Lasciate ogni speranza voi ch'entrate

      Falling in the black,       Slipping through the cracks,       Falling to the depths can I ever go back.       Falling inside the black,       Falling inside, falling inside the black.*       Третий круг.       - Отвратительно, - Сэм судорожно вдохнул и закашлялся. Приторно-сладкий запах тления вызывал тошноту и головокружение, заставлял глаза слезиться, а желудок судорожно сжиматься в рвотных спазмах.       Охотник бросил взгляд на ангела, которому явно было всё равно на то, что творилось вокруг. Сэм старался не смотреть под ноги, чтобы не видеть полуистлевшие ошмётки тел, обломки костей, что неровными краями белели на фоне посиневшей кожи, обрывков окровавленной одежды, вырванных клоков волос...       - Цербер, - безразлично произнёс серафим. Он был настолько невозмутим, будто идти приходилось не по кускам тел, по щиколотки утопая в останках, а по ровной тропинке тенистого парка.       - Трёхглавый цепной пес или я чего-то не знаю? - поинтересовался Сэм. Ад был полон сюрпризов, и каноничное изображение демона отнюдь не всегда оказывалось верным, это Винчестер уже понял.       - Самый крупный из адских псов, - кивнул Кас. - Свирепый. Вечно голодный.       - Договориться с ним не выйдет, - констатировал Сэм, потирая всё ещё нывшее солнечное сплетение. Глубоко же Минос засунул свою руку…       - Сражаться тоже, - бесстрастно произнёс Кастиил.       - И каков твой план?       - Цербер охраняет спуск вниз, так что тебе нужно всего лишь прорваться, пока я буду отвлекать его.       - Стоп, - Сэм остановился. – Ты будешь его отвлекать? Если он то, что я думаю, то он порвёт тебя, как…       - Зато не достанет тебя, - Кастиил обернулся, пристально посмотрев на парня. – Ты должен спасти Дина.       - Один?       - Я не собираюсь умирать, - тень улыбки тронула губы ангела. – Я серафим, Сэм. Один из тех, кто ближе всего к Его престолу. Меня не так-то просто убить.       - Но риск…       - Оправдан, - отрезал Кас. – Моя цель – привести тебя к Дину. И я сделаю это.       Сэм промолчал. Да, у них была общая цель, он помнил об этом. Но глядя на хрупкую оболочку ангела, охотник иногда забывал, кто перед ним. Впрочем, изъясняться серафим стал более понятно, нежели при первой встрече. Прогресс.       - Скажи, Кас, - подал голос Сэм, когда они вновь двинулись вперёд, проваливаясь по щиколотку в перегнивших останках, - что… что они могут сделать с Дином?       - Лучше тебе не знать, - ответил Кас. – Но Дин уже не будет тем, каким ты его помнишь.       «Все демоны когда-то были людьми», - всплыла в его памяти фраза, оброненная Руби в пылу ссоры с Дином. Неужели… Нет, Дин не станет… Он сильный. Он всегда был сильным. «Лучше нам успеть до того, как они его сломают», - эхом прозвучал в его голове голос Каса. Сломают…       «Дин, - мысленно позвал Сэм, надеясь услышать знакомый отклик. – Дин, держись. Дин!»       Но лишь тишина была ему ответом.       Клетка Дина Винчестера.       Сознание возвращалось медленно, вместе с болью в изувеченном теле. Дин попытался вдохнуть, но закашлялся, захлёбываясь собственной кровью. Каждый спазм сопровождался адской болью в груди. Дин не хотел смотреть на то, что с ним сделали, он и так знал, что увидит: развороченную грудную клетку, вывернутые рёбра, белеющие на фоне алой крови, судорожно бьющееся сердце…       Дин застонал, попытавшись пошевелить перебитой в нескольких местах рукой, безвольно обвисшей в наручнике кандалов. Болью отозвалась левая щека, на которой не хватало куска кожи, разбитые в кровь губы и разрезанный надвое язык.       Демон ушёл, но Дин до сих пор слышал его смех. Почему? Он же уже согласился…       Было очень холодно. И больше всего Дин хотел уснуть и больше никогда не просыпаться.       Его сны, если забытье можно назвать сном, были полны страха. Он не видел чётких образов, он вообще ничего не видел. Он просто падал. Его безмолвный крик разбивался о пустоту, тело стрелой летело вниз, а оглушающая тишина давила на уши, лишь добавляя падению ещё больше ужаса. Он падал и падал, осознавая лишь одно – если он достигнет дна, то уже не вернётся.       Третий круг.       Они услышали Цербера, когда Сэм уже потерял терпение.       