Скованные одной цепью

POV Sasuke. Подперев рукой щёку, я слабо усмехнулся, когда, показушно закатив глаза, знакомый блондин возвращался от одного из своих столов. Похоже, что одна из постоянных посетительниц ресторана, где я подрабатываю, с ехидной улыбочкой в какой раз отправила его за менеджером. Ну, разумеется, Узумаки уже готов был распрощаться с недельными чаевыми, лишь бы перекинуть капризную дамочку мне, но я был не готов к встрече с её «богатым внутренним миром», хватило того, что она мне лекции в больнице читала, когда я полтора года назад на нож напоролся. Были времена, да, что уж тут говорить. Но госпоже Цунаде теперь так приелось быть постояльцем данного заведения, да и попутно следить за бывшими её пациентами, среди которых, как выяснилось, был и Наруто, что я не смел лишать её такого удовольствия. К слову Узумаки не особо любил говорить о том, что с ним было после того, как вернулся его дядя во время одной из наших затянувшихся вечеринок. С натянутой до ушей улыбкой блондин промаршировал мимо меня вновь вместе с Ино, которая взглядом уже вытерла несчастным парнем весь паркет под Цунаде, старательно так, попутно мило кивая на претензии врачихи. - И чего это она к нему так прикапалась? – поинтересовался я у бармена, который неспешно натирал один из бокалов для виски. - Ты ж помнишь, как он из диспансера вернулся, так с наркотиками завязал, - пояснил Шикамару, оставив прибор на стойку и мельком глянув на Наруто, который теперь, как болванчик кланялся под тяжёлой рукой нашего менеджера. - Так вот человека из этого идиота сделала она. Точнее попыталась. На его месте я бы ей ещё каждый месяц её любимый ликер отсылал с зарплаты. - На него только и хватит в общей сумме,- присвистнул я, невольно посмотрев на собственные руки, пока перед глазами словно мелькнули обрывки прошлого: шприц, пара пакетиков с порошком, дорожки голубоватых вен. В голове послышался смех, звон стаканов и шуршание одежды. Мерзко. Мне пришлось тряхнуть головой, чтобы прогнать это воспоминание из погребённого пепла в собственных мыслях. Я это прошёл. Я это забыл. Я теперь другой. - Вот поэтому она и наведывается сюда, сам вспомни, сколько трудов стоило отвадить его от шприца, а потом от бутылки,- покачал головой из стороны в сторону Нара,- великая женщина. Ей памятник надо ставить. - Да мы все дружно в говно съезжали, если на то пошло,- неохотно заметил я, оглянувшись на новых посетителей, которых на места стала провожать администратор. - В разной степени,- вставил, словно в собственное оправдание парень, а после потянулся,- эх, сейчас уже вечереет и народ подвалит. - Угу,- кивнув, я принялся за работу, так как новые гости ресторана сели за стол, который обслуживал я. Прошло уже полтора года. Подумать только, а. Работа официантом была, собственно, не пыльная, но всё-таки тяжёлая, особенно, если совмещать с учёбой, как это и делал я. Днём на пары, вечером и полночи ходить меж столов. Отсыпаться я успевал только на лекциях, а потом, пока не было натиска посетителей, в комнате для персонала переписывал конспекты. Делать это в общежитии не было ни сил, ни времени, там я находился только для того, чтоб переодеться, принять душ и иногда соприкоснуться головой с подушкой. Пока мысли были забиты обслуживанием клиентов, я отстранился от нахлынувших воспоминаний, которые с каждым днём всё сильнее меня поджидали, словно находя удачный случай укорениться в моей голове и засесть там в последние несколько месяцев, когда всё только начало налаживаться. Только я, … В общем, меня нервировало ощущение, будто что-то произойдёт. Снова пойдёт не так, что-то вновь окунёт меня с головой в то самое болото, дабы показать, где моё место, где я должен быть. - Спасибо за великолепное обслуживание,- девушка, пришедшая со своей подругой, чуть прикусила нижнюю губу, томно глянув на меня из-под длинных ресниц, когда я принимал счёт. - Ну, что вы, мне приятно обслуживать таких прекрасных дам этим вечером,- вежливо ответил я, старательно выдавливая из себя улыбку, чтоб эти накрашенные мордашки захихикали и зашушукались. Хотя у меня было стойкое ощущение, что если б я кинул им в рожи меню с пафосным видом, а потом бы, ковыряясь в зубах, потребовал чаевые, их реакция бы не поменялась. Вечером работы всегда было много, я едва успевал ходить между залом с посетителями и кухней, хотя мне ещё везло в этом плане, всякие маразматики и скандальные истории всегда выпадали на долю Наруто. Он после работы, когда мы устало шли до общежития, где совместно жили, ещё заплетающимся языком умудрялся все пересказать. Когда последний посетитель покинул заведение, а зоны были засервированы, я собрал свои трофеи в виде подкинутых вместе с щедрыми чаевыми номера, разглядывая нацарапанные на салфетках, бумажках или даже банкнотах цифры и имена. - О, у тебя, как всегда,- протянул позади меня Узумаки, который, как и я теперь переоделся и сейчас с не то какой-то завистью, не то с ревностью поглядывал на бумажки у меня в руках. - Ты ж прекрасно знаешь, что это меня не интересует,- прохладно, ответив на это, я скомкал этот мусор и скинул в ближайшую к входу урну под внимательным взглядом парня, который лишь зафыркал на это, но заметно смягчился. Мы шли, как и всегда через парк. До нашего общежития было несколько остановок, но мы никогда не вызывали такси или не садились в развозку, так как такая вот пешая прогулка была чем-то вроде данности друг другу. Иногда мы могли просто молча идти, иногда болтали, бывало даже уходили куда-нибудь на набережную, дабы встретить рассвет. Хмуро улыбнуться следующему дню и порадоваться тому, что не всё так плохо, как могло бы быть. Могло бы быть. Перед глазами снова встали мои окровавленные руки. Я резко встал, как вкопанный посреди аллеи, пока