Out of my mind

      Я ставлю тюльпаны в вазу, а затем на подоконник. Смотрю в окно и всматриваюсь в темноту. Вижу только людей, которые ходят по двору, или все еще говорят, некоторые курят.       Я сажусь на кровать и беру папку в руки. Зачем Гарри оставил их, если сам сказал, что я вообще не должна быть рядом с ним? Я не думаю, что это сделал кто-то другой, но как, черт возьми, это сделал Гарри? Никакой нормальный человек не может забраться на, чертов, четвертый этаж через окно. Я не знаю, как он сделал это и главное - почему? Зачем он оставляет их, после того как сам почти наорал на меня? Я все еще смотрю на папку и не могу понять, зачем он подчеркнул это слово и, что значит то, что он уже оставил подсказку? Я хмуро смотрю на это слово. Гарри самый странный парень, которого я когда-либо встречала. Тони не такой как он, Тони-очевидность и стабильность. Гарри не такой и самое главное, что я на самом деле боюсь его, но все больше интересуюсь. Он был в Бирмингеме, что он делал там и как он оказался рядом со мной? Он спас Джоша. Будто он все время был рядом или просто преследовал меня. Мои глаза расширяются от ужаса, потому что это походит на правду. Он не мог знать, где на самом деле я живу, или работаю. Он не мог знать ничего, но он как-то нашел меня.       В дверь доносится стук, и я кидаю папку в тумбочку. Открываю дверь и вижу Тони на пороге, он с корзиной, в которой много красных роз. Я склоняю голову вбок. - Я извиняюсь, ладно? - спрашивает он. Он даже снял свои очки и костюм, и просто надел джинсы и рубашку. - Это лишнее, - говорю я, смотря все еще на розы. Я знаю, знаю, что Тони старается, но он делает это только потому, что так надо. Так делают все вокруг и это стабильно. - Нет, ты кричала на меня на работе, мне не нравится это, и я просто хочу извиниться, хорошо? - спрашивает он. Я пропускаю его в комнату, он ставит корзину на пол, рядом с моей кроватью и окидывает взглядом тюльпаны. - Что за ерунда?       Я хочу ответить, что это не ерунда, потому что мне они нравятся. Что тут говорить, если он не знает, что мои любимые цветы точно не розы? Я разочарованно смотрю на него, не могу понять, чем он зацепил меня и как я вообще начала с ним встречаться. - Я прощен? - спрашивает он. Я киваю, мне надо бы улыбнуться, но я все еще ищу ту самую подсказку от Гарри. Она исчезла, как Тони постучал в дверь. Он сказал, что не оставлял папку у меня, сказал, что все было ошибкой. Почти сказал.       Тони ведет меня в ресторан. Он даже улыбается мне и снова надевает очки. Я только вздыхаю, он думает, что мне нравятся его очки. Он думает, что мне нравится ходить в такие шикарные места, он думает, что я люблю абрикосовый торт - это не так. Я пытаюсь нормально говорить с ним и расслабиться, потому что до того момента, как Гарри не появился, я думала, что все нормально. Я хмурюсь, когда Тони рассказывает мне о том, что я обязана, появиться вместе с ним на благотворительном вечере его родителей. - Так ты пойдешь, да? - он так уверен. Я киваю, даже не подумав, и он просто ослепительно улыбается мне. - Отлично, мои родители буду рады увидеть тебя.       Но он не поехал со мной на выходных. Я пытаюсь понять его и простить, он принес мне корзину роз и она, скорее всего, была очень дорогой. Я говорю, что сама хочу их увидеть. На самом деле это не так, но папа Тони мой начальник, а Тони в свою очередь мой. Я ненавижу эту династию. Как я могла погрязнуть в этом?

***

      Тони везет меня обратно и высаживает у общежития. Я провожаю его и чмокаю в щеку. Он подмигивает мне, думает, что все прекрасно, а я просто прощаю его. Я не могу злиться, так как он сильно старается сделать меня счастливой. Я мысленно ударяю себя по щеке и даже позволяю себе смешок. Многим не предоставляется такого шанса, а мой Тони, дарит мне букеты почти каждую неделю. Я провожаю его машину взглядом. И, правда, почему я придираюсь к нему? Он работает, пытается найти в жизни стабильность. Он высокий, красивый, умный, типичный парень из фильмов. Я слишком много жду. Я собираюсь идти в общежитие, когда осматриваю и вижу на стоянке интересное. Он стоит спиной, но он чертовски похож на Гарри. Я даже вижу его собранные волосы и черное пальто, но когда моргаю, там никого не оказывается. Я смотрю по сторонам, но кроме других людей никого вижу.

