Ребячество.

Теплый апрельский вечер. День рождения одного из командиров гарнизона, на который был приглашен и надзиратель сто четвертого кадетского корпуса. Целая ночь, без чьего либо контроля! Конечно рядом с бараками гуляла пара подвыпивших дежурных, но если изловчиться, то проскользнуть мимо них не так уж сложно. Юным солдатам - Эрену, Жану, Кони и Райнеру сегодня не до сна. Впрочем, как и всем остальным. Парни веселились, кричали, шутили, играли в карты - в общем отдыхали, как могли. Однако нашей четверке захотелось этой ночью наведаться в женскую казарму. Девушки были не против. Саша и Лиза с радостью пустили юношей в их комнату. Как ни странно, здесь было относительно спокойно и куда более прибрано, чем у мальчишек. Одни девчонки мирно сплетничали, усевшись вокруг нескольких свечек, другие тихо посапывали на своих койках. Только угрюмая Энни сидела возле окна и с задумчивым видом точила свой нож. Микаса тоже держалась в стороне от остальных и, видимо, думала о чем-то серьезном. Парни встали посреди комнаты, не зная, что делать. - Может зря мы сюда пришли? - Прошептал Эрен. - Они похоже особо веселиться не настроены. - Дурак, шутишь что ли? Когда еще такая возможность будет? - Толкнул его в бок Райнер. - Тихо вы! У меня идея. - Шикнул на них Жан. - Эй девчонки, кто хочет сыграть в бутылочку? - Крикнул он на всю казарму. - Я! - На удивление резво выскочила Саша. - Мы тоже! Подхватили Имир с Кристой. Микаса достала откуда-то из под кровати старую бутылку из-под вина, неизвестно, как оказавшуюся там, положила ее на пол и уселась рядом. - Молодчина, Микаса. - Обрадовался Кони и последовал ее примеру. Вскоре все сели в круг, кому где было удобней. Эрен хорошо знал эту игру и, поэтому сел подальше от Микасы. Правила простые, ведущий, крутя бутылку, загадывает желание, тот, на кого она укажет его выполняет. Не самая подходящая игра для четырнадцатилетних подростков. Частенько бывает, что желания оказываются совсем неприличными и касаются соседа избранного игрока. Именно по этой причине рядом с азиаткой уселся Жан. Кони уже собирался крутить, как вдруг Райнер обернулся и крикнул: " Эй, Энни, иди к нам! Развлекись тоже!" . Блондинка подняла голову, окинула игроков оценивающим взглядом и, немного подумав, медленно направилась к ним. Она тоже хорошо была знакома с правилами, так что прежде, чем сесть она еще секунд десять решала, с кем лучше. В результате девушка пристроилась между Райнером и Микасой. Игра началась. Прошло около двадцати минут. Имир уже тридцать раз прокукарекала, Кони встал на голову, Эрен прополз под всеми кроватями, а Саша прыгая на одной ноге, только что досказала молитву богине картофеля. Кони в очередной раз хотел прокрутить бутылку, как вдруг заметил, что Жан ему быстро подмигнул. Потом еще раз и взглядом быстро указал на Маикасу. Бритый намек понял. - Следующий целуется с соседом! - Сказал он, и специально закрутил так, чтобы бутыль показала на Кирштейна. Чуть-чуть промахнулся, темно-зеленое горлышко указало на азиатку. Акерман задумалась. Подняв голову, она сперва взглянула на во весь рот улыбающегося Жана и тут же обернулась в сторону уже полностью потерявшей интерес к игре Энни. Та слегка расширила глаза, задаваясь вопросом "Она серьезно?", но вспомнив, кто второй сосед брюнетки, поняла, что выбора у той нет. Даже не спрашивая разрешения, Акерман притянула к себе блондинку и одарила самым жарким, самым страстным и развратным поцелуем в своей жизни. Этого от нее не ожидали, хоть и стоило. На лицах парней читалось изумление. Даже Энни сначала немного опешила от такого напора, но через секунду охотно ей ответила. Поцелуй длился вечность. Языки девушек переплетались, сливались почти воедино и вырисовывали самые изящные узоры. Микаса слека прикусывала губы блондинки, та лишь глубже проталкивала язык в ее уста и дышала горячо и часто. Она не понимала, почему, но ей было до одури приятно. У бедных парней отказывала выдержка. Казалось, что вот вот у одного из них лопнут брюки. Имир с завистью наблюдала за происходящим, и, в какой-то момент, горящими глазами уставилась на Кристу. Та отсела чуть подальше. Сложнее всего приходилось Жану. С одной стороны его одолевало разочарование, что брюнетка сейчас делает