В травы

Драко ждал его дома, утопая светлым затылком в высоком кресле. Его вздёрнутый к потолку подбородок слегка подрагивал, выдавая негодование, иначе Гарри прошёл бы мимо, решив, что супруг задремал. Тишина, тем не менее, не показалась герою звенящей, возможно, потому что он больше не испытывал в присутствии мужа привычного напряжения, а возможно, потому что старые дома всегда были наполнены звуками, и теперь Гарри отчётливо слышал это, ведь голова его после выпитого намедни побаливала, делая героя особенно чувствительным к окружающим его звукам. Не говоря ни слова, Гарри устроился в кресле напротив мужа. Гостиная Блэков приветствовала его боем часов, оглушительным, как показалось герою, ещё недавно собиравшемуся отправиться прямо в постель, прихватив с собой какой-нибудь опохмел из бара в гостиной. - Что, спиваешься, Поттер? Гарри скорее удивился, чем обиделся, ведь в голосе мужа вновь зазвучали те протяжные, дразнящие нотки, которые в школьные годы сводили его с ума. - Допустим, - неожиданно даже для себя ответил Гарри, - а ты что, против? - Да как тебе сказать, - протянул Драко, чьи глаза все ещё были прикрыты, - неприятно удивляет, что ты ищешь понижения в должности, чтобы предаваться пагубному воздействию алкоголя. Уход от ответственности - как-то это мелко для тебя, Поттер. - Или нет, - Гарри пожал плечами, хотя Драко не мог этого видеть, - я ведь всегда был малодушным шрамоголовым ублюдком. - Да? - протянул аристократ с деланным удивлением в голосе. - А я-то думал, что ты родился в законном браке, ну надо же. - Драко, чего ты хочешь? - внезапно Гарри почувствовал, что начинает терять терпение. - Любви и ласки? - Гарри так растерялся, что даже испытал облегчение, когда Драко продолжил в своей привычной манере. - Чтобы меня спросили, хочу ли я войти в семью, где рождаются малодушные шрамоголовые ублюдки, прежде чем насильно исключать из моей собственной?! Где родители умирают, не увидев первых шагов своих детей? - Да в чём ты меня обвиняешь? - Гарри не ожидал от себя такого высокого голоса. Казалось, его голова превратилась в колокол, так сильно она гудела от его же собственных обертонов. - Я разве тебя не спрашивал перед алтарем?! И ты сказал мне: "Да"! Так в чем твоя проблема сейчас?! Не знал, что я такой ублюдок?! - Да! - Драко распахнул глаза и тут же сузил их до маленьких щелочек. - Думал, это просто слова, которое мы говорили, чтобы уколоть тебя. Не знал, что ты не захочешь иметь детей, потому что не знаешь, что такое семья. Не думал, что полезешь в мою семью и попытаешься лишить меня родителей, потому что не знаешь, что такое родители. Кто ты вообще такой, Гарри Поттер, чтобы принимать такие решения за меня?! - Твой законный муж, - напомнил Гарри сухо, - действующий в твоих интересах. - Я - не твоя собственность! И я - мужчина. Так что законный брак или нет, это не так работает. - Вот именно, - подытожил Гарри. - Я тоже мужчина, как и ты, и я в курсе, что у двух парней детей быть не может, в отличие от тебя, похоже. Не знал, что было, что обсуждать до брака. С этими словами Гарри достал из кармана мантии два фиала, что вызвало у Драко сдавленный вздох. Фиалы тот, очевидно, узнал, потому что упал на колени, едва вскочив с кресла, и так, как был, на коленях, подполз к Гарри, вызвав в нём прилив непонимания и ужаса. - Ты сделаешь это для меня?! Герой в шоке смотрел на мужа, вцепившегося в его ладонь с фиалами. Он сам не знал, зачем выпросил их у Невилла, ведь не могло быть и речи о том, чтобы отставить мечты об аврорате и заняться вынашиванием нежеланных детей только лишь для того, чтобы Драко почувствовал себя лучше. - Нет, Драко, никто из нас не станет подвергать свою жизнь опасности, - Гарри зажал фиалы в кулак, выдернув ладонь из цепких пальцев супруга. - Во всяком случае, не для того, чтобы обзавестись спиногрызами. - А для чего?! - Драко скривился. Он выглядел скукоженым и жалким, и к своему ужасу, Гарри впервые испытал к супругу сильное отвращение. - Для чего ещё жить тогда?! Этого Гарри вынести не мог. Некстати мелькнула мысль, что как-то так, должно быть, и рассуждали его собственные родители, пытаясь защитить его ценой собственной жизни. И ещё стало горько от осознания того, что их нерождённых детей, которых у них теперь уже никогда не будет, Драко любит больше, чем его, реального и вполне осязаемого Гарри, своего мужа из плоти и крови. Не выдерхжав такого открытия, Гарри вскочил со своего места и, оттолкнув супруга, буквально сбежал в камин, выкрикнув: "Годрикова лощина".