Убей меня нежно

-Пошевеливайся, мальчишка,- граф окинул презрительным взглядом измученного пленника и грубо потянул цепь, конец которой был прикован к наручникам блондина. Юноша в ответ на это сжал руки с такой силой, что костяшки пальцев побелели, и с безмолвной яростью взглянул на мужчину, мысленно обещая себе, что когда-нибудь растерзает графа за все эти унижения. Взгляд, полный молчаливой ненависти и злобы, казалось, только позабавил мужчину. Дориан усмехнулся краешком губ и еще сильнее потянул за стальную цепь. Слабый, весь истерзанный юноша, и так еле державшийся на ногах, пошатнулся и упал на кроваво-красный ковер. Мальчик отчаянно выдохнул и судорожно попытался встать, но пол коварно уходил из-под ног, а картинка перед глазами с каждой секундой становилась все расплывчатей и туманней. Дни, проведенные в затхлом, сыром и лишенном света помещении темницы, не предназначенном для аристократов с их хрупким здоровьем, давали о себе знать. Над худеньким беспомощным тельцем нависла темная фигура графа, который откровенно наслаждался происходящим. -Какой же ты слабак, однако, - глумливо протянул он, словно случайно, невзначай задев концом лакированного ботинка оголенное плечо юноши, отчего тот едва слышно рыкнул.- Вставай. -Не могу,- тихо прохрипел блондин, чувствуя, как голова взрывается фейерверками мучительной боли. -Не можешь?- вкрадчивый бархатный голос графа проникал в каждую клеточку тела, вызывая в душе смутный, неясный трепет.- За каждое твое «не могу» будешь получать наказания. -Да идите вы,- разъяренно прошипел пленник, тяжело дыша и безуспешно пытаясь освободиться от удушающих объятий стальной цепи.- Я аристократ, а не какой-то дворовый пес. И вы не смеете так со мной обращаться. Я вас..убью… Граф Дориан присел на корточки рядом со своим новоиспеченным рабом на три недели и мягко, почти нежно поинтересовался: -Что ты сказал? -Я вас убью!- с вызовом повторил блондин, гневно сверкнув небесно-голубыми глазами из-под пшеничной челки, закрывавшей почти половину бледноватого лица. -Да неужели?- граф насмешливо приподнял тонкие брови и ловко ухватил дерзкого нахала за подбородок, тем самым, заставляя его смотреть себе прямо в глаза.- А теперь послушай меня, мой драгоценный мальчик. Ты, видно, не понимаешь, с кем разговариваешь. Еще парочка подобных фраз - и мы устроим твоему шаловливому язычку знакомство с топором. Я не собираюсь давать тебе поблажки, и поэтому, раз уж ты так любезно согласился на это пари, за каждую малейшую провинность ты будешь получать заслуженные наказания,- Дориан сделал выразительную паузу, наслаждаясь тщательно скрываемым страхом, промелькнувшим на миг на лице пленника, а затем продолжил,- Ах да, с этого момента ты называешь меня не иначе как Господин. -Вы меня и пальцем тронуть не посмеете, слышите?- блондин с ненавистью дернул на себя цепь, весь краснея от негодования и унижения. За все 17 лет, проведенные в огромном роскошном имении с заботливой сестричкой, которая вечно носилась вокруг него словно курица-наседка, и кучей послушных слуг, никто не смел обращаться с ним, как с грязным животным. Его холили и лелеяли, с малых лет внушая, что он особенный, каждая его прихоть исполнялась в незамедлительном порядке. Он даже в самом страшном кошмаре не мог представить, что какой-то выскочка-граф с комплексом Бога в один прекрасный день похитит его и будет держать на поводке, будто дворняжку. -Отныне я могу трогать тебя когда угодно и где угодно. Кстати, не только пальцем,- беззаботно добавил Дориан и словно в доказательство сказанного сильно пнул блондина в бок, заставив того стиснуть зубы, чтобы не заорать в голос от боли. Служанка графа, проходившая мимо со стопкой идеально выстиранных, выглаженных и накрахмаленных белых рубашек, неподвижно замерла, наблюдая за происходящим. Дориан резко повернулся и, наградив невольную свидетельницу неприятной сцены ледяным взглядом, раздраженно рявкнул: -Что застыла? Пошла вон. -Простите, Господин,- тихо прошелестела девушка в ответ и поспешно, чуть ли не спотыкаясь на ходу, направилась дальше по коридору. Перед тем, как скрыться за поворотом, окутанным мраком, она подняла испуганные глаза и кинула мимолетный сочувственный взгляд на скорчившегося на полу блондина. -Ну, что ты тут развалился, как на курорте? Вставай или желаешь, чтобы вся моя прислуга увидела, как ты в первый же день валяешься у меня в ногах? Легкая провокация, как и ожидалось, подействовала. Юноша гордо вскинул светлую голову и сначала приподнялся на локтях, звеня цепью, а потом, пошатываясь, словно пьяный, встал, ощущая как волна боли прокатывается по ослабевшему после длительного заточения телу. Одарив своего мучителя испепеляющим взглядом, он стиснул зубы и сделал пару шагов, едва удерживая равновесие. Как