Out of my mind

Woodkid – Boat Song(!!!)       Мы ужинаем в кафе рядом с мотелем. Все тоже дерево на стенах, деревянные столы со свечами, огромнейший камин и стулья с подушками. На удивление нам самим приносят меню.       И все-таки мой нос замерз, и поэтому мы садимся у самого камина. - Сделаешь выбор сам? - спрашиваю я Гарри. Он только усмехается, когда я поднимаю руки к камину и пытаюсь их отогреть, после того как я черпала снег ими и пыталась забросить его за шиворот Гарри. - Ты же сказала, что привыкаешь жить одна, - я только хмурюсь. - Ты такая язва, - недовольно говорю я. Но Гарри все-таки просматривает меню и заказывает два одинаковых блюда с десертом и горячий чай. - Я бы не хотела ругаться весь этот оставшийся день и завтрашний, но я просто кое-что вспомнила. - И что же? - Гарри приподнимает брови, будто бы не догадывается о чем пойдет речь. Я не могу думать о чем-то другом кроме этого. - Ты говорил своим родителям, что будешь стараться, и мне тоже говорил, и вообще в самом начале ты даже надеялся на это прощения. Почему ты принял другую сторону? Просто спрашиваю, но хочу, чтобы ты ответил мне, - устраиваюсь удобнее, нам приносят два стакана с обычной водой. - Просто передумал, - говорит он. - Могу я предположить, что все это демонские штучки, мол, так выигрышнее? - я поднимаю глаза. - Сара, мы уже обсуждали мою демонскую сторону. Очевидно, Алан был готов, когда это пришло, а я нет. Я бы сделал все возможное, чтобы ты оставалась со мной всегда. - Что мне нужно сделать, чтобы стать такой, как ты? - я почти чувствую его ярость, и впервые его глаза за такое долгое время поддаются тьме. Чувствую, что ляпнула лишнего. - Ты не станешь такой. Я бы ни за что не стал таким, если бы мог вернуть все назад, - зло бросает он. - Прости, - шепчу я. Он прячет лицо в ладони и по движению его плеч, полагаю, что он глубоко дышит, чтобы успокоиться.       Вовремя нам подносят наш заказ - поджаренный стейк и картошку с овощами. Некоторое время мы сидим в тишине и просто едим. На самом деле очень вкусно и я не замечаю, как уплетаю свою порцию картошки и тянусь вилкой к тарелке Гарри. У меня выходит довольно ловко захватить еще одну палочку. Гарри цокает. - Ненавижу, когда так делают, - бросает он. - Могу поделиться с тобой десертом, - предлагаю я. Думаю, он подумал не о том и прямо смотрит на меня. Мне приходится закатить глаза, но я не хочу, чтобы Гарри прекращал думать об этом. Мне, правда, хочется провести с ним несколько счастливых, интимных моментов в последний раз.       Мы продолжаем молчать, но в голове возникают новые вопросы и я чувствую, что совсем доконаю его, но мне нужно знать все, перед тем, как его не станет. - Как думаешь, какая семья ждет тебя в следующей жизни? - спрашиваю я. - Вероятно, я останусь один, - предполагает он. Пододвигаю к себе чизкейк и принимаюсь за него. - Почему так думаешь? - Мне крупно повезло в этой жизни. - Ты будешь помнить все это? Меня? Свою семью? Эту жизнь вообще? - Гарри останавливается и откидывается на спинку стула, переводит взгляд на огонь в камине и смотрит туда. Хочу, чтобы он сказал, что не хочет, чтобы эта жизнь кончалась. - Через некоторое время после рождения, я вспомню все. Все, что было в прошлых жизнях и особенно отчетливо, что было в этой, - на его лице отображается всемирная печаль, и он моргает. Кусаю щеку внутри, пытаясь не расплакаться от его слов. - Не надо грустить из-за меня. Я всегда буду помнить тебя и сохраню тебя в своей памяти, я обещаю тебе. - Но, когда-нибудь я умру, и ты растворишься, то, кем был ты уйдет. Все твои поступки, как ты был добр ко мне и как ты спас Джоша, меня. Как ты спасал свою семью только одним звонком. Черт возьми, Гарри, тебя такого не будет существовать, - ладонью прикрываю глаза, чтобы прийти в порядок. Чувствую руку Гарри на своей ладони. - Тебе повезло, Сара. Ты живешь замечательной, замечательной человеческой жизнью. Это огромный дар, самый большой дар - это жизнь. Просто прими это.       