Глава восьмая. Сумеречный мир и Дух Хаоса.
9 декабря 2014 г., 23:20
Спустя полтора часа езды по невероятным пробкам, автобус наконец тормозит в нужном месте. Экстрасенсы ещё во время пути определились, кто и в каком порядке будет проходить задание, каждый хотел пройти его одним из первых, и освободиться пораньше. В этом диалоге не участвовали только двое - мирно спящая на коленях Духа Татьяна и, естественно, сам Дух Хаоса.
— Мы будем последними, — тихо отвечает Ванг, чтобы не разбудить девушку, на немой вопрос Бабы Кати, которая только пожимает плечами и выходит из автобуса вместе с остальными. Ехали они достаточно долго, так что все участники с удовольствием вывалились из автобуса на свежий воздух, вдобавок разминая затекшее от долгого сидения тело.
Ощущать на удивление приятную тяжесть на своих коленях для Джулии было до такой степени в новинку, что она просто сидела, боясь шелохнуться и потревожить глубокий сон ведьмы. Она не хотела, чтобы Таня просыпалась, потому что проснувшись, ведьма обязательно бы поднялась, и Ванг опасалась, что вместе с покинутым теплом от тела Лариной к ней вернётся и грызущее изнутри чувство, которое ни чем невозможно было угомонить. Бросив короткий взгляд на свою главную соперницу по Битве, она сразу же перевела взгляд в окно, почувствовав укол совести за то, как подло она собирается поступить с ней. Определенно, даже Дух Хаоса считает, что с Таней нельзя так поступать. Только считать это одно, а делать совсем другое. Ванг никогда не заботили чувства других людей, так почему же сейчас она должна вдруг заботиться о них?
В конце концов, Джулия эгоистично решает, что все будущие проблемы Лариной из-за её же чувствительности, а сам Дух Хаоса ни в какой степени к этому не причастен. Если она не будет столь ранимой, то с большей лёгкостью переживёт то, как с ней поступит Ванг. На крайний случай у неё есть Бантеева, которая не бросит подругу в подавленном состоянии и обязательно поможет со всем справиться. Вопрос лишь в том, захочет ли Таня, чтобы её успокаивал человек, который безответно в неё влюблён. На крайний случай, у сумеречной ведьмы будет ещё и Макаров, который, наверняка, прибежит к ней словно собачка, готовый на всё ради неё. Джулия ядовито улыбается от всех этих мыслей, уж он то ее успокоит. Все время пока они ехали в автобусе, Духу приходилось слушать громкие мысли Александра о Лариной, и ладно бы просто мечты, но от откровенной пошлости в них, Джулию уже начинало воротить.
Таня ерзает на её коленях, когда сквозь сон до неё доходит, что мотор у автобуса больше не гудит, и она спит в полной тишине. Пусть проспала она чуть больше часа, зато больше не чувствует прежней усталости, только вот немного затекла спина от не совсем удобного положения.
Невесомое прикосновение тонких холодных пальцев к её волосам, заставляет Ларину растянуть уголки губ в нежной улыбке. Джулия точно не является той, которой так хочет казаться.
— Я все-таки уснула на тебе, — виноватый чуть хриплый и сонный голос разрывает тишину, и Ванг, словно опомнившись, убирает руку от ее волос, словно обжёгшись — Давно мы приехали? — Таня поворачивается на её коленях так, что теперь она лежит не боком, а на спине, имея возможность смотреть на абсолютно безразличное лицо Хаоса.
— Недавно, — отстраненно откликается Дух, глядя в зелёные глаза, в которых сверкают озорные огоньки. Тане нравится быть наедине с ней, чувствовать её касания и прикасаться самой, слушать такой привычный надменный голос, и с каждым моментом убеждаться, что Джулия очень чувствительная, просто не показывает этого. И уж она точно не желает ей ничего плохого, что бы там не говорила Бантеева.
— Ну и, я сойду за подушку? — с усмешкой на пухлых губах спрашивает Дух, наблюдая, как Ларина забавно морщится, ещё не до конца отойдя ото сна.
— Костлявая немного. Просто ужасная подушка, — брови Ванг стремительно ползут вверх от такой неслыханной наглости, а Таня улыбается такой реакции. — Ничего, я тебя откормлю, — хрупкая рука ведьмы самовольно в порыве нежных эмоций тянется к лицу Джулии, которая не сопротивляется, когда тёплые пальцы ласково касаются её щеки.
— А я потом в дверной проем то влезу? — флегматично интересуется Дух без намека на сарказм или шутку, чем вынуждает Таню улыбнуться ещё шире.
