Аромат цитрусовых

      Прошло три дня после испытания, которое Ванг и Ларина без особых усилий прошли с большим успехом. Все эти дни они умудрялись ни разу не пересечься друг с другом, хотя их номера находились напротив. Сафронов и Башаров, стоящие за дверью, и не так понявшие все происходящее в номере, до сих пор краснели и отводили взгляды при появлении одной из девушек. А Башаров и вовсе немного заикался и сверлил взглядом пол при общении с Ванг, прекрасно помня момент, когда девушка, словно ураган выскочила из номера "двести тридцать", тут же уставившись на двух мужчин ненавидящим взглядом. А уж после одной фразы, он вообще стал опасаться ходить по коридорам гостиницы - "Ещё раз будете подслушивать - и я вам голову откушу. Обоим. По очереди. Или сразу вместе", а затем гордо развернувшись на каблуках, величественной походкой прошествовала к своему номеру, метнув ещё один убийственный взгляд на оцепеневших от шока мужчин.       — Сумеречный мир,— словно мантру повторяла про себя Джулия, сидя на кровати в своём номере и пролистывая очередную книгу, в надежде найти хоть малую долю информации. Глаза болели от перенапряжения, неизвестно сколько точно часов Ванг просидела, разыскивая информацию в интернете, потом, когда глаза стало нещадно щипать, а глядеть в монитор становилось всё невыносимей, она перешла на книги. Она даже успела съездить в несколько тайных, но давно знакомых ей мест, но даже там, перебрав не только книги, а ещё и различного рода рукописи, манускрипты, свитки и кодексы, она окончательно потеряла всякие силы на поиски этого непонятного сумеречного мира. По крайней мере, только на сегодняшний день.       Остановив машину около отеля, девушка не спешила покидать тёплый удобный салон своего автомобиля. Погруженная в свои мысли с головой, она откинулась в кресле поудобнее, с холодной отстранённостью глядя на вечно куда-то спешащих прохожих, которые казалось так загружены проблемами, что и слона под ногами не в состоянии сразу заметить. Ванг не понимает всех этих людей: тех, которые готовы ради другого человека свернуть горы или забыть о собственных интересах; тех, которые больше заботятся не о себе, а о ком-то, кого они умудряются поставить выше себя; тех, кто может не спать всю ночь, волнуясь о другом человеке; тех, кто способен попрощаться со своей никчёмной жизнью, отдав её за другого. Джулии по душе другие - те, кто способен пойти по головам ради личного удобства и счастья; те, которых не интересуют чужие проблемы; те, которые заботятся только о своей личной шкуре, не обращая внимания на всех остальных, и те, кто не способен испытывать какого либо рода привязанность к людям. Дух Хаоса не делит людей на мужчин и женщин, зато делит на слабых и сильных. Первых можно сразу приравнять к грязи, а вторых, если они мешаются, не составляет труда втоптать туда же.       Ядовитая ухмылка очерчивает ярко-красные губы, когда девушка покидает салон автомобиля, аккуратно хлопнув дверью. Остался единственный источник информации о сумеречном мире - та, которая обладает ранимой душой и невероятно сильным характером, та, которая осмелилась соперничать с самой Бездной, та, которая сейчас так беззащитна, что грех этим не воспользоваться. Уверенной походкой Джулия направилась к отелю, а точнее к ресепшену.       Какое дело Духу Хаоса до того, что будет потом с Татьяной Лариной? Главное, что благодаря мыслям ведьмы в её собственном номере, Ванг знает с какой стороны можно подобраться к девушке, и получить не только информацию, но ещё и разгромить соперницу на первой же стадии.