Поднимаемся наверх к себе в номер, крепко держась за руки. Я все еще расклеена, хотя обещала себе держать себя в руках, ради Гарри. Он открывает дверь щелчком и закрывает комнату, вешает табличку "не беспокоить". Вешаю куртку на крючок и снимаю ботинки, надеваю тапочки, которые стоят у кровати, они очень мягкие и мои ноги моментально утопают в них. - Чем хочешь заняться? - спрашивает он. Пожимаю плечами, а затем думаю, что было бы неплохо принять душ. - Схожу в душ, ладно? - Гарри кивает, а сам устраивается на кровати.       Закрываю за собой дверь в ванную и поспешно раздеваюсь. Плитка ужасно холодная и я вспоминаю подогревающийся пол у себя в квартире. Скорее включаю горячую воду и становлюсь под быстрые струи воды. Облегченно вздыхаю, каждая клеточка моего тела расслабляется и дает ненадолго забыть о проблеме. Быстро моюсь гелем для душа, который пахнет свежестью, и выключаю воду. Высовываю руку, автоматически, чтобы взять полотенце, но вспоминаю, что оставила его аккуратно сложенным на своей половине кровати. - Гарри! - зову я. - Я забыла полотенце!       Холодок уже пробирается по моей коже, когда Гарри заходит. Он ловко расправляет его вширь и стоит у душевой кабины, ждет, пока я выйду. Соглашаюсь с этим, он сам этого хочет. Ступаю на плитку мокрой стопой и тут же оказываюсь в махровых объятьях Гарри. Становится тепло и хорошо и Гарри аккуратно обматывает меня полотенцем. Под его взглядом мне совсем не неловко, он заставляет чувствовать меня красивой и желанной. - Поцелуешь меня? - спрашиваю я.       Гарри все еще вытирает полотенцем мне плечи и нежно проводит им по моей шее и ключицам. Он останавливается только тогда, когда я становлюсь сухой и приближается так близко, как только можно. Его руки опускают полотенце, и оно падает к моим ногам, его руки опускаются на мою талию, распаленная кожа остро реагирует на прикосновения. Он ведет кончиками пальцев прямо по спине к затылку и вниз. Я громко дышу и наблюдаю за его лицом - безмятежное и такое красивое. Проходит пару секунд, когда Гарри целует меня, получается что-то большое, когда я чувствую его ловкий язык, а его руки начинают вести себя более развязно. - Все хорошо? - шепотом спрашивает он, говоря это прямо мне на ушко и дотрагиваясь кожи губами. Я закрываю глаза от удовольствия и киваю.       Мы продвигаемся к кровати, и Гарри осторожно помогает мне улечься, скидывая лишние подушки на пол. Между этим он стягивает с себя футболку и наклоняется ко мне, осторожно нависая сверху и позволяя расстегнуть пуговицу и молнию на его черных джинсах.       Просыпаюсь от того, что в комнате пахнет беконом и слышу легкий стук подноса об тумбочку у кровати. Все еще потягиваюсь с закрытыми глазами и чувствую, как кровать рядом проседает, некоторое шуршание одеяла и мягкие губы Гарри у себя на лбу, виске, а затем на щеке. - Нам принесли завтрак, - тихо говорит он. Сглатываю и моментально вспыхиваю, когда рука Гарри касается моей обнаженной талии и ведет до ребер, а затем ключиц. - Пора вставать.       Открываю глаза и сразу вижу теплые, зеленые глаза Гарри над своим лицом. - Можешь полежать со мной пару минут? - прошу я. Гарри устало выдыхает, но ложится рядом, на спину. Я тут же кладу голову ему на грудь и начинаю водить пальцем по его татуировкам. - Как спалось? - Я не спал, - произносит он. Это меня не удивляет, но я всегда думаю о том, что он делает, когда не спит. - Чем ты занимался? - поднимаю голову, чтобы видеть его лицо. - Смотрел на твое лицо, запоминая каждую невидимую деталь, - поджимаю губы и дотрагиваюсь пальцем до губ Гарри, веду линию по его лицу, а затем выдавливаю с себя печальную улыбку. - Прокручивал в голове наш вечер, каждый твой вздох, шепот моего имени и каждое прикосновение.       