На скорости

      Это место привлекло Коула очень давно, сразу как он наткнулся на него. Харриет тогда только-только начала разрешать ему гулять одному в городе, и Коул, будучи очень активным ребенком, побежал в парк, находящийся недалеко от дома. Мальчику было хорошо, несмотря на то, что он был один. Он гулял по аллеям, разглядывал птиц, облака, деревья. Тогда ему всё казалось невероятно потрясающим, ярким. В тот день, бродя в конце парка, он наткнулся на маленькую беседку, в которую вскоре привел своего друга Эрика. С тех пор эта беседка стала их местом. Ее стены «знали» действительно многое: и смешные истории, и о проблемах в семье, и о первом поцелуе с девушкой.       Вот и сейчас беседка «слушает» разговор Коула с Эриком.       — Так вот, представляешь, Элис тогда очень злилась, но, как итог, мы вместе, — сказал Эрик и улыбнулся. — У тебя-то что?       — А что у меня? — проговорил Коул, посмотрев в сторону. — Гонки стали чем-то вроде идеи икс. Я начал ими жить. Они и наяву, и во сне.       — Гонки, говоришь... — задумчиво протянул Эрик. — А ну-ка, идем со мной. — Он поднялся и вышел из беседки.       — Куда? — подорвался за ним Коул. Парень очень удивился, заметив, что в небе больше нет солнца. Теперь там орудовали звезды и луна.       — Сюрприз, — было ему ответом.

***

      — Коул, чего молчишь? Неужели не нравится? — голос Эрика заглушали музыка и кричащая толпа. Но отчетливее всего Коул слышал звуки двигателей.       — Я хочу участвовать, — Коул перевел взгляд на своего друга. Тот улыбнулся — видимо, именно такой реакции он и ожидал. Спустя минуту Эрик затерялся в толпе, а Коул не мог оторвать взгляда от машин, которые всё подъезжали и подъезжали к старту. Такого разнообразия не было даже в его родном городе, хоть тот и многим больше Кентона. Вот к старту подъехали очередные любители адреналина. Взгляд Коула зацепился за темно-синий Mustang. Капот машины был настолько чист, что, казалось, всё окружавшее отблескивало в нем. На секунду Коулу показалось, что в отражении он заметил себя. Парень усмехнулся. Видимо, не один он поклонник классики.       За линию старта вышла девушка в короткой — нет, в очень короткой — юбке, в лифчике и на высоких каблуках. Она стала ровно на середине трассы. Помахав пальцами водителям, взялась за застежки лифчика. Послышался звук заводящихся двигателей, после чего, расстегнув белье, девушка вытянула руки, всё еще держась за ткань с противоположных сторон. Обстановка накалялась, зрители свистели и кричали, кто-то порывался даже выскочить на трассу. Далее Коул видел все, будто в замедленной съемке. Девушка без каких-либо препятствий (видимо, долго тренировалась) сняла одной рукой лифчик и подняла его вверх, другой прикрывая оголенную грудь. В этот самый момент машины ринулись вперед, оставляя после себя лишь выхлопные газы. Казалось, визг шин был слышен даже в соседнем городе.       Коул не мог оторвать глаз от происходящего на трассе. Он смотрел на синий Mustang. Как водитель ловко маневрировал среди других машин. Как он вырвался вперед. Коул честно пытался отвести взгляд, особенно когда пришел Эрик и сказал: «Коул, ты участвуешь», но у него не получалось. Ему важно было знать, кто приедет первым. Синий Ford Mustang или белая Mazda RX7, которые были ближе всех к финишу. Секунда, вторая, любитель классики подается влево, тем самым запугивая своего соперника, который тоже вывернул руль влево. Видимо, он старался избежать столкновения. Но, увидев, что его соперник пересекает линию финиша первым, пожалел, судя по тому, как он выскочил из своей машины и пнул колесо.       Оглушающий визг давил на уши, Коул повернулся к радостному Эрику.       — Эрик, я хочу участвовать.       — Ты шутишь? Я тебе уже сказал, что ты участвуешь, я обо всем договорился, — улыбнулся Эрик.       — Как? Когда? — удивлению Коула не было предела.       — Идем, — засмеялся его друг. — Я обо всем тебе расскажу подробно.

***

      Ночной Кентон прекрасен. И не потому, что там были какие-то сверхпопулярные клубы, рестораны, пабы, вовсе нет. Кентон прекрасен из-за того, что ночью тут тихо. Тихо и спокойно (если вы, конечно, не на гоночной точке). Если находиться недалеко от домов, то вполне можно услышать работающий телевизор или плачущего ребенка, которого пытается успокоить мать. Как шумит под ногами асфальт, как где-то за углом мяукает кот, как от несильного ветра шелестит листва — и это совсем не мешало мыслям. Да, ночной Кентон позволял думать. И всегда эти мысли были оптимистичными. Многие люди, когда у них были проблемы, выходили из своих домов и просто гуляли. Гуляли, думали и улыбались. Ночью Кентон словно говорил «Всё наладится, не смей в этом сомневаться». И люди не сомневались.       — Когда ты успел договориться? — тихо спросил Коул. Несмотря на то, что он говорил тихо, Эрик прекрасно расслышал.       — Ну ты даешь, друг! — рассмеялся Эрик. — Ты настолько был занят гонками, что не заметил моего исчезновения? Ну да ладно, поговорим о более важных делах, — голос парня тут же приобрел серьезные нотки. — Итак, обычно, участникам приходит сообщение на телефон со временем и местом проведения гонок. Сообщение приходит утром, за три дня до гонок. Если ты будешь участвовать, то просто игнорируешь, если нет — присылаешь букву «П». Также в сообщении обычно указывается сумма минимальной ставки. В заезде участвуешь с ребятами, чьи ставки близки с твоими. Сразу едут бедняки, а в конце, так сказать, дорогие.       — А парень на синем... — Коул хотел было спросить, из богатых ли Классика, как прозвал он водителя Mustangа про себя, но понял, что это будет звучать глупо.       — Он из бедных. Но за свои заслуги соревнуется с «дорогими».       — За какие заслуги? — тут же задал вопрос Коул.       — А он всегда побеждает. Еще никому не удавалось приехать быстрее него. Никому, Коул, поэтому даже не думай соревноваться с ним, понял? Если не хочешь проиграть, то соревнуйся с другими.       — А я не проиграю, — уверенно заявил Коул и улыбнулся. — Кстати, а под каким именем ты меня регистрировал?       — О! Тебе понравится, — снова начал смеяться Эрик.       — Эрик! — Коул испуганно замер посреди дороги.       — Ну что? Ты у нас Коли.       — Ты помнишь? — удивился Коул.       — Конечно, как я могу забыть твоё детское прозвище, которое, кстати, я же тебе и дал, — похлопал друга по плечу Эрик, и ребята отправились дальше. Навстречу приятной Кентонской ночи.