Измени мою жизнь

      Это произошло в ту ночь, когда лишь тусклые фонари освещали ему дорогу. Даже эти самые проводники в мир света не могли помочь ему, предупредить. Омега не был трезв, но он и не был настолько пьян, чтобы не спешить домой. Все знают, что ночью находиться на улице в одиночку опасно. Но всё произошло слишком внезапно.       - Если хочешь жить - не поворачивайся, - прохрипел незнакомый грубый голос, а в спину уткнулся конец лезвия, одним уколом возвращая в эту мерзкую реальность, в которой живем мы все. В нашу реальность.       - Ч-что Вам нужно?.. - прошептал омега, смотря перед собой. Его пальцы в секунду похолодели, на лице выступил пот. Ему было страшно. Так страшно ему никогда еще не было. - Можете забрать все деньги, что у меня есть... Все заберите... Только, умоляю, не убивайте мен... - судорожно шептал он, пока тяжелый, глухой удар рукояткой ножа по виску не заставил его повалиться на безлюдную мостовую. Мостовую, что была глуха к его мольбам. Незнакомец убрал нож в карман и наклонился, грязными пальцами сжимая щиколотки молодого омеги и волоком таща его в переулок еще более темный, нежели мостовая.       Когда мозг, гудя, все-таки вытащил жертву из придуманных им же бредней, молодой мужчина приоткрыл глаза и попытался подняться с мокрого асфальта. Но был тут же прижат рукой пыхтящего насильника обратно. Только сейчас он понял, что в нем двигаются. Его модные, слегка зауженные брюки вместе в бельем были спущены ниже колен, незнакомец упирался рукой в плечо омеги и насиловал его, насиловал жестко, быстро. Юноша тихо простонал, пальцами с короткими ногтями скребя холодный, грязный асфальт, захлебываясь в своих слезах. Последовал еще один удар, который вновь утопил его в бреду.       Бедра омеги были перепачканы кровью.

***

      Очнулся Карл оттого, что какие-то ниточки щекотали его ногу. Открыв свои глаза, опухшие, красные, он повернул голову и увидел среднего размера серую крысу, которая, словно почуяв, что омега очнулся, поднялась на задние лапки и смешно шевелила усиками. Но Карлу не было смешно. Вскрикнув и дернув ногой в попытке отогнать от себя крысу, он промахнулся, но крыса, словно решив, что хватит с юноши мучений, сама опустилась на четыре лапы и быстро засеменила за дом.       И Карл вспомнил все, что произошло прошлой ночью. Вот почему у тебя, Карл, болит голова. Вот почему безумно жжет у тебя между ног.

Тебя изнасиловали.

      Паника накрыла его с головой, словно волна, начиная метать его разум-щепку по бушующему океану.       - Нет.. Нет... - шептал он твердо, резко поднимаясь и пытаясь сделать шаг, но он не смог из-за своих джинсов, спущенных ниже колен. Зацепившись о них, потеряв равновесие, омега упал вперед, врезаясь грудью в стену и громко рыдая, пальцами стараясь зацепиться за кирпичи стены дома, соскальзывая вниз, задыхаясь в приступе. - Нет! Нет!..       Какой-то старичок услышал его крики, а когда спустился вниз, то обнаружил молодого мужчину сидевшим на асфальте, спиной к стене. Он обнимал свои колени и покачивался вперед назад, что-то бормоча себе под нос. Старичок стразу понял, что произошло.       Первым делом Карла отвезли в больницу. Его толстая кишка была повреждена в нескольких местах от такого жестокого насилия всухую.       - ... К сожалению, преступник не оставил никаких следов после себя в теле юноши. Смазка, сперма. Ничего. Похоже, он опытный насильник. Мы обработали раны юноши, на данный момент мы устанавливаем его личность...       Карл слышал, как все это полицейскому говорил молодой врач со спокойным голосом, который еще пять минут назад обследовал жертву. Возможно, он специально не отошел далеко от палаты, в которой находился омега, чтобы тот понял - нет никаких шансов, что того, кто его изнасиловал, поймают.

***

      Высокий, некогда симпатичный омега превратился в ходячий скелет. Он почти ничего не ел, потому что у него не было аппетита. Он посерел, глаза его стали пусты и безразличны. Когда его выписали из больницы, он понял, что боится. Боится каждого шороха, каждого проходящего мимо человека, которому, честно, было глубоко плевать на Карла. Но он боялся. Он боялся, что это произойдет с ним вновь.       - Я не хочу быть омегой! Пожалуйста! Я знаю, что у Вас большой опыт! Пожалуйста, помогите мне!       - Да как такие мысли Вам в голову могли прийти, молодой человек?! Немедленно покиньте мой кабинет! Немедленно! - кричал очередной хирург, выталкивая омегу за дверь.       - Да как Вы можете?!       - Не Вы первый, не Вы последний!       Конечно, Карл понял, что врач имел в виду. "Не тебя первого трахнули против воли в подворотне, да и не тебя последнего."       - Иди ты! - кричал Карл, вырываясь из рук охранника в сторону двери очередного хирурга. Очередного.       Карл сидел на асфальте и длинными, худыми пальцами сжимал свою голову, невидящими глазами смотря вперед и шепча: "Я не хочу... Я не хочу..."       - Добрый день, - вдруг прорвался сквозь паутину его сознания мужской, веселый голос. Карл медленно поднял свой взгляд наверх. Незнакомец снял со своей головы черный цилиндр, перевязанный ярко-фиолетовой ленточкой, и поклонился омеге, затем наклонился и приставил цилиндр к своим губам, направляя свой шепот таким образом лишь Карлу:       - Я тут слышал, что Вы более не хотите оставаться омегой. Я подпольный хирург, мой дорогой друг, и я могу помочь вам превратиться из омеги-гусеницы в прекрасную бабочку-альфу!.. Я забыл представиться, - он резко выпрямился и ловким движением руки надел шляпу обратно, с лучезарной улыбкой протягивая юноше свою ладонь в белой перчатке:

Мое имя Гудвин.