— Если не влезешь, я тебя маслом натру, проскользнешь, — большим пальцем она проводит по щеке, спускаясь вниз, чуть задевая лёгким почти невесомым прикосновением уголки губ, от чего резко смущается и вовсе убирает руку от Духа. На щеках отчётливо виден румянец, а тонкие губы еле заметно подрагивают. Даже такие невинные прикосновения могут вызвать в ней бурю эмоций.
— Ммм, маслом, — Джулия, которая привыкла оставлять последнее слово за собой и отвечать на любые шутки и подколы со стороны других, просто не может себе позволить остаться в стороне сейчас. Хищная улыбка кривит её губы, а зелёные глаза проницательно и неотрывно смотрят на Таню, которая готовится к нападению со стороны Ванг, потому что выражение её лица не предвещает ничего милого и доброго. — Когда им натирают тело - это очень даже сексуально, — если Джулия думала, что ведьма покраснела, когда нечаянно задела её губы пальцами, то она жестоко ошибалась. То была еле заметная краска, а вот сейчас Ларина залилась румянцем чуть ли не до ушей, проклиная Ванг за её поведение.
Свои слова Дух Хаоса подкрепляет решительными действиями - прохладные пальцы аккуратно проникают под плащ, приподнимая мешающуюся кофту, прикасаются к плоскому животу обжигающим касанием. Ей нравится играть с Лариной, смотреть на её бурную реакцию, которой она буквально вспыхивает.
— Джулия, — ведьма пальцами хватает девушку за запястье, стараясь отвести её руку от своего тела, но не тут то было. Наглость и уверенность в Ванг переходят все границы, когда рука отправляется путешествовать выше, будоража нежную кожу ласковыми прикосновениями прохладных рук, вызывая такие приятные мурашки у Лариной, которая хочет немедленно все это прекратить и одновременно продолжать до бесконечности.
— Ванг! — девушка подрывается на её коленях, понимая, что та не остановится ни под каким предлогом. Она хочет пересесть на своё сидение, но Джулия желает иначе - уверенным движением руки ложатся на талию ведьмы, аккуратно, но настойчиво тянут назад, и вот уже смущённая до нельзя Ларина седлает её бедра.
— Куда-то торопишься? — с усмешкой восклицает Дух, и от такой язвительности во всем виде блондинки, у Лариной просыпается забытое желание - прописать чем-нибудь по наглой физиономии. — Это у меня то физиономия? — недобро возмущается Ванг, но она забывает об этом, когда ладони ведьмы мягко ложатся ей на плечи.
Это все безумно и странно. Джулия не хочет её отпускать, опасаясь почувствовать то ноющее чувство под ребрами, но также ей безумно не нравится то, что она делает - она, пусть и в малой степени, но зависит теперь от Лариной. Ещё никогда ей не приходилось ощущать свою слабость так остро.
— Пусти, — хрупкие руки Татьяны надавливают на плечи в молчаливой просьбе прекратить обнимать её за талию, и дать возможность сесть на своё место. Ларина в высшей степени смущена от того, что сидит у Джулии на коленях, крепко обхватывая её бедра ногами. Хорошо хоть, что надела джинсы, а не платье. — Нас могут увидеть, — хватается она за эту мысль, как за спасительную ветку, но Джулии, кажется, всё равно на её слова. Ведьма чуть наклоняет голову, лишь бы не смотреть в проницательные глаза напротив, светлые волосы частично скрывают её лицо, что только играет ей на руку.
— Почему же тебя раньше это не заботило? — голос холодный, зато её пальцы теперь приятно тёплые. Тане нравится эта близость, пусть она и до сих пор боится признаться в этом самой себе.
— Просто я хотела размяться, у меня спина затекла, — бубнит девушка, которой кажется, что она скоро сгорит со стыда, если продолжит сидеть на её коленях. Тело действительно требовало хотя бы элементарно потянуться, но на самом деле этот факт не являлся такой уж веской причиной.
— Ну так разминайся, — взгляд Джулии насмешлив, но Татьяна не видит в этом ничего обидного, зато абсолютно теряется от её слов. Никуда её не отпустят, а значит, придётся ухитриться, чтобы размять спину сидя на Ванг верхом. Сумеречная ведьма представляет себе в голове несколько образов как бы это могло быть, а Джулия с интересом ждёт её действий.
— Ну и разомнусь, — уперто восклицает Ларина, глубоко в душе надеясь, что именно сейчас девушка снизойдёт и отпустит её.
— Ну и давай, — флегматично пожимает плечами Дух, чем неимоверно раздражает ведьму.
Хрупкие теплые руки покидают плечи Джулии, оставляя на душе неприятный осадок, словно это был последний раз, когда девушка дотрагивалась до неё. Таня с блаженство тянет руки вверх, прогибаясь в спине, чуть запрокидывая голову назад, блаженно тянется, чувствуя приятное расслабление в мышцах. Все, что видит перед собой Ванг, не будем скрывать и пытаться казаться скромными - грудь. Джулия сама начинает жалеть о том, что просто не отпустила Таню, потому что, то, что происходит на её коленях заставляет Духа завороженно смотреть на привлекательное тело так, как она ещё ни на что и никогда не смотрела.