Узумаки прошёл уже дальше насвистывая и не замечая, как я отстал. Я же всё так же стоял, глядя на собственные пальцы, на которых мне померещилась кровь, даже нога заныла, кажется. - Саске? Я поднял взгляд на блондина, что оглянулся назад, ворчливо выпятив нижнюю губу. - Ты чего там встал? - Да ничего,- отмахнулся я, убрав ладони в карман кофты, а после прибавив шаг. Этой ночью сон мне никак не давался, даже после душа и перекуса я не ощущал той самой томной тоски по постели, в которой теперь ворочался с бока на бок, в сомнениях поглядывая на уже похрапывающего на соседской кровати друга. Ну, как… друга. Наруто по сей день всячески прижимается ко мне, как оказалось, это не просто наркоманский бред и навязчивая идея, а что-то между тёплыми чувствами и желанием поставить меня в коленно-локтевую позу. Не сказал, бы что эта мысль мне кажется столь отвратной, как раньше, но, как начинаю представлять его прикосновения, так мерзко становится, что полтора года без секса не такими одинокими кажутся. А дрочить в темноте под одеялом – вообще идеальным вариантом. Облизав пересохшие губы, я вновь сменил положение, на этот раз улёгшись на спину и прикрыв рукой глаза. Тяжёлый вздох. Полуприкрытые веки. Наверное, пятый час утра самое время подумать о том, что делать со своей жизнью. Слишком сложно сейчас понять о том, что могло бы быть и слишком просто начинать фантазировать о том, что не случилось. Никогда не ожидал, от себя того, что буду работать, да ещё и официантом, но после того, чем я занимался до этого, это не так низко, как оказалось. Работа та же, по сути: ночью, приходится улыбаться, вечно гнаться за лишней долей. Но… ха-х, то ли мозгов у меня прибавилось, то ли идея быть общественной подстилкой не кажется мне такой уж и привлекательной теперь. А тогда-то. Бог мой, Саске, неужели ты всё это творил? О, да, настало время самобичевания. Это со мной стало происходить всё чаще. Причём чем лучше мои дела – тем сильнее я себя укоряю, окуная с головой в тот самый сортир, который казался мне такой шикарной идей для того, чтоб … Сделать ему больно. Чтоб он страдал. Чтоб он горел от одной мысли, что я с собой делаю. И он, чёрт побери, даже после этого, … даже после всего что я говорил, и делал, … Скрип собственных зубов, и ногти вновь впиваются в руку, где от внутренней стороны от локтя до запястья была моя первая татуировка, которую и сделал, чтоб ЕГО побесить. И как я кусал губы до боли, наблюдая за тем, как он холодно на меня смотрит, как я ждал его реакции, … Как я нажирался до того, что выворачивало прямо у бара или на улице, но ведь я всё равно думал, что этого мало. Несоизмеримо мало, чтоб он почувствовал, как мне плохо. Как я истекал ядом, будто последняя сучка, когда он находился по близости. Я чувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы, и как они уже скатываются на подушку, а рыдания подходят к горлу, где комом и застревают. Мужчины не плачут, да? Брехня всё это. Если б слёзы могли утихомирить тот чёрный ком у меня в груди, я б рыдал без перерыва на обед и сон. Я б заливался сереной, я б топил в слезах землю, лишь бы этот сгусток отступил, лишь бы он перестал меня вот так вот ночами душить в беззвучных рыданиях. Мне пришлось перевернуться и уткнуться лицом в подушку, чтоб заглушить любой звук, готовый сорваться с моих сжатых плотно губ и хлюпающего носа. Стискивая пальцами несчастную подушку, я едва подавил в себе желание плюнуть на всё и пойти в любой бар, где просадить последние деньги на алкоголь. Напиться до беспамятства, а потом наслаждаться уже фантомной болью головы, чем пустотой в груди. Я помнил ту ночь полтора года назад, как сегодняшнюю. Все мелочи, каждую деталь, начиная с того склада, где меня приковали к батарее, до того, как выкинули у больницы, словно ненужный мусор, которым я собственно и оказался. Лишь жалкая пешка в чей-то игре за «Престол» компании Учих. - Я дам тебе один единственный совет, парень, и если ты хочешь жить, то ты ему последуешь. Я хочу, чтоб ты держался подальше от всего, что связано с компанией «Акацуки» и «Учиха Корпорэйшн». Если спросят про фамилию, то открещивайся, как можешь, считай, что у тебя нет брата, семьи и ты просто чей-то ублюдок, - Дейдара, лениво раскуривал сигарету, даже не глядя на меня. - Я же всё подписал, зачем я вам ещё нужен? – шиплю я, кое-как откидываясь на стенку спиной. Несмотря на бинт и какое-то обезболивающие с антибиотиками, место прострела горит огнём, а кровь давно пропитала повязку.- Вы обещали Итачи, что я,… - Вот именно, так что ты нам, говоря твоими словами «нахер не сдался». Тратить на тебя ресурсы слишком уж жирно будет, не думаешь? Ты теперь лишь грязь на ботинках твоего брата, которую необходимо смыть ради его же блага, но я дам тебе шанс выжить. Можешь и дальше торговать собой, жрать собственное дерьмо и прославляться своей дыркой, но если я узнаю, что где-то о тебе заговорят, как о брате Итачи – тебя убьют. Да ещё и в лучших традициях мафии: паяльником в задницу, - хакер лениво стряхнул пепел с сигареты и даже не взглянул на меня из-под своей длинной золотистой челки. Я как-то слабо переваривал информацию, но отчего-то боль притупляла разум, словно отодвигая его на второй план и давая волю болтливому языку, неугомонному характеру и скопившейся желчи. - И что с того-то? Я и так одной ногой, как видишь, в могиле,- кожу на щеках тянуло от недавно высохших слёз, но я позволил себе эту ухмылку,- прибьёшь и ладно, считай лишишь себя удовольствия слушать о том, как некий Тсукури Дейдара сношается с ботинком вашего главаря, … как там его…- моему ехидству и подступившему смеху не было б предела, если б не показавшийся в свете фонаря пистолет. - Какой же ты ублюдок, а. Даже патрон на тебя тратить жалко,- кинув окурок на землю