Будь, что будет

      Очнулся он на скамейке возле своего дома. Знакомый йоркширский терьер мочился на его штанину, а рядом со спокойным видом прогуливалась хозяйка пса.       — Уберите собаку! — возмутился Яо.       — Наркоман! — возмутилась женщина, но подняла собачку и прошествовала в подъезд. Ван недовольно посмотрел на мокрую штанину и раздраженно сплюнул.       Приснилось ему, что ли?       В пользу того, что приснилось, говорило полное отсутствие каких-либо царапин на обоих запястьях. Он даже почувствовал некоторую досаду — такое приключение, и во сне!       Но как он добрался до дома? Вообще не помнил.       Пожав плечами, Ван встал, нашарил в кармане ключи от дома и бумажник, внимательно проверил содержимое последнего (все деньги оказались на месте) и побрел в квартиру.       Он жил в небольшом старом пятиэтажном доме, отлично отремонтированном. Квартиру ему сдавала очаровательная бабушка лет восьмидесяти, классический божий одуванчик, которая опекала парня как сына и нередко подкармливала его пирожками. Ван не говорил ей этого, но иногда ее пятничные пирожки составляли весь его недельный рацион. Он привык к голодовкам, и совершенно не жаловался.       Парень проверил отсутствие новостей в почтовом ящике и пешком поднялся на свой этаж.       Дверь его квартиры была, как положено, заперта. Он вставил ключ в замочную скважину, трижды повернул, шагнул в квартиру и едва не потерял сознание от ударившего в нос запаха серы.       «Что за?..».       Перепуганный Яо ворвался в холл, на ходу снимая ботинки, влетел в кухню и обомлел.       Прямо на столе сидело совершенно незнакомое ему существо и жевало сырые сосиски, уставившись в экран мутного старого телевизора, стоявшего на холодильнике. Оно какое-то время не замечало вернувшегося хозяина, а потом заметило, повернуло к нему голову и улыбнулось.       Это было… Его было довольно сложно назвать даже гуманоидом. Может быть, если подключить фантазию, что-то человеческое можно было в нем рассмотреть, но у бедного китайца с фантазией было туго.       Существо глядело на него ярко-фиалковыми глазами. На его голове росли густые светло-русые волосы, тело было покрыто короткой темно-коричневой шерстью, а в изогнутом в улыбке рту были видны острые желтые зубы, то тут, то там украшенные кусками подгнившего мяса и сосисок, которые существо только что пожирало.       За спиной можно было узреть два гигантских фиолетовых крыла, типа как у летучей мыши, из задницы рос подвижный хвостик, напоминающий обезьяний, только полностью лысый, цвета человеческой кожи, а ноги оканчивались птичьими лапами с гигантскими, загнутыми книзу темными когтями. Во лбу у красавца, как положено, было два стильных рога, вроде как у взрослого горного барана, только загнутые назад, а не в бок, но такие же ребристые. А на шее у, надо отметить, в остальном абсолютно голого существа, сверкающего немаленьким достоинством, болтался длинный широкий шарф.       Оно откусило еще кусок сосиски и приветливо промурлыкало:       — Здравствуй.       Ван ощутил, как его ноги подкашиваются, растянулся на полу и зарыдал от страха. Оно испуганно вскочило со стола, подковыляло к нему и попыталось поднять. Тут Яо стало понятно, что источник запаха серы — его гость. От этого аромата кружилась голова и еще сильнее слезились глаза.       — Отойди! Не трогай меня! На помощь!!!       Нечто выпрямилось, задумчиво почесало затылок, а потом вынуло из шарфа какую-то бумагу и рассеянно на нее уставилось. Ван в это время пытался отползти и спастись бегством, но существо быстро нагнало его и сунуло под нос листочек. Яо чисто случайно прочел написанное:       «Я, Ван Яо, рожденный 1 октября **** года, заключаю контракт с дьяволом, согласно которому…»       И несколько красных капель внизу.       Яо упал головой на пол и прохрипел.       — Ты… Дьявол?..       Судя по лицу существа, оно было польщено.       — Ну, не совсем, — оно улыбнулось, и Яо увидел, как промеж острых зубов пробежала небольшая многоножка. — Я только учусь. Я демон. Меня зовут Иванус.       Иванус легко поднял парня за плечи, водворил обратно на кухню и усадил на стул, а сам принялся заваривать чай.       — Тебе Элизабетус не объяснила? Ты подписал контракт. Теперь я буду исполнять любые твои желания, вплоть до того момента, пока ты не скажешь заветные слова…       — Да, я знаю, «я тебя»…       Подвижный хвост демона взметнулся и стукнул Яо по губам.       — Что, твоим главным желанием было меня увидеть? Не говори этих слов, пока не насладишься жизнью!       Он поставил перед Яо чашку чая, на которую тот тут же набросился.       — И имей ввиду: я не должен знать о твоих словах!       Яо посмотрел на него, не прекращая пить горячий чай, а потом оторвался и выпрямился.       — И я могу загадывать уже сейчас, ару?       — Разумеется!       — Тогда… Тогда… Тогда сделай что-нибудь со своим запахом.       Иванус удивленно на него посмотрел, пожал плечами, а потом вытащил из своего шарфа странный баллон и, ничуть не смущаясь, сбрызнул его содержимым свои подмышки. Яо бросился к окну и раскрыл его нараспашку. Повеяло холодом, но запах серы начал понемногу уходить.       Яо принялся искать в аптечке таблетку анальгина, про себя отчаянно думая, что сделать со свалившимся на голову демоном.       — А что будет, если я скажу заветные слова прямо сейчас, ару-ка?       — Ну, я разорву тебя на куски, заберу твою душу и мы отправимся в ад.       Яо поежился.       — А потом?       — Ты будешь вечно страдать! — Иванус снова улыбнулся, и из его рта на этот раз выпало несколько сороконожек, шлепнувшихся на пол и активно по нему забегавших.       Ван сам не заметил, как оказался на антресолях.       — Убери!!!       — А мне казалось, тебе нравятся жучки…       Иванус выглядел озадаченным. Он подавил несчастных насекомых ногами, взмахнул рукой, и их трупики исчезли. Яо попытался слезть с антресоли, но понял, что не может.       — Сними меня, ару…       У демона были очень сильные и очень теплые руки, а еще широкие плечи и настолько высокий рост, что его рога царапали потолок. Он аккуратно снял Яо, словно фарфоровую куклу, и поставил на пол.       — Выполнено!       — Молодец, ару…       Да, с одной стороны, ситуация была хуже некуда. Похоже, Яо правда продал душу (кто бы в это поверил?) и теперь ему до конца жизни придется жить бок о бок с этим существом. С другой… Неужели он правда может все?       — Эй, — Яо робко окликнул демона, отвлекшегося на телевизор. — А ты правда можешь все что угодно?       — Почти, — Иванус повел плечом. — Я не могу спасти твою душу, сделать тебя ангелом, дьяволом или богом. И, если ты прикажешь мне влюбить в тебя женщину, то у вас никогда не будет детей.       — А если я прикажу… накормить меня, ару?       — Что за вопрос!       Иванус тряхнул шарфом, и вдруг старенький качающийся стол покрылся богатыми тарелками с самыми разными блюдами, причем одно было аппетитнее другого. Ван замер с открытым ртом.       — Ты хочешь, чтобы еда сама в тебя прыгала?..       — А… нет, нет ару. Я удивлен!       — Любой каприз за Вашу душу, — демон благородно улыбнулся и поправил шарф. — Чего стоишь, как на кол насаженный? Ешь!       Ван робко приблизился к столу. Горячая еда благоухала, от некоторых блюд поднимался пар. Парень робко поднял двумя пальцами кусок сыра с тарелки и направил в рот. Вкусно. Безумно вкусно!       — Кому скажу — не поверят, ару, — Ван поднял на Ивануса почти обезумевшие глаза.       Демон щелкнул пальцами.       — Едва не забыл предупредить! Если кому расскажешь: не важно, пьяный ли, под дурью ли, — твой контракт сразу считается завершенным и тебя забирают в Ад.       Яо захлопнул рот.       — То есть я не смогу пригласить Кику на обед, ару?       — Сможешь, сразу, как только придумаешь логическое объяснение, откуда все это.       Но думать у Вана времени не было. Он с жадностью набросился на еду, почти не чувствуя вкуса, ощущая лишь звериный голод. Иванус наблюдал за ним с каким-то родительским снисхождением и дожевывал последнюю сосиску.       Наконец, Яо немного успокоился.       — А ты сам не голоден, ару?       Демон осторожно опустился на соседний стульчик.       — Нормально. Я души ем.       — И сосиски?       — И сосиски. Помню времена, когда и у сосисок были души…       Ван откинулся на спинку стула, чувствуя тяжесть в животе.       — Уф, ару.       — Ну так? Что мы будем делать? Завоевывать женщин? Летать в далекие страны? Разжигать войны? Путешествовать во времени?!       — Спать, ару, — отозвался Яо, поджимая колени к груди и сворачиваясь калачиком на стуле. Сил идти в спальню не было, усталость и непривычная сытость со всеми переживаниями прошедшего дня навалились на плечи стокилограммовым камнем, глаза закрылись сами собой.       Иванус разочарованно вздохнул.