— Значит, теперь ты не против, чтобы моя легенда стала реальностью? — тонкие пальцы Духа скользят чуть выше, задевая рёбра, и останавливаются почти у самой груди, от чего Ларина волнительно выдыхает, но останавливать девушку не собирается, продолжая свою разминку. Приятно ощущать её руки на себе даже через тёплое пальто, лестно осознавать, что Джулия смотрит на неё и получает от этого удовольствие. Только Ванг другого мнения об этой ситуации.
— Она уже стала реальностью, моего мнения никто не спрашивал.
Это все, что нужно слышать Духу Хаоса, знать, что девушка теперь полностью ей доверяет, а значит, не составит труда узнать всё, для чего игралась эта не самая приятная роль. Проницательный зелёный взгляд поднимается выше, медленно исследуя соблазнительно выгнувшееся тело, натыкаясь на беззащитную ни чем неприкрытую шею, когда неожиданно Ларина перестаёт тянуться, выпрямляя спину, вновь садится ровно, встречаясь взглядом с Джулией.
И вопрос о сумеречном мире застревает в горле. Мрак испуганно отступает, жмётся по все ещё тёмным уголкам, безмолвно разыскивая защиты, пытаясь улизнуть от неумолимо надвигающегося тёплого света. С громким хрустом боли ломается внутренний лед, испуская последний отчаянный стон, сдаваясь во власть горячему солнцу, согревающему всю промёрзшую напрочь душу в один короткий миг. Безразличие сменяется умиротворением. Таня лучится радостью и светом, и эта сила столь огромна, что побороть её нет сил даже у Духа Хаоса, который казалось заметил это только сейчас с предельной ясностью.
Сумеречная ведьма не хочет сейчас разговаривать, все, что ей необходимо - чувствовать такое родное тепло от любимого человека. Осколки льда стремительно летят в беспросветную Бездну, но плавятся от непривычного внутреннего тепла в душе, когда хрупкие и такие нежные руки обвивают шею, притягивая к себе крепко, словно Таня боится, что Джулия сейчас растворится в воздухе, так и не позволив обнять себя и полной грудью вдохнуть те сладкие духи, которые всегда кружат голову и заставляют почувствовать себя в полной безопасности. Ощутить её сильнее и ближе, Таня чувствует внутри себя порыв отчаяния, словно что-то произойдёт, обязательно что-то да произойдёт плохое, просто ужасное, что принесёт много рвущей изнутри боли.
Дух Хаоса никогда не ощущал того, что сейчас творилось у него внутри, никогда ему не нравились чужие прикосновения и слова, никогда не хотелось, чтобы минуты превратились в бесконечность, чтобы остаться в одном моменте жизни навсегда. Ларина не перестаёт обнимать Джулию, удобно устроив подбородок на её плече, в нежных касаниях еле ощутимо поглаживая участок шеи, скорее в бессознательном счастье, чем осознанно.
И так тепло внутри. Все цветёт, распускается к жизни, окончательно прогоняя холод и тьму. Впервые ощутимо ускоряется ритм сердца, заставляя Духа Хаоса испугаться всех этих новых ощущений. Она дёргается, заставляя ведьму с беспокойством немного отстраниться от неё, чтобы заглянуть в глаза и увидеть там живые эмоции, которые всегда были скрыты глубоко внутри, потерянные в Хаосе и Бездне.
— Дай я выйду, — Таня с изумлением смотрит на Джулию голос которой волнительно дрожит, но Ванг замечает это уже слишком поздно.
— Ты чего-то боишься, — Ларина выдвигает это утверждение, ясно чувствуя тонкий порыв эмоций со стороны девушки, который той удаётся быстро заблокировать, оставив все внутренние ощущения в себе. — Что случилось? — сумеречная ведьма сейчас действительно беспокоится за Ванг, всё было хорошо буквально секунду назад, а сейчас безвозвратно изменилось.
— Ларина, слезь, — она уже слышала этот тон в первый день их знакомства. Грубый и надменный.
Чуть ли не спихивая со своих колен сумеречную ведьму, девушка подрывается, спеша скорее оказаться на улице.
— Что произошло? — обеспокоенно спрашивает ведьма той вдогонку, но Джулия уже стремительным шагом направляется к выходу из автобуса, в следующую секунду вдыхая такой необходимый свежий воздух, который сейчас можно назвать спасительным. Ларина была права, когда чувствовала отчаяние, обнимая Ванг. Ей было безумно обидно слышать тот холодный тон, который назвал её не по имени, а по фамилии. Вдобавок, Джулия оттолкнула её, словно ей было ужасно неприятно находиться рядом с ней. Она молча следует из автобуса за девушкой, желая получить ответы на мучащие её вопросы.
