***
Я встаю поздно. Старый будильник со старого дома сломан, поэтому я надеюсь на свой внутренний будильник. Он не подводит меня. Я стою в душе около двадцати минут, просто опустив голову вниз. Она ничем не забита. Просто пусто. Мне нравится это в моем организме - отключать свой мозг по собственному желанию. Я не сушу волосы, а завязываю черный платок. Прохожу на кухню, где нахожу нетронутую упаковку кофе. Завариваю его с корицей на плите и хлебаю кипяток, глядя в окно. Я не знаю, что я должен делать сейчас и как мне быть вообще. Я мог сотворить что-то из пакости, но, черт возьми, как это противоречит мне. Такие как я, постоянно делают что-то и живут полностью в свое удовольствие. Кажется, моя человечность не до конца выветрилась за такое время. Я выхожу из дома в черной байке, черных джинсах и нахожу в шкафу ботинки. На улице теплее, чем вчера. Ловлю соседа, который почти успевает уехать. Смотрю на него около трех секунд, его сознание уходит. Я называю ему улицу, где находится библиотека и он, молча, вжимает ногу в педаль газа. Мы едем молча. Я не позволяю ему что-либо сказать, он не внутри себя. Сейчас это просто оболочка человека, но не его сущность. То же самое, что происходит и во время смерти. Я отпускаю его сознание обратно, только тогда, когда отхожу на расстояние от машины. Знаю, что у него будет шок, он и понятие не имеет, как оказался здесь. Я сажусь на ступеньки библиотеки, где сидят и остальные люди. Переношу вес на правую руку, а левой надеваю очки от солнца. Разглядываю людей рядом, не примечая ничего особенного. Как я и предугадывал, Сара идет в своих туфлях со стороны парковки, прячет телефон в сумку, но упрямо несет папку в руках, чтобы не помялась. На этот раз ее волосы даже вьются к кончикам. А звук ее каблуков смешивается со звуками толпы. Она выглядит хорошо. На ней только легкое пальто и строгая юбка - предугадываю, она сегодня работает. Я поджимаю язык и встаю, чтобы встретить ее внизу лестницы. - Зачем ты так часто ходишь в библиотеку? - спрашиваю я, когда спускаюсь вниз. Она вздрагивает и поднимает голову. Выдыхает, когда видит меня. - Привет, Гарри, - испуганно говорит она. Я снимаю очки и щурюсь, так как солнце светит прямо мне в глаза. - Привет, Сара, - говорю ей. Она все еще смотрит на мое лицо. Она не отвечает на вопрос и продолжает разглядывать мое лицо. Я хмурюсь. - Что? - Я все еще думаю над твоей подсказкой и никак мне не понять, как ты все это делаешь, - говорит она, прикусывает нижнюю губу в конце речи. Я качаю головой. - Ты знаешь ответ, я ясно дал тебе понять, в чем дело, - я облокачиваюсь рукой об перила, не отводя взгляд. Она делает это первое: опускает взгляд вниз и смотрит на мои плечи. - Может, что-то типа человека-паука: радиация? - она щурится, ей самой смешно. Я выдавливаю улыбку. Я не уверен, что хочу, чтобы она знала, но в любой момент могу сделать так, чтобы она забыла. - Как ты узнал про Бирмингем? Как узнал моего брата? Мою работу и где я живу? Она поднимает взгляд с такой надеждой в глазах. Я облизываю нижнюю губу. - Моя работа - знать все, - она ухмыляется. - Твой парень сильно расстроился тому, что я увел тебя на том вечере? Она краснеет, слышу, как ее сердце бьется чаще от того воспоминания. Делаю это специально, я почти поцеловал ее, что является немало важным. Сара поправляет ручку сумки. - Он был зол, но после этого не отпускал меня весь вечер. Не дал мне напиться от грусти и ударить в грязь лицом при его родителях, - произносит она. Я киваю. Я не люблю Тони, пусть он относится к ней с бережностью, но он не должен быть так далеко от нее. Возможно, Тони самый приличный и идеальный парень, который только может быть - я признаю это. - Отлично, он молодец, - она не отводит взгляд, и мы играем в гляделки, но я снова выигрываю. Людям тяжело смотреть в глаза другим людям и просто молчать. - Есть еще теории? - Мне нужно сдать книгу вовремя, и успеть на работу, - я пугаю ее. Я только киваю. Она проходит мимо и быстро поднимается вверх по ступенькам, следуя прямо в библиотеку. Я смотрю за ней, пока она не скрывается за дверью. Слышу хихиканье, оборачиваюсь и вижу двух девушек, которые наблюдали за нами. Я злюсь, потому что ничего не выходит. Я даже не знаю, что должно произойти. Что будет, когда она поймет? Что будет дальше? Что измениться после этого? Я знаю одно: что желания в моей власти. Я смогу сделать шаг назад, если это будет необходимо.***