и растерев его подошвой, блондин резко сделал шаг ко мне, единственный и разделявший нас, и уткнул ствол оружия мне в рану, от чего я тут же задохнулся от вспышки боли, сгибаясь к ноге. - Су…ка,- только и выдавил я из себя, пока в уголках глаз снова показались слёзы. - Знаешь, ты прав, бред оставлять тебя в живых, но раз уж ты так жаждешь умереть, позволь мне растянуть это удовольствие помучительнее для тебя. Для начала я убью Итачи. У тебя на глазах. Чтоб ты понял, что такое, когда умирает последний человек, которому ты ещё сдался в этом мире, а потом буду дробить тебе кости тротилом, пока всех своих родственников не вспомнишь,- медленно и вкрадчиво нашёптывал в темноте Дейдара, пока я замер не в силах шевельнуть ни одним мускулом. - Но… Итачи… - Да, он нам нужен, но я думаю, что мне простят такую слабость, тем более фамилию Учиха ещё надо и заслужить, ты вообще ни единой буквы её не достоин,- едко подметил парень, убирая оружие, а после садясь в автомобиль и опустив стекло, прибавил. - Надеюсь, хотя бы часть моих слов до тебя дошла, иначе следующим, что ты увидишь, будет славная голова твоего братца в коробке с бантиком. Я почти полгода мечтал о смерти собственного брата, всячески мысленно это представлял, сподвигал его на это своими поступками, даже не намекал, а в открытую советовал ему наконец сдохнуть и оставить меня в покое. А что теперь? Спустя какие-то полтора года. Я вижу Итачи почти каждый день. Ему очень идут дорогие костюмы. Ему идёт и высокий хвост, в который он теперь собирает волосы. Жаль, что я могу наблюдать это только на плакатах, новостях или в газетах. Ему благодарен почти весь город за то, что теперь тут хоть жить можно. Можно сказать, местный герой и знаменитость. Поднял всю корпорацию Учиха меньше чем за год до былых высот, попутно в союзе с «Акацуки» снизив почти до нуля проституцию, контрабанду и наркоманию. Что не удивительно, учитывая, что умер главный виток этих напастей – Орочимару. Ну, как умер. Его мозги разлетелись по стенке ещё при мне. Наверное, мэр города должен им ноги целовать, что, кажется, он и делает время от времени, устраивая пышные фуршеты в эту честь. Как и было мне наказано, я держался от Итачи подальше: у меня не было его номера, я всегда ссылался на то, что просто однофамилиц столь знаменитого Учихи, никогда не пытался с ним встретится или хотя б увидеть. Выживать в одиночку оказалось на деле куда сложнее, чем даже в мыслях, которые я пытался представить. У меня не было ничего. Абсолютно. Квартира была взорвана, ни о какой компенсации речь в целом и не шла, тем более «Акацуки» хорошо заплатили или похоронили тех, кто не мог молчать или не желал замять эту историю. В гроб сложили и меня. Официально, конечно же, а не наглядно. Однако это не помешало Какаши найти меня и предоставить мне кров до тех пор, пока я не поступлю в университет и не найду работу. Подталкивать меня лишний раз не нужно было, тем более потом Наруто связался со мной, и вот уже, как почти год я учусь в университете, и полтора года подрабатываю. До сих пор не верится, как я смог сдать экзамены, как сидел ночами после смены над учебниками, чтоб нагнать материал. Заучкой я никогда не был, но учёба давалась мне легко, наверное, только на своей памяти я и набрал баллов под самую нижнюю планку бюджетных мест с неплохой стипендией. Повезло, что как раз благодаря улучшению условий существования в городе и прибавилось бесплатных мест. Я более или менее успокоился после этих пусть и не весёлых воспоминаний, но они здорово утомили меня, тем более вспоминать каждый эпизод собственной жизни и борьбы за существование было как-то успокаивающе, вроде, как и один, но с друзьями, которые не самые замечательные люди на свете, но тоже и с работой подсобили, где-то денег одолжили, где-то от бывших… «клиентов» прикрыли. Да, бывали и такие случаи. Я может и не помнил всех, с кем спал в лицо, хотя я больше понтавался, что членов видел больше, чем они чашек с кофе, но на самом деле тех дядь можно и по пальцам двух рук точно сосчитать, но об этом точно думать не хотелось. - Забудь,- прошептал я сам себе, крепко сжав веки,- забудь. Их нет. Внушение подействовало слабо, поэтому я постарался переключиться на какой-нибудь другой объект дум, например, … Сай. Дела у «Изабеллы», вроде как в гору пошли, он отрицает свою причастность к игле, более того, его теперь то и дело можно было увидеть в компании Ино. Не знаю, что у них и как, но как бы они друг друга не тешили, я то в курсе, что одна лесбиянка, а другой только от секса в зад и тащится. Но это не мешало Яманако пристроить своего «парня» дизайнером интерьера и нововведений в тот же ресторан. Хинату я в городе с Нейджи больше не видел, но девушка всё ещё иногда мне звякала из-за границы, сообщая о том, что у неё всё отлично, и брат её вскоре женится на девушке из какого-то богатого семейства, с которой познакомился в больнице. Даже фотографию присылала как-то. Киба, вроде как, по велению «Акамару» уехал в деревню не далеко от города, где теперь ведёт отшельный образ жизни, но когда, травка его отпускает, возвращается в город и клянётся то больше никогда не вернётся в ту халупу без Интернета, связи и живого общения. Сакура, …, наверное, даже в её смерти есть что-то хорошее. Она дала нам толчок, своим каким-то убогим, но всё же примером. Как можно заметить, пока что-то не касается тебя самого или твоих близких, всегда считаешь, что ты ж не дурак какой-то, чтоб на наркоте сидеть, и точно уж и в проститутки не подашься, а в «космос» напиваться точно ты б не стал, не говоря о подхвате какой-нибудь заразы, которая может всю жизнь под откос и поставить. Наверное, нам всем нужен такой вот толчок, когда стоишь на краю пропасти и весь мир кричит тебе: «Прыгай! Так будет