— Все хорошо, мне просто нужен был воздух, — спиной чувствуя приближающуюся ведьму ответила на её вопрос Ванг. И Таня не решается ничего спрашивать, потому что Дух Хаоса полностью взял себя в руки, вернув неугасимую надменность и стальной пропитанный ядом голос. Она не решается ничего спрашивать, потому что неприятный ком застревает в горле, и она знает, что непременно заплачет от обиды, если заговорит. Вдобавок, от Ванг она чувствует точно такие же мощные волны холодной энергии, как и в первый день на Битве, что заставляет её молча отступить назад, оставив одного безжалостного Духа Хаоса.
Только внутри него всё цветёт.
***
Первой из двух девушек испытание проходит Татьяна, которая возвращается к автобусу, безупречно справившись с испытанием. В салоне осталось мало экстрасенсов - большинство предпочло не дожидаться остальных, а отправиться в отель, вызвав такси. Ванг не было в автобусе, так как экстрасенсы, которые прошли испытание и те, которые только готовятся к нему, не могут контактировать между собой. — Поздравляю, Танюш, — Баба Катя по доброму улыбнулась. — Только что-то ты не выглядишь счастливой, — она говорит это без каких либо намёков, не ожидая, что Таня тут же бросится рассказывать обо всём, что её тревожит. Она просто ставит девушку перед фактом, что видит её настроение насквозь, оставляя выбор только за ней - поделиться или оставить в себе. Ларина тепло поблагодарила свою соперницу, пряча глаза, опасаясь, что в них можно прочитать истинную причину её плохого настроения. Бабе Кате она доверяла, но не настолько, чтобы рассказывать о Ванг. Джулия всё то время, что сумеречная ведьма проходила испытание, прогуливалась по улице медленным шагом, стараясь разобраться со своим внутренним миром, который так неожиданно предал её. Необычно ощущать в себе что-то, кроме хладнокровия и пустоты, особенно когда это что-то полностью противоречит прежним чувствам. — Джулия, — послышался голос ведущего. — Сейчас ваша очередь. Она заходит в здание следом за ведущим на второй этаж: в большом зале на стульях сидят несколько девушек в красивых платьях и масках, скрывающих лица. Она молча выслушивает задание, суть которого ей разъяснят Башаров, и не обращает никакого внимания на заинтересованные взгляды девушек, которые смотрят на неё не отрываясь - она привыкла к такому вниманию. Информация ей идёт так же как и всегда - мощным потоком, показывая в ярчайших красках все самые важные события из жизни этих людей, а она только отбирает нужное ей. Она безупречно и без запинок рассказывает всё, что необходимо, но когда Башаров задает самый главный вопрос, передавая в руки Ванг туфельку, взгляд пронзительных зеленых глаз натыкается на сидящего на стуле Макарова, который со всей остальной съемочной группой находится за кадром, наблюдая за процессом. Джулия замирает встретившись с мужчиной взглядом. — Здравствуйте, Таня, рад Вас видеть, — Александр широко улыбается Лариной, которая стоит в огромном зале, переминаясь с ноги на ногу от волнения, и без конца перебирает в своих пальцах амулет на шее. Ей ещё не объяснили задание, что-то случилось с одной из основных камер и пришлось на короткий срок сделать перерыв. — Здравствуйте, Александр, — на его же манеру отвечает ведьма, голос который жутко дрожит от волнения. Мужчина смотрит на неё таким пристальным чуть ли не раздевающим взглядом, что Таня ощущает ещё более мощный прилив волнения, а следовательно и потерю сил. — Вы, наверное, всех экстрасенсов рады видеть. — Нет, только Вас, — лучезарная улыбка освещает его лицо, и Таня, немного краснея, растягивает уголки губ в еле заметной улыбке. — Джулия? — вырывает девушку из видения голос Башарова, который, видимо, уже не в первый раз пытается достучаться до её сознания. — Вы ещё с нами? — усмехается тот, но Ванг сейчас меньше всего интересует происходящее вокруг неё. Ей интересней знать, что было здесь за пару минут до того, как здесь появилась она сама. Напрочь забыв о сидящих на стульях девушках, Ванг бросила пронизывающий взгляд на Макарова, который уже было отвернулся к одному из операторов, но почувствовав затылком, что его скоро испепелят на месте, обернулся, натыкаясь на заинтересованный взгляд холодных зелёных глаз. — Не волнуйтесь Вы так, вы сильная и со всем справитесь, — приободряет он совсем разнервничавшуюся сумеречную ведьму, пытаясь вновь вызвать у неё хоть маленький намёк на улыбку. — Мне не хватает сил. И спокойствия, — нервно