Западня

За прошедшую ночь я не сомкнул глаз ни на минуту. Звуки, которые хоть и приглушенно, но все-таки доносились до моей комнаты, не оставляли никаких сомнений в том, что происходило на втором этаже. Спектр чувств, испытанных мной, описать очень сложно. Хотя... Вру. Это элементарно. Я банально ревновал. Я впервые в жизни испытал это ужасное, омерзительное, съедающее изнутри чувство. Самое отвратительное то, что на протяжении нескольких часов я изнемогал от ревности к человеку, на которого не имел ровным счетом никаких прав. Если уж кто кому и должен, так это я ему, а никак не наоборот. Я завидовал, до скрежета зубов завидовал той, которая сейчас стонала в постели Ярослава. Признаться, к истечению второго часа я начал ненавидеть девушку, которую даже не знал, за то, в чем де-факто она виновата не была. Да и кого обвинить в этом? Как минимум это глупо. Отчаянье настолько поглотило меня, что от столь продолжительной жалости к себе хотелось выть. Я слушал эти пошлые, развратные, вульгарные, но настолько сексуальные и откровенные стоны, а по телу пробегали мурашки от воспоминания вчерашней хоть и невинной, но близости Ярослава. Он всего лишь прижался сзади, а реакция моего тела была такой бурной и постыдной, что я, наверное, провалился сквозь землю, если бы Яр заметил. Промаявшись до рассвета, я решил, что не имею ни единого права так реагировать на происходящее. Что бы я не чувствовал, это моя и только моя проблема, и она никоим образом не должна касаться Ярослава. Он и так терпит слишком много неудобств, связанных с моим пребыванием в его доме, а мой долг перед ним не уменьшился ни на йоту. Единственное, что я могу сделать в этой ситуации - оградить еще от одной проблемы в виде моих чувств к нему. Поэтому, засунув поглубже свои бесправные душевные переживания, пошел на кухню. Ярослав любит кофе по утрам, я варил его каждое утро своего пребывания в этом доме и не стоит нарушать традицию только из-за того, что он провел эту ночь не в угоду мне. Это не мое дело и никоим образом меня не касается. - Приветик! – раздалось за моей спиной. Я резко обернулся и потерял дар речи. Нет, правду говорю! Меня просто парализовало. Я не мог не то что ответить, я даже не моргал от изумления. Шок. Да, именно! Я испытал самый настоящий шок! В дверях стоял парень. Высокий. Красивый. Мускулистый. Сексуальный. Да, вот что сексуальный - бесспорно. Одет он был в джинсы и распахнутую рубашку, открывающую обзор на загорелое поджарое тело. Так и не дождавшись от меня хоть какой-нибудь реакции, парень прошел к столу и налил себе кофе. Мной, кстати, сваренный кофе. Гад. А я стоял и как мантру про себя повторял: «…не девушка, это не девушка, не девушка, это не девушка…». - Антон? Что так рано вскочил? – голос Яра вывел меня из той эмоциональной комы, в которой я находился. - Я кофе варил. - Кофе, кстати, отменный, - влез, Гад, со своими ненужными комплиментами. - Спасибо, - ну, неприлично же не ответить. - Ммм… - многозначительно промычал я, не зная как обратиться к утреннему знакомому. Назвать его вслух Гадом было бы не очень хорошо. Я же не знаю кто он для Яра. Вижу за всё это время в первый раз, но это ведь ничего не значит. Может, это и есть тот самый Тигрёнок, с которым Яр созванивался накануне вечером? - Ах, да, Антон, познакомься, это… - единственное, что Яр не промычал так же, как я пару секунд до этого. Он вопросительно посмотрел в сторону пьющего напиток бодрости парня. - Костик, - ответил тот. Обалдеть! Он не знает, как его зовут. Он трахался полночи с парнем, имени которого даже не спросил! Я сказал, что был в шоке? Нет, до этого было всего лишь мелкое потрясение! – Ярослав, а ты не говорил, что у тебя есть брат. - Да мы и не разговаривали, - хмыкнул Яр. Грубо. В кармане его джинсов зазвонил телефон. – Да, спасибо. Тебе пора, Костик, - небрежно кивнул он на телефон в свой руке, - такси подъехало. Костик, переименованный мной на веки вечные Гадом, недовольно фыркнул, но вслух ничего не сказал. Ярослав ушел проводить, а точнее, выпроводить своего «гостя», а я так и продолжал стоять, только теперь еще и улыбаясь, как придурочный. Я ликовал. Он был с парнем! Яр гей, ну или би, не важно. Главное, он был с парнем! Значит, у меня все же есть шанс, пусть мизерный, пусть даже ничтожный, но все же внутри зародилась искра надежды, которая угасла после первого же дуновения сомнений. Этот парень - он был поистине шикарен. Такие ходят по мировым подиумам, я же… Я не иду