Леди и Рыцарь

      Принцесса опрокинула столик с вазой и упала лицом вниз на кровать. Тонкий фарфор со звоном разбился, под разметавшимися по полу орхидеями растекалась лужа. Принцесса била кулаками в подушку, колотила ногами по перине и завывала.       — Не пойду замуж! Не хочу даже смотреть на этого жениха! И письмо читать не хочу! — она подскочила на постели. — Не читай!       Мужчина в доспехах был непреклонен. Он развернул бумагу и заговорил:       — Сим указом говорится, что вы должны присутствовать, Ваше Высочество.       — Не должна! Ничего еще не решено.       — Вы правы, Ваше Высочество, не решено. Но присутствие ваше обязано указом короля.       Она скорчилась, словно ее заставляли прожевать лимон целиком, подбежала к мужчине и требовательно повисла у того на руке.       — Ни за кого я не пойду, только за тебя, ясно?       — Но позвольте, Ваше Высочество. Я капитан королевской гвардии, а не принц.       — Ну и что, что не принц! У тебя титул графа и у тебя есть земля!       — Да, это завидное свойство, Ваше Высочество. С этим и подойду к Его Величеству: "Сделайте меня наследником престола, у меня есть земля!" Может быть, вас посмешит то, как покатится моя голова, и заставит в следующий раз разумнее выбирать жениха .       Его тон был холодным, как верхушки гор, окружавших замок.        —Ты такой дерзкий! Злюка!       Принцесса отпустила его руку. Ей хотелось стукнуть ледышку-рыцаря, но глаза наполнились слезами.       — Это потому, что я некрасивая, да?       Если капитан и опешил, то по его лицу это было не разобрать.       — Что?       — Рыжая, лохматая, конопатая, — всхлипывала девушка, вцепившись в подол платья.       — Что вы такое говорите, Ваше Высочество?       — Плоская вредная уродина, — шмыгнув носом, подытожила принцесса.       Рыцарь, казалось, впервые в жизни не знал, как поступить. Он совладал с собой, мысленно посчитал до десяти и устало выдохнул.       — Не в этом дело, Ваше Высочество; вы прекрасны, — он нарочно подбирал самые безликие слова, — как и подобает принцессе.       — Ты не воспринимаешь меня как женщину!       Уголок его губ нервно дернулся. Видит Бог, и закованный в латы командир не был настолько железным.       — Я, может быть, и видел бы в вас женщину, если бы вы не ревели все время, как младенец.       Она вдохнула побольше воздуха для нового круга рыданий и неожиданно застыла. Глаза округлились, слезы прекратили течь, дрожащие губы сомкнулись.       — То есть, чтобы тебе понравиться, мне достаточно прекратить?       Он в бессилии уронил лицо на ладони. Голова раскалывалась, а ведь утро только начиналось.