произносит Таня, глядя на мужчину сейчас как на спасительный круг в открытом океане. — Джулия? Пора сделать выбор, — Марат вновь вырывает девушку из видения, надеясь не запороть съёмку и спасти ситуацию. Быстро покрывшись мурашками, он подумал, что в этот момент мог начать заикаться или поседеть, потому что Дух Хаоса был явно не доволен его поведением. — Ты, — не глядя на девушку, тыкает Ванг, протягивая туфельку одной из сидящих. Она продолжает смотреть на Марата, словно пытаясь объяснить ему без слов, что отвлекать её, всё равно, что играть со смертью. — Это твоё, — у Ванг был выбор: посмотреть, кому принадлежит туфелька и пройти испытание с успехом или досмотреть своё неожиданно пришедшее видение. И она делает выбор. — Можно, — голос Лариной дрогнул и она замолчала, делая короткий вздох. Камеру настроили, сейчас продолжаться съёмка, но у неё совсем нет сил, чтобы проходить испытание. — Можно мне подпитаться от вас? Мужчина абсолютно не имеет ничего против такой просьбы, разводя руки в стороны, показывая, что его можно и лапать, и прижиматься к нему. Ларина подходит к нему почти вплотную, молча кладет обе руки ему на плечи, чуть опуская голову и закрывая глаза, впитывает в себя так необходимую сейчас энергию, которая моментально начинает окутывать её, медленным потоком разбегаясь по телу. Макаров улыбается до ушей, наслаждаясь такой близостью, а мысленно уже уносится в свои фантазии, в которых только он и Таня, и больше никого. Он кладёт одну руку на тонкую талию сумеречной ведьмы, которая не сразу замечает это, поглощенная высасыванием энергии. Макарову дорогого стоило набраться смелости и притянуть к себе ведьму, плотно прижав к своему телу. Ларина вернулась в реальность, уставившись на мужчину с возмущением и шоком. — Я подумал, что так будет больше энергии, — виновато улыбается Александр, тут же отпуская ведьму, которая отходит на два шага назад. — Чем плотнее контакт, тем быстрее высасывается сила, — как оказалась Ларина и не думала злиться на мужчину. — Джулия? Что ж с Вами сегодня такое происходит? — разводит руками Башаров, и наконец замечает на себе осмысленный взгляд зелёных глаз. — Вы указали не на ту девушку. Очень жаль, — но Дух Хаоса, кажется, совсем этим не расстроен. Джулия закончила испытание, когда на улице уже было совсем темно, сделав пару неуверенных шагов по направлению к автобусу, она резко замирает посреди дороги, словно столб: пойти туда, значит встретиться с ведьмой. Эта мысль явно её не прельщает, развернувшись, и чуть не сбив бегущего со всех ног к автобусу Макарова, который, прежде чем убежать на большое расстояние от Ванг, слышит, как девушка вызывает такси. Саша с удовольствием занял место Джулии в автобусе, на протяжении всего пути стараясь разговорить ведьму, но та молча смотрела в окно, злясь на Духа Хаоса. Мало того, что происшествие в автобусе так и осталось для неё полной загадкой, так ещё и Джулия решила умотать домой на такси, избегая встречи.***
Когда они прибывают в гостиницу, время уже склоняется к ночи, и Лариной не хочется ничего, кроме тёплого душа и мягкой постели, поэтому ей не приходит даже мысль о том, чтобы пойти к Ванг и поговорить. Если уж быть совсем честной с самой собой, Ларина жутко на неё обижена, и поведение Джулии, невольно заставляет Таню вспоминать слова Наташи, но она не хочет их принимать и сейчас, отмахиваясь от них как от назойливой мухи. Сумеречная ведьма решает оставить все вопросы на завтрашний день, направляясь в свою комнату, только что побывав в душе. Как только тонкие пальцы касаются пояса на халате раздаётся требовательный стук в дверь, вынуждая девушку устало вздохнуть и, потуже завязав короткий халат, отправиться к незваному гостю. — Джулия? — в хриплом голосе ярко слышится удивление, а через секунду проявляется и обида, засевшая глубоко внутри, после произошедшего в автобусе. — Уже поздно, ты что-то хотела? — тонко намекает Ларина о том, что сейчас Джулии лучше уйти, но та пропускает эту фразу мимо ушей. Ванг замирает перед ней, словно столб, оглядывая сумеречную ведьму с ног до головы, а Ларина делает вид, что не замечает этого, молча ожидая каких-то разъяснений о столь позднем визите. В руках она держит махровое полотенце, которым ещё пять минут назад вытирала влажные волосы, но приход нежданного гостя отвлёк её от этого дела. — Нам нужно поговорить, — звучит спокойный голос Джулии, и по ней даже не скажешь, что весь этот