с ним ни в какое сравнение. Если бы я хоть сколько-нибудь заинтересовал Яра, он наверняка проявил хоть какой-то интерес и внимание с самого начала. Но… ничего подобного не было. Он ведь действительно относится ко мне, как к младшему брату. Заботится, оберегает, а я что? А я бесполезный, обуза, свалившаяся на его голову. А ведь он мог взять таким образом своеобразную «плату» за всё то, что сделал для меня. И я бы согласился. Согласился не только потому, что мне элементарно нечего больше дать взамен, но и просто так, ведь я без ума от него. Потому что я мечтаю об этом последнее время. Потому что грежу им, а уж теперь, когда я знаю, что он… Ликование сменилось паникой и отчаяньем. Да, видел, да, знаю. И что дальше? Что мне делать с этим знанием? Если бы он намекнул, дал хоть как-то понять, что хочет. Я бы не задумываясь ухватился за эту ниточку! Не важно, что будет после, и, вероятно, для него это не будет ровным счётом значить ничего. Пусть это будет всего лишь моей маленькой прихотью. Пусть. *** Прошло два дня. Ничего не изменилось, я всё так же страдал от своих неразделенных и даже незамеченных чувств, а Яр по-прежнему не обращал на меня никакого внимания. Что со всем этим делать, я так не придумал. Смелости сделать что-то самому не нашел. Да и не знал я, что делать. Откуда? Я понятия не имею, как можно соблазнить мужчину. Думаю, всё тянулось бы столь же беспросветно и дальше, если бы не случай. Случай и Артём. Преподаватель в институте сказал всем приобрести сборник задач. Естественно, сборник его авторства и стоимостью как целое собрание сочинений. Деньги у меня были, Ярослав практически всовывал мне наличность на «карманные» расходы, равную зарплате среднестатистического гражданина за пару, а то и тройку месяцев, но тратить я всегда старался по минимуму. Мне было стыдно, что я вот так безвозмездно пользуюсь его деньгами, что не имею возможности вернуть их ему. Поэтому все мои траты составляли лишь проезд и иногда обеды. Я повздыхал, поохал, но делать нечего, пришлось идти в книжный, искать на полках несчастный задачник. Я как раз взял с полки нужную книгу, когда меня окликнули. - Антон, привет! - за моей спиной стоял Тёмка. Неосознанно вздохнул, в очередной раз, дивясь его красоте. Стройный, с идеально забранными в хвост волосами, в строгом, явно недешевом костюме, который сидел на нем, как будто он в нём родился, и выгодно оттенял его жемчужного отлива кожу. - Привет, - не улыбнуться ему было невозможно. - Я мимо проходил, через витрину тебя увидел, - он посмотрел на книгу в моих руках: - Ой, страсть какая! - Да, старшекурсники говорят, что если не купить и не прорешать этот бессмертный труд профессора Шишкина, то экзамен ему до ишачьей пасхи сдавать можно, - тяжко вздохнул я. - Мог бы сразу налик за книгу брать, коммерсант фигов, и не парить вам мозг, - рассмеялся блондин. – Так, учёба - это, конечно, хорошо, но предлагаю немножко сменить обстановку. Тут кондитерская за углом, там продают мои любимые круассаны. Предлагаю угостить тебя ими и выпить чего-нибудь для согрева, и не смей думать о деньгах, я угощаю. У нас праздник, мы сегодня нашли невесту для Шерри, поэтому будем считать это маленьким банкетом по случаю. На улице начало декабря, и первые морозные деньки наступившей зимы заставили всех вытащить с антресолей шарфы, шапки и поднять воротники пальто. По правде сказать, я замерз, пока шел сюда, и идея провести время в Тёмкином обществе очень даже прельщала. Обстановка в кафе, в которое привел меня Тёмка, была невероятно домашней, уютной и навевала ассоциации с французскими фильмами. Маленькие мягкие диванчики кофейного цвета, фотографии Парижа на стенах и удивительный кондитер по имени Поль, который вышел поздороваться с Тёмой. Невысоко роста, кругленький и с усиками, он чем-то напомнил мне миниатюрный вариант одного всем известного актера, сыгравшего прожорливого галла с собачкой в не менее известном кино. - Вы знакомы? – поинтересовался я, когда Поль ушел лично готовить наш заказ. - Да, я учился в одном универе с его братом. Филипп, именуемый нами просто Филька, вечно таскал нам на подкормку всякие вкусности, приготовленные Полем, чему мы, вечно голодные студенты, были крайне рады. А Поль, в свою очередь, заработал в нашем лице своих вечных поклонников, подсадив нас на свои плюшки. Мне иногда кажется, что он все-таки туда что-то добавляет. Не может же мука вызывать привыкание? - он забавно вздёрнул одну бровь, как будто