Фарфоровый Мальчик

Я чувствовал себя выпотрошенной рыбой. Поэтому с утра принялся заканчивать свой меч. Но я постоянно думал о нем. Мои мысли были далеки. И я порезал себе палец. Моя горячая кровь хлынула из пальца. - Юске, принеси, пожалуйста, аптечку. Юске так разволновался, что споткнулся о порог и растянулся на весь коридор. - Акира-сама, как же вы так? - Слишком много думал. - Вы его закончили, но зачем вам тут боккэн? - Чтобы не забыть. Юске заботливо перевязал мой палец, и я вышел на улицу потренироваться. Я уже отвык от взмахов. И мышцы почти сразу заныли. Я почувствовал, как моей кожи коснулся холодный снег. - Акира-сама, пойдемте в дом, а то простудитесь. Как-то тоскливо стало на душе. Юске старался всячески избегать разговора со мной. Он отмахнулся от меня поездкой в город за рисом. Но когда я пошел проверить запасы, риса оказалось больше чем достаточно. Я ужинал в одиночестве. Что же с тобой происходит, Юске? Чтобы хоть чуточку забыться, я поднялся на второй этаж прибрать футон. Но когда я сворачивал его, из него с лязгом что-то выпало. На ножнах меча были коряво вырезаны иероглифы. "Башенному псу Акире" - это был мой меч. Арен знал, что я не смогу долго находиться без своего меча. Он за ним хорошо ухаживал, и он даже не затупился за это время. Я замахнулся им, как услышал дикий вопли, доносящиеся с улицы. Кричал Юске. - Акира-сама, не выходите. - О, Акира, Акира, Акира. Милый мальчик Акира. Наконец-то, я нашел тебя. Какой-то странный мужской голос. Я слышал, как Юске полз по земле, пахло кровью. - Я так долго искал тебя, Акира. Я так рад тебя увидеть, а ты, наконец-то, стал совсем слабым. - Кто ты? - Да, ты не узнал моего голоса, Акира. Это я, Таро. Во мне все заклокотало. Я услышал взмах меча над своей головой. - Таро, да ты обезумел. - Никогда, никогда, тебя не прощу. Он наносил очень сильные удары. Мне было тяжело их блокировать. Я старался слушать внимательнее. Но он стал таким сильным. И я содрал с глаз повязку. Яркий свет невыносимо резал глаза, было безумно больно, будто мои глаза облили кислотой, и они плавятся. - Акира-сан, закройте глаза! Вам будет только больнее! - Заткнись, щенок! Я смутно увидел, как черный ботинок пнул окровавленного Юске в живот. Он так быстро двигался, что я не успевал, и в итоге он ранил мое плечо. - Слепой Акира, да, ты такой беспомощный. Я разрублю тебя. - Таро, успокойся. Я поступил по правилам. Кто знает, что бы он с тобой сделал? - Заткнись! Заткнись! Заткнись! Его удар пришелся на мою левую руку. Я почувствовал, как кровь потекла. - Юске, звони Сирою! Заорал я, и на секунду Таро замешкал, и я смог ранить его ногу. Я слышал, как Юсске, хрипя, нажимал кнопки на мобильном. И Таро вдруг остановился. Я решил раскрыть глаза. Свет все так же выжигал мне глаза. Я увидел, как он занес меч над Юске, и я чисто механически подставил свою руку. И почувствовал, как ледяная сталь разрезает мою кожу и сухожилия и ровно проходит между суставами, он отсек мое запястье. И от невыносимой боли я открыл глаза. Орал я от дикой боли и из последних сил проткнул его мечем и, словно жука, приколол к забору. Подняв его меч, я проткнул его вторую руку. Таро орал и извивался от боли. - Ты, сукин сын. Я никогда не прощу тебе своей руки. Я обреку тебя на адские муки, ты пожалеешь, что вообще нашел меня. Херов мститель! Юске приподнялся и, разорвав свою рубашку, тотчас же завязал мне глаза. И принялся перевязывать мою рану. - Ты сдохнешь, Акира! Сдохнешь! Ты теперь ни на что не способен с одной рукой. Ты слабак! Юске поднял с земли камень и со всей силы швырнул его в забор. - Заткнись! - Юске, прости меня, тебе больно? - Акира-сама он не до конца вам отрезал руку, ее еще можно пришить. - Юске, ты же обещал, если тебе будет больно, ты скажешь мне. - Нет, мне ничуточки не больно. Я услышал стук женских каблуков. - Юске, ты в порядке? Ах, вот зачем он ездил в город. Я услышал знакомый голос Микки. Она дышала с трудом. И упала на колени. - Акира-сама, я звонила господину Сирою, он сказал, что сможет быть тут через час. Скорая уже в пути. - Спасибо, Микку. - Юске, принеси побольше льда, нельзя, что бы Акира-сама потерял руку. Юске побежал в дом. Я слышал, как Микку продолжала накладывать мне жгут на руку. - Акира-сама, это моя вина! Простите меня. Я заметила его еще как отплывала на корабле на остров. Я поняла, что