Поиграем?!

2rbina 2rista — Стальные яйца 2rbina 2rista — Паразиты Рэнто разрывает перепонки своим басом, а я голыми ногами шлепаю до комнаты. И думаете, что я спокойно дошла? Хрена лысего! Мне на встречу вылетел дядя Ярик и, расставив руки в стороны, начал подпевать: — Кто живёт на дне могилы? — Ярка! Ярка! — Не могла не включиться в игру я. — Кто её друзья-дебилы?  — Ростик! Ростик! — Кто женщинам доступным нрайца? — Ярик! Ярик! — У кого стальные яйца? — Кто в Москве без регистрации! Да, это мой любимый дядя Ярик! Тока что он делает у нас? У него там жена рожать в больнице должна! Этот вопрос и я озвучила. — Ну, у Киры роды тяжелые, так что меня выперли из больницы. Ага, так-то, чтоб под ногами не мешался. — И правильно, нафиг мешать врачам. — С умным видом сказала я, поправляя полотенце. Дядя умильно улыбнулся и с такой же улыбкой отписал мне леща. — За что? — Возмутилась я. — За то, что заставила Ваську волноваться! — Да она сама меня в психушку запихнула! — Попыталась я донести до родственника истину. Он не ответил, снова отвесил мне леща и с криком «ки-ия!» закрылся в ванной. Да, это мой любимый дядя. Зайдя в комнату, я первым делом проверила телефон, и чуть не поседела, когда увидела тридцать с хреном пропущенных от Лины. Она меня прибьет. Набрав её номер и зажав телефон плечом я стала одеваться. Пару гудков и девушка берет трубку. — Кому ты рассказала о наших планах? — Только Дашковой и все. — Ну да, только ей. Она вчера позвонила узнать, как у меня дела, и я в общих чертах рассказала ей, что мы собираемся сделать. — Молодец, а она рассказала Наумовой. — Епта-а! — Протянула я, падая на диван. — Во-во, и че делать будем. Че делать? Трек сменился, а я прислушалась к тексту. Да, может сработать. Только придётся ещё Лидию просить. Ну, я думаю она поможет. — Найди четыре пары прозрачных чёрных чулок и корсеты на четвертый и второй с половиной размеры груди. — Поняла, пошла искать. И Эвелина бросила трубку. Заебись поговорили. Хотя, сейчас не до этого. Сейчас надо сконцентрироваться на орущем дяде. — Дядь Ярослав, ну че ты орешь? — Спросил сонный Росс, высовываясь из комнаты. — У меня близнецы родились! Близнецы! — Вещал обезумевший от счастья дядя тряс брата за плечи. — Ярка, выбирай имя девочке! — Руслана! — Не раздумывая сказала я, спускаясь по лестнице и ища в телефоне нужный номер. — О, вот ты где! Пару гудков, и подруга берет трубку. — Че те, наркоманка-суицидница? — Недружелюбно спросила старая подруга. — Я тебя тоже люблю, Кастрюля. Помощь твоя нужна. — Да кто б сомневался! — Судя по скрипу кровати она ещё спала. — Время сколько? — Полшестого. — Я взглянула на настенные часы в коридоре. Капец, сама проспала до вечера и не заметила! — Че те надо? Я вкратце обрисовала ей план. — Так, ну, нужная тебе краска у меня есть, шорты тоже, а танцевать, так сто грамм и я вся твоя. — Ага, а потом «Здравствуй, вытрезвитель, давно не виделись!» — Съязвила я, выходя на улицу с рюкзаком, полным вещей. — Ой, рыжая, не выё! Мне вот что интересно: кто исполнять будет? — Ваня! У него голос подойдёт. — Он убьет меня! — Даже через трубку я услышала, как Лисса обреченно вздохнула. — А что ты, милочка, хотела? Два года провстречаться, а когда он тебе колечко приволок, пропасть с радаров. Конечно он убьет тебя. Сначала трахнет, а потом убьет! — А потом снова трахнет! — Хихикнула подруга. — Десять очков Гриффиндору! — Хихикнула я, выходя из дома. — Тебе до школы ещё долго? — Не, двадцать минут быстрым шагом и я на месте. — Ответила я, перепрыгивая очередную лужу. — Я уже буду там. Постараюсь не попадаться своему жениху на глаза, а то стремно. — Чур я крестная первенца. — Да как нехуй! — И, смеясь, она сбросила трубку. Дура, но такая, любимая. Усмехнувшись, я спрятала телефон и почапала в школу. По-моему, это место стало ещё мрачнее. Поздоровавшись с охранником и оставив куртку в раздевалке, я направилась прямо в актовый зал, а оттуда в гримерки. Как и