Удача на двоих.

Алма Карма пребывал в смятении. Как совсем недавно ему казалось, что он наконец-то может стать хозяином своей жизни. Твори что хочешь, можно сказать, максимум, что его ожидало, это нудная нотация от Бро-оза, который ненавидел кого-то отчитывать и делал это очень быстро, почти скороговоркой выпаливая все свои претензии. Алма был почти свободен. Он мог отправиться куда угодно. Его враги и друзья не без оснований полагали, что он мёртв. И вряд ли хоть кто-то догадывался об истинном положении дел. У него не было никаких обязательств перед целым миром, и это было чудесно. Алма был довольно силён. Его новая чистая сила был хоть и несколько странной, почти специфической, но всё же неплохой. У Алмы Кармы были свои цели. Даже не смотря на первые неудачи, которые настигли его во время нападения на Орден, он не отчаивался. Как ни странно, убивать кого-либо вполне осознано оказалось сложно. Он пытался не причинять никому вреда и не обращать внимания на язвительные комментарии Бро-оза, ведь именно с ним он делился своими планами и настроем. А получилось почти всё не так. И, вытаскивая интересующего его человека, который мог знать очень много из того, что хотел знать Алма, юноша ещё не подозревал, насколько отклонился от своих первоначальных планов. Мало было того, что пришлось убегать, что пришлось всё-таки уничтожить здание Ордена, что пришлось тащить Смотрителя в город и скрываться там, так ещё и по следам принесло его сестричку!! Хорошо хоть та не успела как следует сориентироваться и ни с кем связаться, а то у Алмы могли возникнуть серьёзные проблемы. Он ведь даже не подумал, что кто-то может отслеживать его от самого штаба экзорцистов до временного убежища. Не подумал, а следовало. Но всё обошлось. Алма сумел вычислить Линали Ли и «обезвредить» и посчитал, что это даже к лучшему. Почти заложник… Почти союзник… Последние дни оказались для него очень насыщенными и были полны оригинальных открытий. Когда очнулся Комуи, оказалось, что почти никакой очень важной информацией он не обладал, но Алме нужна была не она. То, что ему было нужно, Комуи знал, то, что он хотел сделать, теперь было таким уж заоблачным и недостижимым, оно приобретало черты реальности. Алме нужна была месть, и никакой Бро-оз не смог отговорить его от неразумных поступков. Это смогла сделать Линали Ли. Никогда не пытайтесь идти против женщины в открытую. Даже если она ещё очень молода и кажется неопытной, даже если она делает вид, что смирилась, даже если она не кажется опасной, ведь именно вы держите в руках жизнь её драгоценного брата. Линали Ли, привыкшую в своей жизни всё-таки командовать большинством людей мужского пола, было не остановить. Задача по перевоспитанию хмурого и всем недовольного Алмы показалась ей более чем достойной. Только Алма, да и Бро-оз поняли это совсем не сразу. Линали легко завоевала симпатию Бро-оза, которому она приглянулась с самых первых мгновений. Своевольный Бро-оз даже заявил, что она напоминает ему кого-то из забытого им прошлого, словно родное существо встретил после стольких лет. Именно после этого замечания Алма стал осторожнее и прекратил смягчаться и показывать свои настоящие эмоции своим новым знакомым, которые из узников перетекли в союзников. Его первая реакция и первые свободные разговоры с Линали порой напоминали ему посиделки двух подружек. Бро-оз подхихикивал, что это его настоящая сущность лезет. Комуи же был поражён разговаривающей Чистой Силой, Бро-оз в свою очередь был почти оскорблен подобным отношением к себе. Как к подопытной крысе! Ведь Смотритель не раз замечал, что был бы счастлив хорошенько изучить Бро-оза, при этом в его глазах начинала пылать безумная жажда исследования, а если рядом находили колющие-режущие предметы, то они тут же оказывались у старшего Ли в руках. Бро-оз первый раз был настолько оскорблён подобной реакцией, что даже без всякого вмешательство Алмы отключил сумасшедшего учёного. Визга-то