он не из местных. И все равно дала ему возможность сойти с корабля сюда. Прошу, простите меня. Я погладил ее по щеке, такая мокрая и нежная кожа. - Босс Киото плачет. Наверно, мир перевернулся. Так ты его любишь Микка? Я почувствовал, как Микка кивнула. И Юске уронил тазик со льдом. Потом тут же начал собирать с пола. Было так холодно, я чувствовал, как лед пропитывался кровью. - Микка, скинь его в подвал, пока не приехал Сирой. Скажи ему, - мне становилось тяжело дышать, - скажи ему, чтобы он его не убивал. - Тихо, Акира-сан. Врачи уже рядом. Юске уселся со мной рядом. А я слышал, как шаги Микку удалялись от меня она. Она потащила Таро. Шум машины. Какой-то странный запах соли. Голоса отдавались эхом в моей голове. Меня куда-то везли. Юске что-то шептал мне на ухо. А потом меня переложили на холодный стол и усыпили. Почему-то в этот момент я думал, что мне пришел конец, что все, вот он. Но тут же сквозь тьму я слышал голоса, которые звали меня. Какие-то далекие и незнакомые. Боль в руке стала невыносима. И я проснулся, но перед глазами было совсем темно. Я попытался снять повязку. Но меня тут же остановила рука Юске. - Не снимайте. Вы обожгли роговицу глаз. И ваша рука, ее, конечно, пришили, но сказали, не знают, смогут ли восстановить чувствительность в пальцах, а так вы сможете полностью ее контролировать. И большое вам спасибо, что защитили меня. Сирой-сама сказал, что приедет к вам позже. Я думаю, вам надо отдохнуть. Я слышал, как он вышел из палаты. И кто-то не хромой вошел вслед за ним. - Акира-сама, как вы себя чувствуете? Рука не беспокоит? - Нет. - Что ж, я хочу вам сказать не особо приятную новость, так как ваше зрение мы не спасем. Пока вы можете видеть, но лучше избегать зрительных контактов. - Он дотронулся до моего плеча своей морщинистой рукой. - Так что крепитесь, Акира-сама. Я сделаю все, что требуется от меня. И вы должны мне всячески помогать. Хорошо? Его голос хоть и старый, но такой успокаивающий. - Да. - Ну что ж, советую вам поспать. Я слышал его удаляющиеся шаги. Черт, это не совсем хорошо, я не смогу участвовать больше в гонке, я не смогу больше защищать его. Эта боль в руке становится невыносимой. Поскольку я не мог видеть, я начал много думать и втихаря, пока не было врача, отжимался от пола - это помогало мне не думать. Я несколько раз пытался представить себе, насколько бесполезным я стал, теперь только Арен сможет управлять мной. Ему придется говорить, что и как мне резать. А может из-за своей никчемности он теперь даже не появится передо мной? Да о чем я только думаю, конечно же, он придет. Он всегда приходит. Но проходили минуты, часы, дни. Арен так и не приходил. Меня навещал только Юске, который кормил меня мандаринами. Он говорил о том, что Микка решила остаться с ним на некоторое время. Что он самый счастливый человек на этой планете. А потом он начинал извиняться. Но меня эти разговоры нисколько не волновали. И однажды я не выдержал и спросил: - Сирой, с ним все в порядке? - Юске тут же замолчал. - Акира-сама, вам сейчас надо думать о выздоровлении. - Я задал тебе четкий вопрос! - меня уже начал бесить этот уход от темы. С учетом, что теперь я останусь в клинике еще на три месяца. Это начало сводить меня с ума. - Понимаете, Акира-сама, после того случая он приехал на машине с вашим кланом бешеных, посадили на крюк того парня и проволокли его за собой в машину. Больше Арен-сама мне не звонил. - Хорошо, Юске у меня к тебе просьба, принеси мой меч. - Но Акира-сама, это же больница, - я молча повернул к нему голову, - хорошо, я принесу. Он принес меч на следующий день. Тренироваться было сложно, так как в полной темноте приходилось прислушиваться к звукам лезвия рассекающим воздух. Чувствовать все иначе. Палата маленькая, особо не развернешься. Ножны приходилось держать в зубах. Если бы на меня напал кто-то посильнее, он бы безоговорочно выбил бы из моих рук меч. Мне нужно становиться сильнее. Вот так уже и прошел месяц. Рука очень плохо сгибалась. В пальцах была плохая чувствительность. Меч я не мог сжать этой рукой. И декабрьским вечером дверь моей палаты бесшумно открылась. Я слышал, как кто-то замер, не шевелясь и тяжело дыша. - Кто вы? Он не спеша подошел ко мне. И присел на стул рядом. Я почувствовал резкий запах алкоголя. - Отступи, Акира. Сирой уже не тот. Забудь его и исчезни, растворись. Иначе