Я видел, как она оглядывалась, когда вышла с библиотеки. Наверняка ждала меня, но меня не было. Страх стал ее причиной постоянных метаний. Она не знает, чего следует опасаться, но я не причиню ей вреда. По крайней мере, я не хочу сейчас, причинять ей вред. Жду ее у фонарного столба прямо у ее работы. Знаю, Тони нет в городе, поэтому я могу встретить ее. Она выходит расстроенной, но не усталой. Я не думаю, что могу испортить ей настроение своим появлением. Ей присуще любопытство. Она слегка улыбается, когда видит меня и подходит ближе. - Ты похож на маньяка, Гарри, - произносит он. Я оглядываюсь по сторонам. - Ты не на машине? - хмурюсь я. Она сжимает губы и кивает. - Сломалась, по дороге на работу, - она поднимает брови. - Могу провести тебя до дома? - спрашиваю я. Сара вдыхает и кивает. Я тянусь к ее сумке и беру ее в свои руки. Она оценивающе пробегает по мне взглядом. Кладет руки в карманы и начинает идти рядом со мной, стуча по асфальту. - Твое пальто у меня, - напоминает она. Я знаю, что она нюхала его и, что оно лежало в машине, чтобы у Тони не возникло вопросов. - Хорошо, - отвечаю я. Мы идем молча и мне даже приносит удовольствие, что она шагает медленнее. Обычно я хожу быстро. - И все же, что ты делал в Бирмингеме? - спрашивает она. Я взвешиваю каждое свое слово, и даже не вру ей. - Мои родители живут там, - говорю я. Сара удивленно смотрит на меня. - Мои тоже. Ты помог моему брату, но напугал его, также как пугаешь меня, - говорит она. Все-таки пугаю. Я сглатываю и даже не останавливаюсь. - Надо же чем-то жертвовать, зато он не остался инвалидом, - ее передергивает. - А ты осталась невинной. Она морщится и кривит губы. - Кто ты такой? - спрашивает она. Я не отвечаю. Так мы доходим до станции метро. Она молчит, но прямо разглядывает меня. Она сложила руки на груди и сжала губы. - Ты помнишь, что было год назад, - снова начинает она. Сдерживает улыбку и качает головой. - Ты не появлялся, только потому, что я поцеловала тебя? Я не должна была делать этого? - Все не так. Станет проще, если ты будешь знать. Так сложились обстоятельства. Тогда я не думал, что все правильно, поэтому вычеркнул тебя, - я, правда, вычеркнул. Я не просто попытался забыть. Я попросил Маркуса убрать эти воспоминания из моей головы. Это грозило и грозит концом, если бы я остался. - Я бы ответил тебе, сейчас. Ты не виновата. Сара грустно смотрит на меня. - Мы мало знали друг друга, но что-то происходило, верно? - ухмыляюсь я. Мы стоим на одном месте. Сара пожимает плечами и совсем другими глазами смотрит на меня. - Раньше ты не пугал меня. Я бы спросила кто ты такой, еще раз, но это бесполезно. Почему тогда сейчас ты здесь? - спрашивает она. Моя очередь пожимать плечами. Я не знаю, что я делаю, и к чему это приведет, но я полностью отдался судьбе. Не знаю, есть ли такая у меня. - Если бы я не напилась тогда, вероятно, все было по-другому, верно? Я опускаю взгляд на ее лицо и с каменным выражением лица смотрю прямо на ее губы. Она ежится. - Просто я помню то утро, когда проснулась. Мне было так хреново, но я помнила, что сделала и честное слово, я надеялась на что-то, - начинает она. Я хмурюсь и злюсь одновременно. Я не такой как она, не как Тони или как люди на станции метро. - Я даже приехала к тебе, но тебя уже не было. И потом, тебя тоже не было. И все так закрутилось: Тони, учеба, работа. Я даже подзабыла о тебе. Черт возьми, Гарри, за ту неделю, что ты писал мне работу, я почти влюбилась в тебя. За одну неделю, разве это реально? - Ты хранила мой блокнот, - я отключаю все на свете. Не чувствую ничего сейчас и остаюсь камнем, смотрящим на то, как ее руки трясутся. - Я хранила твой блокнот и забыла о нем тоже. А сейчас, ты появляешься. Ты начинаешь пугать меня, да у меня мурашки по телу, когда вижу тебя, но есть что-то еще, что заставляет натягивать канат внутри, - она не смотрит на меня. Разглядывает стены в метро и глубоко дышит. - Думаешь, я не поняла, что ты хотел сделать в том сквере? - Если бы я захотел, ты бы не знала об этом, - это так. Сара громко дышит. Всю дорогу она молчит. Только когда мы через сорок минут подходим к ее общежитию, она поворачивается. Ее настроение отчаянное. Она забирает у меня сумку. - Ты скажешь, в чем дело? - спрашивает она. Я все еще не включаю голову. - Первая страница, Сара. Все будет ясно, - отвечаю я. Она злится, между бровей пролегает складочка и она кусает губы. Она разворачивается и идет к входу, я все еще смотрю ей вслед, когда она разворачивается и быстрым шагом идет обратно ко мне. Сумка падает под ноги, и она обвивает руками мою шею и прижимается щекой к груди. Мне нельзя включать голову, нельзя, но что-то проскальзывает, и мои руки прижимают ее ко мне за талию. - Доброй ночи, - шепчу я. Сара всхлипывает. У нее нет настроения, и она чувствует себя расклеенной. Если бы я чувствовал, что было бы? Сара расслабляет хватку и отходит от меня на шаг. Опускает руки и поднимает сумку. Бросает на меня взгляд и без оглядки идет внутрь.***
Только дома я включаю голову и чувствую пустоту. Пустоту, которая обволакивает каждую мою клеточку и делает меня таким ничтожным и слабым. Пустота, которая разрушает меня и на секунду приближает меня к жизни человека. Тишина в моей голове невыносимая. То, что сделала Сара сегодня, можно назвать подвигом для меня. Я не люблю быть тем, кем я не являюсь. Быть человеком, который может быть таким придурком. Я направляюсь к домашнему телефону и набираю номер. - Алло? - спрашивает сонный голос. Я молчу пару секунд и облизываю губы. Жмурюсь, чтобы не выдавить из себя слезы. - Это Гарри, - произношу я. Слышу удивленный вздох. - Гарри, Господи, Гарри! - рыдание навзрыд и голос моей мамы смешивается с всхлипами.