обещала, Лиска уже сидела перед зеркалом со спортивной сумкой у ног. — Вы готовы, дети? — Спросила она, вставая и расставляя руки в стороны. — Да, капитан! — Я прыгнула на нее и попыталась придушить. — Я не слышу! — И все это мне в ухо! — Так точно, капитан! — О-о-о! И мы весело рассмеялись. Нет, мы нормальные, это мир сумасшедший. — Так, иди договаривайся с Ваней, а я пока краски смешаю. — Скомандовала Мелисса, по шею уходя в свою сумку. — На улице темно? — Достаточно. — Кинула я и пошла искать друга. Найти его было значительно проще, чем заставить исполнить трек Рэнто. Но, как говорится, к каждому замку есть свой ключ. — Если ты исполнишь трек, тебя будет ждать сюрприз. Голый и повязанный ленточкой. Он лишь кивнул и ушёл учить текст. У него на это час, не больше, но в своём друге я не сомневаюсь. Что странно, он даже не попытался наорать на меня. Значит, он точно знал где! Зар-раза! Я поспешила обратно к Кастрюле, когда в коридоре неожиданно появился Никита. Настолько неожиданно, что мне срочно пришлось срулить в мужской туалет, лишь бы не попасться к нему. Но, в тот момент мне показалось, что лучше бы мне Стужев голову промыл, чем я узнала бы чужую тайну, тем более такого рода. Прямо на подоконнике сидели и целовались близнецы Боевы. Да-да, те самые блондинистые милашечки. Дверь за мной захлопнулась, а они вздрогнули и тут же отлепились друг от друга и загнанно посмотрели на меня. — Спокойно, — Поспешила предупредить их, выставляя руки в примирительном жесте. — Это не моя тайна и не мне её рассказывать. — Они сразу как-то облегченно выдохнули и, улыбнувшись, посмотрели мне в глаза. — Спасибо. — Искренне сказал Паша, беря второго за руку. — И давно вы так? — Месяц. — Тихо ответил Гоша, почти прячась за брата. Твинцест, как мило. — Мне только интересно — вам экстрима не хватало? — В смысле? — Спросили они одновременно, чем вызвали у меня улыбку. — Вы же не хотите афишировать ваши отношения. — Они синхронно кивнули. — Значит, туалет не самое лучшее место для обжимашек! Могут заметить. Хотите экстрима? Так только скажите, и я вам устрою парный прыжок с парашютом. Там и наобнимаетесь! — Да мы поняли! — Вот и ладненько. — Я развернулась к двери. — Кстати, если будут проблемы — обращайтесь. Я всегда помогу… И вышла за дверь, а потом вернулась, ибо не узнала самого интересного. — Стоять, кролики-осеменители! — Паша откровенно зло на меня посмотрел. — Скажите, кто из вас актив? — Гоша мгновенно смутился моего вопроса, и все вдруг стало ясно. Я лишь улыбнулась и попросила: — Расскажите мне когда-нибудь вашу историю. И вот теперь точно вышла из туалета. Нда, с парнями неудобно получилось. Но и рассказывать я никому не собираюсь. Это их тайна, их жизнь и не мне в неё лезть! Тихо прошмыгнув мимо всех учащихся, я забежала в гримерку за сценой. — Рыжая, ты не поверишь, что я нашла! — Сказала подруга, выходя из задней комнаты. — Если кольцо всевластия, то таки да! — Ответила я и села на стул перед огромным зеркалом. — Круче! — За моей спиной загремели цепи. Я неверяще уставилась на Мелиссу. Она стояла в своем, как всегда шикарном, нижнем белье, а на шее у неё был ошейник, которому была прицеплена тонкая, но крепкая цепь метров в двадцать, ибо подруга несколько раз намотала её на руку. — Епрст, это то тут откуда? — В душе не ебу, но ты представляешь, какие шоу можно из этого забацать. Я лично нет. А вот судя по её глазам, в которых плескался огонь, она это дело представила очень даже живо! Мне уже страшно! — Рыжая, я захожу! — Я ничего не успела ответить. Зато Мелисса успела нырнуть в заднюю комнату и оставить щелку, чтоб подсматривать. Ну конечно, сама его бросила, а теперь страдает! Ну, зато Ваня был спокоен, как удав. Просто вымещал зло на окружающих. Угу. Шатен вольной походкой вошёл в гримерку и сел на стул. — О, Вано, не шевелись! — Я с не прикрытым энтузиазмом схватила кисточки и принялась вырисовывать у него на лице череп. За что люблю эту краску, так за