же сильно он хотел сейчас вырваться из этих цепей и разорвать этого морального урода на мелкие кусочки, купаясь в фонтанах его крови. И плевать, что граф лучший во всей Империи в вопросах оружия и искусства боя! Как только представится подходящий шанс, он убьет этого гребаного графа, черт бы его побрал! Он отомстит ему за все эти глумливые издевки! -Так-то лучше,- довольно улыбнулся граф краешками тонких губ, и его пленника передернуло от этой улыбки. Было в ней что-то неправильное, немного безумное и даже хищное, отчего кровь стыла в жилах, а в сердце закрадывались смутные подозрения. Дориан слегка потянул за цепь и юноша хмуро побрел за ним, мысленно осыпая всеми возможными и невозможными проклятиями ненавистного господина, который, похоже, решил хорошенько оторваться на нем за эти три недели. Они миновали широкую парадную лестницу с позолоченными перилами и просторный зал с дружелюбно потрескивающим камином и уютными диванами, потом под изумленными взглядами двух служанок свернули направо, прошли, наверное, с десяток коридоров и остановились перед огромной двустворчатой мраморной дверью. Юноша восхищенно озирался вокруг, забыв на пару мгновений даже о ненависти к своему похитителю и собственном незавидном статусе пленника. Обстановка дома поражала богатством, хотя было видно, что его хозяин не слишком любит роскошную вычурность и скорее придерживается мнения о том, что красота есть простота. Дориан едва заметно щелкнул аристократически длинными, тонкими пальцами и дверь бесшумно отворилась, являя взору громадную шикарную спальню. Все здесь было настолько органично и так совершенно подходило друг к другу, что блондин не смог сдержать слабый удивленный вздох. Большая кровать с великим количеством мягких подушек, хаотично разбросанных по ней, ласкающий ноги ковер цвета слоновой кости, не уступающий по размерам кровати шкаф из красного дерева, изящный столик из того же материала, пара уютных кресел с высокой спинкой и огромное окно с плотно задернутыми тяжелыми портьерами. Из-за этих самых портьеров в комнате царил мягкий полумрак, углы утопали во тьме, мешая судить об истинных размерах спальни и разглядывать детальную обстановку. -Нравится?- задумчиво поинтересовался граф, заметив, что взгляд пленника восторженно блуждает по комнате. -Обычная комната, ничего такого,- как можно равнодушнее отозвался блондин, не желая признаваться, что спальня все-таки его впечатлила. Нет, разумеется, в их с сестрой роскошном поместье были комнаты и с гораздо более богатым убранством, но эта комната поражала скорее безупречным вкусом и элегантной простотой, чем вычурностью и намеренной демонстрацией.- Почему здесь так темно? -Потому, что так хочу я. Ты будешь спать там,- Дориан неопределенно взмахнул рукой и показал, вопреки ожиданиям и тайным надеждам юноши, на пустующий угол. -Там ведь пусто,- блондин недоуменно покосился на хозяина. -Именно. -Только не говорите, что я буду спать прямо на каменном полу!- пленник шумно втянул воздух, пытаясь унять снова накативший на него приступ неконтролируемой злости. -Зачем мне говорить это еще раз, когда ты только что произнес это сам?- граф иронично ухмыльнулся, наблюдая, как ненависть искажает миловидные черты его новой игрушки. -Вы издеваетесь? У вас даже слуги спят на нормальных кроватях!- взбешенно завопил блондин, сжимая кулаки в бессильной ярости. -Какой же ты шумный.… Знаешь, мне по душе тишина и покой, поэтому…- граф решительно направился к изящному прикроватному столику из красного дерева, не отпуская из рук цепь и тем самым, вынуждая разозленного и орущего о собственных правах блондина ползти за ним. Аккуратно открыв верхнюю часть столика, Дориан достал кляп, нежно коснулся его длинными пальцами и с совершенно невинным видом повернулся к удивленно замеревшему юноше, который мгновенно прекратил свои гневные тирады. -Эм..вы же не собираетесь, правда?- блондинистое существо энергично закачало головой, словно китайский болванчик, и попятилось назад -Собираюсь, твоё нескончаемое нытье слишком действует мне на нервы,- безапелляционным тоном заявил Дориан и без церемоний запихнул кляп в рот отчаянно упиравшегося парня. -М!М..мммм..ммм!Мммм!- даже кляп не сумел заткнуть неугомонного блондина и тот упорно продолжал разъяренно мычать проклятия в адрес Дориана, правда теперь сложно было догадываться о сути этих самых проклятий. -Закнись,- уже с некоторым раздражением произнес темноволосый парень и, присев на стул, задумчиво постучал тонкими пальцами по деревянному подлокотнику.-Так…ну и на чем мы остановились? Ах да, с завтрашнего дня ты обязан выполнять каждое мое желание. Каждое, запомни. У тебя есть целый день, чтобы смириться с тем фактом, что на следующие три недели ты мой полностью и морально подготовиться к этому. Потому что завтра…можешь считать, что завтра для тебя начнется ад. -Ммм!