От этого я кусаю нижнюю губу и хмурю брови. - Все нормально, да? - спрашивает он. Приходится кивнуть, хотя мы оба понимаем конец всему, который у нас на хвосте.       Чтобы не начать реветь я встаю с кровати, обернувшись в простыню, и хватаю с тумбочки стакан с водой. Делаю несколько больших глотков и все-таки не забываю полотенце в этот раз. - Я скоро буду, - оставляю Гарри одного на Гарри, печально наблюдающим за каждым моим движением. В ванной я одеваюсь и включаю воду в раковине, мою лицо и, облокотившись об мрамор, начинаю наблюдать за водой, успокаивая себя про себя и не давая пролиться слезам. - Все хорошо.       Мой шепот отдается в голове. Все хорошо, хорошо, хо-ро-шо. Поспешно причесываюсь и делаю еще один глубокий вздох, выхожу из ванной.       Мы поспешно завтракаем, и я замечаю, что снегопад закончился и на мое удивление кое-где видна трава.       Гарри закидывает мой рюкзак на заднее сиденье машины и садится сам. Молчу, пытаясь собраться с мыслями и снова не начать кричать на него. - Сколько ехать до Саутволда? - Еще часа четыре, и примерно час от самого Саутволда до поместья Маркуса. - Ты видел это поместье? - Да, оно у самого берега, на скале, а внизу море. - Наверное, красиво. - Ты сама увидишь, - Гарри заводит машину и выезжает на трассу. - Ты же знаешь, что твои родители будут звонить мне, что мне им сказать? - не хочу представлять, что будет дальше. Гарри выжимает больше чем надо, и мы едем с ужасающей скоростью. - Скажи, что прощение - это сказка для детей и ничего такого никогда не было. - Ты хочешь, чтобы я солгала? - Им будет легче. - Ладно.       Постепенно с полей и лесов снег исчезает. Будто здесь он вообще не падал. Я смотрю в окно, наблюдая за сменяющейся природой, а затем непроизвольно опускаю взгляд на руки Гарри, которые лежат на руле. - Ты можешь поспать, я разбужу тебя, - предлагает Гарри.       Но сон не задается, в голове только мысли о вчерашнем вечере и мне становится жарко.       И все же, Гарри снова будит меня уже в Саутволде. Помню только то, что засыпая, я все время пялилась на Гарри. Значит, я не потеряла время зря. Мы заезжаем на стоянку какого-то небольшого ресторанчика. Нам подают довольно вкусный обед, и я думаю о том, что было бы, если бы Гарри был обычным человеком. Сейчас я бы не ехала сюда, чтобы спастись от каких-то демонов, и я бы не ехала для того, чтобы навсегда проститься с Гарри. Возможно, мы с Гарри-человеком ехали бы в машине под хорошую музыку просто для того, чтобы увидеть новые места. Мы смеялись, я была бы самой счастливой на свете. Мы останавливались ночью в отелях и засыпали в объятьях друг друга. Он бы никогда не ушел от меня и в один день предложил бы свою руку и сердце, а затем у нас бы точно появились дети... - О чем думаешь? - Гарри выводит меня из этой сказки, и я даже чувствую себя неловко. - О том, что было бы, если бы ты был человеком. - И на каком мы этапе в твоей голове? - он даже не злится и я чувствую, что у него такое же состояние, как и у меня. Будто бы надвигается конец света. - На рождении детей, - здесь я тоже не вру, а Гарри только опускает взгляд в свою чашку. - Мне жаль, что я не могу дать тебе всего, чего ты хочешь, - подпираю голову рукой и пытаюсь выдать легкую улыбку. - Ты уже дал мне все и почти забрал.       Из ресторанчика мы выходим вместе, и Гарри немного ждет в машине, пока я сижу рядом. - Я думал о твоих словах, - осторожно начинает он и смотрит на меня. - О том, что я умру для всех вас. - Я не буду забирать свои слова обратно, потому что так оно и будет. Даже, когда ты переселишься в другого человека, ты уже не будешь моим Гарри и никогда не станешь им. - Хорошо, - выдавливает он и заводит машину.       