***

      Половину следующего дня я провожу в университете. Я получаю положительные отзывы о своей работе, и мне нравится это. Я люблю работать и, чтобы люди ценили это. Я люблю изматывать себя, но я счастлива, когда все идеально. Тони пишет мне, что заедет за мной в восемь. Я пишу, что буду готова.       После университета, я выпиваю чашку кофе и сижу с некоторой письменной работой в кафе. Меня засасывает любопытство, поэтому я направляюсь в университет. Я надеюсь, что не выгляжу такой же испуганной, как тогда. Я хочу выглядеть сильной и строгой, именно поэтому я ношу такую одежду. На мне узкие брюки, белая рубашка, длинный пиджак и туфли с острым носом. Когда я одеваюсь так, я чувствую себя такой, я соответствую Тони, и мне нравится это.       Я заправляю пряди волос за уши и вхожу в читальный зал. К моему самому огромному разочарованию, я не вижу его на своем месте. И когда я обхожу весь зал, якобы высматриваю книжку, которая нужна мне, я не вижу его. Я еще больше расстраиваюсь, но при этом испытываю дикое облегчение. Мне не будет страшно сегодня. Почему я всегда представляю его образ в темноте? И почему же он сказал, что я не должна быть здесь? Возможно, после того поцелуя, который я позволила себе, он решил, что я такая, как все? Может я вела себя слишком легкомысленно? Но я не помню, я была так пьяна. Я беру одну из книг с полки и сажусь за стол, который находится за столом, где сидел Гарри. Я вешаю сумку и беру тетрадку.       Мне нравится, что эту информацию нельзя найти в интернете, что этот текст принадлежит только этим страницам и тому, кто это написал. Что это не распространено по всемирной паутине. Честно говоря, я люблю бывать здесь, потому что этих книг больше нигде нет, и я чувствую себя такой уникальной, когда держу их в руке и читаю, осмысливая каждое слово.       Я настолько забываюсь, что не чувствую и не вижу ничего. Меня отвлекает только вибрация телефона, а когда я поднимаю взгляд, чтобы посмотреть, кто это, вижу его. Он сидит в другой стороне, на самом краю и прямо смотрит на меня. Нам надо поговорить, нам так надо поговорить, но я просто не чувствую своих ног от страха. Он так пугает меня, что я начинаю в прямом смысле этого слова чувствовать себя виноватой. Я чувствую себя виноватой за то, что пытаюсь как-то выведать у него все. Он не такой как все, он не выглядит, как обычный человек. Он выглядит, как что-то неземное и запрещенное. Я глубоко дышу и не могу отвести от него глаз, а потом он уходит. Просто встает и уходит через главный ход. Когда он исчезает, я чувствую, как воздух снова становится воздухом, и он заполняет мои легкие, так, что я начинаю кашлять.

***

      Я меряю вишневое платье прямо перед Бет. Она только рассматривает его и пытается читать, что выходит плохо. - Слишком вычурно? - спрашиваю я. Бет только мычит. - Серьезно? Оно обычное, даже в своих строгих юбках ты выглядишь наряднее, - восклицает она. Я только чмокаю. Оно обычного покроя, но расширяются к половине бедра, а заканчивается пышной юбкой чуть выше колена. Я меряю колье с крупными камнями и просто высвобождаю волосы. Они спадаю на плечи.       Тони заезжает вовремя, он выглядит прекрасно в своем костюме. Мы успеваем и входим в арендованное здание вместе с остальными. Стоит нежный запах вишни, и официанты разносят бокалы с шампанским. Тони держит меня за талию и подводит к одним знакомым, с которыми у него проходит милая беседа. Я не вижу смысла в этом, но потом беру брошюру с подноса и читаю, что здесь будет аукцион, где всякие богатеи будут тратить деньги, которые пойдут на лечение детям фонда, который основала мама Тони. Я думаю, что это неплохая идея. - Ты хорошо выглядишь, - шепчет Тони. Я ничего не отвечаю, и мы идем дальше, где стоят его родители. Они радостно встречают нас, и мама Тони даже обнимает меня.       Я понимаю, что разговор зашел слишком далеко и мне совсем не разобраться, поэтому я отхожу к стене и наблюдаю за музыкантами, которые настраивают инструменты. Я не вижу здесь гитары, только фортепиано, контрабас и скрипка. Они начинают играть и в огромном зале люди начинают расходиться, уступая место парам, которые танцуют. Слишком много пафоса, бриллиантов и людей - таков мой вердикт. Я уже не вижу Тони, я не знаю никого здесь, и мне становится не по себе, потому что это не для меня. Эти люди не для меня. Я вздрагиваю, когда до моего плеча кто-то касается. Оборачиваясь, я становлюсь уверенна, что Тони, наконец, нашел меня, но мое сердце замирает и падает в пятки, когда я вижу его прямо за своей спиной. Он выглядит чудесно в черной рубашке, пиджаке и узких черных штанах. Его волосы идеально собраны в пучок, а на губах совсем легкая ухмылка. Я кусаю щеку изнутри, когда он поднимает руку, тем самым приглашая меня на танец. Я чувствую, что вот-вот он исчезнет, но он также стоит рядом. Я подаю свою руку ему, и он уверенно сжимает мою ладонь и ведет меня в центр, не отпуская руки. Я даже не могу почувствовать холод или жар исходит от него, потому что я, черт возьми, слишком напугана. Он резко разворачивается и кладет руку мне на талию. Второй держит мою руку. Я слегка запинаюсь и поднимаю руку запоздно, чтобы положить ее ему на плечо. Я не могу ничего сказать, хотя у меня было так много слов.       Гарри начинает двигаться и мне уже становится страшно. Нельзя доверять мужчинам, которые хорошо двигаются. Он держит меня очень близко, так, что я почти дотрагиваюсь до его тела. Он пахнет превосходно, я никогда не чувствовала такого запаха.