это не с ним, с другой накрывало возбуждение. Более развратной картины он в своей жизни не видел. Его прекрасная, суровая, неприступная Микаса пламенно терзает губы светловолосой девушки. Кирштайн чувствовал, что если сейчас же это не прекратится, стояка не миновать. - Ну хватит вам, девчонки. - Остановил их, все еще не пришедший себя Райнер. Девушки разорвали поцелуй. Азиатка посмотрела в небесно-голубые глаза Энни и слегка ухмыльнулась. Та, как всегда сияя своим безразличием уселась на свое место. Через некоторое время юноши покинули женскую казарму и отправились к себе. Девочки почувствовали, что уже очень сильно устали. А ведь завтра тяжелая тренировка! Все разлеглись по койкам и дружно погрузились в сон. Микасе не спалось. Просто не хотелось. Она то ворочалась, то закрывала глаза, то изучала потолок, но все четно. Вдруг послышались тихие шаги. Одна из девочек куда-то пошла. Она подходила все ближе и ближе. Внезапно брюнетка ощутила, как кто-то ложится рядом с ней. Акерман резко обернулась. - Не пугайся, это я. - Прошептала Энни. Ее глаза красиво блестели в темноте, но по прежнему не выражали никаких эмоций. - Ты что делаешь? - Микаса удивленно уставилась на нее. - Тебе что-то нужно? - Можно сказать и так. Блондинка мягко поцеловала девушку в губы. Не дожидаясь ответа она провела холодными пальцами по шее Микасы и начала расстегивать пуговицы на ее ночнушке. - Стой! Это же было не всерьез. - Брюнетка перехватила руку Леонхарт. - Я знаю. И что? - Вторая рука залезла под рубашку темноволосой и стала нежно поглаживать живот. - Ты же хочешь. Не пытайся меня обманывать. Рука скользнула выше , легко проникла под грубую ткань казенного лифчика и начала приятно массировать грудь. Микаса прикусила губу и ослабила хватку, освобождая кисть блондинки. Энни продолжила расстегивать пижаму. Пуговицы никак не хотели поддаваться и некоторые пришлось просто оторвать. Леонхарт решила не снимать рубашку до конца, а приступить к куда более интересной части. Пальцы левой руки все еще бродили по упругой груди, невесомо касаясь твердых сосков. Светловолосая стянула тугой лифчик, обнажая роскошный бюст азиатки. Ее размерам могли позавидовать многие девушки. Позволив себе пару секунд полюбоваться этим великолепием Энни прильнула губами к розовым соскам, лаская их кончиком языка и слегка прикусывая. Брюнетка дрожала, как осиновый лист, едва сдерживаясь, чтобы не застонать в голос. Им только не хватало привлечь к себе внимание. Леонхарт пытки не прекратила. Ее нежная ладонь гуляла то по спине, то по ребрам, мягко массируя, и вскоре опустилась ниже. Микаса дернулась, едва не вскрикнув, когда теплые пальцы коснулись клитора. Энни лишь ухмыльнулась и впилась зубами в шею темноволосой. Та даже внимания не обратила. Мягкие подушечки пальцев, дразня, описывали узоры на влажных половых губах. Микаса была настолько мокрой, что горячий любовный сок уже стекал по фалангам. Большой палец все еще игрался с кончиком клитора, время от времени надавливая. И вдруг блондинка остановилась. Микаса замерла и, едва не скуля от желания впилась в мучительницу жалобным взглядом. - Проси. - Только и сказала ей та. Ну нет. Такого унижения брюнетка не потерпит. Акерман хотела было ее прогнать, но почувствовав, насколько сильно ее тело хочет продолжения, поняла, что сделать этого не сможет. Однако вместо того, чтобы упрашивать, она взяла в рот два пальца блондинки и, тихо постанывая, принялась их сосать. Получалось у нее весьма искусно. Ее влажный язычок, немного щекоча, бродил между косточек, а стоны заставили даже Энни стиснуть зубы. - Уговорила. Освободив пальцы, Леонхарт раздвинула колени брюнетки и прижалась губами к горячим лепесткам. Микаса не знала, куда себя деть. Она ерзала по кровати, хватаясь за простыни, кусая в кровь губы. Игривый язычок скользил по раскаленной промежности, собирая выступающую влагу, время от время прогуливаясь по клитору, до тех пор, пока брюнетка не изогнулась дугой и не издала пусть и тихий, но такой сладкий стон. Солоноватая смазка брызнула в лицо Леонхарт. Та облизнулась и легла рядом с наконец расслабившейся Микасой. - Завтра будет твоя очередь. - Глубоко вздыхая сказала ей Акерман. - Хорошо. - Блондинка кивнула. Продолжение следует.