Всю дорогу мы молчим, я все еще наслаждаюсь его присутствием рядом и волшебным запахом. Мы въезжаем в лес, а когда выезжаем, видим пустое поле с двух сторон, а впереди большой двухэтажный особняк с посаженными деревьями. Привкус горечи появляется на языке, а внутри возникает огромный ком. Все решится здесь.       Гарри останавливает машину чуть дальше от дома и перед тем, как выйти с машины бросает долгий взгляд на меня.       Он крепко держит меня за руку, пока мы совсем медленным шагом идем вперед. - Ты знаешь, что происходит после смерти? После нашей смерти? - спрашиваю я. - Я не могу разглашать все, - он отвечает совсем убито. - Просто, я подумала о том, что даже на том свете мы не сможем быть друг с другом, - задумчиво говорю я. Гарри поворачивает голову на меня и наклоняется, чтобы оставить легкий поцелуй на моих губах. Скорее всего, я права.       Когда доходим до дома я могу заметить, что окна совсем недружелюбно глядят на нас. Это даже не пугает меня больше. Я просто слышу свое глухое сердце, как оно стучит об стенки моего тела. Я теряю все.       На удивление большая деревянная дверь открывается и из нее выходит человек. - Маркус, - произносит Гарри.       Маркус? Я представляла его немного другим, не совсем высокого, но такого крепкого и с идеальной внешностью, как все они. Но Маркус очень высок, могу предположить, что он выше Гарри, а еще он очень худой. Стоит в ладно сшитом костюме и даже позволяет себе легкую, ироничную улыбку глядя на нас. У него тонкий, длинный нос и узкие губы, но большие серые глаза. - Привет, Гарри, Сара, - он делает акцент на моем имени и пропускает нас в дом.       Дом холоден как внутри, так и снаружи. Вокруг только серые цвета и мебель очень старая. Камин не растоплен и это придает еще больше грусти.       Прихожу в себя, когда слышу скрип двери, и Маркус поворачивается к нам. - Знаю, зачем вы здесь, - произносит он. Для такого существа у него очень приятный голос. - Пройдем в гостиную.       Собираюсь расстегнуть куртку, но Гарри останавливает мою руку. - Ты замерзнешь, - говорит он.       В гостиной мы рассаживаемся, мы с Гарри садимся на диван, а Маркус в кресло. В гостиной появляется женщина с подносом, который ставит на столик и моментально уходит. - Извините за то, что не разжег камин - я не люблю огонь, слишком многое напоминает, - он начинает смеяться и смотрит на Гарри, но Гарри только становится серьезнее. - Не люблю это вспоминать, - отвечает он Маркусу. - Понимаю, - видимо Маркус понял, что вышло неловко. - Думаю, что мы должны сначала начать процедуру с Сары. Это займет недолго, минут десять, но ты должна будешь сидеть с закрытыми глазами и неподвижно все это время, поняла? - Прямо сейчас? - спрашиваю я. - Зачем медлить? - Маркус хмурится и приглашает меня в кресло. Я со страхом смотрю на Гарри, который кажется, согласен с Маркусом и кивает мне в сторону кресла.       Я правильно дышу, присаживаюсь и закрываю глаза. Думаю о том, что Гарри рядом, и он наблюдает за всем. Я не доверяю Маркусу - это так, но зато Гарри полностью верен ему. Значит, я тоже могу. Расслабляюсь и жду чего-то.       Странно, но ничего не происходит. Я ничего не слышу, не вижу, не чувствую - будто в вакууме. Это меня точно не расслабляет. Десять минут идут мучительно долго, а когда все кончается, я слышу негромкий звук, будто лопает пузырек. Открываю глаза и все так же вижу Гарри, заботливо смотрящего на меня, и Маркуса, который держит чашку в руках. - Все нормально? - спрашивает Гарри. Киваю. - Спасибо, это действительно было нужно. - Я знаю, - только и говорит Маркус. Повисает молчание. - Но это ведь не все.       