War of Hormones

Пока Намджун громко прочищал горло в соседней комнате, то распеваясь, то выдавая тяжёлым басом что-то на непонятном языке, а остальные шумно галдели в гостиной, готовясь к приезду менеджера, я, находясь в своей комнате, пыталась изо всех сил уснуть снова, а не взорваться случайно маленькой бомбочкой. Пять, блять, утра. Отголосками разума я, конечно, понимала, что эти исчадия ада совершенно не виноваты, что разбудили меня в такую рань. В самом деле, ехали-то они в другой город выступать на фестивале явно не по собственному желанию. Такой график, такая работа. Но, тем не менее, из ушей у меня уже буквально вываливался пар, а ноздри также буквально раздувались, и хотелось прямо сейчас же выбежать в зал и придушить каждого, кто по какой-то причине не мог спокойно одеваться или завтракать молча. И особенно, лидера. Потому что такие, блин, страшные звуки люди не издают, их издают какие-нибудь Годзиллы и прочие неадекватные динозавры. Не выдержав, я села в постели и начала гневно испепелять взглядом висящий рядышком на стене календарь. От этого, конечно, время не собиралось двигаться быстрее, и красный пластмассовый квадратик продолжал оставаться на своём законном месте, всё также показывая мне, что сегодня среда. Оставалось перетерпеть всего каких-то три дня, и я буду свободна - с деньгами в кармане, со значительным пунктиком в своём профайле актрисы, ну и, может быть, с парой тысяч новых подписчиков в Инстаграме. Я снова плюхнулась на подушку и скрылась под спасительным одеялом, которое хотя бы немного приглушало доносившийся из других комнат смех, мужицкий ор и такие раздражающие рокочущие звуки, выходившие каким-то непонятным мне образом из горла Намджуна. От этого всего я в отчаянии начала стучать ногами по матрасу, сотрясая кровать, и именно в эту секунду, как на зло, ко мне кто-то бесцеремонно зашёл, и если бы я лежала тихо и мирно, то также бы и ушёл обратно. Но заметив мои судорожные телодвижения, означавшие то, что я уже всё равно проснулась, этот кто-то навалился на меня сверху тяжёлым грузом и попытался стянуть с моего лица одеяло. После недолгой борьбы, сопровождавшейся моими вздохами и охами, мне всё-таки пришлось позорно сдаться, и передо мной тут же возникло довольное лицо Чонгука. Мои волосы растрепались, закрывая собой добрую половину лица, и он, при виде всего этого безобразия, начал весело надо мной смеяться. - Слезь с меня! - Придётся, - начал он, всё ещё посмеиваясь, - а то взорвёшься ещё. Видела бы ты сейчас свои красные щёки! Вопреки своим словам, он ещё поёрзал на мне некоторое время, обжигая своим дыханием мою и без того пылающую от его близости кожу. Жар тут же ударил в голову с новой силой. - Это ты на меня, надеюсь, так реагируешь? – он изогнул левую бровь, а потом всё-таки встал и потянул меня за руку, поднимая с постели. - Не обольщайся, - процедила я, с трудом вдыхая в себя воздух. – Просто под одеялом слишком жарко было. Чонгук лишь закатил глаза, показывая, что не верит ни единому моему слову, а затем подошёл к окну и раскрыл форточку. - Дыши, крошка, всё в порядке, я уже ухожу, - он сделал паузу, над чем-то размышляя, а потом добавил: - Но ты едешь с нами. Так что собирайся, у тебя 30 минут. - Что? – вскрикнула я, но брат уже скрылся за дверью. Тогда я негодующе потопала за ним в гостиную, продолжая кричать ему вслед своё возмущённое «Что? Что ты сказал?». И вот в таком вот виде: с багровым лицом, сжатыми кулаками, полным хаосом на голове и в розовой пижаме с грёбаными розовыми котятками, я и оказалась посреди зала в окружении абсолютно всех участников BTS. - Блять, - испуганно выдавил Шуга со скрещёнными на груди руками, а Намджун вдруг замолчал. Ну, хоть какой-то плюс от моего вида. - Ёмаё, милота-то какая, - тихо сорвалось с его губ, после чего он поспешно прикрыл свой рот ладонью, осознав, что сказал это вслух. Чонгук снова прыснул от смеха (кажется, у него вообще сегодня было слишком взбудораженное настроение), и от натянутой улыбки не удержался даже Чимин. Джин, вообще, смотрел на меня как-то подозрительно, то ли имея к моей пижаме какие-то претензии, то ли, наоборот, испытывая к оной трепетные чувства – одним словом, она явно что-то в нём вызывала. Может, котиков он любил, кто ж его разберёт. Хосок же угорал вместе с Шугой, а Тэхён и вовсе не смотрел в мою сторону, преспокойно развалившись на диване и уткнувшись в свой телефон. - Чонгук! – наконец-то произнесла я, смахивая пряди волос с лица. Плевать мне было, что обо мне подумают эти олухи. Больше всего беспокоило сейчас то, что меня собираются куда-то везти, лишив законного сна и свободного времяпрепровождения наедине с собой любимой. - Что? Собирайся, говорю, поедешь с нами на фестиваль в качестве моральной поддержки. - И это не обсуждается, - добавил он, а потом не оставляя мне ни малейшей возможности оспорить им сказанное, накрыл ладонью мой рот и начал толкать меня в сторону ванной комнаты. – Если сама не пойдёшь, то я силом тебя туда потащу, уж поверь. И я, к сожалению, верила. Поэтому вырвалась из его рук и, немного усмирившись, мрачно скрылась в ванной. Иначе, того гляди, вместе со мной туда полезет, уж с него-то станется. Проехав половину пути в наушниках, с громкой музыкой в ушах, сидя сбоку от Чонгука, я постепенно утихомирила своё недовольство. Остальные три часа до Пусана мне таки удалось поспать. Проснувшись, когда мы уже подъезжали к месту назначения, я поняла, что Чонгук находится как-то слишком уж близко - сладко сопит в моё плечо, положив свою руку мне на живот. Сначала захотелось тут же встрепенуться и резко оттолкнуть его от себя. Но что-то в моей голове отказывалось действовать согласно плану, и я принялась, как завороженная, глядеть на умиротворённое невинное личико в считанных сантиметрах от себя, на трогательно подрагивающие ресницы и немного раскрытые пухлые губы. Во мне проснулось совершенно идиотское желание прижать его к себе покрепче и как-нибудь по-матерински обнять за плечи. Чёрт же тебя побрал, Чон Чонгук. Я сию же секунду привела свои мысли и желания в порядок и после того, как менеджер оповестил всех о прибытии, только легонько толкнула его локтём в бок. Это на него не подействовало, а остальные уже начали подниматься со своих мест, бросая на нас то умилительные, то непонимающие взгляды. Поэтому я стукнула его сильнее и резче, отчего он тут же открыл глаза, шумно вздыхая и недовольно пялясь в мою сторону. - А понежнее нельзя? – он запустил ладонь в свои волосы и зевнул. - Можно подумать, ты у нас с окружающими себя нежно ведёшь, - пробурчала я, кое-как пролезая между его коленями и передним креслом, и вышла из душной машины на свежий воздух.

