Сила ненависти и её последствия

      Два мучительных и долгих дня. Мередит больна, она скрыла это ото всех. Я злилась на неё, ведь она всегда знала всё сокровенное из моих мыслей. А тут такое… Ян же был в бешенстве, когда узнал страшные новости от доктора. Оказывается, Мередит шесть месяцев хранила всё в тайне и просто ждала в очереди. Ей нужна была пересадка сердца. Мы бы ничего так и не узнали, если бы она не упала тем вечером в обморок, разбив себе бровь при падении. Я каждый день ходила по нескольку раз к ней в больницу, а она как ни в чём не бывало улыбалась. Хотелось накричать, встряхнуть её и попросить очнуться, но, кажется, ей хватает и Яна… Он буквально во всём винил себя. На него было страшно посмотреть, но ещё страшнее заговорить. Даже для богачей найти здоровое сердце оказалось непростой задачей, и Мередит отказывалась «хитрить». Это просто сводило с ума нас обоих. Жить на иголках и смотреть, как стрелка часов уносит драгоценное время, было невыносимо и сжирало рассудок. Для меня Мередит была светом во тьме, она была всем для меня. Я не могла смириться с мыслью, что, возможно, совсем скоро она перестанет дышать. Но какого было Яну? Ему было ещё хуже, в сотни, нет, в тысячи раз! Мередит — единственное родное для него лицо. Он был несправедлив к ней, и вот, когда, наконец, Ян образумился, он её теряет, как в наказание… Глупая, страшная ирония чёртовой жизни! Миллер пропадал в своём кабинете, терпеливо ожидая звонка, любого шороха, который мог бы повлиять на судьбу его тёти. На него было больно смотреть. Он держался и не подавал виду, но это ведь всего лишь притворство… Я случайно увидела передачу по TV, где он со счастливой улыбкой сообщает о реальности нашей помолвки. Сколько сил ему понадобилось изображать счастье? Каждый ищет в случившемся свою вину, вот и я нашла. Если бы не моя упрямая душа вознамерилась искать встречи с сестрой, возможно, мы бы узнали о Мередит раньше, да и сейчас было бы легче.       Я, как обычно, собирала вещи Мередит, которые она попросила меня принести ещё вчера. Список был не маленький, пришлось полазить своим носом почти в каждом уголке её комнаты. Я еле сдерживала слёзы, прикасаясь к её вещам. Мередит была бы отличной матерью, не один раз эта мысль посещала меня. Так почему же она не завела детей? Ха, ещё один вопрос отправляется к куче остальных. Эта семейка бьёт рекорды по таинственности и секретности. Сразу после того вечера с Яном я твёрдо решила расспросить его обо всем на свете, утолить свой голод незнания, но, видимо, не судьба…       Я вышла из комнаты с пакетами в руках и направилась в холл, где встала как вкопанная. Передо мной стояла никто иная, как сама Мая. Изящная девушка с высокой шляпкой на голове, в белом костюме и на высоких каблуках — это первое, что бросилось в глаза. Первая мысль — бежать, но куда? Я в своём доме! А вот как она вошла…       Мая медленно обернулась и уставилась на меня, как на ископаемое. Не так я представляла нашу первую встречу. На мне были одни лохмотья, поскольку уборку никто не отменял, а к комнате Мередит я никого постороннего не подпускала. На мне не было и грамма макияжа, зачем? А вот Мая… Она чуть ли не светится. Я нервно сглотнула и, наконец, вдохнула воздуха полные лёгких. Она не спеша сняла с себя солнечные очки и продолжила свой осмотр, как ни в чём не бывало.       — Извините, кто вы и как вы сюда попали? — голос меня предал и сбежал, поджав хвост, на замену пришла хрипота. Я отложила пакеты и постаралась сделать вид, что совершенно не знаю её.       — Прошу прощения, если напугала. Не могли бы вы позвать хозяев? — её голос отличался от моего, он был более стервозным и неприятным для меня. Её вопрос для меня пришёлся как пощёчина. Мая посчитала меня служанкой, хотя немудрено.       — Я могу вам помочь, я без пяти минут хозяйка, — ох, мой язык! Я не удержалась, было бы куда целесообразней прикинуться служанкой, чем привлекать к себе её внимание.       — М-д-а? Значит, ты невеста Миллера… — Мая вздёрнула бровь и гордо прошагала ко мне, чувствуя своё превосходство. — Он плохо о тебе заботится, я смотрю. Хотя, кажется, я знаю причину… — она замолчала, очевидно, что-то обдумывая. Моё сердце заколотилось как бешеное. Я испытывала волну ненависти к ней. Навязана ли она, или же моя собственная, я не знала. Но становилось всё неприятней.       — Я повторюсь: кто вы и как сюда вошли? — голос стал строже, видимо, ненависть взяла верх и придала сил.       — Ян разве не рассказал вам? Я — Мая Валентайн, странно, что вы не слышали обо мне. А попала я сюда через вон ту дверь, которую открыла ключом, — как же хотелось броситься на неё и разорвать. Каждое её слово было сказано с таким высокомерием, что начинало подташнивать.       — Откуда у вас ключ от этого дома?! — на сей раз моё удивление было искренним. Она протянула их мне, но не успела я забрать заветный ключ, как она вновь спрятала его в своём кулаке.       — Я жила какое-то время здесь. И была невестой… Тут ничего не изменилось… — Мая стала расхаживать по холлу, как по своей старой квартире. Я крепче сжала челюсти, чтобы не вцепиться в её светлые волосы и не вышвырнуть её тушу отсюда.       — Рада за вас. Что-то забыли? Я пришлю вам по почте.       — Какая вы грубая! Я пришла проведать Мередит. Слышала, ей нездоровится, — Мая лгала, не краснея. Я прекрасно знала, что их взаимоотношения были, мягко сказать, не очень. — Но, видимо, её здесь нет. Что ж, зайду в другой раз.       — Не стоит утруждаться, — в дверях показался запоздалый спаситель в лице Яна. — Ты — та, кого она меньше всего хотела бы видеть. Что на самом деле ты забыла в моём доме? И, пожалуйста, верни ключ, я бы очень не хотел менять из-за тебя замки.       — Ян Миллер. Какой холод. Какой взгляд. Я тоже скучала, милый, — Мая несколько секунд откровенно любовалась давним любовником, а потом снова нацепила улыбку стервы на своё лицо. — Признаю свою бестактность. Надо было позвонить… Ой, ты же не отвечаешь на мои звонки! Да, конечно. Вот ключ. Но если всё же вздумаешь менять замки на дверях, то и охрану тоже не забудь, они ведь меня пропустили.       — Зачем пришла сюда? И не ври мне, — стоит ли говорить о том, насколько мне было неловко стоять перед этими двумя. Кажется, легче было бы провалиться сквозь землю, чем выносить их тяжёлое присутствие.       — А ты заметно вырос в моих глазах. Видишь меня насквозь… Господи, Ян, я правда очень скучала, даже несмотря на то, что произошло два года назад. Разве я не могу просто прийти к тебе? — Мая не стеснялась моего присутствия, и, более того, она делала вид, что меня нет! Я ошалела от её речей, так что беспочвенная ревность стучала по вискам. Ян сократил расстояние между ними и наклонился к ней, сохраняя полное умиротворение на лице.       — Проваливай отсюда, — сказал он, притворно улыбаясь. Во мне загремел салют. Мысленно я отправила «сестру» в нокаут. Ян подошёл ко мне и вздёрнул мой нос, чтобы я встрепенулась от увиденного и пришла в себя. Мая надела обратно свои очки, пряча под ними глаза, что было очень некстати.       — Я рада была вас обоих увидеть. И надеюсь повстречать завтра на благотворительном вечере. А, кстати, Ян, твоя невеста очень мне кого-то напоминает. До скорого, — Мая ухмыльнулась, напоследок хлопнув дверью. Осадок всё-таки остался после её присутствия. Захотелось немедленно принять душ.       — Что она тебе сказала? — Миллер вновь стал холодным и расчётливым. Салют погас, концерт окончен.       — Ничего нового. Но что было два года назад? Что она имела в виду? — Ян отвёл взгляд в сторону, явно не желая отвечать на этот и другие мои вопросы.       — Я не хочу сейчас об этом говорить, у меня другие заботы, — он собирался отвернуться, но с психу я развернула его на месте.       — Чёрт возьми, Ян! Когда ты заговоришь?! Сколько уже можно ходить по лезвию? Я ничего не знаю из твоего прошлого, из твоих мыслей, планов, желаний! Ты же, напротив, всезнающий, и, знаешь ли, это малость подбешивает! Я была терпелива, но всё, конец! Или ты сейчас мне всё расскажешь, или…       — Или что? — Ян прервал меня, сверля взглядом. Я перевела дыхание и забегала глазами из стороны в сторону. — Не надо ставить мне условия. Мы оба знаем их исход. Сейчас действительно не время для разговоров по душам… Мередит стало хуже. Сегодня к ней не пустят даже меня. Поэтому… оставь меня пока в покое, — слова проехались по мне тонным грузом. В груди защемило, а мой глупый страх аплодировал стоя.       — Ответь мне только на один вопрос, — обратилась я к уже удаляющемуся Миллеру. — Есть ты и я, и есть мы. Какой вариант выберешь? — ни стуков сердца, ни пульса, я ничего не чувствовала, хотя жадно вслушивалась.       — Хочу второй, я к нему стремился, но на данный момент первый будет лучше для нас обоих.       — А-а-а… И ты, конечно же, не посчитал нужным узнать моё мнение? — одна слеза выскользнула из своей обители против моей воли. Я знала, что не смогу сдержать теперь слёзы обиды и боли.       — Ты попросила ответить только на один вопрос, — Ян спрятал свои зелёные глаза, отвёл их в сторону. Я была потрясена: меня вписали в тень.       — Хорошо, я перефразирую. Я бы хотела пережить это время вместе! Ты сам меня заставил… заставил поверить тебе, чувствовать что-то кроме ненависти и боли. Ты внушал мне каждый день это! Мы в ответе за того, кого приручили. Так отвечай же!!! — я дрожала от вспышек эмоций, чувствуя, как щёки стремительно намокают от слёз. — Почему ты такой трус, Ян? Я тоже люблю Мередит, и тоже чувствую себя виноватой. И мне больно, что ты не позволяешь мне помочь тебе. К чему весь этот маскарад? Хватит уже с нас… Ты только скажи мне, и я отброшу все идеи мести, я не пойду на этот вечер, мы уедем в Калифорнию… Да, я всё сделаю, потому что я устала бегать от себя… Не надо, пожалуйста, не надо делать шаг назад, — Ян стоял неподвижно, а я иссякла. Я не знала, что ещё ему сказать. Поток слов оборвался, напоровшись на его безразличие. Я отвернулась от Яна и прижала ладонь ко рту, чтобы хоть как-то заглушить всхлипы и вырывающийся крик. Внутри меня что-то разрывалось на маленькие, триллионные кусочки, и эта реакция кажется бесконечной. Я вздрогнула, ощутив на себе руки Миллера. Он крепко обнял меня, так, что где-то хрустнуло. Я вцепилась в его руку и поцеловала её, вкладывая в поцелуй всю душу.       — Спасибо. И прости меня… — прошептал он мне на ухо, а после развернул к себе. — Я не должен был говорить тебе такого. И, на самом деле, я этого не хочу. Я боюсь потерять её. Я просто боюсь, Руби, — Ян улыбнулся, охватывая моё лицо ладонями. — Мы вместе с этим справимся. А как только она поправится, мы уедем в Калифорнию.       Я прильнула к его груди и обняла так же крепко. Вдыхая его запах, я успокоилась, внутри разлилась глубокая река нежности, в которой мы оба утонули. Я просто обязана помочь ему, я хочу это сделать больше всего на свете. Мередит просто не посмеет исчезнуть из нашей жизни, не увидев нашей свадьбы! Эгоистично, но она просто обязана быть с нами!       — Ян… — я отстранилась от парня, глубоко проникая взглядом в его зелёные глаза. — Что делать с Маей?       — Она сделала ход первой, за нами следующий, — он хитро улыбнулся, и в этот момент я поняла, что такой Ян Миллер дороже всего на свете. — Во-первых, тебе до завтра надо кучу всего выучить, а поскольку твой второй учитель заболел, то тебе придётся довольствоваться только мной. А помощник я никудышный, злой и требовательный. Во-вторых, нам надо съездить к доктору Мередит и узнать, что да как. В-третьих, обезопасить завтрашний день, так, чтобы без сюрпризов. В общем, прошу в мой кабинет на разработку плана, — мне польстил, а больше удивил тот факт, что я буду не только посвящена в детальный план Яна Миллера, но и приму участие в его составлении. У меня получилось докричаться до него. А остальное… Остальное пока подождёт.