Дракон, забравшийся на вершину

Ветер мягко касается пшеничных волос, норовясь запутать тонкие, ухоженные пряди в блондинистое непонятное нечто. Юноша, словно разгадав хитрый замысел шаловливой стихии, запускает руку в волосы, аккуратно их приглаживая. Облокотившись спиной о высокую железную сетку, он с гордостью наблюдал за своими ребятами, которые вчера так легко смогли отвоевать очередное право на первенство. Парень до сих пор язвительно улыбается, стоит ему только вспомнить выражение лица «Непреодолимой Вершины» – главаря их вражеской банды, Аомине Дайки. Этот на вид ко всему безразличный парень был ночным кошмаром многих смельчаков. Он мог с легкостью расправиться как с одним, так и с толпой испытывающих удачу неудачников. Именно «с легкостью». Дайки не прикладывал особых усилий, чтобы уложить на лопатки какого-либо амбала, словно этой своей несерьезностью показывал их жалкое низменное место. Увидев однажды Аомине в подобном бою еще в средней школе, ему безумно захотелось поравняться с ним силами. Захотелось стать первым, кто заставит эту ленивую глыбу отнестись серьезно к своему сопернику. – Эй, Рё! – позвал парня один из сегодняшних победителей. – Мы в столовку. Что будешь? – Ничего, – как всегда, с ослепительной улыбкой ответил блондин. Он проводил взглядом своих ребят и, потеряв интерес ко всем оставшимся, повернулся к железной сетке, горделиво смотря на людей с крыши. Кисэ Рёта, известный так же как «Золотой Дракон» – высокий, стройный, обладатель медовых глаз, модельной внешности парень, общительный, веселый и просто душа любой компании. Но не многие знают, какой сильный и жестокий зверь прячется за этой, казалось бы, безобидной внешностью. Но и не многие в это верят. От зависти, или от чего-то другого, за глаза его называют трусом, неженкой, потому что в каждой битве за первенство он всегда выступает лишь в качестве наблюдателя. Таким слухам Кисэ язвительно улыбается, не принимая их всерьез. Раз никто не хочет проверить его нежность на своей собственной шкуре, то это говорит о многом. Тем более что они его волнует в последнюю очередь. В первую же – Аомине Дайки. Выше его ростом, смуглый, с выкрашенными в синий волосами, с презрительным взглядом и бешеной улыбкой, конечно же, отличается от миловидной внешности Рёты. Но кто ж судит книгу по обложке? Только идиот. Блондин глазами прошелся по зеленой лужайке школьного двора, и, найдя интересующую его фигуру, стал внимательно за ней наблюдать. Отослав куда подальше своих ребят, Аомине вальяжно разлегся на траве, без стыда разглядывая свой любимый порно-журнал. Равнодушный ко всему вокруг и откровенно скучающий – таким предстал он в первой драке за «право» Дракону. Оба пристально смотрели в глаза друг другу, ожидая первой атаки от своего противника. Но ее не было. Как в тот раз, так и в последующий. Оба знали, чего ждет другой, но первым начинать никто не хотел. И так, в течение года, никто из них не решался нанести удар первым – лишь молчаливо гипнотизировали друг друга, предоставляя выбивать жребий победы своим ребятам. У Рёты жуть как кулаки чесались в предвкушении боя с Непреодолимой Вершиной – жуть как хотелось взобраться на нее, покорить и стереть вконец этот высокомерный и уничижительный взгляд, которым так любит одаривать эта равнодушная глыба всех, кто пытается к ней хотя бы приблизиться. Рёта крепко ухватился за сетку, являя миру азартный оскал. Он чувствовал, как адреналин всего лишь от призрачного спарринга распространяется огненным потоком по всему телу, раскаляя душу до предела. Хотелось почувствовать твердость чужого тела, теплоту алой, не редко бардовой крови, звук сломанной кости, глухой стон боли и сладостною негу во всем теле после такой хорошей разминки. Но бунтарская душа желала далеко не разминки, а настоящего, реального боя с поистине сильным противником – с Аомине Дайки. Возможностей помериться силами было много, но наступить на гордость и принципиально напасть первым он не собирался. Как говориться, и хочется, и колется. Дайки широко зевнул, переворачивая страницу своего журнала. Было ужасно скучно. Он взглянул на крышу школьного здания, и замечает одиноко стоящую фигуру. Яркое майское солнце мешало рассмотреть ее лучше, однако он не сомневался, что там горделиво стоит блондинистая модель. Устав всматриваться, он вернулся к листанию журнала. На одной из глянцевых страниц пышногрудая блондиночка в откровенной позе кокетливо подмигивала старшекласснику, и мысли Аомине тут же вернулись ко все еще стоящей фигуре на крыше. Устало вздохнув, он лег на спину, закрыв глаза. Кисэ Рёта. Об этом парне Вершина слышал много от своих ребят, но как-то всерьез он их не воспринимает. Нет, ну серьезно – как эта смазливая мордашка может кому-то разбить рожу? Дайки не раз становился свидетелем сопливо-трогательных сцен, в главной роли которой выступал этот блондин: по-бабски улыбался, говорил, нежничал. Над ним издеваются, что ли? Хотя, если уж быть честным, то его взгляд во время борьбы за «право» был довольно-таки… угрожающим, что ли, или лучше сказать «вызывающим»? Собственно, он был единственным доказательством того, что за этим нежным образом может прятаться яростный и жестокий дракон. Но, к сожалению, для Вершины оно не было действительно весомым аргументом. Или же он просто не хочет разочаровываться? Дайки ужасно скучает и с нетерпением ждет действительно сильных противников, которые заставили бы его выложиться на полную, взбудоражить и вновь вспомнить весь тот кайф, тот крышесносный адреналин, которые в свое время до краев переполняли все его естество во время драки. Он закрыл свое лицо журналом, закрываясь от слишком яркого солнца. Возможно, такие люди действительно существуют, но Дайки слишком лень их искать. Рёта не спеша шел по школьному коридору, уставившись в телефон, и активно набирал кому-то сообщение. Несмотря на хулиганскую натуру, блондин был достаточно известен в качестве модели: приятная внешность и дерзкий, вызывающий взгляд привлекали не одного фотографа. Не сказать, что он любил эту свою вторую жизнь, но деньги она приносила хорошие, и этого было вполне достаточно. Конечно, были и такие завистники, которые тыкали в глянцевые журналы и за спиной говорили, мол какой из него хулиган? Он, небось, лишний раз ноготь сломать боится, что уж говорить о побитом модельном личике? Хотя и были не раз свидетелями того, как после серьезных заварушек он преспокойно ехал на студию. А это уже о многом говорит. Набрав десятый по счету отказ очередному восхищенному его красотой фотографу, Кисэ посмотрел в окно, и, увидев все еще лежащего на лужайке Дайки, недовольно фыркнул. Хоть бы своими ребятами, что ли, занялся, раз делать все равно нечего: в последнее время они отбиваются слишком вяло, слишком слабо. От этого теряется весь азарт и вкус победы – какой смысл бороться с изначально слабым противником? Так поступает лишь жалкий отброс, отчаявшись или вообще не решаясь бросить вызов более сильному. А Кисэ возглавляет далеко не неудачников. Почувствовав вибрацию в руке, блондин перевел все свое внимание на телефон, и, прочитав сообщение, тут же и без колебаний отправил улыбающийся смайлик. Возможно, со стороны это выглядит глупо и как-то по-детски, но такого позитивного ответного сообщения удостаивались не многие – лишь тот, кого Дракон признавал достойным противником. Кинув напоследок пренебрежительный взгляд на лениво распластавшуюся тушу, Рёта спрятал мобильник в задний карман школьных брюк, и, улыбнувшись предстоящему хорошему вечеру, направился в класс за сумкой.