POV Harry       Мне нравится то, что все чувствуют себя неуверенно рядом со мной. Все смотрят на меня и не могут понять почему. Но меня волнует то, что Сара боится меня прямо сейчас. Я не хочу, чтобы она чувствовала себя не в безопасности рядом со мной. Я думаю, что все еще делаю ошибку, когда слежу за ней. Я четко дал ей понять, что ей не место, там, где есть я, но я всегда рядом и она всегда со мной, получается, ей нигде нет места?       Я сжимаю ее ладонь еще крепче, и прижимаю к себе еще ближе. Я чувствую ее вздох, она напряжена, напряжена до безумия, как зверек, которого вылавливают охотники. Я знаю, что использую сейчас ее страх в своих целях и могу наслаждаться ею, но мне хочется, чтобы она вела себя спокойно. Ее парень находится здесь, но я не хочу отпускать ее, поэтому кружу вокруг себя, она стукается об мое тело, когда я снова притягиваю ее к себе. Она боится поднять взгляд. Я одурманен тем, как она выглядит, а выглядит она лучше всех тех, кто сейчас находится в шелках и камнях. Ее простота не сравниться ни с чем. - Ты думала насчет моей подсказки, Сара? - я специально шепчу это ей на самое ухо. Она вздрагивает и даже потрясывается. Она молчит около минуты, все еще не поднимает глаз. - Я думала насчет чего-то запрещенного, типа, наркотиков, или оружия, - предполагает она слабым голосом. - Может, ты торговец этим?       Я издаю смешок. Она намного умнее, намного. Но она молчит. Она не говорит больше ни слова. Я слышал, как она болтает с другими, ее невозможно заткнуть. - Ты можешь копать глубже, ты не такая глупая, - говорю я. - Я глупая, - ее взгляд резко поднимается и она смотрит с таким отчаянием в мои глаза, что я удивляюсь, откуда столько боли и терпения в ней. - Я глупая, потому что не понимаю, что ты делаешь.       Ее нижняя губа трясется. Я открываю рот, чтобы ответить, но ответ так и остается на моих губах. Кончиком языка я смачиваю уголки губ и качаю головой. - Как ты попал в мой кабинет? - спрашивает она, теперь она задумчивая. - Это было проще простого, - отвечаю я. Она только хмурится, у нее появляются морщины на лбу. - Почему тюльпаны? - я знаю, что она все еще не понимает. Я знаю, что никто не смог бы проникнуть в это здание без пропуска, поэтому она и нервничает. - Потому что ты их любишь, - говорю я. Она открывает рот и даже злится. - Это вопрос или утверждение? - она снова бросает на меня взгляд. - Ты любишь их, - снова повторяю я. Она раздраженно выдыхает. - Не понимаю, - шепчет она. - Все намного проще, - отвечаю я. Это на самом деле так. Она выглядит расстроенной. Я позволяю себе движение большим пальцем руки, вожу им вокруг ее талии, насколько помогает длина. Она глубоко дышит и сильно впивается в мою руку. - Ты все помнишь, - говорит она. - Ты наврал, сказав об аварии. Зачем? - Ничто не происходит по ошибке. Так было надо и то, что происходит сейчас, является частью большего, - произношу я. Она часто моргает, будто пытается скрыть слезы. - Хочешь, мы уйдем отсюда?       Я знаю, что мой вопрос испытывает ее на прочность. Ее глаза расширяются, и она закусывает губу. Оглядывает людей, видимо выискивает парня. Я не должен был звать ее с собой, но это все, что я могу сейчас. - Да, я хотела бы уйти, - говорит она. Я не удивляюсь этому ответу, чувствую, что она не хочет быть здесь.       