лучше! Ты же знаешь, что делаешь! Ты ж самый умный!», а ты всё топчешься, оборачиваешься назад. Гордо вскидывая подбородок ещё при виде той горсти людей, которые хватаются за тебя, просят остановится. А потом мимо тебя пролетает тело. И ты видишь, как оно падает об землю, разбивается: кишки, кровь, распидорасило, и никаких крыльев, никакой свободы, только кусок мяса и собственная убогая жизнь. И не потому что, она такая плохая, а потому что ты её до этого довёл. Тогда то шаг в пропасть не кажется таким уж и лёгким путём, не кажется столь привлекательной идей. Ты хочешь жить. Ты хочешь, чтоб кто-то был рядом, даже тот, кого ты всегда отталкивал, не видел правды, пока слепая обида закрывала пеленой глаза. Но уже поздно. Я не помнил, как заснул, но мне удалось выспаться так как сегодня на учёбу было идти не нужно, только на работу к вечеру. К которой меня и растолкал Узумаки, поражаясь тому, сколько можно спать, хотя по его отпечатку подушки на щеке, я понял, что он сам недавно проснулся. - Слушай, Саске, я сегодня к дяде поеду ночевать, со мной сходишь? - поглощая только что приготовленную лапшу, блондин успел ещё что-то болтать и набирать на телефоне. - У твоего дяди терпение не безгранично, а я уж больно раскачиваю его своим фейсом,- фыркнул я, вспомнив Джирайю, который помнил меня ещё с тех времён, когда я не был «пай-мальчиком», поэтому при каждой встрече кривил губы, словно ему перед носом кучу навалили. - Да ладно тебе, ты ему уже, как родной,- всосав в себя большую часть лапши, заявил Наруто, а после вытерев рот рукой, заявил, - он даже не против, что мы с тобой вместе. - Мы не вместе,- нахмурил я лоб, так как эта тема начинала понемногу откладывать камни у меня в почках и неприятно так зудеть, словно я нерадивая девка, которая замуж никак не хочет. - Ну, живём в смысле,- отмахнулся Узумаки, весело глянув на меня своими большими синюшними глазами, будто бы это такой поправимый факт, что и внимания обращать не стоит. - Я не поеду, мне на следующей неделе тест писать, хотя б подготовлюсь без твоей болтовни под ухом,- вновь поморщился я, на этот раз от запаха заварной лапши, который дошёл до меня. - Нашёл чем заниматься тёмными ночами,- парень потянулся на стуле, на котором сидел, а после заметил, - кстати, надо бы тоже в университет наведаться, а то дядя вновь на меня начнёт наезжать, что за неделю ни разу не был. - Может, ты просто зря поступил на юриста? – скептично отозвался я, уже переодевшись и теперь рассматривая себя в зеркальной дверце шкафа. Я немного подрос за прошедшее время, даже вернул пару килограмм, но скорее не перешёл за границу того веса, который был, когда я учился в лицее. Немного отросли волосы, но я не спешил стричься, а вот пирсинг с лица снял, однако не штангу с языка. Как-то привык к ней и не готов был расставаться. А вот тату на пояснице скрывал как мог под рубашками или мешковатыми кофтами. Навыставлял я своё тело на показ. Ничего хорошего из этого не вышло. Хватит. Наскоро пройдясь расческой по волосам, я проскочил в коридор, откуда подался на ванные процедуры. Заодно и пофапать. Да, это прям очень надо. В ресторане всё было, как всегда: лёгкая полуулыбка, равнодушный взгляд и неплохие чаевые с каждого стола. Пока ночь не началась у меня было даже время перекинуться парой слов с Шикамару и Узумаки, который на этот раз успел, ещё не переступив порог работы, разругаться с менеджером, которая наступила ему на ногу. Кажется, кто-то останется без премии в этом месяце. - Если ты мне сейчас не нальёшь, то я разнесу твой бар и накачаюсь до того, что бабуля Цунаде будет меня год фильтровать от алкоголя,- подкатив к стойке, заявил разозлённый Наруто, кинув тут же меню и фыркнув, тем самым показывая своё отношение к сегодняшним гостям. - Кто у тебя на этот раз? – хмыкнул Нара, наливая тому около пятидесяти грамм виски в стакан и подавая парню, который нюхнув янтарную жидкость, чтобы убедиться, что его не надули, залпом влил в себя, тут же скривившись и закинув в рот дольку лимона. - Уф,- покачал головой блондин кивком головы указав на один из дальних столиков, где сидел какой-то светловолосый парень о чём-то перекидывающийся словами со своей спутницей, которая то и дело поправляла очки и поворачивала голову к нам. Она так похожа на, … - Ох, чёрт,- ругнулся я, прикрыв голову рукой, хотя понимал, что уже поздно и меня нашли бывшие одноклассники. - Мм?- Шикамару перевёл свой взгляд на меня, пока Узумаки всё ещё кривился не то от лимона, не то от мысли, что сейчас ему снова придётся идти к гостям. - Я с ними учился,- пробормотал я, понимая, что скрывать то особо нечего, и ребята знают меня, как облупленного, - когда… когда был можористым зазвездившимся мудаком. - Ты и так зазвездившийся мудак,- чванливо заметил Наруто, за что получил под рёбра локтём, а после, хихикая, пошёл к посетителям с заказом, пока я всё ещё потирал переносицу и утомлённо вздохнул. - Ну, и за что мне всё это? - Знаешь, Учиха, ты так паришься по одной причине,- спокойно проговорил бармен, наполняя несколько рюмок перед собой для того, чтоб поставить на поднос другому официанту,- потому что теперь тебе не всё равно. Раньше ты б и ухом не повёл, что это твои бывшие знакомые. Сейчас тебе вновь есть что терять, вот ты и стыдишься. Но, тут никто тебе зла не желает, поэтому будь спокоен,- хмыкнул под конец Шикамару, попутно отрывая другую бутылку с алкоголем. - Конечно, я парюсь! Я не хочу, вернутся обратно, не хочу на дно, не хочу, чтоб меня судили за то, что было,- всё ещё прикрываясь рукой, словно мне бы это что-то дало, стыдливо признался я. - Главный судья ты сам, и, по-моему, ты и так вынес себе приговор, поэтому, давай работай иди, - кивнул на вновь прибывших гостей, которых уже рассаживал администратор, бармен. - Как