морской волны. Сусаноо Менмы был закован в самурайские доспехи, а в руках его появилась огромная боевая коса. Джинчурики поглядел по сторонам, поняв, что с такой высоты видно даже разрушенную Коноху, оставшуюся далеко позади. Сусаноо Менмы был несоизмеримо больше призрачного воина, который был у Саске. — Ты тоже можешь использовать эту технику? — изумленно выдохнул Узумаки, глядя брату в спину. Тот тем временем устремил взгляд вниз. С такой высоты корни Божественного Древа казались обычными сорняками. Узумаки представил, как Сусаноо заносит косу для удара, и призрачный воин выполнил его мысленную команду, после чего мощный удар кривого лезвия снес огромные древесные щупальца, пытавшиеся обвить ноги полупрозрачного великана. — Под меня косишь, значит? — ухмыльнулся Мадара, которого передернуло от осознания факта, что Сусаноо Менмы за исключением оружия и цвета невероятно похож на его собственного призрачного воина. "Как такое возможно? Этот пацан даже не из клана Учиха", — думал злодей, глядя, как великан уничтожает новые и новые гигантские корни, вырастающие из-под земли. Он и не заметил, как его техника прервалась, и древесные щупальца, способные заключить тысячи людей в вечном гендзюцу, перестали появляться из-под земли. — Ну как тебе? Кажется, я разобрался, как пользоваться своими новыми глазами, — усмехнулся Менма, оглянувшись через плечо на шокированного брата. — И что-то подсказывает мне, что это далеко не предел их возможностей. — Впечатляет, — только и смог выдавить Наруто, постепенно выйдя из состояния шока и шагнув вперед. Встав возле Менмы, он увидел раскинувшуюся у их ног долину. Каждая деталь отсюда казалась такой мелкой, что ее вообще едва ли можно было рассмотреть. — Не нравится мне это дерево, — пробормотал Менма. — Лучше будет срезать его под корень. Узумаки направил своего полупрозрачного исполина вперед. Мадара же, увидев, что Сусаноо движется в его с Древом сторону, заставляя сотрясаться землю от каждого шага, недовольно сощурился. "Это будет интересно", — подумал он, концентрируя собственную чакру для того, чтобы мгновенно придать ей форму. В следующий миг Учиха воскликнул: — Сусаноо! Менма и Наруто уставились на появившегося перед ними точно такого же призрачного гиганта синего цвета с огромным мечом в руках. Мадара оказался в таком же кристалле, находящемся во лбу Сусаноо. — Что за... — теперь настала очередь Менмы охреневать от происходящего. — Вы же оба реинкарнации старшего сына старика Хагоромо, — пробормотал Наруто, начиная догадываться, в чем дело. — Неудивительно, что у вас с ним схожие способности. Двух исполинов, идентичных во всем кроме оружия и оттенка цвета, было видно за мили. В Конохе Сакура, Ино, Хината и другие выжившие шиноби с ужасом глядели на горизонт, недоумевая, что это за жуткие фигуры стоят друг напротив друга за казавшимися низкими и ничтожными хребтами гор и скал. Впрочем, битва двух Узумаки против Учихи давно привлекла и другого зрителя, черно-белого половинчатого человека внутри раскрытого растения-мухоловки, который по пояс вырос из земли в миле от грандиозного сражения. — Это невероятно, — произнесла белая половина последнего из Акацуки, о котором, казалось бы, все уже забыли. — Никогда такого не видел. — А мне доводилось, и не раз, — ответствовала черная половина, в голосе которой было торжество. — Момент возвращения господина уже близок. — Господина? — недоумевал Белый Зецу. — О чем ты? Я не знаю никакого господина, а я знаю всё то, что знаешь ты. Мы единое целое. — Ты не поймёшь, — ответил Куро Зецу. — И, думаю, ты мне уже не пригодишься. — Что ты дела... — договорить белая половина не успела, так как черный цвет, преодолевший разделяющий их шов, поглотил ее. Листья растения-мухобойки отвалились, зеленые волосы Зецу выпали. Существо сдернуло с себя черный плащ с красными облаками. Теперь оно было похоже на полностью черное человекообразное создание без четких черт лица, без носа, рта и ушей, лишь с двумя круглыми желтыми глазами. — Время пришло, — произнес Зецу, скрываясь под землей. Тем временем двое гигантских Сусаноо продолжали стоять друг напротив друга, пока их хозяева созерцали друг друга. — Если Мадара, как и я, реинкарнация старшего сына старика Хагоромо, то, выходит, я тоже своего рода реинкарнация Мадары? — уточнил Менма, поняв, что теория брата верна. — Ты хочешь сказать, я могу всё то, что и Мадара? Даже для неглупого Узумаки происходящее было слишком трудно переварить. — Не всё. Кажется, у Мадары есть и часть моей силы. Эти черные сферы за его спиной, например. Я думаю, он пытался заполучить силу старика Хагоромо и смешал чакру двух его сыновей, — пробормотал Наруто, даже не подозревая, что своей версией попал в яблочко. Учиха тем временем разглядывал Сусаноо противника, со знанием дела примеряясь для удара. Он желал заполучить силу темноволосого Узумаки и тем самым удвоить свою. И