***

      Порой человек способен попасть в самые забавные и нелепые ситуации, в которых он чувствует себя неимоверно глупо, но выкрутиться никак не можешь. Именно об этом думала сумеречная ведьма, когда сидела в собственной коляске на первом этаже, то и дело бросая печальный взгляд на регистратуру, за которой абсолютно никакого не было уже проклятых пятнадцать минут.       Очень глупая ситуация, и Таня непременно посмеялась бы над собой, если бы не чувствовала себя такой уязвлённой и разбитой - сидеть здесь в этой чертовой коляске, ожидая, когда пройдёт хоть кто-то, кто поможет вызвать чёртов лифт. Сложно представить себе такую ситуацию, правда? Ларина просто не доставала до кнопки вызова сидя, а привстать не могла никак, чтобы дотянуться. В номере она могла покинуть свое средство передвижения и ходить опираясь то о стол, то о тумбочку. Полная безысходность.       — Не меня ли ждешь, красавица? — так происходит всегда - закон подлости в действии. Когда ты думаешь, что хуже уже просто не может быть, появляется надменный и самолюбивый голос Ванг, пробуждая внутри желание сбегать за чем-нибудь тяжёленьким и прописать по наглой морде, не менее наглому обладателю этой самой морды. Только, к большому сожалению Лариной, бегать, да и ходить, она была не в состоянии, поэтому приходилось отбиваться другими способами.       — Во-первых, не называй меня так, — злится Таня, жалея, что не может покинуть своё кресло и показать этой надменной блондинке, что... впрочем, идея с чем-то тяжёленьким и наглой мордой вполне сюда подойдёт. Джулия вопросительно изгибает бровь, медленным шагом направляясь к вжавшейся в спинку коляски Лариной, зная, что та никуда от неё не денется.       — Не указывай мне, — губы изображают насмешливую ухмылку, тем временем как Ванг вплотную подходит к девушке, упираясь своими руками в ручки от коляски, практически лишая личного пространства, потерявшую дар речи от такой наглости, Таню. И снова этот приглушённо-сладкий запах кружит голову, выбивая все адекватные мысли напрочь, и от этого Ларина начинает злиться на себя за такие эмоции.       А злиться было за что, ведь все эти три дня образ высокомерной девушки навязчиво и регулярно посещал светлую голову ведьмы, которая и рада была бы избавиться от всего этого, но получалось лишь на незначительный промежуток времени. Хорошо, что хоть во снах ещё не является. Однако, Таня не считала свои мысли странностью и не думала искать причину их появления, о Ванг вспоминали многие, ведь эпатажный образ и чуть ли не презрительное отношение ко всем, заставляло людей мысленно возвращаться к столь необычной особе. Чего стоил один только Платонов, его мысли заполонили весь этаж и коридор, на котором поселились экстрасенсы, которые каждый раз краснели, заслышав мысли Никиты, но только одна Ванг вела себя так, словно вообще ничего не происходит, и её это никак не касается.       — Почему ты сидишь здесь? — изгибает бровь Джулия, встречаясь взглядом с ведьмой. — Может, тебе нужна помощь? — она снова ухмыляется, а голос звучит чуть ли не с издевкой, потому что она прекрасно знает, что именно этого Татьяна и ждет здесь, сидя на первом этаже чертовых пятнадцать минут.       — Я не нуждаюсь в помощниках, — гордо вскинув голову, своим привычным хриплым голосом, произносит девушка, напрямую вглядываясь в глубокие зелёные глаза напротив. Показывая, что не боится Духа Хаоса, и не собирается робеть и трястись перед девушкой как другие.       Тане всегда было сложно справляться со своими чувствами и эмоциями. Есть такие люди, которые, совершают поступки по своей импульсивности, основываясь только на внутренних эмоциях, полностью отключая холодный разум и не думая о последствиях. Именно поэтому Ларина и опасалась Ванг. Ее собственные чувства были весьма странными, а местами непонятными даже ей самой, зато до жути и до мурашек по коже приятными, вызывающими тепло по всему телу. Нельзя так относиться к своему сопернику, тем более этот соперник и сам ведёт себя немного странно, обращаясь с ней не так, как со всеми остальными. Этим чувствам, Таня ещё не могла дать точное определение, но что бы это не было, нужно сдерживаться, чего бы ей это не стоило.       — Не забывай, что я экстрасенс, девочка, — голос не звучит грубо или надменно, таких ноток в голосе Джулии Татьяна ещё не слышала. Голос пробирается в самые затаенные уголки сознания, вызывая толпу мурашек, и Тане ничего не остаётся, как поежиться, чтобы сделать отсылку к холоду в помещении, а не теплу в душе.       — И так меня тоже не называй, — начинает злиться девушка, осталось только капризно надуть губы и получится маленький, милый и беззащитный ребёнок, упорно строящийся из себя сильного. — Кстати, об экстрасенсах. Я же знаю, что всю эту ситуацию ты подстроила специально. Зачем? — Тане интересно и страшно услышать ответ одновременно. Зачем стоило до смерти пугать регистратора, который ни под каким предлогом не хотел покидать свой пост, но Ванг все-таки сумела выгнать того с его места, заставив уйти на полчаса. А вот, что касается всех остальных жителей гостиницы, Таня посмотреть не смогла - то ли совпадение, то ли страшное влияние Духа Хаоса.       — Не имеет никакого значения, — уголки губ расходятся в милой улыбке, и Тане это кажется намного страшнее и опаснее, чем самый злобный оскал. — Раз уж я здесь, — правая рука отрывается от ручки кресла и плавно поднимается вверх, пока пальцы с многочисленным количеством колец не дотрагиваются до светлых волос Лариной, которая растерявшись от таких действий, не знает, как лучше поступить в этой ситуации. — Давай помогу, — она с какой-то долей нежности заправляет прядь за ухо, оцепеневшей Татьяны, которая никак не ожидала проявления какой-то нежности от самой Ванг. Тут уж не знаешь, радоваться или бояться.       — Я же сказала, — она отворачивает голову в сторону, изображая крайнюю степень недовольства, прерывает контакт с рукой Джулии, которая только хмыкает на такое действие. — Мне не нужна помощь, — хриплый голос приобретает стальные нотки, и Ванг отстраняется от неё, вставая в свой полный рост.       Джулия несколько секунд смотрит на девушку сверху вниз, будто пытается что-то прочитать по ней, но при этом не пытается залезть в ее мысли, хотя могла бы это сделать с лёгкостью. Кажется, она недооценила соперника.       — Как скажешь, Танюш, — а вот теперь в голосе отчётливо слышна ядовитость и при этом даже какое-то разочарование от всей ситуации. Хотя, это может быть и слуховой галлюцинацией.       — И так тоже меня не называй, — уже спокойно бросает Ларина, в спину удаляющейся блондинки, стук каблуков которой разносится по всему этажу, вместе с приятным и слабым сладким ароматом духов.

***

      Проходит ещё минут десять томительного ожидания, пока Ларина не начинает постепенно жалеть, что не приняла помощи от Ванг. В конце концов, можно было отправить к чертям всю свою упертость, и уже давно была бы в своём номере. Но именно от Джулии Таня не хотела ничего получать. Это и было самым невероятным и большим противоречием. С одной стороны хотелось говорить с ней, видеть, слышать, узнать о ней больше, а с другой не хотелось даже и близко к себе подпускать. Было в этой высокомерной блондинке что-то, что так маняще притягивало и одновременно холодно отталкивало.       Неожиданно кресло вдруг плавно тронулось с места, заставляя Ларину вздрогнуть, а в недоумении обернувшись через плечо, она обнаружила невозмутимую Ванг, крепко вцепившуюся в ручки коляски.       — Я же сказала... — вновь упертый голос Лариной, но он был резко прерван грубоватой фразой "Мне плевать", небрежно брошенной через плечо. После этого ведьма замолкает, чувствуя неприятный осадок после этих слов.       