чёртов день она не находила себе места, готовая лезть на стену, лишь бы вернуть себе свой холодный внутренний мир. Она считает, что раз Ларина перевернула ей всё внутри с ног на голову, то каким-то невероятным способом сможет вернуть и обратно. Таня еле заметно вздрагивает, когда холодная капля стекает с кончиков волос и падает на ключицы, кусая почти неощутимым холодом. И только сейчас Джулия замечает, что девушка стоит перед ней в одном лишь халате, очевидно только вышедшая из душа. Ларина мнётся, чувствуя себя в очень неудобном положении, потому что чёртов Дух Хаоса даже не хочет скрывать от неё свой заинтересованный взгляд, блуждающий по открытым участкам кожи. — До завтра это не подождет? — раздражается ведьма и приятный хриплый голос задевает что-то в душе Хаоса, заставляя немного успокоиться той буре, что господствует внутри. Но Ванг этого недостаточно, она хочет назад весь свой покой целиком, тот свой ледяной черствый мир, чтобы спрятаться в нём, словно в коконе. — Нет, не подождет, — она делает уверенный шаг в номер, и Лариной ничего не остаётся как отступить, впуская наглую девушку, которая тут же закрывает за собой дверь на замок, словно является хозяйкой этого номера. Татьяна молча складывает полотенце, бросая короткие взгляды на стоящую перед ней Джулию, которая так мучительно долго молчит. Так мучительно долго, целый день, несколько изнуряющих часов подряд это проклятое воющее чувство внутри пожирало Ванг, мешая делать абсолютно всё, за что бы она не взялась. И вот, совсем устав бороться с этим чувством, Джулия стоит перед ней, ни на минуту не отводя от неё взгляда проницательных зелёных глаз. — Можно тебя обнять? Ларина замирает от неожиданности вопроса, обычно Ванг не спрашивала разрешения. Обычно девушка проявляла огромную решительность, сверх наглость и упрямство, чуть ли не насильственно домогаясь до Тани. Её шокирует то, что Дух действительно покорно ждёт разрешения. Она только тихонько кивает, не находя слов, и кладет аккуратно сложенное полотенце на тумбочку. В её объятиях тепло и спокойно, только одно вгоняет девушку в краску, мешая наслаждаться уединению с Джулией - кроме халата на ней больше ничего нет, но она старается не думать о таком своём положении. Джулия крепко обнимает ее за талию, уткнувшись носом в плечо, вдыхая запах шампуня и её собственного тела, который одурманивает хлеще самого крепкого спиртного. Она чувствует Таню каждой клеточкой тела, и с облегчением осознает, как ураган внутри стихает, но не уходит совсем, требуя большего для того, чтобы перестать терзать Ванг навсегда. Лёгкие прикосновения тревожат еще влажные волосы, перебирая их между тонкими пальцами, вынуждая Таню улыбаться и прижиматься к девушке плотнее, не задумываясь о том, что делает, забывая, что она в одном лишь тонком халате, и пропуская мимо ушей рваный несдержанный выдох Ванг, которая напрягается и прислушивается к внутренним ощущениям, чувствуя тело ведьмы, тесно прижатое к своему. — Джулия, — Таня чуть отстраняется от Духа Хаоса, который сейчас ведёт себя неестественно, но сумеречную ведьму останавливает вовсе не это, а тот факт, что она чувствует себя практически голой, а от того и беззащитной, когда холодные руки обвивают ее за талию, не желая прерывать контакта. Создаётся впечатление, что Джулия собирается простоять с ней в обнимку до утра. — Уже правда поздно, — находит отговорку смущенная Ларина, мягко стараясь освободиться от собственнических объятий. Это служит своеобразным сигналом к началу действий для Духа Хаоса, который не знает, почему от этих действий Лариной внутри все болезненно сжимается, скулит и просит выйти наружу, разрывая девушку напополам. Властные губы накрывают губы Тани прежде, чем она успевает предпринять ещё хоть что-нибудь, и это по настоящему не честно, потому что на сопротивление у девушки нет ни малейшего желания. Ванг никогда не ощущала такой нежности, которую пыталась дать почувствовать Тане через поцелуй, ибо выразить их словами девушка просто не смогла бы. Она никогда не ощущала такого страха как сейчас, каждую секунду опасаясь быть отвергнутой, отброшенной, в миг оставшейся без этой хрупкой ведьмы, которая порой имела просто невыносимый характер, но сумевшей что-то сильно пошатнуть в промерзшей душе Джулии. Холодные пальцы ласково обхватывают запястья забывшейся в ощущениях Лариной, и Джулия, пользуясь моментом, уверенно кладет ее руки себе на плечи. Ведьма, поняв