***

Честно говоря, я совершенно не понимала, чем занять себя в этом месте. Фестиваль проводился под открытым небом, на сцене только ещё наводили порядок, попутно предоставляя место очередной группе отрепетировать своё выступление, а за ограждением уже, между делом, собирались сотни фанаточек. И, наверное, как начинающей модели и актрисе мне стоило бы быть дружелюбнее, завести, допустим, какие-нибудь полезные знакомства с айдолами или их менеджерами, но всё это время я лишь скучающе просидела в гримёрке бантанов, пока те повторяли на сцене свой номер, а потом решила выйти из павильона на улицу и, заметив, что парни уже возвращаются обратно в помещение, подумала и вовсе смыться от них подальше. Вышла за пределы огороженной территории и вот уже, наверное, целый час бродила вдоль по набережной, пока не наткнулась на скрывающегося в тени деревьев Тэхёна. Тэхёна, как всегда, с безразличным выражением лица и тлеющей сигаретой в руке. Этот парень был, пожалуй, самым странным и неоднозначным человеком, которого мне доводилось встречать, и честно говоря, я до сих пор так и не смогла определить, кем же он являлся на самом деле. Надменной, стервозной сволочью или же просто запутавшимся депрессивным подростком. Таким же, как и я. - А мне сказали, что ты бросил, - удивилась я, приближаясь к месту его укрытия. - Так я и не курю, - Тэхён снова затянулся, действуя врозь с только что прозвучавшими словами, и облокотился спиной о дерево. Когда он заметил непонимающее, но довольно заинтересованное выражение, царившее на моём лице, он добавил: - Дома я не курю. Но бросить сразу – не так-то просто. Ничего они не понимают. - Может, ты и не пытался объяснить? – задумчиво ответила я, сама поражаясь, какое мне, собственно, было до всего этого дело. - Ага, менеджерам хрен что объяснишь. Начальство только всегда ставит перед тобой задачи, им плевать на то, как ты с ними справишься, главное, чтобы в короткие сроки. Я хмыкнула, прекрасно понимая, о чём он, а затем между нами воцарилось какое-то неловкое молчание. - Ты же никому не скажешь? – Тэхён нарушил его, немного боязливо косясь в мою сторону. - Ну… - протянула я, а затем нахмурила брови. – Знаешь, а ты ведь изрядно подпортил мне мою первую ночь в вашей общаге… И так и не извинился, к тому же. - Да ладно тебе, - он раздражённо закатил глаза, а я ехидно улыбнулась с мыслью о том, что вполне могу и пошантажировать его немножко. - Давай так, - он развернулся ко мне передом, напустив на себя серьёзный деловой вид. – Ты сейчас забудешь о том, что я курю, ну а я, в свою очередь, не проболтаюсь кому-нибудь ненароком о ваших отношениях с Чонгуком. - Ч..что? – я глупо захлопала ресницами, чувствуя, как сердце стремительно уходит в пятки. Тэхён широко улыбнулся мне, как будто маленький, только что напакостивший ребёнок. А потом бросил под ноги бычок и зашагал прочь, пока я пыталась осознать только что им сказанное, параллельно понимая, что сама только что стала жертвой умелого шантажа.