Лифт приезжает за считанные секунды и, когда открываются двери, Ванг вкатывает коляску, а затем заходит и сама, все также оставаясь за спиной Лариной. Они едут в напряженной тишине, что ни капли не смущает Ванг, зато сильно давит на Татьяну.       — Спасибо, — признательно шепчет блондинка и нервно теребит кольцо на пальце. Ей даже понравилось решительное поведение Джулии. Ведь даже если бы та вновь прошла по первому этажу, Ларина вряд ли смогла бы перебороть чувство гордости и попросить ее помочь. И она прекрасно знает, что это чувство сломала в себе Ванг, чтобы решиться на такое действие. Если, конечно, у неё есть чувства.       — Откуда в тебе столько упертости?, — флегматично спрашивает Ванг, не требуя ответа, ставя вопрос так, что он звучит как риторический, а Татьяна улыбается на эту фразу.       Дальше происходит то, что Таня будет вспоминать лёжа в кровати ещё несколько вечеров. То, что невозможно было предугадать, а теперь нельзя просто взять и вычеркнуть из памяти. То, что даже сама Джулия не планировала делать до этого момента. Так что можно сказать, что это являлось шоком для обеих.       Ларина замирает, покрепче цепляясь пальцами за ручки своего средства передвижения, чувствуя мягкие волосы, которые спадают ей на плечо и щекочут щеку, чувствуя тот самый аромат, который уже не в первый раз лишает ее всяких мыслей, сердце отбивает бешеный ритм просто оттого, что Джулия наклонилась к ней. Тонкие и по прежнему холодные руки обвивают утонченную шею, а носом Ванг утыкается той в волосы, непроизвольно вдыхая аромат ее духов.       — Что ты делаешь? — Татьяна слишком поражена, чтобы удивляться тому, как дрожит её собственный голос, сейчас сказывается плохо скрываемое волнение, но она всем видом пытается строить из себя невозмутимую. Ладони ещё крепче сжимают ручки кресла, и Ларина закрывает глаза, словно это поможет ей уйти от всего происходящего, но мерное тёплое дыхание, легкими касаниями тревожащее шею, резко возвращают ее к реальности.       — Ничего такого, что тебе бы не хотелось, — ухмыляется уверенная в себе Ванг, которая в отличии от Лариной, в данной ситуации ничего не чувствует.       Любые чувства и эмоции даже не успевают толком проявиться в тёмной душе, как тут же ледяной пронизывающий холод обнимает их в свои смертельные объятия, безжалостно расправляясь ещё на первой ступени зарождения. Хотя, холод внутри чувствовал себя полноправным хозяином этого тела, убивая в нем все человеческое, позволяя властвовать и принимать решение только разуму, ему редко приходилось видеть появление каких-либо чувств в своём холодном царстве - они терялись в непроглядной толще мрака, который казалось утягивал их в страшную всепоглощающую бездну, не оставляя и малейшего шанса на жизнь.       Ванг нужны эти эмоции ведьмы, ведь если Таня ещё не поняла какие чувства испытывает, то Джулия уже знает наверняка, и горит желанием использовать это для своих целей. Разве сможет влюбленная Ларина оказать ей достойное соперничество? А Ларина с разбитым в вдребезги сердцем прямо перед финальными испытаниями?       Внутренний мир сумеречной ведьмы совершенно противоположный нежели Духа Хаоса, он наполнен светом и теплотой, которым Татьяна одаривала всех, с кем имела честь общаться, поэтому люди всегда тянулись к ней с большой охотой. Поэтому Ларина и была столь чувствительной, ведь любое неаккуратно брошенное слово было словно камень в цветущую и сияющую светом душу.       — Не забывай, что я экстрасенс, — горячий шепот обжигает нежную кожу на шее, а губы находятся так близко, что кажется еще совсем чуть-чуть и ведьма сможет ощутить их прикосновение, от этого спина неестественно выпрямляется под невероятным напряжением. Фраза, которая за вечер произнесена не в первый раз, только сейчас Таня не особо понимает ее смысл. Пальцы Ванг скользят по открытому участку кожи, обводя хрупкие ключицы и поднимаясь выше, лаская нежными прикосновениями шею. Ванг с наслаждением следит за реакцией Татьяны, которая с этой секунды начинает считать, что в лифте слишком мало свежего и холодного воздуха, а ещё в нем слишком жарко.       