***

– Эй, подъем! – спрятав руки в карманах брюк, пихнул ногой в бок Дайки Кисэ. – Осторожно, – лениво отвечает тот, не открывая глаз. – Не вмешивайтесь, – обратился он к своим, почуяв их желание отомстить за такое обращение с ним. – Ты в курсе, что твои козлы играли не по правилам? – грубым тоном спросил блондин. – И что? – приоткрыв один глаз, Вершина посмотрел на нарушителя его спокойствия. Растрепанные от ветра светлые волосы, злость в глазах и гневное, тяжелое дыхание, чем-то отдаленное напоминающие рычание, сейчас вполне оправдывали его кличку. Пожалуй, Аомине даже испугался бы, но ему было лень. – Как это что? – негодовал от такого ответа парень. – Они поступили подло даже для самих себя! Я требую реванша: честной и хорошей борьбы! – Слушай, как тебя там? – вновь закрыв глаз, начал Дайки. – Мне на это как-то пофиг. Если на этом все, прошу свалить с нашей территории. – Эй, – Дракон присел и, схватив за белую рубашку, заставил обросшей мхом глыбу поднять корпус. Немного офигев, но не подав вида, Аомине дал знак не подходить к нему. Становилось все интересней и интересней. – Как насчет один на один? Если победа за тобой, только на этот раз я закрою глаза на тот случай, если за мной – сваливать отсюда будете вы. Идет? Непреодолимая Вершина внимательно посмотрел в эти горящие местью светлые глаза. Этот заметный огонек все же смог зажечь особый фитиль в его душе, который уже давно потерял надежду вновь воспламениться. – Идет, – согласился он, являя миру довольный оскал, предвкушая увидеть эту смазливую мордашку в действии.