My love for you isn't over

      Было уже девять вечера. Джерард слышал шум телевизора откуда-то снизу, голос мамы, которая что-то говорила отцу, отвечавшему через мгновение, приглушенные шаги Майки, доносившиеся из коридора, и даже голос каких-то детей, смеявшихся на улице. Для Джерарда это было довольно рано, чтобы лежать в кровати с выключенным светом, будто он собрался спать, однако организм парня даже не собирался подавать команду мозгу заснуть. После того, как он вернулся домой в тот вечер, все, в чем тогда нуждался мальчик, это завалиться на кровать, упрятать лицо в подушке, закрыть глаза, выкинуть из мыслей Фрэнка и не поднимать голову даже при нехватке кислорода.       На следующий день после всего, что случилось, Линда позвонила родителям Джерарда и сказала, что Фрэнк и Джерард больше не смогут быть друзьями.       «Он плохо влияет на моего сына», — щебетала она.       Родителей Джерарда не заботили слова женщины, потому что они думали, что все из-за сигарет, или выпивки, или прочих интрижек, в которые могут попасть сейчас подростки. Они не спрашивали Джерарда, что именно произошло, а он и не собирался сам ничего говорить. Не объяснил даже тогда, когда они попросили его быть подальше от Фрэнка: что бы Джи не сделал, его родители не хотели иметь проблемы с другими родственниками друзей сына.       На следующей неделе Фрэнк был переведен обратно в Sacred Heart High*, что было смешно и глупо, потому что до летних каникул оставался всего лишь месяц. Кроме того, его мать полностью отгородила Фрэнка от общения с ребятами и запретила играть в группе. Джерард не видел парня после того случая, и это заставляло его чувствовать себя ужасно. Единственным желанием сейчас было увидеть глаза Фрэнка, слышать его голос, крепко держать в своих объятиях, чувствовать его запах. И с таким желанием он ничего не мог поделать.       Он пытался позвонить Фрэнку несколько раз, но у мальчика не было собственного телефона, поэтому Джерарду пришлось звонить на домашний, но никто в большинстве случаев не отвечал, пока однажды Линда не подняла трубку и, только услышав её голос, парень моментально не сбросил вызов. Он также приходил ночью к дому Фрэнка. Чтобы быть незаметным, парень припарковался на другой стороне улицы в ожидании того, что Фрэнк выйдет, но нет. В доме парня было темно, а Джерард не мог посигналить, или бросить камешек в окно, или взять магнитофон, чтобы спеть песню о любви, или что-нибудь подобное, что люди делают в фильмах, попадая в такие ситуации. Но он бы правда сделал так, однако парень понимал, что это принесет этим Фрэнку и себе вдвое больше проблем.       Мальчишке пришлось сменить школу в конце года, он был вынужден покинуть своих друзей и парня, ему пришлось уйти из группы, которая была почти смыслом жизни мальчика, и Джерард не мог не чувствовать себя виноватым из-за того, что практически отобрал мечту у паренька. Он бы мог сказать «нет» Фрэнку в тот вечер, и тот наверняка понял бы его. Тогда бы они просто отдыхали в гостиной, смотрели кино и ели пиццу до тех пор, пока бы не вернулась мама Фрэнка. И все бы было в порядке.       Но тогда, думал Джерард, если бы они не были вместе, то он бы не имел возможности сказать Фрэнку, что любит его, и не услышал бы в ответ «я тоже люблю тебя». Он также понял, что, независимо от того, что он решил бы выбрать в тот момент, гомофобы все равно преследовали бы парней, и с этим они мало что могли сделать.       После того, как Фрэнк покинул группу, Джерард продолжал пропускать репетиции одну за одной. У него не было настроения, чтобы петь, у него вообще не было настроения на то, чтобы хоть что-то делать, плюс ко всему, группа без Фрэнка была совсем другой, и остальные ребята тоже понимали это. Им даже пришлось отменить презентацию новых песен, которую практически организовал Рэй, но Майки попросил все отменить.       