Ему казалось, что они идут уже вечность, по щиколотку утопая в останках растерзанных тел, а конца и края всё не было. Небо, затянутое низкими серыми тучами, прорвалось дождём. Впрочем, как вскоре понял Сэм, это был и не дождь вовсе – вода не отдаёт привкусом ржавчины и соли. Небеса здесь плакали кровью растерзанных жертв.       - Блеск, - простонал Сэм, поднимая воротник рубашки, чтобы жидкость не затекала за ворот. Впрочем, это явно было бессмысленно – скоро он вымок до нитки.       Кастиил, казалось, не обращал внимания на дождь, продолжая идти вперёд. Он вымок не меньше Сэма, и теперь уже ничем не напоминал грозного ангела – даже в его пристально-отрешённом взгляде Винчестер с удивлением заметил… недовольство.       Вопль боли, заглушаемый басовитым довольным рычанием, раздался совсем рядом. Сэм от неожиданности сделал несколько шагов назад, крепче сжимая короткий клинок в мокрой ладони.       Цербер, огромный пёс с лоснящейся серо-синей шкурой, медленно вышел на верхушку холма из сваленных в одну кучу тел, который Сэм и Кас как раз обходили. Три огромных головы обратили взгляд шести чёрных, как смола, глаз, на двух пришельцев, застывших у подножия. Цербер принюхался, продолжая медленно, будто напоказ, пережёвывать тело очередного бедняги. Одна из пастей раскрылась, свесив лиловый язык. Лишь мгновение Сэм видел острые клыки, и ему стало не по себе.       - Кас, - позвал он, - где вход вниз?       - Думаю, что на вершине.       Сэм судорожно сглотнул: ему предстоит забраться наверх по всем этим телам…       - Какой у нас план? – спросил он, прикидывая, как быстрее добраться.       - Нужно выманить его оттуда, - Кас посмотрел на Сэма. - Цербер не отходит далеко от входа, так что у тебя будет мало времени. Когда я скажу – будь готов.       - Понял.       Кас, вытащив клинок, двинулся вверх по склону, поднимаясь по спирали, тем самым заставляя Цербера ворочать огромными головами, следя и за ним, и за Сэмом, который неподвижно стоял у подножия. Тварь издала низкий предупреждающий рык, присев и будто готовясь прыгнуть. Кас остановился на мгновение, а потом молниеносно переместился за спину Цербера. Тот рассеянно заморгал, водя огромными мордами из стороны в сторону, когда ангел прыгнул вперёд, вонзая клинок в шкуру зверя. Цербер взвыл, резко развернувшись, но Кастиил уже исчез.       Сэм заворожено наблюдал, как ангел кружит вокруг огромного вёрткого пса, ловко избегая ударов лап и острых зубов, нанося быстрые неглубокие удары, которые ещё больше злили тварь. И ещё охотник заметил, что Цербер крутится вокруг одного места, не отходя далеко.       «Там вход, - услышал он голос Каса. – Вперёд!»       Одновременно с рванувшимся вверх Сэмом, Кас оказался на спине зверя вне досягаемости голов, вонзив клинок глубоко между лопаток. Цербер взревел, подскочив и завертевшись, стараясь скинуть с себя слишком быстрого противника и втоптать его в грязь, чтобы потом рвать его плоть, разбрасывая окровавленные, исходящие паром ошмётки по округе. С каждым шагом он всё дальше отходил от входа, а Сэм был всё ближе.       «Быстрее! – подгонял его голос ангела. – Быстрее, Сэм!»       Когда Винчестер оказался на верхушке, возле места, которое охранял зверь, Кас не удержался и был сброшен под ноги твари. Последнее, что увидел Сэм, прежде чем прыгнуть в зияющую чёрную пустоту, была когтистая лапа, занесённая над ангелом. Он хотел броситься на помощь, но упругая невидимая волна толкнула его назад.       Сэм падал, а Кастиил, глядя на приближающуюся смерть, улыбался так, как не улыбаются ангелы. ___________________________________________ *Падаю во тьму, Сквозь стены прохожу, Падаю на дно и уже не вернусь. Падаю во тьму, Падаю я, падаю я во тьму. Skillet - Falling inside the black. Вот такая вот небольшая обнова, друзья! Отзывы будут, не? Простите, что так долго - работа, родимая, и связанны с концом года всемассовый коллапс с покупкой подарков оттянули написание главы. И ещё... С наступающим, друзья! Этот год был для нас разным - тяжёлым и лёгким, грустным и радостным, светлым и не очень. Пусть же новый год принесёт нам то, чего мы не получили в старом! Вдохновения и покладистой музы, камраден! Люблю вас!