было! Линали перепугалась, что Алма убил её братика ни за что, накинулась на него с кулаками и пинками, благо на чистую силу у неё тогда сил ещё почти не было. Алма попытался успокоить и объяснить, что это всё сам Бро-оз хулиганит, но Ли была непреклонна и утверждала, что он просто обязан в таком случае наконец-то взять контроль над чистой силой. Бро-оз вопреки ожиданиям тут же подал голос, полностью поддерживая девушку. Мол, синхронизация у них мизерная, вот и работают откровенно отстойно. И полсилы не могут разогнать. На Алму напали с двух сторон, и только почти к утру все наконец-то утихомирились, всё больше потому что Комуи наконец-то пришёл в себя, и Линали отправилась заботиться о нём. А Алма понял, что уже промахнулся. Позволил на себя наорать, позволил выйти ситуации из-под контроля. Рассчитывать и дальше на позицию хотя бы командующего этим маленьким балаганом было глупо. Всё утро того дня он продрых как убитый, позже, к вечеру, Линали жаловалась, что думала, мол, он впал в кому, пыталась разбудить, чтобы отпроситься сходить за продуктами, но не сумела. И она сходила сама и даже приготовила ужин. Алма оценил только кофе и легкий салат в основном из трав (перец юноша нагло причислял именно к травам). Всё остальное было на его скромный вкус несъедобно. От рыбы остались одни угли, что это за рыба, вполне естественно Алма ответить уже не мог. А у Линали спрашивать было опасно. Она слишком радостно крутилась вокруг своего братика, который даже не замечал, что именно отправляет себе в рот до тех пор, пока не подавился косточкой. Алме стало тревожно. Он почувствовал себя лишним на этом празднике жизни и, быстро собрав посуду и выбросив несъедобные остатки пищи, отправился в свой уголок. О том, чтобы обсудить хотя бы с Бро-озом готовящийся поход в Орден, Карма даже не подумал. Он сидел в углу, прислушивался к себе и с удивлением отмечал — нет больше той неиссякаемой, мощной жажды мести. Её место заняло что-то более мелкое, что-то более незаметное, но куда более неприятное для Алмы. Он не знал, что это такое, но больше всего это напоминало зуд где-то внутри, где-то глубоко-глубоко под кожей, когда, вроде бы, чешется, и надо всего-то почесать, но почесать ты можешь только снаружи, а внутрь никак не залезешь и никак не утихомиришь раздражённые сигналы организма о том, что что-то всё-таки пошло не так. Не по плану. А был ли план вообще? Или была лишь потребность нести праведную, как тогда казалось, месть и разрушения, само собой, тоже? Тогда Алме пришлось признать, что у него самого большие проблемы, и он совсем не понимает, чего хочет. Тогда же он в первый за долгий период времени всерьёз задумался о том, что стало с Кандой. Но говорить об этом хотя бы с Линали он не стал, полагая, что запутается от того ещё больше и забудет о своих целях окончательно. Он желал разрушить Чёрный Орден. Погрести всю эту организацию и, если повезёт, посильнее ударить даже по самому Ватикану. Он понимал, что месть, возможно, того и не стоит. Но ему было плевать. Он ещё слишком хорошо помнил те ощущения, которые охватили его при возвращении не только сознания, но и воспоминания. Он помнил, как ненависть наполнила его до краёв, когда он осознал, что на самом деле произошло с ним, сколько лет прошло с его якобы смерти, и что никто ничего так и не уяснил. Проект был прикрыт, да, но зато они начали новый. А потом снова начнут, потом опять… И каждый следующий их проект будет всё менее человечным и всё более жестоким, потому что им плевать на людей, они даже не пытались что-либо исправить, люди те становились всего-то материалом, необходимым для опытов. Алма был разбит и расстроен всего лишь собственными размышлениями. Он начал задумываться, что будет потом, если он выживет, если его не схватят и не посадят вновь в какой-нибудь подземной лаборатории. А ещё Алма помнил ощущение, когда его пытались превратить в акума, давя на эту самую ненависть, полностью