По следам хищного зверя

- Ты бы это лицо видел, когда до него дошло, что я пришел за ним, а не ты, - Тони в красках описывал Тору вчерашний визит в местный участок полиции. – Глаза большие, напуганные… - А ты бы как себя вел в его ситуации? – Одинсону давно не приходилось просить помощи, но вести автомобиль сам он не мог, посему задолжавший по нескольким статьям Старк оказался очень кстати. - Я, если и попадал за решетку, то оставался там как минимум на пятнадцать суток, - отшутился Тони. – В общем, парень в шоке. Не ожидал он такого расклада. И еще, - Старк с серьезностью взглянул на Тора. – Возможно, к вам в дом придет суровая и недолюбленная противоположным полом мадам, чтобы найти повод лишить тебя родительских прав. Жди. - Да я сам себя в скором времени их лишу, - ответил Тор. - В смысле? - На сколько я выгляжу, Тони? – Одинсон устало откинулся на подголовник и посмотрел на Старка. - Тебе всегда тридцать, сколько я себя помню. - Сейчас, все же, тридцать один, - Тор прикинул реальный возраст к внешнему виду. – А Локи? - Я понял. Скоро младенческий пушок сойдет окончательно, да и вообще он уже выглядит старше своих лет, особенно с тем, что у него… - Тони обвел указательным пальцем лицо и голову. – Ты понял. - Если честно – не очень, - Старк обмолвился, что Локи уж больно намудрил со своей внешностью, но вот что именно он с собой сделал, Тор так и не узнал. – Я к тому, друг, что мне нужно еще кое-что. - А малец-то с тобой двинет? – только после того, как слова были сказаны, Тони решил, что в этой ситуации ему стоило промолчать. - Это у него спросить надо, - Тор нервно сжимал и разжимал пальцы правой руки. Это позволяло разгонять кровь по венам, чувствовать, что все в порядке, что единственная здоровая конечность, коей не коснулась гликемия, не потеряла чувствительность. С Одинсоном такое происходит не в первый раз, и он знал, что в итоге все встанет на свои места, но детский страх затаился так глубоко внутри, что просто забыть о нем не получится. - Ты бы Бартона набрал что ли, - Тони кивнул на плечо Тора. – Или к врачу сходил. - Прямой дорогой к ветеринару, - в салоне Вольво стало тихо, что даже проезжающие мимо машины будто бы и не издавали никаких звуков. – А он?.. - Вам бы вместе сходить, - большое благо говорить с понятливым человеком, коим Старк являлся в полной мере. – Могу телефон хорошего хирурга дать. Та штуковина, что он вмонтировал себе в бровь… - Что сделал? – ужаснулся Одинсон. - Пирсинг, человек из двадцатых годов, это называется пирсинг. Как у женщин уши, только… В разных местах. Так вот, это лучше показать врачу, кажется, его сделали первым, что попалось под руку, и выглядит он не очень. Прямо, как ты, - Тони всегда умел объяснять ясно и доходчиво. - Что ты так привязался к двадцатым годам? – неосознанно Тор понял, что Старк делает неоднозначные намеки, да только расшифровать их мозгов, к сожалению, не хватало. - А то, что времена сильного и большого Тора кончились, теперь ты должен быть крутым и современным. - Со мной что-то не так? – Старк критически осмотрел Одинсона с головы до пят и, дернув бровью, тяжко выдохнул. – Что? - Одинсон, ты как из средневекового портрета вылез! При мысли о твоей осанке, у меня в голову приходит одно слово – идеальная. Ты говоришь так, будто повидал все на свете, и я не про слова – интонация. Тебе сложно надеть что-то кроме однотонного вязаного свитера, белой рубашки или пиджака? Вот та же фигня с Роджерсом была, да только тот на сюртуки западал, котелки всякие и брюки клетчатые. Но на его эпоху пришлось второе рококо, а это… - Старк ошарашено замотал головой, будто пытаясь избавить себя от этих мыслей. – Мрак. Хотя напудренные парики были куда хуже. - И где же сейчас Роджерс после твоих нравоучений? - А хрен его знает, - с некой злостью выпалил Тони. – Явно где-то очень далеко. Тор смутно помнил Стива, но при этом отлично знал, что Роджерс куда старше его. Ходят легенды, что Стив стал другим в очень раннем возрасте, посему сказать точно сколько ему лет, никто не мог. Врожденная страсть ко всему необычному дала Старку довольно