ты погибнешь, а мертвый ты никому не нужен. Человек встал, я услышал, как что-то полилось на пол. - Вы, кажется, ранены, не хотите ли назвать свое имя, вы все равно скоро умрете, я чувствую это, от вас несет кровью, вы тяжело дышите... - Тесуо, прощай, Акира. Я поднялся с кровати и попытался подойти к нему. Но он тут же направил на меня пистолет. - Не надо Акира, дай мне уйти, я не хочу забирать тебя с собой. Я стоял босыми ногами в луже теплой крови Тесуо. И ничего не мог сделать. Даже помочь. Лужа крови вызвала переполох. Меня тут же забрали на обследование, но когда убедились, что кровь не моя, то оставили меня в покое. Пролетали дни. Рождества я не заметил. Юске приехал ко мне с Миккрй. Та поцеловала меня в щеку и тихо шепнула: "От Сирой-самы". Они разрезали торт и рассказывали о своих беззаботных планах на будущее. Как сильно они устали бегать друг от друга. И как хотят начать жить вместе. Микка нашла на свое место приемника и всячески готовит его к передаче трофейного кресла Киотского босса. Когда они ушли, вновь тьма, одиночество. Я решил погрузиться в сон, чтобы поскорее забыться. Но не мог уснуть. - Акира, я пришел похитить тебя. - Арен? Ты пришел. - Мой бедный Акира, что же я с тобой сделал? Его голос стал каким-то безумным. - С тобой точно все в порядке? - Нет. Я, кажется, сошел с ума. Пока пытал этого урода. Я хочу, что бы ты посмотрел на меня. От Арена ужасно воняло плесенью, сыростью и кровью. Руки такие ледяные и грубые. Я пошел за ним. По пути мы зашли в туалет, где он умыл свое лицо. Что-то выкинул в урну. И сделал себе какой-то укол. Я не думал, что с ним все стало совсем плохо. После укола его голос стал нормальным. Я попытался снять повязку, но он тут же остановил меня. - Еще не время. Он повел меня вниз по лестнице. Мои босые ноги касались холодного бетона. Машина нас ждала прямо у входа, я даже не успел замерзнуть. Я почувствовал, как Арен натягивает на меня нижнее белье, затем брюки, носки с туфлями мягкими, словно облако. Скользнула шелковая рубашка, галстук и пиджак. - Теперь ты подходишь по одежде для нашего ужина. Давай, Акира, я тебя отведу к нашему столику. Мы спускались в какой-то подвал по металлической лестнице. Глухо открылась дверь. Арен усадил меня и медленно снял повязку. Все было мутным, но я начал распознавать черты лица Арена. За это время он изрядно похудел и выглядел уставшим. Когда я, наконец, смог видеть более четкую картинку, мы сидели за кованым столом в подвале. Арен наполнял бокалы вином. - Я приготовил тебе лучший подарок. Он хлопнул в ладоши. И включился подиум. На который вступили 4 девушки в эротичных костюмах санты, в руках они держали коробку, по-видимому, весьма тяжелую, поставили ее, поклонились и ушли в темноту. - Акира, прошу, открывай. Я потянул за ленту и коробка распалась. Внутри нее был Таро. У него не было по локоть рук и по колено ног. Все было заботливо забинтовано. В его грудную клетку украшали вбитые гвозди. Глаза его закатились, язык вывалился. Член его напрягся, когда его глаза посмотрели на меня. Зубы у него были вырваны, и он улыбался мне голыми деснами. Шея была пробита кольцами, через которые продета красная лента. И завязана на бант. - Можешь его убить, скинуть с моста, но я бы предложил выкинуть его возле участка. Арен положил ногу на ногу. И сделал большой глоток. - И это все? - Ох, какой ты ненасытный Акирочка. Тебе всегда мало. А второй мой подарок тебе, это вот это. Он вытащил лист, на котором было написано, что я особый участник в дрифте Японии. - Арен, ты зачем так его покалечил? Он продолжал трясти перед моим лицом бумажкой. - Я же это для тебя сделал. - Арен, мне не нужны эти соревнования. Это мечта твоего отца, но не моя. Моя мечта всегда защищать тебя и быть с тобой рядом. Ты до сих пор этого не понял? Арен скомкал бумагу и бросил ее на пол. - Я ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ ЧУВСТВОВАЛ СЕБЯ ВИНОВАТЫМ, ПЕРЕД ТОБОЙ! - Арен, заткнись. - Ведь это я виноват, что теперь твоя правая рука такая. Я крепко обнял его. В моих объятьях он стал еще меньше. - То, что стало с моей рукой, только моя вина, не смей себя винить в этом. Я почувствовал, как зрение начало меркнуть, и дикая головная боль приковала меня к полу. Арен тут же завязал мне глаза. Стало немного легче и, дотронувшись до его запястья, я почувствовал недавние уколы.