погружая его тело и душу в эту липкую, тёмную массу ненависти, ужаса и боли. Никогда прежде он не чувствовал себя более обречённым и беспомощным, чем в те мгновения, когда он едва не стал акума. Ему повезло. План Ноев был сорван, и, не смотря на то что юноша не испытывал к ним особой ненависти, становиться их бездумной марионеткой совсем не хотелось. Он желал самостоятельно и вполне осознано разрушить то, что решило, что оно имеет власть разрушать человеческие сердца и души. Он надеялся, что сможет сделать всё правильно. И как-то глупо подумал, что, возможно, Бро-оз сможет ему помочь. Ведь всё-таки именно эта настырная чистая сила за каким-то лядом вернула его в мир живых, пусть теперь и помогает. Потому что особого желания жить у Алмы не было. Иногда его чистая сила вела себя так, словно играла в какую-то тайную игру со всем миром и с собой. И правил у этой игры ещё не было. Уснуть в тот вечер и ночь Алме так и не удалось; он просидел на улице до самого утра, встречал совсем не романтичный и дождливый рассвет, вдыхал свежий утренний воздух, ёжился от холодного ветра и никак не мог определить — нравится ему это или нет? Нравится ему просто жить, просто существовать, или он совсем потерял к этому тягу? Досиделся он до того, что промчавшаяся мимо карета обрызгала его всего водой из лужи, и Алма наконец-то определи: ему — не нравится. А вот расхохотавшемуся Бро-озу — даже очень. На завтрак был свежий хлеб, который Карма притащил сам, да остатки позавчерашней рыбной похлёбки его же приготовления. А после было уже разбирательство на тему: где взять ещё денег, если появились ещё два непредвиденных нахлебника, и они тоже требуют еды. Спор оказался затяжным, и как-то сам по себе перетёк во что-то напоминающее дружескую перебранку. Позже Бро-оз неожиданно подал голос, заявив, что, кажется, всё потихоньку налаживается. И напомнил о необходимости наконец-то улучшить синхронизацию и о необходимости хотя бы крохи взаимопонимания. Бро-оз разделял синхронизацию на официально принятую в Ордене, которая у них была на максимуме, и на какую-то известную только ему, которая была низкой, и из-за которой Алма не мог верно управлять своими силами. Юноше казалось, что в последнее время Бро-оз стал вести себя совсем не так как раньше, стал придираться, стал пытаться подтолкнуть его к активным действиям, в которых сам юноша почти не видел смысла. Ему это не нравилось. А потом Линали начала наседать на него с расспросами, как надоедливая мамочка пытается разузнать, насколько хорошо сыночку в изолированном от внешнего мира пансионате: как он учится, подружился ли с кем, что ему нравится, кто как на что реагирует, какое там расписание и, что самое главное, какие у него проблемы. Сначала положение несколько облегчал тот факт, что, похоже, она больше интересовалась прошлым и происхождением Канды, и Алма всё-таки рассказывал о многом, не акцентируя внимания на себе. К тому же вспоминать о мальчишке-буке, который вечно пытался от него отделаться, было довольно занимательно. Потом пошла информация о самом эксперименте и о том, кто такой Канда и кем он был раньше. На этой части Линали явно была сильно разочарована в чём-то. Постоянно переспрашивала, раздражая Алму ещё сильнее, но потом… Потом он внезапно осознал, что совместное ворошение прошлого вызывает удовлетворение. Чуть позже Линали завела разговор уже конкретно о нём. Действовала она осторожно, исподволь, будто бы сразу же извиняясь за причинённые неудобства, по-своему старалась вывернуть его душу наизнанку, взамен выворачивая свою. Наверное, это и было причиной её успеха, Бро-оз не мог поступить так же, у него даже память была не полной, а чувства и обиды… Алма не знал, есть ли они у этой чистой силы как таковые. Линали же была таким же человеком, как он сам. Просто ей намного больше повезло в жизни. А могло не повезти. Именно тогда, во время этих бесед все составленные до этого планы, вся тяга к