то, что при свете её не видно, а вот выключить освещение и на еблище моего доброго друга будет красоваться красивый такой череп. Так же я разрисовала и его майку, даже волосы намазала. Что странно, так это то, что Ваня молчал. Больше того, он думал! А это было уже страшно. Но узнавать причину его такого состояния не хотелось. Можно попасть под горячую руку и нехуево так огрести! Когда я закончила с гримом, он поднялся, крепко обнял меня и, прошептав «Я скучал», вышел за дверь. — И не жалко тебе его? — С тяжелым вздохом спросила я, когда на моей шее сомкнулся кожаный ошейник с шипами. Похоже, BDSM в нашей миленькой школе процветает. — Очень. И, обещаю, прямо сегодня мы помиримся, и я даже приму его предложение. — С присущим ей весельем ответила она и принялась красить меня. В общем, на нас красовался одинаковый макияж. Белый яркий череп на лице, красные подкрашенные корни и кончики волос, которые станут нормальными сразу после того, как я помою голову. Ногти тоже светятся зеленым. А на спине у обеих с подтеками написано « Бар-ракуды» Восхитительно. И вот стоим мы в темноте, фоткаемся, корчим рожи, и дверь такая открывается, и входит Эвелина с внушительной сумкой в руках. Девушка бы завизжала, если бы не Лидия, идущая прямо за ней и успевшая прикрыть Прохоровой рот рукой. — Развлекаемся? — С сумасшедшем оскалом спросила девушка включая свет. — Лидия, прежде чем ты решишься на убийство, хочу предупредить — я пребывала в местах лишения свободы и не могла связаться с вами. — Блондинка кивнула, принимая мои слова, и вроде как, отложила мысли о моем убиении. — Пошалим? — Теперь уже игриво спросила она, забирая у Прохоровой сумку и вываливая содержимое на диван. — Эм-м, Романова, а что у вас на шеях? — Спросила Лина, усаживаясь на крутящийся стул. — Реквизит. — Ответила за меня Кастрюля, роясь в принесенных вещах. — О, вот оно! Из общей кучки она извлекла охренительный зелёный корсет и короткие темно-зеленые шортики. Настолько короткие, что в темноте они похожи на трусики. — Романова, это тебе идеально подойдёт! — В меня полетели ещё чёрные чулочки с игривыми вставками в виде лозы, оплетающей ноги и туфли на охренительной шпильке. — Вы тут стиптиз-шоу устроить решили? — Возмутилась Лидия, рассматривая разноцетные баночки. — Именно! Романова, пошла одеваться. Корсет был просто шикарный! И сидел на мне тоже шикарно! Я чуть ли не пищала от восторга, когда он идеально лег на мою талию и приподнял грудь. Зелёный корсет с чёрной вышивкой и кокетливым бантиком между грудей, плюс короткие шортики, плюс чулки и шпильки. М-м-м, хоть сейчас на панель! Из общей комнаты заиграла музыка. Это, я так думаю, для моего эпичного прихода. И приход был реально эпичным! Дверь отлетела от моего мощного пинка, а я, походкой от бедра, вышла к девочкам, да ещё и цепью на манер плётки поигрывала. А когда вышла в круг, то прогнулась в спине, потом медленно присела, развела руками колени в стороны и медленно поднялась, проводя руками по всей длине тела. — Романова, была б я парнем — оттрахала прямо на месте! — Прокомментировала мои действия Мелисса, уже одетая в красный корсет, очень похожий на мой. С её ржавыми волосами это смотрелось офигенно. На её слова я кокетливо улыбнулась и тряхнула грудью. — Поддерживаю. — Отозвалась Лидия, подкрашивая глаза Эвелине. — Лис, ты им саму идею рассказала? -Я прошла к банкам и, схватив зеленую, начала прорисовывать веточки на чулках. — Да, — отозвалась со стула Лина, за что получила по голове от блондинки, красившей её. — А у вас все получится? — Обижаешь. — Ну все, я спокойна. Отдав кисть Кастрюльке, чтобы та прорисовала грудь, руки и сам корсет, я удобно утроилась на диванчике и стала ждать нашего выхода. По сути, мы собирались сорвать концерт. Только Наумова выступает в самом конце, так что мы быстренько все исполним и сбежим. Только, скорее всего, нам не простят такого кощунства. Для проверки, мы с Лиссой встали напротив зеркала в пол