интересный круг общения, в котором представителей человеческой расы было раз, два и обчелся, зато других Тони знал больше нескольких сотен. С некоторыми он общался по-дружески, к кому-то испытывал неприязнь, а кого-то помнил как всегда доброго и веселого дядюшку Стива, который имел в запасе вагон и маленькую тележку интересных историй. Когда Старк вырос, Роджерс по старой дружбе выпросил у него новый комплект документов. О продолжении этой истории, да и отношений между этими двумя остается только догадываться. - Так о чем я? – Тони решил не ворошить прошлое. – У тебя есть шикарная возможность прижиться в реальном времени, - на лице Тора отразилось непонимание. – Возможность твою Локи зовут. Парнишка такой, темноволосый, живет с тобой. Помнишь? Он сейчас как губка впитывает все новое, начнется период проб и ошибок, так что тебе мешает заняться этим вместе с ним? Изучи современную музыку, сходи на парочку концертов, обнови гардероб и ремонт, посмотри с десяток фильмов и… - Старк в очередной раз обернулся к Тору. – Отрежь этот хвост! - Хвост? - Волосы, Одинсон, волосы, а то тебе уже в пору косы заплетать. Оставшееся время до их города Тор делал вид, что слушает Старка, пока тот распинался на тему величия современности и плюсов технического прогресса. На деле же он думал, как дальше вести себя с Локи в реальной и суровой действительности? Тактика войны казалась бесполезной: суровая и полностью вооруженная армия в виде человеческих взбунтовавшихся гормонов все равно одержит победу и плюсом вымотает морально. Тут даже пытаться не стоит. Пойти на попятную? Признать, что был неправ? Тоже не вариант, тогда Локи может спокойной садиться Тору на шею и ездить на ней хоть до умопомрачения. Да и нельзя оставлять безнаказанным то, что Локи в свои четырнадцать успел отметиться в отчетах полиции. И с чего Тор так уверен, что Локи дома и не успел сбежать еще раз? Если есть на свете точный пример слову «сложно», то на нем должен быть изображен подросток. - Что с тобой? - Тор хотел задать тот же самый вопрос. Правый висок Локи был начисто выбрит, остальная же часть волос зачесана на левую сторону. Опухшее место прокола брови выглядело, мягко сказать, не очень хорошо, благо с двумя новыми «дырками» под нижней губой обошлось, они, конечно же, опухли, но такой синюшностью точно не отдавали. - Приболел и устал, - честно ответил Одинсон. Доканывать расспросами было бы совсем не вовремя. По крайне мере они оба дома, они разговаривают и вроде бы даже не собираются ругаться. - Ты? – удивился Локи. – Заболел? - Я не человек, но и не железный. - Парень думал, что ты бросил его, - довольный Тони беспардонно вошел в дом Одинсона, таща на себе тяжеленую сумку самого ценного, что Тор набрал с собой. – А тут ты, еще и в таком состоянии. Драма-драма, - поставив сумку на пол, Старк наигранно вскинул руки к потолку. – Все, ребята, я вам тут наследил, теперь разбирайтесь сами, - отсалютовав, Тони отвесил еще более наигранный поклон и удалился. - Ты действительно думал, что я тебя бросил? – Тор был очень рад видеть Локи, но от этих мыслей ему стало грустно, что явно отразилось на его лице. - Я ушел, ничего не сказал, не звонил четыре дня… - Прошло четыре дня? – внутренний календарь Тора явно лагал. - Потом не успел сбежать, когда пришла полиция, меня загребли и… Ты не пришел, - непонятно кто из них был больше расстроен, но такое лицо Одиносон видел у Локи впервые. – Что я должен был думать? – Тор представить не мог, что реакция Локи будет именно такой. – Потом мне рассказали про Грегора, про то, что тебе пришлось уехать... - А за что тебя поймали? – осторожно спросил Одинсон, поняв, что он даже не потрудился узнать причину. - Оказался не в том месте, не в то время, - пожал плечами Локи. – Копы тебе звонили, но ты не ответил. - Локи, я не знаю почему… - Тор, - во взгляде Локи промелькнула уверенная строгость. – Забудь. Так что с тобой? - Специфический я – специфические болезни, - Тор никогда не вникал в причины своего недуга, но смутно о них догадывался. Локи в ответ отвел взгляд и шёпотом чертыхнулся. – Что? - Прекрати