Аромат цитрусовых

      — Нет, нет и ещё тысячу раз нет!       Ларина чувствовала себя загнанной в угол, мало того, что она стоит прижатой к стене своего собственного номера, так Джулия еще, не испытывая и толики сострадания, спокойно и уверенно шагает в сторону Тани, которая не знает, куда деть себя от безысходности.       — Я не стану пользоваться этим, — осталось только притопнуть ножкой для пущей убедительности того, как серьёзно настроена девушка, но делать этого она не стала из-за больной ноги. Оставаясь глухой к протестам, Джулия буквально потащила ее в сторону инвалидного кресла, которое, собственно, сама и купила для ведьмы, спустя два дня после их поездки на машине.       — Ларина, не веди себя как ребёнок! — рявкает Джулия, когда понимает, что какие бы титанические усилия она не применяла, у неё не получается сдвинуть хрупкую на вид девушку и на миллиметр. Ванг уже очень надоело уговаривать упёртую ведьму отдать трость и переместиться в кресло. А чего ей стояло протащить это самое кресло в номер - уже бы давно даже самый упертый осел плюнул и ушёл. У Лариной всё-таки оказался не такой уж и простой характер, что значительно усложняло все планы Духа Хаоса.       — Я не веду себя как ребёнок! — гордо фыркает Татьяна, не менее гордо схватившись обеими руками за дверной косяк, наблюдая за неудачными попытками Ванг прервать ее контакт с деревом. — Я же сказала - не хочу, значит, не буду, — дуется блондинка на Джулию, которая готова приложить руку к лицу с фразой "Да ладно?"       — Я же все равно тебя оторву, даже если вместе с тобой мне придётся вынести весь дверной проем, — угрожающе шипит Ванг, засучив рукава на кофте до локтей, принимая воинственный вид, она оставляет бесплодные попытки перетянуть девушку от дерева к себе, а переходит к более эффективному, по ее мнению, способу. Таня скептически оглядывает упертую, как и она сама, блондинку, проклиная тот день, который свел их вместе. В смысле, просто познакомил.       — Не смей прикасаться ко мне, — угрожающе возмущается ведьма, стараясь отбиться, дальше следует мат с обеих сторон, ругательства и пыхтение, разносящееся по всему номеру. Джулия сначала пытается поднять Таню на руки, ибо так будет проще всего донести ее до цели, но положение не позволяет этого сделать. Тогда она немного приседает, пропуская все ругательства и проклятия в свою сторону мимо ушей с насмешливой ухмылкой, стараясь осторожно и проворно перекинуть Татьяну через плечо, но у нее не получается найти более подходящее время и положение.       Как же Ванг надоел этот спектакль, который начался ещё возле двери в номер:       — Это что? — холодным и явно недовольным тоном спрашивает Ларина, как только видит перед собой невероятно гордую (видимо, от своего поступка) Ванг, рядом с которой стоит инвалидное кресло.       — Тебе может ещё и линзы купить нужно было? — не успевает остановить себя от язвительной фразы Дух Хаоса, который явно ожидал от Татьяны другой реакции. Например, благодарности и радости. Но, по всей видимости, ведьма питает ко всему этому совершенно противоположные чувства.       — Я имею в виду, зачем ты показываешь это мне? — нет, Ларина определенно не из тех, кто останется в долгу перед этой высокомерной блондинкой. — Купила себе кресло - иди и катайся в нём, — спокойным чуть хрипловатым голосом заявляет Татьяна, намереваясь закрыть дверь перед Духом, который оказывается ещё и проворным, успев не дать закрыть дверь прямо перед своим носом.       — Не строй из себя чёрт знает кого, — стальной голос не терпящий возражений. — Тебе же неудобно и больно ходить с палкой.       — Аа, так ты это мне, — театрально протягивает Ларина, а Джулия еле сдерживает себя, чтобы не закатить глаза на всё это. — Так вот, мне всё удобно. А тебе на твоих костылях, наверное, не очень, — бросая многозначительный взгляд на длинные ноги Джулии, с явной насмешкой в голосе произносит Ларина. — Так что тебе нужнее.       — Теперь для меня дело принципа усадить тебя в это кресло, — сужает глаза Дух Хаоса, а Татьяна смотрит на неё исподлобья. Кажется, они обе готовы друг друга убить.       