Однажды ночью младший из братьев позвонил ребятам, назначая встречу в гараже, чтобы поговорить о будущем группы. Рэй, Боб и Майки интенсивно о чем-то говорили больше часа, пока не пришли к единому исходу. Между тем, Джерард просто спокойно стоял, скрестив руки, глядя в пространство и практически не слушая, о чем говорят ребята.       Джерард заметил, как три мальчика вопросительно смотрели на него, когда пришли к общему выводу.       — Джи, ты ведь тоже думаешь, что так будет лучше? — мягко спросил Майки.       — Да, — парень слабо кивнул, — я в любом случае согласен с вами, — в гараже царило молчание, но Джи знал лучше, потому что теперь настал конец My Chemical Romance как группе.       Через пару недель начались летние каникулы. Без группы, без Фрэнка Джерард чувствовал отчаяние. Когда парень сидел в своей комнате, он понимал, что ему надо хоть как-то отвлекаться, чтобы не сидеть без дела в депрессии. Поэтому он решил пойти работать, надеясь, что это хоть как-то отвлечет его от всех переживаний. Он устроился в магазин продажи CD, где делал однообразную работу. Парень должен был распаковывать новые диски, складывать их по отдельным полочкам, сортируя по имени исполнителя и года их выпуска, должен был подписывать кое-какие из них. Также он должен был убедиться, что весь товар занесен по разделам в базу данных. Джерард помогал клиентам в поисках нужного им диска, что-то предлагал, когда те просили о помощи.       Это было однообразно, но являлось довольно эффективным способом для парня, чтобы отвлечься от печальных мыслей о Фрэнке хотя бы в течение дня. Однако ночью, возвращаясь домой, в свою комнату, где мальчик оказывался в полном одиночестве и ничего не могло отвлечь его отвлечь от мыслей, он вертелся в кровати часами, думая только о Фрэнке.       — Джерард? — прошептал Майки, стуча в дверь комнаты брата. — Джи, ты не спишь? — спросил он, когда чуть приоткрыл дверь, просунув голову внутрь.       — Нет, — ответил Джерард; его голос был приглушен, потому что половина лица буквально затонула в подушке.       — Джи... — Майки полностью вошел в комнату и включил свет. От того, что свет загорелся внезапно, Джерард поморщился и несколько раз моргнул, привыкая к освещению.       — Мама хочет, чтобы ты вынес мусор.       — Хорошо, — выдохнул Джерард, — только чуть позже… — «Если мне вообще удастся встать с кровати и заставить ноги двигаться», — мысленно добавил он.       — Ладно, — кивнул младший брат.       Джерард думал, что брат зашел только за тем, чтобы обменяться парочкой фраз, может, даже пожелать спокойной ночи, а потом вернуться к своему тихому и обычному существованию, но вместо того, чтобы выйти из комнаты, Майки подошел к кровати и сел на корточки возле неё.       — Я видел его сегодня, знаешь? — пробормотал Майки, стараясь, чтобы его голос звучал как можно спокойнее.       — Кого? — Джерард широко раскрыл глаза. — Фрэнка? — нетерпеливо уточнил он. — Ты видел Фрэнка?       — Да, — кивнул Майки.       — Где? — Джерард смотрел на брата, а в глазах искрилась, моментально загоревшись, доля надежды.       — На улице, — ответил Майки. — Он шел из магазина с кучей пустых коробок и ящиков. Я помог ему донести их до дома, — Джерард уже не слушал конец предложения, ошарашенный тем, что брат в самом деле видел их друга.       — Ты можешь увидеться с ним снова? — отчаянно спросил он. — Может, скажешь ему сходить с тобой завтра в торговый центр, чтобы встретиться со мной в магазине? У меня есть один обеденный перерыв, и, может, ты приведешь его… — возможность снова встретиться с Фрэнком буквально сводила Джерарда с ума, заставляя говорить его быстро, не замечая изменений лица Майки.       — Я думаю, он не согласится, — мрачно ответил брат, глядя на пол, покрытый выцветшим ковром.       — Почему? — спросил Джерард, приблизившись и наклоняя голову вбок.       — Они уезжают, Джи.       Джерард нахмурился.       — Что? — его голос стал более взволнованным.       — Фрэнк и его мама. Они переезжают в Бостон.       — Бостон? — Джерард почувствовал, как его желудок перевернулся.       — Да, его мама устроилась там на работу, она говорит, что там лучше платят, и у них живут какие-то родственники в том месте, так что... да, они правда уезжают, — выдохнул Майки. — В воскресенье.       — В это воскресенье? — переспросил Джерард. Он приложил руку ко лбу, нервно проводя ладонью по волосам. Парень застыл на мгновенье в такой позе, сильнее потянув корни волос, задерживая взгляд на своих ногах. Джерард понимал, что больше никогда не сможет встретиться с Фрэнком.       — Джи, — пробормотал Майки, чувствуя, что молчание в комнате затянулось. — Бостон ведь не очень далеко, — парень пытался утешить брата, аккуратно кладя свою ладонь на колено Джерарда.       — Майки, — старший брат поднял взгляд на младшего, и голос его звучал так убито. — Он уезжает.       Майки буквально видел боль, плескавшуюся во взгляде Джерарда.       — Я знаю, — выдохнул младший в ответ.       На следующий день рано утром бабушка Елена приехала домой к внукам: она собиралась провести выходные с Уэями. С того момента, как она увидела Джерарда, спускавшегося по лестнице утром, женщина поняла, что что-то было не так. Её внук был как-то отстранен, стоял в стороне с опечаленным взглядом. Елена видела в улыбке мальчика что-то, что заставило его заменить свою добрую, сладкую ухмылку на поддельную и холодную, только она не могла понять, что именно.       Но ей не удалось спросить у мальчика о его состоянии утром, потому что все семейство собралось вместе для завтрака. Они провели большую часть утра вместе, прежде чем Джерард быстро собрался и уехал на работу. Ночью парень вернулся уставший, сразу направляясь на кухню, чтобы налить себе чашку кофе перед тем, как уйти в свою комнату. Джерард сел за кухонный стол, немного сгорбившись, уставив затуманенный взгляд на кружку. Он держал ее обеими руками, периодически хмурясь, а некоторые прядки волос падали прямо на лицо. Звук женского голоса заставил парня вырваться из царства мыслей и поднять голову.       — Почему ты такой грустный? — спросила Елена, подходя ближе к мальчику.       — Со мной все в порядке, бабушка, — Джерард взглянул на Елену, пытаясь выдавить дружелюбную улыбку, что, конечно же, у него не вышло.       — Глупо думать, что я ничего не вижу, Джерард, — женщина поставила себе стул, чтобы сесть рядом. — И твоя фальшивая улыбка совершенно не помогает тебе в этом. Я просто вижу, что что-то происходит, и надеюсь, ты собираешься рассказать мне об этом, — твердо говорила женщина внуку, однако через секунду её тон смягчился. — Я просто знаю, что, рассказав все мне, ты почувствуешь себя лучше и легче.       Джерард вздохнул, когда его бабушка смахнула спадающую челку с глаз.       — У тебя проблемы в школе? — тихо спросила она.       — Нет, — Джерард отрицательно покачал головой. Помимо обычной ерунды, преследовавшей парня, ему пришлось прятаться от встречи с громилами и некоторыми одноклассниками, жить с разбитым сердцем и стараться закончить школу с хорошими отметками вплоть до последнего дня, и этим он даже обеспечил себе место в SVA**.       — Проблемы с родителями? — снова попыталась выяснить Елена. — Они снова ссорились?       — Нет, — Джерард пожал плечами, — они хорошо уживаются друг с другом.       — Значит, что-то из-за девушки? — парень нахмурился. Елена понимала, что мрачное настроение внука связано с «делами сердечными», но сразу спрашивать об этом не хотела, ведь тогда бы внук точно не стал разговаривать об этом с ней. Джерард фыркнул.       — Из-за мальчика, — застенчиво ответил он через мгновение, переводя взгляд вниз, уставившись в свою кружку.       — Оу, — Елена внезапно почувствовала себя ужасной бабушкой, потому что она не рассматривала такой необычный вариант. Она положила свою ладонь на плечо внука. — Ладно, расскажи мне о нем, — улыбнувшись, ответила женщина. Парень совершенно не хотел говорить о Фрэнке ни с бабушкой, ни с родителями, ни даже с Майки. Он не чувствовал в себе того чувства, что готов с кем-то говорить о том, как потерял своего единственного парня. — Джи, — сказала тихо Елена, а мальчик почувствовал морщинистую руку бабушки, нежно поглаживающую его спину, что заставило его поднять глаза и встретиться с заинтересованным взглядом женщины. В тот момент он понял, что эта старушка на самом деле заботится о нем, и тогда он подумал, что намного лучше для него будет с кем-то поговорить, ведь это может позволить почувствовать себя намного лучше. Поэтому парень неуверенно вздохнул и начал говорить, несмотря на собственную неуверенность и огромный комок в горле, всё ещё мешающий полноценно выговориться.       — Он... — Джерард запнулся. — Его зовут Фрэнк...       — Фрэнк? Это тот невысокий мальчик с... — спросила Елена, потому что все еще помнила его.       — Да, — кивнул Джерард.       — Хорошо, продолжай, — она улыбнулась, будто подбадривая Джерарда, и немного сжала ладонь внука. Сначала Джерарду казалось неловкой вся эта ситуация, да и болезненное чувство в горле не покидало, но уже спустя несколько минут после того, как мальчик начал рассказывать все, он чувствовал, что необъятных размеров комок в глотке практически начал сжиматься до минимальных размеров.       Елена не сказала ни слова, когда Джерард говорил, она только кивала и улыбалась, удивляясь тому, какой был этот мальчик, о котором рассказывал внук. Она никогда не слышала, чтобы Джерард рассказывал о ком-то таким же тоном или в таком роде. Парень рассказывал о том, как они впервые встретились, рассказывал о группе, о том, что Фрэнк — удивительный гитарист и о разных других вещах, к которым мальчик так или иначе имел какое-то отношение, и Елена могла уверенно утверждать, что Джерард влюблен. Он даже объяснил ей, что случилось, когда мама Фрэнка поймал их в его комнате, естественно, опуская интимные детали.       — И он уезжает завтра, — заключил, вздохнув, Джерард, чувствуя себя удрученным. Елена нахмурилась и поджала губы.       — Но, сладкий, — начала она, — ты ведь знаешь, что на этом ничего не закончится, да? — Джерард не сразу понял, о чем она говорила. Как же ничего не закончится, если они не будут вместе? — Все, что между вами происходит, не закончится до тех пор, пока вы оба не захотите этого, — пояснила она.       Джерард широко распахнул глаза, когда понял, о чем говорила старушка. Его бабушка была права, ведь они никогда не говорили о том, что между парнями все кончено, и, конечно, это было не так. Его чувства к Фрэнку увеличились в несколько раз, стали только сильнее после того интимного момента между ними ночью, и Джерард не думал, что эти чувства может что-то разрушить. Парень почувствовал небольшой уголек надежды, запылавший в груди, когда он судорожно начал придумывать что-то, чтобы исправить все. Может быть, сейчас они и не должны быть вместе, но в будущем…       Джерард посмотрел на Елену и улыбнулся, и на этот раз это была самая настоящая улыбка. Он встал с кресла и подошел к другой стороне стола, чтобы крепко обнять бабушку.       — Спасибо, бабушка, — сказал он, улыбаясь. — Ты самая лучшая, — отстранившись от неё, парень подошел к двери.       — Ты собрался что-то сделать? — спросила Елена, немного разочаровавшись, ведь ей так хотелось еще чуть-чуть поговорить с внуком.       — Да, у меня есть кое-что… — он снова подошел к бабушке и, наклонившись, чмокнул в щеку. — Еще раз спасибо тебе и спокойной ночи.       — Спокойной ночи, сладкий, — прошептала она внуку, когда тот уже выходил.       После этого Джерард метнулся в свою комнату и начал отчаянно рыться в ящиках стола в поисках ручки. Потом он взял первую попавшуюся тетрадь из своей сумки. Она была почти полностью заполнена какими-то школьными записями, заметками, даже какими-то рисунками, что он нарисовал, когда в классе было скучно и учителя не собирались обращать на него внимания. Парень продолжил перелистывать странички одну за одной, пока наконец не наткнулся на чистую и не начал писать.