и сделали пару движений. Все синхронно. Все идеально. Репутации школы кирдец. — Кстати, Яр, у тебя такой милый зверек! — Вот вообще ни с фига сказала Прохорова. — Какой зверёк? — Ну, беленький такой. Он у тебя в сумке спит. Ё-мое! Зефа, паскуденок! Ну, придётся оставить его тут. Зараза мелкая! — А теперь, в завершении концерта, для нас споет ваша одноклассница Наумова Лера! — Донеслось из зал вместе с аплодисментами, а мы аж подпрыгнули. — Фак, не успеваем! — Лидия нервно дернула рукой. — Так, вы сидите тут, а я пойду Ваню предупрежу. Мы кивнули, а Кастрюля стала докрашивать Линку. — Слушай, — Обратилась я к девушке, крутясь перед зеркалом. — Я чувствую себя героиней одноименного немецкого фильма! Мне не ответили. Поэтому я решила поразвлекаться по-другому. Достав телефон, я селфанулась с девчонками, потом с Мелиссой. С ней вообще больше всего фоток. Когда эта особа лапала мою грудь, а я корчила непонятную рожу в камеру, влетела Лидия и указала нам на выход. Мы с подругой аккуратно, чтоб не попадаться никому на глаза прорвались к сцене, и спрятались за шторку. Наумова уже рвала себе глотку и насиловала перепонки зала, а с другой стороны мне подмигивала Лидия, которая сейчас наматывала веревку на руки и смело выходила на сцену. В полумраке её не было видно, так что когда она на кинула веревку на шею девушке и утащила её в темноту, удивились все. Но не Ваня. Заиграла нужная нам мелодия и Гордов походкой победителя вышел на сцену. Задние софиты включились, оставляя нашего математика в полутьме, а зал так вообще в кромешном мраке. Ребята встретили учителя со светящимися татухами, волосами и черепом вместо лица на ура! Аплодисментов явно было больше чем у Наумовой. А знаете, что самое охрененное? Микрофон у него был прикреплен к голове, так что руки свободны. Наш план идеален! Мои аборигены в берцы и в кеды обуты Все, как один, ебануты! Все, как один, ебануты! Черт, какой у него голос! Хриплый, грубый, но такой нежный! Даже я теку от него. А наш выход на сцену произвёл неизгладимый фурор! Мы, поигрывая цепями, вышли к нему и прижались к рукам, незаметно вкладывая кончики цепей в ладони. И если сначала он опешил, то, увидев, кто с ним, разулыбался! Мои суки наголо снизу побриты Все абсолютно открыты! И регулярно убиты! Мы прогнулись в спине и улыбались залу, где я уже нашла взглядом Никиту, который во все глаза смотрел на меня. Мои аборигены в берцы и в кеды обуты Все, как один, ебануты! Все, как один, ебануты! Мои суки наголо снизу побриты — Он достаточно больно ударил нам по задницам, и если мне ещё нормально, а у Лиссы завтра останется внушительный синяк! Паразиты, паразиты, пара-паразиты мы! Мы дико танцевали, не смотря ни на кого, и при этом двигались очень синхронно! Припев окончился, и мы кошками спустились. Покачивая бедрами и подтанцовывая, мы прошли почти к задним рядам. Я шла к Никите! Осуждают за бесчеловечность мои речи Воу! Воу! Моралист, палегчи! Я не злобен, а скорее оптимально свиреп! На борту не танк, не автомат, а белый череп Нет привычки фильтровать базар и говорим открыто Сверхспособностей набрались от метеорита Тлеть не любим, горим ярко. Мы обречены! Видишь свет изнутри?! Мы облучены! Обняв не ожидавшего такого парня, я села к нему лицом и, держа за шею стала танцевать задницей у него на коленях. С каким восторгом на нас смотрели окружающие! А я упивалась прикосновением его рук к открытой коже, и тем, как нежно он скользит рукой по чулкам. Мотая головой так, что волосы летели во все стороны и били парня по лицу, оставляя на нем светящиеся следы, я откинулась голову и, продолжая прыгать на нем, принялась скользить руками по телу. Коль ты коп, стой там! Стоп! Не нарушай интимную зону! Не бодяж хип-хоп! — И уже когда я потянулась к нему за поцелуем, меня за ошейник грубо сдернули с колен Никиты, и мне на руках пришлось возвращаться к сцене. В такой же позе шла Лис и счастливо улыбалась. Ваня иногда дергал цепью, посылая нам