серьезно обдумывал возможность плюшкозависимости. - У них очень большая разница в возрасте, семнадцать лет, и разные отцы. Отец Поля француз, куда он испарился, я не знаю, но факт в том, что спустя пятнадцать лет после его рождения мама влюбилась в русского богатыря и, прихватив сына, умотала по месту нынешнего жительства. Уже здесь родился Филька. - А вы общаетесь? - Он иногда звонит. Здесь судьба сыграла неплохую шутку. Дело в том, что Филипп уехал жить во Францию, хотя до того ни разу там не был, – рассказывал Тёмка, отпивая из глубоко прозрачного бокала горячий чай, ароматно пахнущий ягодами. - Почему? Потянуло на историческую родину? – проводя время с Тёмой, мне было интересно говорить о чем угодно, даже о совершенно неизвестном мне Филе. Мне было интересно всё: как он живет, с кем общается, его отношения с мужем, ведь он, фактически, единственный мой друг, кто был такой же, как я, кто не скрывал этого. - Дети часто повторяют судьбу родителей, только его ситуация была слегка зеркальной. Он познакомился в России с французом, влюбился и уехал жить к нему. - К нему? – слегка опешил я. - Да, к нему, к мужчине. Он гей. Это была одна из причин, по которым мы сдружились в институте. Как-то, совершенно случайно, встретились в одном узкоспециализированном, - он ухмыльнулся, смотря на меня из-под челки, - клубе. Антон? - Да? - А ты был когда-нибудь в клубе? В гей-баре? – уточнил он. - Н-нет, - я с перепугу даже выронил из рук ложку, которой ел невероятно вкусное пирожное. - Откуда ты знаешь? – потупив глаза, прошептал я. - Считай, что у меня встроенный радар. Мне хватило пяти первых минут общения с тобой, чтобы удостовериться в том, что ты играешь за нашу команду, - потом, помолчав, добавил: - Я только одного понять не могу. Как Ярослав, который, как мне кажется, по отпечатку пальца может вычислить сей факт, до сих пор не понял, что ты гей. Ты ведь даже не би, я прав? - Да, - мне было настолько страшно и отчего-то стыдно, что я боялся даже взглянуть на своего собеседника. - Я не сомневался. А знаешь, что мне не понятно ещё больше? Как этот слепой самовлюбленный эгоистичный олень до сих пор не заметил, что ты по самую маковку в него втюрился? После этих слов я понял истинное значение слов «провалиться сквозь землю». - Я так понимаю, что отговаривать тебя и убеждать, что Яр не тот, к кому стоит испытывать чувства, бесполезно, - я лишь мотнул головой в ответ, на большее меня не хватило. - Ну, тогда рассказывай, родной, как ты докатился до жизни такой. И я рассказал. Рассказал про то, когда впервые понял кто я, как мучился от того, что не с кем было поделиться, от страха, что кто-то узнает. Мне стоило только начать, и дальше я не мог остановиться, меня прорвало. Столько лет хранить всё это в себе больше просто не было сил. Рассказал, что впервые увидев Ярослава, подумал, что он мой сон, о своей влюбленности, и о том, что было на днях. - Вот скотина-то, а! – хлопая ладонью по столу, воскликнул блондин. - Нет, это ж надо, притащить в дом какую-то шлюху! Да я ему собственноручно яйца выкручу! – видимо, увидев мои испуганные глаза, он сбавил обороты. - Ладно, не боись. Я его морально изнасилую, в моём исполнении не знаю даже, что менее болезненно. Скажи, а ты пытался дать ему понять, что испытываешь к нему что-то? - Нет, я не знаю, как, - признался я. - Я абсолютно не знаю, что мне делать. Я даже не целовался-то толком ни разу, - пробубнил я, уткнувшись носом в чашку горячего шоколада. - Откуда ж ты, такое чудо, взялось? Я уж думал, на земле не осталось столь невинных созданий. Тебя стоит занести в красную книгу, как вымирающий вид восемнадцатилетних девственников. Нет, ты всё-таки слишком хорош для Яра, он не заслужил. Ладно, Тош, что ты знаешь об отношениях мужчин, о сексе? - Ну, я видео смотрел в интернете, читал… - Всё, дальше можешь не продолжать. Я понял, что ничего. Так, Смирнов будет последним глупцом, если упустит тебя. Видимо, придется мне побыть купидоном, - он вытащил из кармана телефон и набрал чей-то номер. - Ромочка, меня сегодня на работе больше не будет, я у нотариуса до конца дня, заверяю переводы договоров, ага, до вечера, целую, - после чего подозвал официанта и расплатился по счету. - Так, одевайся. Поехали. - Куда? - Поехали-поехали, есть у меня один салончик, по пути расскажу. На этих выходных день рождения Нэлли. Мы все приглашены. Не дрейфь, я из тебя такую конфетку сделаю, что он не устоит! Кошка тоже может попасть в мышеловку!