Как же будет прекрасно видеть и слышать с каким непередаваемый сочным хрустом сломается ее внутренний свет. С каким наслаждением она будет смотреть, как холод и тьма врываются словно ураган в душу ведьмы, порабощая и подчиняя все себе, с треском замораживая все вокруг и беззвучно накрывая все беспросветной мглой. Таня будет сопротивляться. Конечно же будет, эта ведьма не сдастся так просто. Жаль, что она не знает - мрак либо подчиняет, заставляя следовать с ним в одну ногу, либо ломает, слушая пронзительный крик боли своей непослушной жертвы, наслаждаясь им.       — Я не понимаю, — Ларина внутренне проклинает себя и ругает. Нужно оттолкнуть ее, прекратить все это сейчас и больше никогда не приходить к такому. Так кричит разум, но вот эмоции с ним совершенно не согласны. И Таня поддается на импульс, желая растянуть этот момент, убеждая себя, что такого больше никогда не повторится, а значит, сейчас можно позволить себе такую слабость.       — Все ты понимаешь, — шепчет довольная собой Джулия, прикасаясь теплыми губами к щеке, вызывая резко появившуюся краску на лице Татьяны, которая как ни старалась сдерживать свои эмоции, все же залилась ярким румянцем.       Двери лифта открываются, представляя обеим девушкам шокированного Башарова и Сафронова. Оба мужчины мигом задумались, смогут ли они после увиденного избежать угрозы Ванг или головы им все-таки откусят или хотя бы понадкусывают. Башарова больше интересовала сейчас почему-то не голова, а челюсть, которая пошла гулять по паласу-коврику, после увиденного. Кому расскажешь - не поверят: до ужаса смущенная Ларина, которую обнимает со спины абсолютно невозмутимая Джулия, при этом целуя девушку в щеку. Да, да, именно в этот момент и открылись двери лифта. Ларина мечтала только об одном - провалиться под землю прямо сейчас, чтобы не смотреть в глаза никому, будь то хоть Дух Хаоса, хоть ведущие передачи.       — Ну и кому из вас первому голову откусить? — ядовито шипит Ванг, недовольная, что их видели вместе. Пользуясь моментом, Ларина отталкивает от себя Джулию, небрежно скидывая её руки, которые легко обвивали её шею со спины, даря неизгладимые впечатления. Сделав вид, что ничего особенного не произошло, нацепив на себя маску безразличия, Ларина сама гордо выезжает из лифта, собираясь отправиться в свой номер, но Ванг не хочет так просто отпускать свою жертву - в следующую минуту колеса намертво прирастают к полу, и Татьяна с недовольством смотрит на руки Духа, которые не прилагая особых усилий, держались за ручки от коляски, не позволяя ехать дальше.       — Мы - могила, — шепчет Сафронов, а Башаров, словно китайский-болванчик, неустанно кивает головой, раз пять за секунду точно.       — Конечно, могила. Без головы то трепаться затруднительно, — устрашающе сужает глаза Ванг, делая шаг в сторону мужчин, которые синхронно и моментально отходят на два шага назад. Башаров не перестаёт кивать. Видимо, заклинило. Через секунду они уже бодреньким шагом запрыгивают в лифт, нервно и наперебой нажимая на кнопки, лишь бы двери наконец закрылись.       Таня прикладывает руку ко лбу, опуская голову и качая головой, издает тихий смешок.       — Что смешного? - разворачивается к ней Дух Хаоса, когда они вновь остаются наедине.       — Ничего, — она поднимает голову, переставая смеяться. — Надеюсь, они никому не расскажут, иначе, как мы оправдаем это недоразумение.       — Недоразумение? - вопросительного изгибает бровь Джулия, направляясь к Тане, но та, видимо, решает поскорее скрыться от неё.       — Я пойду к себе в номер, — пытается уйти от страшной темы девушка, разворачиваясь и направляясь к своей двери. — Очень сегодня устала.       