скажешь, Биг Босс,- фыркнул я, отводя взгляд от правой стороны зала, чтоб не встречаться взглядами с девчонкой, что когда-то за мной бегала, и парнем, которому я чуть не сделал минет, пока он получал ни с чем не сравнимое удовольствие, унижая меня. Взяв со стойки несколько папок с меню, я направился к своим столам, которые находились в зоне повышенной комфортности, а именно с высокими диванами и роскошным немецким стилем, которым и славился этот ресторан. Мои гости были двумя мужчинами, которые выбрав места, уже ожидали меня, поэтому мне оставалось только примерить рабочую улыбочку и вежливо их поприветствовать. Однако, чем ближе я подходил к столу с гостями, тем медленнее был мой шаг и быстрее скатывалась улыбка с лица, пока я просто не встал, как вкопанный, а потом и вовсе попятился назад. Я не мог ошибиться. Это были они. Они. Два представителя Акацуки. Один тот, кто обо всём и всех знал, а второй где-то на уровне генетики был мне братом. Даже с расстояния я узнал Итачи, который был в чёрном классическом костюме и в красной рубашке, пока его волосы были перехвачены в тон ей лентой. Его же спутник, как и всегда вне своей рабочей зоны был при параде. Даже не скажешь, что вот этот джентльмен в светлом пиджаке ходит в мешковатых шмотках и сталкерит, как влюбленная школьница за каждым твоим жестом, если ты являешься его целью. Вернувшись на ватных ногах к стойке, я отложил меню под изумлённый взгляд Шикамару, бросившись к запасному выходу, который находился через кухню. Оказавшись у кирпичной стены, я ощутил дрожь во всём теле, которая волнами расходилась от центра груди по конечностям, пока липкий страх сковывал любое движение. Мне пришлось постараться чтоб достать из фартука сигареты, которые остались у меня от прошлого гостя, что попросил парочку. Сам я бросил ещё давно, но сейчас без сигареты я просто не мог обойтись, просто не мог. Меня всего трясло, пока я пытался зажигалкой поджечь сигарету, а потом судорожно затянуться, тут же начиная кашлять, но «целительный дым» сделал дело. К концу первой сигареты я уже чувствовал, что смогу двигать ногами, а значит и до общаги доберусь. На второй сигарете заработал мозг, который подсказал, что уйти и бросить всех будет не очень хорошо, даже в такой ситуации, но тут как раз вовремя из-за угла показалась светлая макушка Узумаки. - Вот ты где, … а я, - парень тут же сощурил синие глаза,- а, старые привычки берут вверх, да? Ты там скажи, когда первый ценник будет, я как раз откладываю на этот случай с зарплаты,- усмехнулся официант, заговорчески улыбаясь, словно я тут же должен был трусы скинуть. - Нахер иди,- шикнул я лишком резко, наверное, так как Наруто уже прислонился к стене, сложив руки на груди и выжидательно на меня глядя, требуя тем самым ответа на немой вопрос. Закатив глаза, я нервно начал кусать губы. Всё ещё стараясь не задохнуться с непривычки от сигареты, а после выдавить из себя одно единственное имя, которое комом встало у меня на языке и сорвалось так слабо, что я тут же ощутил, как защипало глаза. - Итачи. - Он позвонил? - сожитель округлил глаза, тут же заискивающе заглядывая мне в лицо. Мне оставалось только покачать головой и наконец кинуть чёртову сигарету на землю, туша носком кед. - Ого-го-го, только не говори, что он у нас там,…- зашептал Наруто, словно нас могли тут услышать, однако меня сейчас целиком и полностью занимало другое. - Он за моим столом, и, кажется, они уже минут пять-десять точно ждут меню,- сокрушённо проговорил я, начав заламывать руки,- если он меня увидит, … и если Тсукури меня увидит,… если …. - Так, спокойно-спокойно,- блондин схватил меня за руки, вынуждая посмотреть на него,- всё будет нормально, если б не Ино, я взял бы твой стол, но, боюсь, эта женщина как всегда всё испортит. Тем более они сами сюда пришли, ты то живёшь своей жизнью. Я как-то вяло кивнул, хотя не представлял, что может выкинуть Дейдара, если увидит меня, как Ямонака он, конечно, не разорётся на весь ресторан, но … чёрт, Саске возьми себя в руки. - Я пойду к ним,- согласился я, убирая от себя чужие руки, - я смогу. - Ну, смотри, … если что ты это, - Узумаки сделал какой-то неопределённый знак,- кричи, что ли. Мне оставалось только хмынуть на это, но уверенности это как-то не прибавило. Однако я всё же вернулся в зал, где взяв меню и на ходу осушив рюмку, только что поставленного на раздачу коньяка на стойке, направился к столу с гостями, чувствуя, как алкоголь горчит в горле и обжигает нутро, но при этом тут же отдаёт в голову. Как и раньше, впрочем. - Здравствуйте, на этот вечер я ваш официант, прошу вас ознакомится с нашим меню,- я старался говорить ровно, но даже сам чувствовал, как дрожит голос, а папки с видами блюд едва не выпадают из похолодевших пальцев, когда оба гостя устремляют взгляды на меня. Мои глаза пересекаются с Итачи, что в первую секунду меняется в лице, совсем неуловимо, только в глазах что-то зажигается и меркнет. На один момент. Но уже всё ясно, он меня узнал. Да и как тут не узнаешь. Я протянул меню, которое едва не шлёпнулось на пол, если б мужчина его не подхватил всё ещё не сводя с меня взгляда. Его спутник тоже не переводил с меня напряженного взора, но по нему было заметно, что он, как и я, не ожидал такой встречи. Когда же я протягивал ему меню, Дейдара в первые секунды не понял, что нужно его взять, а просто сидел и таращился на меня, пока за него это не сделал Итачи. - Будете делать заказ сейчас или чуть позже? - осведомился я, с какой-то ехидностью от мысли, что хакер пусть и всезнающий, и всевидящий из Дея, но ступор у него однозначно затянулся. - А вы можете нам что-нибудь посоветовать? - брат говорил ровно, с едва присущей ему томностью и хрипотцой в голосе, но я то заметил, как дрогнули уголки