намёк, послушно обвивает руками шею, позволяя Ванг углубить поцелуй. Внутри Джулии словно собирается мозаика, возвращая на место все растерявшиеся за сегодня паззлы; они встают на место, когда Ларина позволяет себе рвано выдохнуть в припухшие от поцелуев губы, искушая Джулию вновь целовать её, в безмолвной попытке показать все свои скопившиеся внутри чувства, каждый раз ощущая, что этого мало, что этого недостаточно. Ларина забывает об обиде на девушку, полностью расслабляясь в её руках, выгибаясь навстречу приятным ласкам, пальцами запутываясь в её мягких волосах, не оставляя Ванг возможности отстраниться. Она чувствует как уголки пухлых губ Хаоса расходятся в еле ощутимой довольной улыбке, и Ларина думает о том, что слишком уж она отзывчива, может быть стоило сначала поговорить с Джулией, на этих мыслях она прерывает поцелуй, упираясь ладонями в плечи Ванг, которая лишившись губ ведьмы, не теряет времени зря, порывисто целуя шею, и те участки кожи, что не удалось скрыть тонким халатом, заставляя Таню немного запрокинуть голову от приятных ощущений, чтобы Хаосу было удобнее покрывать поцелуями все доступные места. Нежные поцелуи сменяются легкими покусываниями, и Ларина выгибается в спине, теснее прижимаясь к желанному телу напротив. Ее уже не заботит, что она в одном лишь тонком халате, и Ванг наверняка ощущает ее ещё немного влажное после душа тело. Оставив влажную дорожку из жарких поцелуев на нежной шее сумеречной ведьмы, Джулия тянется к приветливо приоткрытым губам, руками блуждая по спине девушки, которая незаметно краснеет, чувствую тепло с дикой скоростью расползающееся внизу живота, стягиваясь в приятно ноющий от желания узел. Когда до ее губ остаётся всего какой-то жалкий миллиметр, Таня хитро улыбается, вгоняя в непонимание Духа Хаоса, который не получает желанный поцелуй, так как Ларина в последний момент чуть отстраняется назад, не давая целовать себя. Ванг очень быстро понимает игру ведьмы - она ее дразнит, распаляя желание все сильнее, уворачиваясь от ее губ в самый последний момент, обжигая горячим дыханием и улыбаясь, довольная тем, как Ванг начинает злиться не получая желаемого. Джулия почти рычит от раздражения, привыкшая всегда и всё контролировать, крепко прижимает Ларину к себе за талию, полная уверенности, что сейчас той не отвертеться, но, к ее разочарованию, в самый последний момент она чувствует теплую ладошку на своих губах, преграждающую путь к желанным губам и видит задорные искорки в зелёных глазах напротив. — Нельзя контролировать все, — издает смешок Таня, затаив дыхание, глядя, как Джулия, не растерявшись, с нежностью целует каждый пальчик её руки. Истратив свой невероятный порыв нежности, Дух Хаоса аккуратно убирает ее руку, стремительно сокращая расстояние между их лицами, почувствовав прерывистый вздох Лариной от такого резкого сближения. — Значит, нельзя? — с детской наивностью спрашивает Джулия, улыбаясь ведьме точно такой же игривой улыбкой, как и она ей. — Нельзя, — на полном серьезе отвечает девушка, а Ванг, полностью довольная этим ответом, тянет пояс на её халате, хриплым от возбуждения тоном заявляя: — Тогда я найду чем ещё себя занять. Сумеречная ведьма краснеет, чувствуя, как халат с тихим шорохом приземляется у ног, когда ловит на себе заинтересованный откровенный взгляд зелёных глаз, когда ощущает прикосновение грубой ткани одежды к своему телу в момент, когда Джулия крепко прижимает её к себе, пользуясь растерянностью девушки, накрывая ее губы в жадном требовательной поцелуе, всё-таки получая желаемое. Она чувствует как дрожит хрупкое тело ведьмы, которая отдаёт всю себя Духу Хаоса через поцелуй, кружащий обеим голову. Не в силах оторваться друг от друга, Джулия медленно ведёт Таню в сторону спальни, продолжая невесомо, специально дразня, ласкать руками всё её тело, губами ощущая каждый новый приглушенный стон, от которого внизу живота всё сводит приятной негой. Пару раз чуть не врезавшись в предметы мебели, им всё-таки удаётся добраться до постели, на которую Ванг незамедлительно укладывает Таню, оказываясь сверху, плотно прижимаясь к разгорячённому и такому желанному сейчас телу, которое остро реагирует на каждое её прикосновение, выгибаясь навстречу её пальцам. Пухлые губы порывисто целуют шею, направляясь ниже, оставляя за собой влажную дорожку, недолго задерживаются на ключицах. Руки Лариной ласково блуждают по её спине, на самом деле, не имея ни малейшего