говорить загадками. - Со мной все будет в порядке, - набравшись смелости, коей так не хватало в последнее время, Одинсон решил выяснить все прямо сейчас без каких либо отлагательств. – Я не хочу, чтобы ты больше сбегал, - внимание Локи обратилось к Тору. – Я взял за тебя ответственность и скидывать ее только потому, что мне сложно, не стану. Это твой дом, а я тот, кто будет твоим опекуном и дальше, конечно, если ты хочешь этого сам. У нас будут ссоры, далеко не одна и, возможно, куда серьезней этой, но ты должен знать одно – я могу не быть на твоей стороне, я могу злиться, чего-то не понимать и не принимать, но я никогда от тебя не откажусь. За те четыре дня, которые показались Тору одним, но очень долгим, он смирился, что Локи действительно ничем ему не обязан. Это Тор, сам, сознательно, взял его к себе на попечение, и везением или неудачей это было решать далеко не ему. Пускай Локи вырастет, пойдет своей дорогой, устроит семью, но при всем этом Тор может остаться рядом. Несправедливо то, что при таком раскладе Одинсон увидит старость и смерть Локи, но ведь он может оставить после себя детей, внуков и даже правнуков, так что Тору всегда будет чем заняться. Взять хотя бы семью Старков – рядом с ними, как гласят слухи других, уже сто двадцать лет ошивается некто Стив Роджерс. Наверное, стоит найти этого Роджерса и спросить, как ему это, черт возьми, удается. - Я ошибся, - через несколько секунд Локи нарушил молчание. – Мне нравится то, как я выгляжу, мне нравится свобода, гулять по вечерам и слушать музыку, решать что и когда делать, но я искренне ненавижу тех, кто был рядом со мной, пока меня не было дома, - от такого заявления Тор опешил. Локи никогда не бросался словами о ненависти и никогда не говорил столь категоричные вещи. – Они глупые, мелочные, безынициативные, им ничего не нужно, кроме тупых и плоских развлечений. Ты даже не представляешь, через что мне довелось пройти, - чуть тише добавил Локи. - Они не все такие, - если решаться на перемены, то идти до конца. Дальше строить золотую клетку для Локи глупо и не правильно. – Ты не сразу найдешь тех, кто подходит тебе, но со временем они придут. Люди, с которыми тебе будет комфортно. Возможно, их будет много, может, мало, а, может, и вовсе один. Я не знаю, но того, кто будет понимать тебя, ты рано или поздно встретишь. - У тебя есть такие? - первая мысль пришедшая Тору в голову, что Локи издевается, но, незаметно принюхавшись и разобрав эмоции, витавшие в воздухе, понял, что сам выдумывает себе проблемы. - Мы видимся крайне редко, но если мне или им понадобится помощь, то это, обычно, решается очень быстро. - Тони один из них? - Одинсон кивнул. - Он сказал, что оторвет мне голову, если я вновь посмею сбежать. - И что ты ему ответил? - ну, Старк, ну трепло и любитель сунуть свой нос не в свои дела. - Ответил, что потом ты оторвешь голову ему. - Значит, решил больше не сбегать? - Посмотрю по ситуации, - что первое понравилось Тору в Локи? Наглость, которая теперь вышла на другой уровень, более взрослый и осознанный. - Я не смогу отдать тебя в школу в середине года, но... - Я и не собираюсь туда идти, - Одинсон посмотрел на Локи с немым вопросом. - Не хочу подстраиваться под других. - Это умение иногда очень пригождается в жизни. - Значит, я не буду жить такой жизнью, - категоричность, против которой не попрешь. Тор не хотел выращивать конфликт на пустом месте. - И еще, - но в одном вопросе Одинсон решил не церемониться, а ясно дать понять, что некоторые вещи не обсуждаются. - Мы переезжаем. Ты становишься слишком взрослым, чтобы я дальше играл роль твоего отца. - Я хочу в Лондон, - незамедлительно выпалил Локи. - Не центр, если только самая его окраина ближе к природе. Возможно, соседний город, но не сам Лондон, - последнее слово было за Тором. - Если ты теперь не мой отец, то кто ты? – Локи быстро перевел тему, показав этим, что с ним всегда можно договориться, и в данный момент он всем доволен. - Можешь представлять меня как брата, - кому именно Локи будет его представлять, Одинсон не уточнил, но, наконец, позволил это делать.