своеобразные волны, больно бьющие нас по ногам. А когда мы уже подошли к сцене, Лис кинулась на меня, кусая за шею, а Гордов тем временем дёрнул её цепь, но поздно — мы реально сцепились. Для нас это нормально, а для остальных форменный дебош! Наигравшись друг с другом, мы начали бросаться на сидящую в первых рядах директрису и, когда уже до неё осталось какие-то пару метров, Ваня сдергивал нас обратно! Мы выглядели как дикие звери! И это был именно тот эффект, который мы пытались создать. Посильнее ударив нас, так, что немного рассек у меня кожу на бедре, перепутал цепи, тем самым призывая к порядку, Гордов подтянул нас к сцене, где мы стали просто танцевать. А потом пошёл второй припев. Было время злаков, где от лета к лету Выбивались зубы в пролетарском гетто Местною разрухой пусть гордится кто-то Но я не лягуха, чтоб хвалить болото! Мой момент упущен, отступать не стану Не подсел я в гуще на марихуану Не свалил на Кубу, не угнал в Уганду Наобум и грубо сколотили банду У Турбины резко появились зубы Моё слово веско! Подрываем клубы! И к нам выкатили связанную по рукам и ногам Леру, обмазанную краской. И так это смотрелось шикарно. Девочки тоже в рваной одежде и краске толкали её к нам и иногда били и скалились друг на друга. Уже скоро яйца не пролезут в двери И что сменим пяльца на поп-фильтры верим! Рвёт Турбина ровно, в пол вогнав педали! — И вот наконец Лидия толкает её мне и она, на стульчике на колесах, подъезжает ко мне, а я, рыча и скалясь, толкаю её к Кастрюле, а та, взлохматив ей волосы, толкнула Линке. И так по кругу. Наумова уже рыдала, а по её лицу текли светящиеся разводы! Восхитительно! Где моя корона? Где мои медали? Наконец, песня кончилась, а мы, обнявшись, завыли! Как дернулись директриса с завучем — я не забуду никогда! Весело смеясь, мы ввалились в гримерку. Про себя отмечая, что мы — это я и Эвелина, я усмехнулась. Ну да, Ваня с Лиссой сейчас бурно мирятся во всех позах. Лидию утащил Руслан тоже «мириться». Так что мы остались одни. Сняв эти ужасные каблуки, я пошла к дальнему столу, где лежали блинчики. — Когда ж эта сука научится готовить? — Спросила я, выплевывая несъедобное тесто обратно. — Бедный Ваня. — Покачав головой, выбросила в мусорку вместе с тарелкой. — Линк, есть что похавать? — Спросила и повернулась, чтобы увидеть пустоту. То есть, эта дурында свалила после нашего дебюта, не сказав мне ни слова? Шикар-рно! Устало вздохнув, я поставила ногу на стол и стала стягивать чулочки. — Не снимай, я хочу сам их стянуть. — Он заговорил внезапно, от чего я дернулась и загремела цепь. — Зубами. Стужев, а это был именно он, стоял и, облокотившись о стену спиной и сложив руки на груди, сверлил меня недобрым взглядом. В таком положении он мне очень напоминал хищника. Жуткого, опасного, но очень красивого и жу-утко сексуального. Я шумно сглотнула от собственных пошлых мыслей и попыталась отойти. Только попыталась, ибо когда я сделала шаг назад, Стужев спокойно поставил ногу на цепь, полностью ограничивая моё передвижение. — Ну что же ты, Ярочка, так неаккуратно! — Он покачал головой, пытаясь скрыть улыбку. Меня вся эта ситуация угнетала, а ему, похоже, была в радость. Лучше бы он орал! Лучше бы крушил все вокруг, чем вот так спокойно улыбался, нагибался, брал цепь кончиками пальцев и наматывал на руку… Стоп, что он делает? И ведь реально! Стужев быстро наматывать цепь, тем самым сокращая расстояние между нами. — Ты сама виновата, Ярусь. — Тихо прошептал он, когда расстояния между нами осталось меньше метра. — Ты сама подошла ко мне. Что же ты молчишь, милая? — Продумываю последствия. — С паузой ответила я, смотря в темно-голубые глаза. Интересно, как радужка может менять цвет в зависимости от испытываемых эмоций. Уж не знаю, что такого в моих глазах увидел Никита, но он как-то по особенному усмехнулся, от чего меня пробрала дрожь и я нервно облизнула штангу. Рыкнув что-то не членораздельное, Стужев довольно грубо толкнул меня