Ещё несколько минут проходят в непродолжительной борьбе: Ларину просто оттаскивают подальше от двери и с победным видом вкатывают коляску в номер. Но не тут то было, Ларина не собирается так просто сдаваться и признавать победу над собой. Гордо хмыкнув, всем своим видом показав, что всё происходящее к ней никак не относится, на удивление Ванг, девушка направилась к лифту. От такого неразумного поведения ведьмы, даже сам Дух Хаоса оказался слегка ошеломлён, глазами проследив весь недолгий путь Лариной.       — Какая же ты упрямая, — с долей недовольства проговорила Ванг, быстрым шагом нагоняя девушку, чтобы вернуть в номер.       — А ты будто неупрямая.       — Да, просто следует обойти все номера по этому этажу и оповестить всех, что через час мы выезжаем на испытание, — Башаров направляет одного Сафронова в левый конец коридора, а со вторым они вместе идут к концу правого. — Вон, в том номере операторы, скажи, чтоб были готовы...       — А это чей номер? — Сафронов ехидно улыбается, показывая на номер "230", замирает возле этой самой двери.       — Ты вообще меня слушаешь? — раздражается Башаров, останавливаясь и смотря на дверь. — Ларина, кажется. Идем, у нас мало времени.       — Да стой ты!       Оба мужчины замирают у двери, как два истукана, таращась в одну точку, а потом переглядываются в полном изумлении.       — Ну, есть же у людей личная жизнь, — пожимает плечами Башаров, немного смущаясь, и слушая пыхтение вперемешку с громкой возней за дверью.       — Интересно, а с кем это она отжигает? — Сафронов с любопытством нагибается, стараясь заглянуть в замочную скважину, за что тут же получает оплеуху от рядом стоящего брюнета.       — Ну, Ларина, раз не хочешь по-хорошему, то и не плачь, когда я отдеру тебя насильно! — доносится из-за двери очень громкий и разъяренный женский голос.       — ... ее там Джулия... что сделает? — лицо Сафронова в этот момент так перекошено, что заглянув в зеркало, он вряд ли бы смог узнать самого себя.       — Отдерет, — сглотнув, севшим в миг голосом, отвечает Башаров, пока его собственная фантазия изощренно издевается над его мозгом.       — Джулия, давай уже кончим с этим, — шипит порядком уставшая и выдохшаяся Ларина, после чего Ванг отпускает ее, и они стоят какое-то время, набираясь сил и воздуха. Татьяна с недовольством смотрит через плечо на согнувшуюся пополам Ванг, которая уперев собственные руки в колени, старается пополнить нехватку кислорода за кратчайший срок. Внимательный взгляд зелёных глаз, оценив ситуацию, решает, что есть хотя бы пара секунд, чтобы наконец оторвать руки от дверного косяка и дать им малейший отдых, так как ладони уже неприятно ныли.       — С чем это они кончат? — сужает глаза Башаров, отталкивая Сафронова от двери и пытаясь заглянуть в замочную скважину.       — Не честно! — возмущается второй, пытаясь занять своё законное место, но его тут же отпихивают обратно.       — Ни хрена не видно! — раздосадованно фыркает Башаров.       — Ты мне ещё за это заплатишь, — зло произносит Ларина, все таки перекинутая через плечо Джулии, но она находит в этом один плюс - можно колотить Ванг по спине кулачками, зная, что та не бросит ее вот так просто на пол. Всё-таки дать покой рукам, даже на пару секунд, стало проигрышным вариантом, реакция, как оказалось, у Ванг была чуточку быстрее, чем у Лариной. Зато, в отличии от вечно холодных рук, прикосновение которых заставляло Ларину вздрагивать, тело Джулии было приятно тёплым и пахло от неё чем-то приглушённо-сладким. Неожиданно даже для самой себя, девушка чувствует, словно внутри неё что-то надламывается: это не больно, а скорее всего в какой-то степени волшебно, словно что-то переворачивается внутри и становится даже не страшно при мысли, что она не против стать уязвимой, только ради того, чтобы это сатанинское отродье вновь испытало прилив наглости, и беспрекословно, не обращая внимания на сопротивление, хотя бы полезла обниматься, позволяя вновь почувствовать всё то, что Ларина чувствует сейчас. Эх, мечты, мечты... Что это вообще за мечты такие?! Пытаясь отвлечь свою голову от дурацких и не пойми откуда взявшихся мыслей, Татьяна уходит совершенно, как ей кажется, в другую степь - из Джулии могла бы выйти обалденная подушка, если бы она вызывала точно такие же ощущения, как и сейчас.       — Ты ещё за машину меня не наказала, детка, — ядовито восклицает Ванг, аккуратно усаживая Ларину в коляску. То ли лишения тепла, то ли сам голос Джулии отрезвляет мысли Татьяны, и та резко смущается от всего того, о чём успела подумать, и отводит глаза в сторону. В ней просыпается дикая злость и она не может сказать на кого конкретно - на себя или на Ванг.       — Какое извращение, — хмурится Башаров.       — Согласен, — кивает Сафронов. — Я бы посмотрел, — на этот раз кивает и стоящий рядом брюнет.       Татьяна скрещивает руки на груди и отворачивается в противоположную сторону от Ванг, которая неподвижной статуей стоит прямо над ней, вытянув руку вперёд, ожидая, когда сумеречная ведьма все-таки решит отдать ей трость. Отдать, чтобы больше не получить назад. Ванг не позволит ей ходить, пока та полностью не поправится.       — Я ничего тебе не отдам, — тихо шипит Ларина так, что за дверью на этот раз ее никто не слышит. — Лучше пойди и разберись, чего эти двое там стоят, — почти приказывает Татьяна, кивая головой на выход.       Девушка только разводит руками и глубоко вздыхает, тут же заходя за спину Тани, и ухватив коляску за ручки, вместе с сумеречной ведьмой плетётся к двери.       — Я не просила тащить меня с собой, — обиженно бурчит ведьма.       — Я тебя и не спрашивала, — флегматично отзывается Джулия.       — Зачем ты лезешь ко мне с помощью, а потом утверждаешь, что не имеешь души? — монотонно звучит хриплый и очень усталый после оказываемого сопротивления голос, но девушка задает именно тот вопрос, который интересует ее больше всего. — Затем рассказываешь странные легенды с ещё более странными намеками в мою сторону.       Джулия замирает в двух шагах от двери, обходит кресло и наклонившись к сидящей девушке безразлично произносит:       — А ты зачем пытаешься строить из себя неуязвимую, хотя на самом деле сама нуждаешься в ком-то сильном, кто будет тебя поддерживать. И эта чертова истерика с коляской, — она тяжёло вздыхает, вспоминая, как старалась оторвать намертво вцепившуюся в дверной косяк Ларину. — Да будь ты сильной - сразу бы в неё села.       — Наоборот, я не села в неё, потому что сильная, — моментально раздражается Татьяна. — Потому что мне не нужно инвалидное кресло, чтобы передвигаться. Я могу терпеть боль и ходить с тростью, а сидя в этом я выгляжу жалко, — отстаивает свою точку зрения Ларина, а Ванг внимательно следит как нервно блондинка крутит между пальцев амулет на своей шее и как подрагивают ее губы - верный признак переизбытка эмоций. Ванг достаточно изучила ведьму за столь короткий срок.       — Наоборот, — усмехается Джулия. — Ты слаба, потому что боишься сесть в кресло, которое ты считаешь проявлением заботы с моей стороны, а значит, чувств. Следовательно, ты боишься так называемой легенды, — в зеленых глазах сверкает победа, а тонкие руки Ванг ложатся на колени Лариной, которая еле заметно подпрыгивает от прикосновения, но не отталкивает из чувства гордости и желания доказать свою смелость.       — Я ничего не боюсь, — хриплый голос источает уверенность, и Джулия даже на секунды задумывается о собственной неправоте, но тут же разгоняет все эти нелепые домыслы. — Даже если легенда правдива, я никогда не буду с тобой, — почти выплевывает ей в лицо Ларина, переполненная злобой на девушку. Только Джулия пробуждает в ней такую злость и ненависть, особенно, когда подходит так близко, как сейчас, когда можно кожей почувствовать ее мерное дыхание.       — Даже если нет никакой правдивой легенды, если я захочу, я тебя трахну. Ты ведь боишься именно этого? — Ванг не привыкла оставлять последнее слово за кем-то другим, она всегда ставила соперника на место, вот и сейчас не смогла просто промолчать. Резкий взмах руки, и Джулия уже крепко сжимает запястье Лариной, которая чуть не залепила ей звонкую пощечину.       — Скоро увидимся, дорогая, — из голоса сочится яд, а глаза блестят недобрым светом. Ванг специально, чтобы ещё больше вывести из себя Ларину, мимолетно целует ее руку, сама не подозревая, что у девушки в этот момент переворачивается весь внутренний мир. Второй раз за день. — А это я заберу с собой, — трость мягко выскальзывает из рук заплутавшей в собственных эмоциях ведьмы, а входная дверь хлопает уже через несколько секунд.       Подушка из Ванг вышла бы своеобразная и с характером.