его губ, совсем незаметно для других, но не для меня. - Смотря что предпочитаете, есть блюдо от шеф-повара, но оно для искушенных любителей погорячее и поострее,- изложил я, убирая руки за спину, которые были ледяными, судя по ощущениям, как и мой собственный голос, переросший в какую-то дичайшую обиду, нежели страх. Он усмехается. Он, значит, живёт в роскоши и богатеет, и усмехается, что я видите ли официант. А что он думал? Что я сдох в подворотне? Или в борделе задом трясу? - А из десертов? - Учиха, медленно перелистывал страницы, с видом совершенного не заинтересованного посетителя, при этом ещё обратившись к своему спутнику,- Смотри-ка, Дейдара, тут есть даже то, что тебе понравится: «Фруктовый Фейерверк». - О, да, я просто в восторге от фейверков, но мне бы что-нибудь, … погорячее,- по нервно-дёрганному голосу блондина я понял, что не одному мне сейчас охота сквозь землю провалится, но только от фразы Итачи у меня ещё всё ледяной рукой внутри сжалось. Я давно такого не чувствовал, этого бездушного прикосновения где-то внутри, словно душу холодной иголкой начинают тыкать, издевательски так. Ревность. C чего это ты заревновал, Саске? Обращение к самому себе было равносильно пощёчине, которая меня как-то отрезвила от мимолётного залипания в одну точку. После чего я как-то вздрогнул, услышав голос брата, который, наверное, ещё листал меню и спрашивал моё мнение насчет рыбы. Стараясь не смотреть в сторону высокопоставленных лиц, я что-то пробормотал насчет вкусного, свежего и изумительно приготовленного, хотя сам к рыбе относился как-то равнодушно и запах её меня больше раздражал, чем вызывал желание принюхаться или как-то повести носом. - Тогда, пожалуй, мне на ваше усмотрение, - Итачи с этими словами вернул мне меню, не переставая мрачно глядеть на Дейдару, что всё ещё не показывал лица из-за меню, бурча-то что-то насчет салата с креветками и острым перцем. - Прошу прощения, но я не могу знать ваши вкусы,- сглотнув ком, который так и стоял в горле, ответил я, про себя отметив, что столь вежливо к бывшему копу никогда в жизни не обращался. - Тогда постарайтесь мне угодить,- бросил тот столь небрежно, наградив взглядом, в котором я заметил не то веселье, не то издевательство. О, да, братец, наслаждайся зрелищем, где я вынужден пресмыкаться перед тобой. Избаловала роскошная жизнь, небось. Не сумев подавить в себе желание фыркнуть, чем вызвал у гостей не больше эмоций, чем у лежащей на столе тарелки. Чуть погодя отметив нужные блюда у себя на планшете, который использовался в ресторане для ускоренного выбора и оповещения шеф-поваров, я направился к барной стойке. Оттуда на меня уже с нескрываемым любопытством смотрел Наруто и подпиравший щеку Шикамару. Жестом заставив белобрысого друга заткнуться раньше, чем бы он что-либо у меня спросил, я молча прошёл до бара и опустил на стойку голову, уткнувшись лбом в кожаный переплёт меню. - Всё так плохо? – флегматично поинтересовался Нара, спустя где-то минуту,- Судя по всему, нет, раз я не слышу причитания Ино и не вижу, как она вылизывает обувь наших гостей. - Ты не поймёшь,- стиснув зубы, долбанул я по стойке рукой, тут же зашипев от боли в костяшках кисти,- он, … он,- даже сказать это практически невозможно, не то что даже подумать. - Он меня и бесит своим видом одним, но … я так виноват перед ним и в тоже время он… Аррр,- прорычал я, закатывая глаза и не понимая, что со мной творится. Вроде бы недавно я даже под взглядом его опасался показаться, буквально содрогался от мысли что произойдёт тогда, тем более под взором Дейдары. А сейчас стало как-то иначе. Тем более меня уже все узнали, смысл бегать и прятаться в подсобке? Но и заставить себя заговорить с Итачи я не мог. Меня всё ещё гнетёт то, что я ему сделал. То, как я себя вёл, может даже и понимая, что он не виноват, но отчаянно желая этого. Чтоб винить кого-то кроме самого себя в том, что так случилось. В том, что у меня никого не осталось, кроме брата, который был в меня влюблён, а я,… Перед глазами пронеслось воспоминание. Настолько далёкое и забытое, что я не сразу сообразил к чему его подкинул мозг. Если я много выпью, не будет страшно так? … Не будет больно? Это же больно? Вздрагивая от прилива омерзения, я подавил в себе желание задрожать, как провинившийся ребёнок перед наказанием, и снова поглядел на дисплей телефона. Через пять часов. Я не хочу, … Мне надо выпить. - Саске? Ты оглох? - Узумаки потряс меня за плечо свободной рукой, пока на другой был поднос с напитками. - Нет, всё нормально. Чего тебе? – дёрнувшись от прикосновения, я покосился на блондина, который повёл подбородком в сторону кухни, намекая, что мне стоит туда зайти. Кратко кивнув и поправляя на ходу униформу, я направился к шеф повару, который тут был солидный мужчина средних лет. - Что-то не так? - поинтересовался я у работника ресторана, прислонившись к столешнице и наблюдая, как один из его помощников быстро нарезает овощи. - Десерт, который был в твоём заказе готовится десять минут, но из-за того, что его передержали в духовке, придётся начинать заново,- не отвлекаясь от того, чтобы подготовить очередное блюдо к его выходу из кухни сообщил Киллер Би. Тут же разворачиваясь со сковородой в руке ко мне, пока другой помешивал что-то в кастрюле, - Ё-у. - Это люди из «Акацуки»,- прислонив пальцы ко лбу, сообщил я,- навряд ли они привыкли ждать. - Да хоть из Голливуда, мне плевать, парень,- отозвался тут же Би,- если десерт не готов, я его не добуду по велению волшебной палочки. Она у тебя есть? У меня нет, - с этими словами, шеф-повар поставил сковороду на место, попутно возвращаясь к тому, чтоб что-то крикнуть своим помощникам. Мне оставалось только в какой раз закатить глаза и нервно прикусить губу. Не будь это Итачи с