Мы как-то выходим из этого помещения на улицу. Уже темно и холодно, поэтому я позволяю снять себе пальто и накинуть его на плащ Сары. Она смущенно поднимает уголки губ вверх. - Ты голодна? - спрашиваю я. Сара качает головой, но я знаю, что она врет, ее организм выдает ее. Я не настаиваю, так как это ее выбор. - Твой парень не сильно расстроится?       Сара удивленно поднимает брови. Я знаю, что она не знает, что я знают об этом. Я не собираюсь скрывать это, потому что считаю это бессмысленным, я знаю, что пугаю ее еще больше. - Он светский человек, - Сара пытается выдавить улыбку. Она прячет руки в карманы моего пальто и незаметно трется щекой об ткань. - У меня так много вопросов, но я боюсь, что ты исчезнешь, или начнешь пугать меня еще сильней.       Я не возражаю. Я уверенно веду ее в сквер через дорогу. Здесь совсем нет людей и совсем темно. Мы садимся на скамейку, и Сара с любопытством оглядывает место. - Я мог бы пытаться ответить на некоторые, - говорю я. Знаю, что возможно это было глупым увести ее оттуда, но я жду не понять чего, будто обычный человек может удивить меня. Но она сама повелась. - Гарри, я чувствую, что с тобой что-то не так, - начинает она. - Твоя подсказка, которую я так и не поняла, нервирует меня сильнее. Я боюсь, что если это зайдет слишком далеко, то я не смогу жить как прежде. - Ты уже не живешь как прежде, потому что думаешь об этом. - Я просто хочу знать, что это такое. Почему ты исчез на год? Я что-то сделала не так? Да, я знаю, что мы были знакомы всего ничего, и мне просто повезло, что ты увидел, как я писала эту работу, и помог мне, но я не отдавала отчет действиям. Но это было глупым, то, что я позволила себе в тот вечер поцеловать тебя. Ты исчез из-за этого? Ты видел мою записку? - слова так и льются из нее. Она нервно перебирает пальцами ткань своего платья. - Ты жалеешь? - спрашиваю я, глядя прямо на нее. Сара пожимает плечами и позволяет себе нервно улыбнуться. - Если жалеешь ты, то жалею я. Я не хотела, чтобы все получилось именно так. Я хотела, чтобы мы общались дальше, но сейчас, когда я не знаю, что вообще происходит - я запуталась. Ты такой же, как и был, но совсем другой, - я двигаюсь ближе. - Я не жалею, - говорю я. Сара поднимает голову и вопросительно смотрит на меня. - Я видел твою записку, когда вернулся и я не жалею.       Сара покрывается мурашками, скорее от моего голоса, чем от холода. - Правда? - она морщится, а я киваю.       Я не думаю, что так и должно было быть, но я двигаюсь еще ближе. Ее губа дрожит, а глаза смотрят с такой грустью. Я не знаю, хочет ли она этого, но для себя я решил, что мне это надо, чтобы разобраться в себе. Я наклоняюсь к ее лицу, чтобы поцеловать, она хочет этого, теперь, на этот момент, но она так нерешительна. Я знаю, что это неправильно для нее, так как она в отношениях, и я знаю, что Тони ищет ее прямо сейчас и через пару секунд он завернет в этот сквер, поэтому я останавливаюсь. Чтобы хоть как-то скрасить эту грусть, я поднимаю руку и дотрагиваюсь до ее пряди волос, завиваю себе на палец и отпускаю. Человеческие отношения такие глупые. - Что? – расстроено спрашивает она. Я качаю головой с улыбкой на лице. - Ты хорошо выглядишь, - говорю я. Она снова пытается улыбнуться, но резко оборачивается, когда слышит голос. - Я искал тебя, ну что за глупость!? – он не видел меня и не видит сейчас. Сара разворачивается от Тони, чтобы глянуть на меня, но я ухожу.