бессмысленной, но беспощадной мести улетела далеко в космос. Ли была категорична. Как оказалось, она была не прочь попытаться существовать отдельно от Ордена даже не смотря на то, что там всё ещё были близкие ей люди и именно в этом месте она могла бы найти того же Канду и Аллена с Лави, которые тоже сейчас находились непонятно где. Так же Ли была совершенно честна: она боялась, что Алма может снова сорваться и помчаться убивать всех вокруг. Наверное, потому и решила остаться рядом, поддержать и не дать совершить что-то совершенно безумное. О том, что Алма может решить отомстить отдельным представителям Ватикана или Ордена, она решила пока не вспоминать и разобраться с проблемами по мере их поступления. И поход они в этот самый Орден тоже не планировали, идея возникла спонтанно… Алма тоже был почти не против подобного положения вещей, вот только никто не ожидал странной встречи на подступах к Ордену. Юу, седой паренёк, который, кажется, был Алленом Уолкером, и ещё один не опознанный Алмой мужчина. В голове что-то зашевелилось, словно собираясь ему напомнить, но ничего не вышло. Зато здесь был Юу. Живой и невредимый, всё-таки сейчас мысль об этом вызывала только удовлетворение. Что бы делал Алма, если бы его друг детства (забудем о прошлых жизнях) погиб, а он сам остался жив без возможности обретения лёгкой смерти? Молчание затягивалось. Стоящие на склоне Канда, Аллен и Мари ожидали реакции от тех, кто стоял на тропинке внизу. *** Стоящие внизу Алма и Линали, ждали хоть чего-то от тех, кто стоял на склоне. Все они думали о чём-то своём, переводили недоумевающие взгляды, пытаясь удостовериться в реальности происходящего и в том, что они все видят одно и то же. Аллен готов был поверить даже в коллективную телепатию, которая неким образом обошла его стороной. Он сам не переглядывался, не ловил ничьих взглядов. Вообще внимание Линали и Алмы было сфокусировано на Канде, хотя они ещё и переглядывались, а внимание Канды на них обоих, и он переглядывался только с ними. Похоже, Аллен и Мари, стоящий сзади, были вышвырнуты из этой замысловатой игры в гляделки. Понятно ещё, почему Мари, но чем не угодил им Аллен? Молчание действительно затягивалось. — И.. что.. Что вы здесь делаете, Линали? — обращаться к Алме было как-то страшновато. Тот странно выглядел и по данным Аллена почему-то смог воскреснуть. А ведь сам Алма пребывал в куда большем смятении. — Мы… а вы сами? Канда? — произнесла Линали, запинаясь, и снова беспомощно оглянулась на Алму. Уолкеру захотелось демонстративно уйти отсюда куда-нибудь подальше. Никто не собирался обращать на него внимание. За спиной негромко хмыкнул Мари, и Уолкер поймал себя на том, что начинает обиженно сопеть. — Что вы здесь делаете и каким образом здесь оказался ты, Алма? — медленно отчеканил Канда. Лицо мечника ничего не выражало, но, судя по его напряжённой позе, он явно едва сдерживал какие-то довольно сильны эмоции. — Привет, Юу… Прозвучало глухо и довольно жалко. Голос Алмы сорвался дважды во время произнесения такой простой короткой фразы. А Аллен лицезрел удивительную, уникальную картинку: Канда Юу ничего не имел против того, чтобы его называли по имени. Мечник был занят кое-чем другим, например, осознанием того, что его погибший друг вдруг каким-то немыслимым образом оказался живым и почти здоровым, разве что в странной полумаске? Аллен, правда, не понимал, что это такое на самом деле, потому что ни на какую маску не походило никоим образом. А ещё Уолкер стал всерьёз сомневаться насчёт того, что лучше было бы рассказать Канде о том, кто, вроде бы, напал на Штаб Ордена. Пусть пришлось бы потратить больше времени на объяснения, но мечник не был бы так шокирован. И они не стояли бы в ступоре столько времени. Канда Юу в ступоре… Не будь у них важного дела, Аллен любовался бы часами. — Канда, Алма, — снова подала голос Линали. И снова прозвучало это едва слышно и совсем невнятно, так, будто бы она и не