До полной свободы остаётся всего лишь повернуть ручку и заехать в номер, но чужая рука с множеством колец на пальцах, хватает ручку быстрее, мешая отпереть желанную дверь.       — Ванг, — устало вздыхает Татьяна, не смея поднять на неё глаз. Все обрушивается слишком резко, она сама ещё не разобралась в своих чувствах, а Джулия уже хочет настоять на серьезном разговоре об этом.       — Я знаю, что тебе нужно время, — звучит успокаивающий голос, и Ларина все таки решается поднять взгляд на стоящую рядом девушку. — Но без этого я не позволю тебе так просто скрыться от меня за дверью, — она поворачивает голову в бок, указывая пальцем себе на щеку, призывая, тут же вновь смутившуюся Ларину, оставить прощальный поцелуй. Который, кстати, весьма можно расценить и как дружеский.       У Тани внутри все переворачивается, не зная, что именно предпринять. Она так же и не может сказать, что конкретно сдерживает ее от столь притягательного поступка. Да, уж себя она призналась, что это весьма притягательная идея.       — Я не люблю ждать, — недовольно фыркает Джулия. — Или ты или действую я.       Только чуть позже Таня поймёт, что Ванг после этой фразы даже не стала ждать никаких решений от неё. Договорив, она тут же опустилась ниже к ней, приподнимая ее голову холодными пальцами за подбородок и оставляя короткий поцелуй на тонких губах. Слишком быстрое и мимолетное прикосновение, которым даже нельзя насладиться, но можно запомнить, чтобы вспоминать об этом всю ночь и не выспаться толком, каждый раз ощущая приятные мурашки от пережитого прикосновения тёплых ласковых губ. Ларина крепко цепляется за плечи Джулии, резко отталкивая ее от себя, когда к ней возвращается самообладание.       — Никогда больше так не делай, — она говорит это абсолютно серьёзным тоном, и голос ее, на удивление, звучит ровно, а не дрожит, как это обычно происходит от эмоций.       — Я никогда не сделаю того, чего ты не хочешь, — завораживающим шепотом, точно таким же как и в машине, заявляет Джулия, глядя в широко раскрытые зелёные глаза Лариной, которая пытается выглядеть холодной и безразличной. Но Ванг знает даже лучше самой сумеречной ведьмы о всех ее потаенных чувствах.       Неизменный стук каблуков гулко разносится по коридору, а Ларина смотрит вслед удаляющейся девушке, которая перед своим уходом, услужливо открыла дверь в номер Татьяны.       Как только Ванг подходит к лифту, его двери тут же открываются, выпуская наружу человека, который так торопится выйти, что врезается прямо в надменного Духа Хаоса, который уже в мыслях решил расчленить несчастного торопыгу.       — К смерти своей торопишься? — флегматично, но ядовито, шипит Джулия, стряхивая с себя невидимые пылинки в том месте, где об неё стукнулся... стукнулась Бантеева. В ответ её прожигают раздраженным гневным взглядом, но это не приносит должного эффекта, что задевает самолюбие Наташи, но та и не думает этого показывать, оглядывая с ног до головы холодную и отстраненную Ванг.       — Джулия, — раздается голос сумеречной ведьмы, призывающий замолчать. Девушка не успела заехать в свой номер, как увидела выходящую из лифта подругу, и решила подождать её в коридоре. Не ясно только одно, хочет ли она уберечь Джулию от Бантеевой, или наоборот, Бантееву от Джулии.       — Никогда ещё на меня швабры не покушались, — Бантеева всегда бьет по сопернику его же оружием - она отвечает абсолютно спокойным голосом, который явно показывает, что Джулия здесь никто и её драгоценного внимания совсем не стоит.       — Наташа, — вновь обрывает Ларина, не желая никаких разборок между этими двумя.       — А вот и моя будущая победительница пятнадцатой битвы! — Бантеева бросает презрительный взгляд на Духа, и с распростертыми объятиями и радостью на лице направляется к сидящей в кресле подруге. Дух Хаоса с широкой улыбкой смотрит на будущую победительницу, а затем молча заходит в лифт, скрываясь от посторонних глаз.