- явно не соглашаясь с последним утверждением, юноша яростно замотал головой и снова приступил к своим громким мычаниям. -Оправдывай свое имя, Хидеаки,- усмехнулся Дориан, с коварной улыбкой наблюдая за тем, как искажаются злостью утонченные черты блондина. Хидеаки, а именно так и звали эту блондинистую катастрофу, волей судьбы попавшую в лапы графа Дориана, раздраженно прищурился. Он никому, никому, кроме собственной родной сестры не позволял называть себя по имени. Все остальные должны были называть его либо с уважительными суффиксами, либо обращаться исключительно на «Ваша светлость», однако этот мерзкий граф снова с легкостью переступил через правила и теперь насмешливо ухмылялся ему в лицо. -И не смотри на меня, как дикий волк,- облокотившись на спинку стула и держа в руках непонятно откуда взявшийся бокал с рубиновой жидкостью, напоминавшей вино, произнес граф.- Уверен, ты способен на более нежные взгляды, мой маленький Хидеаки. А если все же не способен, то придется тебя научить. Правда, я довольно строгий учитель и советую…,- Дориан внезапно оборвал речь на полуслове и, мягко встав, бесшумно подкрался к двери и резко распахнул его. Блондин, все это время отчаянно и довольно громко мычавший с явным несогласием и неодобрением, тоже замолчал, с легким недоумением налюдая за поведением хозяина. За дверью обнаружились две юных и покрасневших до кончиков волос служанки, которые, очевидно, подслушивали. -Что вы тут делаете?- тон графа был настолько ледяным, что даже у сидевшего в сторонке Хидеаки побежали мурашки по коже. -Мы просто услышали непонятные звуки из вашей спальни..и…понимаете, мы думали, что вы…,- растерянно лепетала одна, в то время как вторая тщательно разглядывала пол под ногами. -Что я-что?- от Дориана прямо-таки веяло холодом. -М-мы…не знали…простите, Г-господин,- судорожно заикаясь произнесла вторая. -Неужто вы думали, что я решил трахнуть этого ребенка в первый же его день пребывания в моем поместье?- с сарказмом спросил граф, вызвав у Хидеаки целую бурю эмоций, которая проявлялась в основном в возмущенном мычании. -Н-нет, что вы…,- испуганно зашептали служанки, дрожавшие как осиновые листы. По их покрасневшим от смущения и стыда лицам можно было прочитать обратное. -Идите вон, сегодня я добрый,- хмуро проговорил граф.- И не дай Бог, я увижу вас еще раз в радиусе пяти метров от моей комнаты. -Д-да, Господин…,- служанки облегченно выдохнули и поспешно скрылись. -Вот видишь, из-за твоего нечленораздельного громкого мычания на меня уже повесили совращение малолетних,- обращаясь ко все еще громко мычавшему и хмурящемуся блондину.- Похоже, все-таки придется снять тебя эту штуку. Иначе эти идиоты решат, что мы занимаемся с тобой с тобой целый день подряд. Устало вздохнув, Дориан с неохотой подошел к своей «комнатной собачонке» и, чуть наклонившись, прикоснулся ко рту юноши, намереваясь снять кляп. Хидеаки едва заметно вздрогнул, когда прохладные пальцы с приятной и мягкой на ощупь кожей прикоснулись к его губам, аккуратно вынимая кляп. На самом деле это ощущение отнюдь не было неприятным. Легкое, мимолетное, чуть уловимое прикосновение заставило юного блондина ощутить, как кожа покрывается мурашками. А в следующий момент совершенно растерянный из-за собственных ощущения Хидеаки сделал то, что хотел сделать пару минут назад. Он со всей возможной силой прикусил пальцы Дориана, тот мгновенно отдернул руку и раздраженно прошипел: -Мелкий поганец, какого черта ты творишь? Ловко вытащив из наружного кармана безупречно-белой рубашки такой же ослепительно-белый платок, Дориан прижал его к бледным пальцам, за пару секунд окрасившимся в неестественно яркий рубиновый цвет. Такого цвета крови Хидеаки еще ни разу ни у кого не видел. Пара алых капель упала на ковер, оставив после себя два маленьких, идеально круглых пунцовых пятнышка. Блондин заворожено наблюдал, как белый платок пропитывается красным цветом, и испуганно вздрогнул, когда Дориан, наплевав на то, что его руки в крови, грубо встряхнул блондина за плечи. Похоже, граф не на шутку разозлился: в глубоких золотистых глазах плясали угрожающие огоньки, от которых у Хидеаки сердце зашлось в быстром ритме. Не в силах больше выдерживать пристального гневного взгляда графа Дориана, юноша отвел небесно-голубые глаза и уставился в пол. Граф, презрительно фыркнул, и небрежно толкнул юношу к стене, а затем вышел. Хидеаки так и остался стоять неподвижно, чувствуя как по позвоночнику раскаленной волной растекается боль : удар о стену получился явно не мягким. Что же будет завтра? Что этот чокнутый граф планирует с ним сделать? Блондин в первый раз задумался о том, правильный ли выбор он сделал, согласившись на это пари.