В травы

Мальчишник в "Дырявом котле" казался Гарри странной идеей, но отговаривать Рона он, конечно, не стал. Не исключено, что в жизни каждого волшебника со времён принятия Международного статута о секретности наступал такой период, когда скученность и замкнутость магического сообщества начинала раздражать. В этом плане Гарри понимал чистокровных с их ненавистью к магглам, хотя, понятное дело, не поддерживал. Повод для раздражения был немаленьким, даже он, в прошлом житель малочисленного Литтл Уингинга, сознавал это. Трансгрессия, камины и порт-ключи - всё это помогало разбавить ощущение ограниченной свободы передвижения, но регламент в одежде и сокрытии домашних питомцев не могли не раздражать, точно так же, как использование большого количества сильнейших скрывающих заклинаний. Пожиратели смерти умело воспользовались этим раздражением, стоило отдать им должное. - Тише, вдруг кто-нибудь услышит! Гарри сам не заметил за своими мыслями, как очутился у двери комнаты N11, где ему пришлось жить до конца летних каникул перед началом третьего курса. Гермиона и Уизли тогда уехали в Египет, и хотя герой не завидовал им, он чувствовал себя одиноко в ожидании друзей. - Да кто услышит? Нет никого, - голос за дверью явно принадлежал Невиллу: хотя он и звучал довольно глухо, ошибки быть не могло. Гарри вспомнил, как заколдовал тётушку Мардж, и как ужасно чувствовал себя в ожидании последствий, ведь он нарушил статут о секретности, продемонстрировав своё колдовство за пределами мира волшебников. За дверью кто-то страстно вздохнул, послышался шорох одежды, затем влажный звук поцелуя, опять шуршание и за ним - шлепки. Гарри отпрянул. Он хорошо помнил тот год - год знакомства с Сириусом и Ремусом. Ему понравилось жить отдельно от Дурслей: хоть комната и не была роскошной, в ней был замечательный камин, тепло от которого Гарри до сих пор легко воскрешал в памяти, стоило ему прикрыть глаза. Хороший был год: несмотря на то, что Гриффиндор проиграл Пуффендую, Кубок школы они все-таки выиграли. Даже странно, что первыми на ум приходят не Карта мародеров и дополнительные уроки Защиты от темных искусств, а изувеченный "Нимбус" и новенькая "Молния". - О чем задумался? - Рон появился как нельзя более кстати: вдвоём предаваться воспоминаниям всегда интереснее. - Когда в последний раз мы играли в квиддич? - ответил Гарри вопросом на вопрос. Рон пожал плечами, но ответить не успел: в этот самый момент дверь комнаты N11 приоткрылась, и в неё просочилась Ханна Аббот. - Вы что здесь делаете? - кокетливо осведомилась она, закрыв дверь ключом. - Действительно, - Гарри потрепал друга по плечу, - без салонных девиц комнаты снимать смысла нет. Ханна хихикнула и направилась вниз по лестнице, слегка покачивая бедрами. Одежда её выглядела чуть растрёпанной, но не более того. - Она же не подумала...эээ, - Рон замолчал, подбирая слова. - Что мы с тобой хотим уединиться? - подсказал Гарри. - Не думаю. - Ох, - Рон шумно вздохнул, - чует моё сердце: нужно было брать с собой шлюх. Это полный провал! - Не уверен, - поддразнил друга Гарри, - но что-то в этом есть. Думаю, они, - здесь герой кивнул на макушки собравшихся за одним большим и длинным столом парней, вид на которые открывался с площадки лестницы второго этажа, к которой друзья успели незаметно для себя дошагать в ходе разговора, - запомнят твой мальчишник надолго. - Только ленивый не будет завтра обсуждать мой провал, - закатил глаза Рон. - Ты однозначно станешь легендой, - не стал отпираться Гарри. - Здесь нужна Гермиона, - провозгласил Рон. - Ты со мной? И прежде, чем Гарри успел согласиться, Рон взял его за руку и рванул пуговицу жилетки, активировав порт-ключ.