хотела, чтобы кто-нибудь её услышал. Но это был праздник глухонемых, когда все что-то там шептали и никто ничего не слышал. — Аллен!! Аллен Уолкер, если моя память мне ещё не изменяет так же, как и обычно!! Привет!! Я ошизенно рад видеть тебя в добром здравии!! — разрезал тишину почти пронзительный, возбужденный крик какого-то… подростка. Вот только раздавался он от Алмы с Линали. Все, кто до этого стоял и молчал, либо шептал, едва ли не подпрыгнули, а голос продолжал бухтеть. — Рад, что ты цел! Хах, хотя что-то нехорошее подсказывает мне, что что-то всё-таки произошло, нет? Не обращай внимания на эти слова, из меня всегда был фиговый пророк. А, может быть, слишком хороший, и я предсказывал всё с точностью до наоборот! Голос казался очень знакомым, юноша был уверен, что уже слышал его где-то и почти помнил. Аллен продолжал слушать и потихоньку оглядываться по сторонам, иногда присматриваясь к Линали и Алме, чтобы определить, что происходит. — А я вот, как видишь, не один, своего этого нашёл, теперь вот прямо совершенно другой вид, не то что раньше! — Постой, ты... — внезапно пришедшая на ум ассоциация была довольно безумной, но всё-таки, — ты Броз? — Предпочитаю Бро-оз, но можно и так, — отозвался тот же голос. — Рад, что ты узнал. — Бро-оз? Прозрачный который вечно, что ли? — задал Канда малопонятный вопрос. Теперь уже удивлённо уставились на него. — Ну да, была такая проблема, — отозвался Бро-оз, — а мы что, знакомы? Я тебя-то помню, ты был за дверью в моё убежище. Но не помню, чтобы ты видел меня сам, или здесь что-то другое? Аура у тебя… шикарная, — изумлённо выдохнул старый знакомый. — Забыл, что это значит, но аура у тебя и впрямь крута. Елки палки, я хочу нам такую же!! — Кому нам и какую? — не понял Алма. — А что, ты и сейчас невидимый? — попытался понять Аллен. Бро-оз рассмеялся. — Нет, я же сказал, я нашёл того, с которым смог синхронизироваться, Алму. Теперь он, вроде бы, мой носитель. — Чего? — Тч, он чистая сила. Чистая сила Алмы! — раздражённо отозвался Канда, — вот только каким образом он оказался жив, если я сам видел, как он умер? — Меня вернул Бро-оз! — Бро-оз этот тот тип, что возвращал к жизни людей из того городка, в котором мы были, — пришло время разъяснения Аллена, — вот только я не думал, что это именно чистая сила. Я думал, Броз экзорцист. — Бро-оз это я, — отозвался тот же голос, исходящий от Алмы, — и я свободно могу со всеми вами общаться. Говорят, больше так никто не может. Кстати, Аллен, ты знаешь, что у тебя очень большой наплыв? — Наплыв? — переспросил Аллен — В ауре. Косяк. Серьёзный. Наплыв. И стопор какой-то тоже. Странная у тебя аура, тройная как будто. С одной стороны всё отлично, с другой край будто мёртвым был долго, а тут, блин, очнулся и попытался… воздействовать или взаимодействовать здесь будет правильнее. Да. — Это опять бред, который не стоит слушать? — поинтересовался Аллен. — Лучше бы послушал, Мояши, кто там не может активировать чистую силу? — раздражённо отозвался Канда. Напомнил, называется. Аллен попытался заставить себя не вспылить и отделаться коротким: «Я Аллен, БаКанда!». — Аллен не может активировать чистую силу? А что случилось? — тут же заинтересовался Бро-оз, похоже, он был единственным, кого это интересовало. — Может, ты лучше объяснишь мне это, ты же что-то там увидел? — Но я не смогу рассказать, что именно это означает. Я вижу что-то более чужеродное, но оно странное. А этот наплыв - он другое. Чужеродное. Будто бы часть вдруг омертвела и теперь стала постепенно захватывать всё остальное, преобразовывая под себя. Не делая таким же, но преобразовывая. Нехорошо. — У меня две чистые силы, — отозвался Аллен. — Одна со мной с рождения. Сейчас она и не работает. — Не нравится мне всё это. Будто ты болен. — Это связано с чужеродным? — решил хоть немного уточнить Аллен, уяснивший для себя, что чужероден браслет, а края, что умирали, его рука. И теперь она захватывала всё его