Фарфоровый Мальчик

- Акирочка, это еще не все подарки на сегодня. Он потащил меня вглубь комнаты. Завоняло невыносимо мочой, кровью и каким-то разложением. В конце комнаты истошно орали мужчина и женщина. Я слушал чвакание крови под своими ногами. - Акирочка, познакомься. Женщина истошно вопила, я решил пожертвовать своим зрением и увидеть это. Я пожалею о сделанном, я уверен. Когда я стянул повязку, боль в голове была невыносимой, но я нашел в себе силы пошире открыть глаза. Прикованная к стене, висела тетушка Эн, рядом с ней разложившийся труп Кима и какой-то неизвестный мне мужчина. Рука Кима была гвоздем прибита к руке тетушки, ее ноги были отрезаны по колено и барабанили по стене. Рука, прибитая к Киму, загноилась и мерзко выглядела. Все ее тело было зашито, только лицо было не тронуто, кругом трубки, капельницы. Мужчина рядом был мне не знаком. Его тело оставалось целым, только появились язвы от кандалов. Он смотрел на тетушку Эн, на то, как она медленно и мучительно угасает. И просто орал от страха, что с ним будет то же самое. Арен все же сошел с ума, в его голове не будет просветления. Мне надо решить, что с этим делать. Хотя бы долю сомнения, Ками-сама, хоть бы долю. Арен скинул пиджак и закатал рукава, и принялся протыкать спицей все тело своей матери, она орала истошно. Она не молила о пощаде, она орала от боли. А Арен просто смеялся. Быстро же его поглотило безумие, я не заметил этого. - Вот теперь она красивая, мамочка самая красивая на свете, смотри. Он сел под изуродованное тело матери, и красные ручейки потекло ему на голову, окрашивая его волосы в красный цвет. - Арен, ты болен. - А это Ким, я решил его выкопать и приковать к ней, влюбленные никогда не должны разделяться, они всегда должны быть вместе! ВСЕГДА! До последнего вздоха. Их не должна разделять смерть. А этот уважаемый господин - Ян, который мне помогал с медицинским обслуживанием, но господину Яну вдруг захотелось меня убить. И я решил его оставить, понаблюдать. Я крепко сжал рукоять своего меча, хоть и в голове стучало. Остановись, прекрати, не надо. Он положил свою голову матери на живот, при нажатии кровь хлынула еще сильнее. Она уже не кричала. Мне понадобилась доля секунды, чтобы нанести смертельную рану. Потекли слезы из моих глаз. Арен был очень удивлен. Булькая кровью и еле шевеля губами, он произнес: - П-р-о-с-т-и меня, если сможешь. И упал. Достав телефон из его кармана, я осветил получше комнату, трупов на стене было не исчисляемое количество. В кого же он превратился? Я подошел к Яну. - Помогите, молю вас, помогите. Шептал он сквозь слезы. - И как давно ты ему помогаешь? - Уже как 10 лет, господин приказал мне всему научить Арена. Я и научил, потом помогал поддерживать их в сознании. Прошу, снимите меня, я тут уже месяц, пожалуйста. Походу это был подвал большого здания. Я зашагал к двери. Ян заорал еще громче. - Прошу вас, я сделаю, что угодно. - Ян, ты его сделал таким. - Не перекладывайте вину на меня! Я хлопнул дверью, поднялся по ступеням вверх. И увидел огромную толпу, которая сидела предо мной на коленях. С меня текла кровь, вперемешку со слезами. Глаза начало невыносимо жечь, но я терпел, терпел до тех пор, пока не ослеп окончательно. Это было последнее, что я видел в своей жизни. Лицо Арена так и стояло у меня перед глазами. Когда меня отвезли в больницу, мне приставили охрану из моего клана. Момо лежал со мной на кровати, он так сильно скулил и лизал мне глаза. В итоге я стал на место Арена, стал боссом всех боссов. Тело Арена скинули перед участком полиции. Каждый день я не давал себе забыть о сделанном. Разборки за место босса всех боссов тут же прекратились, все согласились с моей кандидатурой молча. Каждый год 25 декабря, я закрывался один в комнате на весь день и горько плакал. Это, кажется, был мой единственный порыв эмоций, так как теперь мое лицо ничего не выражало. И однажды таким днем мне в дверь постучал Со Хён. - Господин Акира. - Со Хён, для тебя просто Акира. - Прости, я привел тебе тут мальчишку, он ошивался возле нашего дома, сказал, что хочет в семью и что ему деться некуда. Когда я повернулся к нему лицом. Мальчик заорал. - Со Хён, скажи какого цвета у него глаза. - Зеленые. - Дяденька, а что у вас с глазами? - Я вырезал их себе, чтобы никогда не забывать того, что сделал. - Акира, что мне с ним сделать? - Позови прислугу, пусть его покормят, помоют и оденут. Тут же топот ног прислуге по лестнице, они уволокли мальчишку. - Акира, тебе надо простить себя. - Я никогда не прощу себя за это.