представления, как вести себя в постели с девушкой. Сквозь непрекращающиеся поцелуи и тяжелые вздохи, когда они ещё шли к комнате, Таня предприняла неуверенную попытку стянуть с Ванг верхнюю одежду, за что её руки были схвачены и заведены за спину. Второй попытки раздеть своенравного Духа Ларина пока не решалась предпринимать. Джулия почти болезненно шипит, когда руки девушки судорожно путаются в её волосах и осторожно тянут на себя, отвлекая Ванг от изучения каждого миллиметра на желанном теле. Она ловит губами очередной стон, заставляющий вконец потерять разум, ласково раздвигает её бёдра, чувствуя, как всем телом напряглась ведьма, словно вытянутая струна. Подарив девушке успокаивающий ласковый поцелуй, и не в силах больше сдерживаться, она проводит пальцами к самому низу живота, заставляя Ларину изогнуться и непроизвольно поддаться бёдрами навстречу. Ванг даёт ей время привыкнуть к новым ощущениям, покрывая невесомыми поцелуями шею и грудь, ощущает в себе небывалой прилив нежности, которую она хочет всю целиком подарить этой хрупкой девушке, которая с такой доверчивостью прижимается и изгибается под ней. Ритм толчков увеличивается, а вскоре и вовсе сбивается, становится рваным, вырывая хриплые стоны, которые с каждым новым толчком всё сложнее и сложнее сдерживать. Внизу живота разгорается настоящий пожар, требующий немедленной разрядки, а голова кружится от наслаждения, и Ларина теряется во всех этих ощущениях, растворяясь в уверенных руках Джулии, которая доставляет ей столько удовольствия, в скором времени заставляя выгнуться всем телом, отправляя её на вершину блаженства.***
Дух Хаоса молча смотрит в потолок, ощущая на своей талии руки Лариной, которая тоже ни слова не говорит, обдумывая всё случившееся. Тане тепло и уютно рядом с девушкой, пусть она всё ещё и немного смущается от своей наготы перед ней, всё-таки думает, что смогла бы так пролежать вечность. — Ты знала, что у нас всё так получится? — задаётся интересующим её вопросом Ларина, глядя на Ванг, которая лежит с закрытыми глазами, кажется, абсолютно расслабившись. Может быть Дух Хаоса знал обо всём ещё тогда, когда запихивал сопротивляющуюся девушку в свой джип? Или когда покупал коляску? — Нет, — звучит спокойный голос Ванг, которая чувствует, как Ларина сильнее прижимается к ней, почти засыпая. — А ты? — Если бы я знала, поверь, мне было бы всё равно знала ли об этом ты, — хмыкает ведьма, натягивая на себя одеяло почти до подбородка, под пристальным взглядом зелёных глаз, которые с интересом считают количество засосов на шее Лариной, остальное она, увы, скрывает тканью. Джулия хмурится, недоумевая, как смогла понаставить Тане столько отметин, сама этого не заметив. Она всегда считала себя спокойной, способной контролировать любое своё действие, но рядом с этой по-детски наивной ведьмой всё вставало вверх дном. — А как же твой хвалёный сумеречный мир? И он не помог тебе? — по-доброму усмехается Ванг, но реакция Тани вводит её в полнейший ступор - она смеётся, словно Дух Хаоса сейчас произнёс самую смешную шутку на планете. — Джулия, ты так серьёзно об этом говоришь, — Ванг напрягается всем телом от этих слов ведьмы, кажется начиная понимать с полу-фразы к чему та клонит, и от этого она чувствует себя полной идиоткой. — Мой сумеречный мир работает также, как и твоя Бездна. Дух Хаоса еле сдерживается, чтобы не настучать себе по лбу. Ответ всегда был у неё под носом, а она сунулась в эту передрягу, чтобы узнать то, что она уже заранее знала. Столько времени потрачено зря, совершенно впустую! Ванг слезает с кровати полная решительности и холодного отчуждения, проклиная себя за недогадливость, глядя на обеспокоенную Таню, которая сейчас испытывает дежавю - подобное поведение она уже видела в автобусе. Сонливость тут же проходит. — Джулия, — опасливо зовёт повернутую к себе спиной девушку Ларина, боясь услышать в ответ голос, пропитанный сталью. Почему она не поговорила с ней сразу о том, что произошло в автобусе? — Тебе стоило послушать свою подружку, — Дух Хаоса не смотрит на неё, не оборачивается, просто стремительно выходит из комнаты, почти ощущая, как ведьму изнутри складывает пополам от боли, когда она понимает весь смысл её слов.
Примечания:
Знаете... проще отыскать женатого на ежихе дельфина, живущего на кокосовом дереве, чем написать постельную сцену. Я чуть не умер, серьёзно. Низкий поклон тем, кто об этом пишет. Вы реально бессмертные.