тело. Пока всё совпадало. — Нет. Я бы сказал, что чужеродное ослабляет иммунитет в общем, но не является причиной. Причина... раньше я смог бы её определить, но я отказался от своей памяти. — И скрылся в только тебе известном убежище? — решил продолжать Канда. — Да, — в голосе Бро-оза появилось нескрываемое удивление. — А откуда... Ты кто такой, Юу Канда? Кто ты такой? Какие знания, или это интуиция, или мы были знакомы в нашей совсем не той жизни? — Бро-оз сдавленно хихикнул, — извините, разошёлся совсем уж. Заболтался. — Тогда перейдём к тому, как и кто здесь оказался? — напомнил о более насущной проблеме Канда. — Что вы здесь делаете? — Пришли за информацией, — несколько неуверенно отозвалась Линали, — а вы? — За тем же. Ни я, ни Мояши давно не были в Ордене. — И не уверены, что туда стоит возвращаться, — попробовал улыбнуться Аллен, — вот и связались с Мари, а мне надо бы ещё и незаметно встретиться с Хевлаской, побеседовать о моей чистой силе. — Идём вместе? — предложила Линали. Пришлось идти так. Осторожно перебираясь, настороженно поглядывая друг на друга. Алма и Линали за это время успели поделиться некоторой информацией о себе. Почти всё это Аллен уже знал, а Канда слушал молча, почти никого не прерывая, и сложно было понять, о чём он думает. Линали тоже предпочитала молчать, но выглядела виноватой. Алма же словно упрямый нашкодивший ребёнок, понимающий, что сделал что-то плохое, но не желающий принимать заслуженное наказание. Будто упрямо верит в собственную правоту и будет оставаться при своём мнении до последнего. Впрочем, за всеми событиями Аллену было практически плевать на то, что творил Карма. И его поступки казались не такими уж ужасными по сравнению с некоторыми. А вот его говорящая и вполне самостоятельная чистая сила Бро-оз казалась чем-то более интересным и почти интригующим. Пробираться планировали через подвальные помещения, выбравшись в них через старый канализационный слив, который уже не использовался. Путь до крутого склона и большой трубы, выходящий к местному бывшему озеру, прошёл без каких-либо происшествий, если не считать, что пару раз Мари отвлекался на что-то, что потом охарактеризовал как неизвестного ребёнка или девушку, прошедшую к Ордену через парадный вход. Уж очень шаг был лёгким. С лёгкостью избавившись от старой решётки, экзорцисты без проблем прошли дальше. Мари объяснил, что если бы это был кто угодно, кроме экзорциста, то его бы просто так сюда никто бы не пропустил, мол, щит на штабе так настроен, что только синхронизированных пропускает без проблем. Там же, у входа, он расстался с остальными экзорцистами. Аллен с Кандой справедливо предположи, что не стоит настолько явно вмешивать его в эту историю. Не смотря на то, что сливной системой никто давно не пользовался, пахло там всё равно омерзительно. То и дело что-то начинало подозрительно хлюпать под ногами, а неприятная жижа, свисающая с потолка, заставляла пригибаться и надеяться, что за любым следующим поворотом появится заветная дверь. Двигались почти наугад, карты как таковой не было, и вся эта идея начинала казаться всё более безумной, после того как они нарвались на пару тупиков и один обвал. А вот когда их встретило сеточное металлическое ограждение, оказалось, что прямо за ним расположена так необходимая им лестница наверх, ведущая в подвал к более современным трубам, кранам и бакам. Разумеется, какая-то металлическая сетка, как и недавно установленные двери не смогли стать для них полноценной преградой. В подвале было решено разделиться на две группы. Одна — добывает информацию, другая идёт именно к Хевласке. Причём, как ни странно, за информацией пошли Линали с Кандой, потому что Алма тоже хотел увидеть Хевласку, а терять времени совсем не хотелось. И стоило такому произойти, что Аллен только вылез в наполненные ночной тишиной коридоры, как тут же ему на встречу вышел старый знакомый. — Аллен Уолкер, а мы уже вас здесь заждались!!