даже придумал план, как это сделать. "Я проткну его своим мечом и через него поглощу всю его чакру! Он еще неопытен и неповоротлив, точно не сможет отразить мою атаку", — решил Учиха, и его Сусаноо перехватил катану поудобнее. В следующий миг синий призрачный исполин ринулся вперед. — Он идёт! — воскликнул Наруто, ткнув пальцем вперед. — Вижу! — резко ответил брат, заставляя Сусаноо замахнуться косой и броситься врагу навстречу. — Я ударю первым. Но опыт и мудрость, в которых Мадара явно имел преимущество, сыграли свое дело. Не успел Менма заставить своего призрачного воина нанести удар, как оказавшийся к нему вплотную Сусаноо Мадары нанес колющий удар. Гигантский меч пронзил полупрозрачного исполина насквозь, пройдя у него меж звеньев брони в области груди и выйдя из спины. Менма вздрогнул, чувствуя, что враг высасывает его чакру. Энергия Узумаки переходила к Учихе через лезвие гигантской катаны. Губы Мадары расплылись в довольной усмешке. Он чувствовал, что чакра Узумаки сливается с его энергией и не вызывает противоречия. Она принималась так, будто это была родная чакра Мадары, которую он запечатал с помощью фуиндзюцу в хранилище, чтобы потом пополнить запас своих сил. Впрочем, то, что это было странно, не смутило Учиху. Прервав поглощение чакры юноши и решив растянуть удовольствие от битвы, Мадара заставил своего Сусаноо вырвать катану. С торжествующим взглядом он смотрел на исполина врага, покрывшегося множеством трещин. Видимо, Менма не смог удержать баланс чакры в таком состоянии, что сказалось и на его призрачном воине. В следующий миг Сусаноо юного Узумаки обрушилось, и двое братьев рухнули в пропасть, барахтаясь в воздухе среди растворяющихся осколков чакры. — Менма! — воскликнул Наруто, первым опомнившись в падении. Он сконцентрировался, вновь оказываясь в покрове из желтой чакры. Он вытянул руку по направлению к брату, и от нее отделилась желтая лапа из чакры, притянувшая темноволосого Узумаки к блондину. Затем Наруто представил кунай, торчащий в земле внизу, и они с Менмой телепортировались вниз, спасаясь от участи превратиться в две кровавые лепешки. Подняв взгляд на возвышающегося над ними Сусаноо врага, Наруто смог еще трезвее оценить масштаб и мощь подобной техники. Менма встал, опершись на его плечо, и тоже посмотрел вверх. — Ты в порядке? — поинтересовался блондин. — Да, — отозвался темноволосый Узумаки, выдавив улыбку. — К счастью, он не успел высосать всё. Но теперь твоя очередь хвастаться новыми способностями. Наруто закатил глаза. И как в такой ситуации можно было шутить? Вдруг Сусаноо Мадары исчез, а сам хозяин начал спускаться с небес, превращаясь из мелкой точки в различимую фигуру. Наконец, облаченный в те же белые одежды злодей приземлился напротив двух братьев, наградив их насмешливым взглядом. — После боя с Хаширамой этот цирк, который вы устроили, на втором месте в моем личном списке боев, которые не заставили меня скучать, — сообщил он. — Еще ржать над нами удумал, даттебайо?! — опешил Наруто от такой наглости, собравшись было ринуться вперед и начистить Мадаре морду старым и простым способом — кулаками. Но внезапно Мадара замолк. Его глаза округлились, а с уст сорвался резкий выдох, будто кто-то невидимый ударил злодея с такой силой, что вышиб весь воздух из его легких. Наруто и Менма переглянулись и инстинктивно отпрыгнули назад. И как раз вовремя, поскольку взрыв невероятно мощной чакры черно-фиолетового цвета поглотил злодея. Мадара исчез в луче этой пугающей энергии, которая волной разошлась во все стороны и будто усилила гравитацию. Наруто зажмурился, а Менма закрыл глаза тыльной стороной ладони, чтобы не ослепнуть от вспышки, последовавшей далее. Когда наши герои открыли глаза, то с изумлением увидели перед собой вовсе другого человека. Это был мужчина, тоже облаченный в белую мантию, но совершенно не запачканную в битве. У него были длинные темно-каштановые волосы, шевелюрой спадающие на плечи, и две обвязанные лентами косички, свисающие по вискам. Кроме того, у незнакомца были брови весьма интересной формы, а так же голубая обводка вокруг глаз, в которых горели красные огоньки, а если точнее, то Мангеке Шаринган с точно таким же, как у Менмы рисунком. "Не может быть. Этого просто не может быть!" — услышал Наруто голос Курамы в своем сознании. Впрочем, он уже и сам догадался, кто перед ними. В конце концов, он видел этого человека в воспоминаниях Хагоромо. — Господин Индра, я ждал Вашего возвращения, — произнесло черное существо, появившееся из земли рядом с незнакомцем. В нем Менма с изумлением узнал Зецу. — Вы готовы завершить план Кагуи-сама? Неуловимое глазу движение, и пальцы старшего сына Рикудо Сеннина сомкнулись на горле человекообразной черной твари. — Да, но на сей раз без твоего участия, — холодно произнес Ооцуцуки, сомкнув пальцы на горле Зецу и одной рукой оторвав его от земли. — Ты мне больше не нужен.