У него появляется легкая улыбка на лице, и он пронзительно смотрит на Гарри. - Мы должны поговорить наедине, Сара, - Гарри смотрит на меня, а мне остается снова только кивнуть. - Можешь походить здесь, - говорит Маркус.       Встаю с кресла и выхожу из гостиной, двери тут же закрываются. Становится неуютно без Гарри, и я делаю первые шаги вперед. Странно, но я совсем ничего не чувствую. Будто я совсем пуста внутри. Это к лучшему. Выхожу в огромный холл, с огромной золотой люстрой, вижу лестницу с коваными перилами, которая идет наверх. Думаю о том, чтобы подняться наверх, но вспоминаю про обрыв и выхожу из дома. Ветер сильно дует, и я обхожу гараж. Двигаюсь дальше, около пяти минут, когда не начинаю видеть проблески моря и когда оказываюсь на самом краю, где внизу бушует море и виднеются скалы.       Обхватываю себя руками, как будто это поможет справиться с уже наступающим одиночеством. Глубоко дышу морским воздухом, который навевает мысли о теплых странах и песке. Как ни странно, мне нравится это место, и я представляю себя небольшой лодкой, которая все время плывет куда-то далеко-далеко.       Меня обхватывают сильные руки, и я чувствую его щеку на своем лице. Меня пронизывает еще больший холод, чем был до этого, а ветер, кажется, дует еще сильнее. - Красиво, правда? - его голос кажется хриплым. - Очень, - выдавливаю я. - Осталось совсем мало? - Капля, - произносит он. - Ты можешь мне кое-что пообещать? - Да. - Ты не должна оставаться одна. Когда придет время, найди себя человека, который будет любить тебя очень сильно. - Как ты? - спрашиваю я. - Я облажался, а он, пусть любит тебя сильнее с каждым днем. И если понадобится чем-то жертвовать ради этого, забудь меня, ладно? - мои волосы развеваются на ветру, а слезы летят прямо за ними. - Гарри, - кладу голову ему на грудь, а затем целую. Слишком больно для меня, слишком. - Пора, - голос Маркуса доносится совсем рядом. Гарри отрывается от меня первым. Его губы горькие. Он вытирает слезу с моей щеки большим пальцем руки и смотрит мне в глаза. - А сейчас, ты должна быть сильной, ты должна сесть в машину и не оглядываться. Никогда не оглядывайся, Сара, никогда, - просит он. - Но я не могу, я не могу бросить тебя, - слезы льются сильнее. - Ты справишься, - повторяет он. - Гарри я могу заставить ее уйти, - голос Маркуса все еще здесь. Оборачиваюсь на него и вижу его, он сцепил руки сзади себя и даже выглядит как-то траурно. - Я сама, сама, - снова поворачиваюсь к лицу Гарри и беру его лицо в ладони. - Гарри Эдвард Стайлс.       Он улыбается сквозь свои слезы. - Моя мама тебе сказала? - я киваю и глотаю комок в горле. - Я люблю тебя, Гарри Эдвард Стайлс, всей своей душой и сердцем, - повторяю я. - Я люблю тебя, Сара Эйвери Чарлсон, - он крепко целует меня в лоб, ветер дует еще сильнее, Гарри отрывается, а я отпускаю его руку и не оборачиваясь иду мимо Маркуса, мимо гаража и начинаю бежать.       Мое сердце бьется так быстро, а в легких не хватает воздуха, слезы застилают глаза. Я ничего не вижу, но продолжаю бежать, пока у меня не хватит сил остановиться. Ноги наливаются усталостью, а голова начинает болеть и казаться такой тяжелой. Я чувствую пустоту и утрату так сильно. Останавливаюсь, чтобы отдышаться, но не позволяю себе обернуться, быстрым шагом дохожу до машины. Хватаю воздух ртом, и чувствую, что должна его увидеть, в последний раз, в последний. Резко оборачиваюсь, когда вижу его у самого края света, где он стоит лицом ко мне, а затем делает шаг назад, еще, и еще один, а затем, падает камнем вниз, даже не расставив руки, как крылья.       Я сгибаюсь пополам от боли. Вою вслух, пока хватает сил. Резкий порыв позволяет мне сесть в машину и завести ее, чтобы уехать навсегда.

POV Harry

- Я люблю тебя, Сара Эйвери Чарслон, - слетает с моих губ, когда вижу ее глаза, которые в последний раз смотрят на меня. А затем оглушение и провал.       Я люблю тебя.