Дейдарой, я бы спокойно это преподнёс, но мне даже заговорить было сложно, а сообщать такое, … Выйдя из кухни, я вновь направился к гостям за одном из своих столов, попутно огибая проходящего мимо Суйгецу, который тут же оскалился и перехватил меня за запястье. - Чего тебе? - скрипнув зубами, я попытался выдернуть руку, но бывший одноклассник держал крепко. - Что такое, Учиха? Разве тебя так учили обращаться с гостями, … или бывшими клиентами? - Нахер иди,- приглушенно буркнул я, ощущая, как краска покрывает щёки. - Это по твоей части,- Ходзуки снова обнажил острые зубы, пока я думал какой из них выбить. Но мысленно пожелав ему на голову кирпича, постарался успокоиться, однако рано,- кстати об этом, как насчет разика? Цена та же? Или постоянным клиентам ты скидки делаешь? Эти слова словно выбили меня из колеи. Я растерянно посмотрел на ухмыляющегося наглой улыбкой победителя белобрысого, чьи высветленные патлы обрамляли не менее нахальную рожу. Не думал, что подобные слова могут меня так подкосить, причём удар последовал туда куда надо, пока я стоял истуканом, переводя глаза куда-то в пол. И наконец –то понимая, что именно меня сломало. Стыд. Мне стыдно. МНЕ, БЛЕАТЬ, СТЫДНО. Мне. Тому, кто напивался, блевал, трахался, обкуривался и снова блевал. Причём именно в таком порядке. С незнакомыми людьми. За деньги. Иногда в этой цепочке ещё и мелькал мой старший брат, который меня любил, и которому я всё это рассказывал. И вот такой вот твари, как мне, стыдно. Стыдно. Не думал, что когда-нибудь это чувство ко мне вернётся. - Что такое, Учиха? Или ты теперь только за чаевые минеты делаешь? - Суйгецу, словно невзначай, провёл рукой у меня по талии. Облизав, пересохшие губы, я снисходительно улыбнулся, точнее выдавил из себя подобие усмешки, на которую парень вскинул брови. - Знаешь,- я чуть поддался вперёд, тут же ухмыляясь ещё шире, чтоб прям до оскала,- с таким размером как у тебя, ты даже Карин девственности не лишишь. Хотя я уверен, что ты отчаянно пытался и не раз,- едко прибавив это под конец, я отстранился, проходя мимо застывшего с оскорбленной миной Ходзуки. Который, наверное, подзабыл за прошедшие годы, как я могу плеваться ядом. Ведь в нашу последнюю встречу я был куда более послушен и не привередлив. Жаль, что она так и не была последней. Но я рад, что он позволил мне ощутить себя кем-то большим, чем просто шмарой, стоящей под дождём и готовой уехать с первым попавшимся клиентом. Этот небольшой инцидент дал мне немного смелости подойти к столику, который я был вынужден обслуживать, при этом уловив пару слов перед тем, как меня заметили. - … ты обещал. - … как лучше, … - Прошу прощения, что прерываю, но шеф-повар просил принять его соболезнования по поводу того, что он никак не успеет приготовить десерт не ранее, чем через десять минут,- извинился я, тут же опустив взгляд, когда ощутил, как Итачи на меня смотрит. Попутно чувствуя себя не лучше, чем тот, кто виновен в чей-то смерти, и теперь не смеет даже в глаза смотреть. Даже прощения попросить. Словно местами поменялись. - П-ф, что за ресторан такой, мм? Официанта ждали, заказ ждём, так ещё и он и задерживается,- Дейдара тут же привстал со своего места,- пойдём отсюда, только больше времени потратим. - Сядь. Мы останемся,- в голосе брата прозвучало столько стали, что даже я поборол в себе ощущение сесть на диван рядом, его же коллега лишь выдавил своё явно неудовлетворительное: «Мм», но всё же вернулся на место. – Все мы люди, мы всё понимаем. И будем ждать столько, сколько потребуется, не беспокойтесь,- последние слова, обращенные ко мне были куда мягче, чем до этого, но при этом я одним местом чувствовал, что тут есть какой-то подтекст. Нет. Мне кажется. - Прошу прощения,- выдавил я из себя, разворачиваясь на пятках и на одном выдохе возвращаясь к стойке, где Узумаки уже возмущался на тот счет, что ему не оставили чаевых. - Да я буквально из кожи вылез, что б им услужить! А они? – блондин яростно негодовал, пока Шикамару разливал в подготовленные бокалы напитки, которые тут же размещал на подносе бунтующего официанта. - А, они твари неблагодарные, да-да. В следующий раз постарайся говорить это после того, как они уйдут, а не до,- кивал бармен, а затем обратился ко мне, - У тебя как? - Пока жив, как видишь,- устало выдохнул я, глядя, как всё ещё ворчащий друг уносит от моих глаз подальше алкоголь, который я невольно провожаю глазами. - Расслабься, всё будет нормально. Вот увидишь. Я уверен, что твой брат сам не ожидал тебя увидеть,- Нара ободряюще похлопал меня по плечу, пока я лишь поморщил нос и потёр переносицу пальцами. - Конечно, по любому думал, что я ещё шляюсь по ночному городу, высматривая у кого кошелёк потолще и с кем провести время на этот раз,- с горечью выдавил я, заламывая до боли собственные пальцы. - Ну-с, его нельзя обвинять, до того момента, как у тебя взорвало квартиру, ты этим и занимался,- вставил Шикамару, «как нельзя кстати». - Это не походит на утешение, знаешь ли,- с сарказмом упрекнул его я. - А я и не собирался,- лениво ответил бармен в ответ. Я побрёл на кухню, где один из поваров заканчивался декорировать салат для Тсукури, пока десерт всё ещё готовился, гостям пришлось довольствоваться только этим. Я всё так же затаивал дыхание, когда подходил к столу, где сидели «Акацуки», сердце же стучало, как бешеное, несмотря на то, что я всячески отворачивался от главы «Учиха Корпорэйшн», да и от хакера. Предпочитая глядеть на свои кеды, нежели в глаза тому, кто в какой-то степени и разрушил мою семью, но не дал мне упасть ниже. Хотя куда ниже ещё. - Ваш заказ будет несколько позднее, ещё раз приношу свои извинения,- по-прежнему не поворачивая головы, произнёс я, чуть склонив голову в сторону Итачи, а потом уходя обратно