за плечи, от чего я навалилась на двери, а та, не выдержав моего веса, открылась, и я провалилась в темноту. Благо приземлилась на какие-то тряпки. Следом за мной вошёл Никита, все ещё держа цепь в руках и закрыл дверь. На его лице остались следы краски с моих волос, от чего я по-дурацки счастливо улыбнулась, но улыбку пришлось спрятать, когда я вспомнила, что череп с лица стерла, а вот губы нет, так что Никита вполне мог их видеть. Я не знаю, что я делала когда сама потянула его за цепь к себе. Как бы он не пытался его скрыть, но довольный хмык я все же услышала. Для меня было пыткой находиться так далеко от тебя, Никита. — Для меня тоже, Ярослава. Для меня тоже. — Я ещё не до конца осмыслила, что произнесла последнее вслух, когда его губы накрыли мои. Сухие, искусанные, но такие любимые. Он не церемонился. Быстро стянув с себя майку, Никита навис надо мной, устраиваясь между моих разведенных и тут же закинутых ему на талию ног. Боже, как приятно было чувствовать его губы на шее, его руки на застёжке корсета. Ткань, покрывавшая мою грудь и талию была сброшена, а Никита опустился с поцелуями к шее, груди. Языком он залез под натирающий ошейник. Скотч, как приятно! Я задохнулась и прогнулась в позвоночнике, когда он губами ухватил сосок, а когда и прикусил его, то я вообще забыла кто я. Такими забытыми, но одновременно родными были его руки, по-хозяйски стягивая мои шортики, под которыми, кстати, ничего не было. Шов натирал, вот я и решила снять неудобное бельё. Губы прошлись по ложбинке между грудей, и на смену пришёл язык и опустился ниже, к животу. На Никите остались только боксеры. Когда успел? Чулки, как и обещал, он снял зубами, непрерывно смотря мне в глаза. Расправившись с последнем оплотом моей девичьей чести, Никита снова вернулся к губам, а я бедром почувствовала его стояк, прикасавшийся к моей коже без каких-либо препятствий. Но поцелуй был не долгим, да и Никита не спешил действовать. Вместо этого он покрепче ухватил меня за бедра и перекатился. Теперь я сидела на нем. Непонимающе посмотрев в голубые глаза, я чуть поерзала, устраиваясь поудобнее. — Яра, ты же не думала, что вечно будешь снизу? — Лукаво спросил он, от чего я ну очень сильно смутилась. — Я тоже люблю просто полежать. — Не, Стужев, я, конечно, рада доставить тебе удовольствие, но… — Но?.. — Не умею я сверху! Доволен? — Что, наша боевая Ярочка никогда не была сверху? Какое упущение. — Он снова лукаво улыбнулся, показывая милые ямочки. Все ещё держась за бедра, он чуть приподнял меня и медленно опустил уже на напряженный член со множеством вздутых венок. Боже, у меня такое ощущение, что я чувствую каждую. Перед глазами запрыгали звездочки, а сделать спасительный вдох я банально не могла. Настолько мне было хорошо в этот момент! Так громко я не стонала ещё никогда! — Вот так. — Тихо проговорил он, основа поднимая и опуская, задавая нужный ему ритм. Стоны переросли в бессвязный шепот, а я притянула Никиту за шею, заставляя его сесть. Да и он, кажется, был не против. Зарывшись в густые волосы, я сорвала с губ лёгкий поцелуй и закинула голову назад. Он пробормотал что-то нечленораздельное и зубами впился в плечо. Дьявол, какая я извращенка, если кончила от этого? Да самая настоящая! Но это был самый шикарный секс в моей жизни! Ещё пару раз подпрыгнув на нем, я дождалась, пока сам Никита кончит, и обессиленно упала ему на грудь, закрывая глаза. Блаженная тишина и лишь его сбивчивое дыхание над ухом. Что может быть лучше? Тоже не знаю. Чуть успокоившись, я удобнее устроилась на нем и стала легонько царапать грудь пальчиком. Чёрт, мы ж теперь как ёбанные Ромео и Джульетта. Только наша история суицидом не закончится. Угум-с. — А вот теперь, Романова, мы поговорим. — Тихо сказал Стужев, одной рукой держа меня за талию, а второй расстегивая ошейник и со звоном откидывая его в сторону. Шаг и мат, романтика! Только такой человек, как Стужев, мог испортить такой волшебный момент!