к стойке, куда уже принесли два кофе, чей аромат невольно защекотал ноздри. Вот, что я действительно любил в этом ресторане, так это его. Он был тут по-настоящему прекрасно сварен из лучших сортов. Я бы сказал даже с любовью, судя по тому нежному вкусу, что оставался на языке, если бы только не знал, как Би нашёптывает рэпчик себе под нос, готовя напиток. Нынешний кофе тоже поражал своим приятным запахом, от одной чашки исходил тонкий аромат корицы, а от другой молочного шоколада с чем-то терпким. Даже не помня кто из гостей какой заказал, я бы и так поставил правильно. - Ваш кофе, - аккуратно составляя с подноса горячие напитки, я пододвинул чашки к гостям, при этом мельком взглянув на Итачи, что в ответ смотрел на меня, даже не откровенно, чтобы пялился, а просто глядел, будто был просто рад, что меня увидел. От этого взгляда мне стало ещё более стыдно, чем до этого. Я тут же отвёл глаза, пряча их за чёлкой, про себя мысленно в миллионный раз извиняясь перед братом, и жалея, что никогда не смогу сказать ему это лично. Извиниться за то, что делал. Извиниться за то, что говорил. Извиниться за то, что ни во что не ставил. За то, что во всём винил. За то, что не верил, не доверял, не даже пытался понять. И за то, как бил по его чувствам ко мне. - Саске, что-то ты совсем раскис,- протянул Наруто, когда я ощущая влагу в глазах, подошёл к стойке,- они что-то тебе сказали? - Нет, это я сам себе всё сказал,- буркнув в ответ, я закусил губу, глядя на потолок, делая глубокий вдох, чтоб вспомнить то, что я на работе и не маленькая девочка, которая может плакать по каждой мелочи. - Бу-бу-бу,- заворчал Узумаки. Ковыряясь в стакане трубочками,- ты всегда такой эмоциональный, когда речь заходит об Итачи. - Ни черта подобного!- тут же рявкнул я, пока мной на пару секунд овладел гнев, будто бы вернувшийся из прошлых лет,- Я… - Вот про это я и говорю,- невесело хмыкнул друг, похлопав меня по плечу, а после подтянув к себе папки с меню, направился к своим столам. Будучи в растерянности, я как-то вяло повёл плечом, при этом осознавая, что в какой-то мере Наруто прав. Я всегда так на всё реагировал, когда это было как-то связано со старшим братом. Даже до нашей с ним размолвки. Не хотел, чтоб сравнивали? Потому что завидовал. Не хотел, чтоб приводили в пример? Потому что, хотел быть лучше. Хотел быть выше. Не хотел, чтоб он находился рядом? … Потому что он единственный, кто знал меня лучше всех. А я всегда это отрицал, тщательно пряча концы в воду, но при этом догадываясь, что Итачи знает. Пиликанье в кармане вывело меня в какой раз из раздумий, и я направился на кухню, чтобы наконец забрать тот десерт, который, аллилуйя, увидел свет из духовки. И теперь был готов к тому, чтобы быть подданным на стол. - Прошу прощения за задержку, - в который раз извинился я, ставя тарелку перед гостем, при этом наблюдая нечто похожее на чизкейк, украшенный различными добавками и взбитыми сливками. - Надеюсь, он будет стоить потраченного времени, мм?- лениво подал голос Дейдара, отставляя чашку на край стола, а после мрачно на меня глянув, даже не скрываясь, скинул ту небрежным движением руки. – Какой я неловкий, а. Я стиснул руки на фартуке, мечтая, что б на его месте оказалось горло Тсукури, но лишь выдавил из себя любезную улыбку, наклоняясь к полу за осколками, и обмакивая полотенце, в кофейную гущу чтоб этот ублюдок ещё свой ботинок в ней не замарал. - Тебе обязательно было это делать? - послышалось наверху, пока я складывал уже остатки фарфоровой чашки себе в передник, попутно пару раз порезавшись и уже чувствуя, как яд едва ли не начинает у меня из-за рта капать. - Я ж случайно, с кем не бывает то,- отмахнулся блондин, пока я изображая прислугу без языка, убирал за этим мажором. А когда закончил, ещё вежливо поинтересовался принести ли ещё что-то, но, видимо, Дейдара удовлетворился одной подобной выходкой. Выкинув осколки чашки, которую скорее всего повесят на меня, ибо заставить платить кого-то из «Акацуки» это : « Вы что, как можно!», « Саске, это ты просто рукожоп и не мог поймать её в полёте!». Уж кто, а Ино умеет стеречь финансовую пирамиду ресторана, как Цербер. Когда я вернулся к своим гостям, у меня попросили счёт, от чего я благодарно поднял глаза к потолку, пока шёл к кассе пробивать чек, при этом заранее попрощавшись с частью зарплаты за разбитую чашку с кофе, которую такой шишке и не предъявишь то. Да и вообще не лишний раз лучше на рожон не лезть, зная методы «Акацуки» я надеялся, что ночью ко мне не ворвутся их люди и не зароют в ближайшем лесочке в последствии. Тот же Хидан, насколько я помню, ещё феерично насвистывать будет, у него ж тормозов вообще нет. Складывая чек в брошюру, я выругался, когда увидел алые разводы на белой кожаной книжке. Забыл пластырь налепить на порезанные пальцы. Наскоро вытерев кровь салфеткой, я направился к своим столам, где положив ту к ним на стол, хотел было отойти по правилам, а не стоять и наблюдать, за извлечением купюр из бумажников, однако этого и не потребовалось, ибо Итачи не глядя вложил несколько банкнот и тут же передал мне. Как и положено, поблагодарив гостей, я только собрался пойти рассчитать их, но представили крупных компаний стали собираться, явно не дожидаясь сдачи. Когда мужчины вышли из ресторана, я ощутил, что словно воздух покинул моё тело и как-то обреченно сел на место, где пару минут назад сидел брат, положив брошюру около себя и лениво раскрыв её, тут же усмехаясь от увиденного. Ну, да. Что ещё ожидать то было. Откинув голову на мягкую спинку сидения, я прикрыл глаза, в кои-то веки радуясь, что всё закончилось. Что мне не отсекут голову. Что брату ничего не угрожает. Пожалуй, это самая малость что я мог для него сделать – так это держаться от него подальше.