Без меня меня женили

«Самая обыкновенная благополучная семья, каких тысячи. Со своими предпраздничными традициями, воскресными ужинами полным составом и, конечно же, пыльными скелетами родственничков в шкафу, о которых никто никогда не узнает, но они имеют место быть. Глава семейства – успешный художник, довольно востребованный в своем деле. Дома бывает редко, большую часть времени проводит заграницей по работе. Приносит стабильный доход для безбедного проживания членов семейства. Курит дорогой табак. Не употребляет спиртное. Ранее судим не был. Жена – домохозяйка. Все свое время посвящает детям. Посещает клуб вязания. Принимает на дом клиентов, только женщин, для выполнения недорогих сеансов восточного массажа. Обожает чистоту и декоративные ромашки, коими усажен весь задний двор семейства. Сыновья: Феликс – младший, в возрасте десяти лет, и Хьюго шестнадцати годов отроду. Воспитанные, вежливые, добрые. Феликс болен некой генетической неизлечимой болезнью, которая отпечатывается на его внешнем облике, делая мальчика физически слабым и худым. Вот, что видели и знали все соседи и жители района, знакомые с семьей Фибернтхаун, приехавшей в небольшой городок в Норвегии, прямиком из столицы Германии пять лет назад. Однако, как же они заблуждались… Отец уезжал отнюдь не по делам, и далеко не заграницу, пусть и имел специальность художника-декоратора. Его настоящая должность была в сотни раз интересней – Временный Король Страны Чудес – Его Высочество Безумный Шляпник. Кларисса – его, погруженная в заботы о доме и детях, жена, некогда – Единственная Дочь Владыки Котов Страны Чудес, Чеширского Кота. Во имя любви, отказавшаяся от трона, всех льгот и привилегий, как бы глупо и недальновидно это не казалось. Сыновья, однако, не обладали никаким таинственным прошлым и нелегкой судьбой и были бы совсем чисты в глазах всю правду узревшего, если бы не одно «но». Это самое «но» заключалось в том, что младший брат был не совсем младшим, почти как старший был не совсем старшим. А, если еще точнее, то по-возрасту, как получилось, позднее родился Хьюго, а отнюдь не болезненно-выглядящий Феликс. Но как это объяснишь, не привыкшим к такому роду странностей, соседям. Да и для чего? С самого раннего детства Феликса, как первого по старшинству, а в последствии, носителя более магически наполненной крови, готовили, как будущего отцовского приемника. При редких вылазках в человеческий мир, глава семейства уделял все свое время потенциальному маленькому Временному Королю, тогда как младший удостаивался, при встрече, легкой улыбки и шершавой отцовской ладони, небрежно ерошившей его и без того, спутанные длинные волосы. Противился ли Хьюго такому отношению, считал ли такое положение вещей справедливым, завидовал ли? Ведь именно из таких детей, обделенных заботой родителей, вырастают жестокие убийцы, из мести вырезавшие всю семейную чету, а затем, не в силах подавлять эмоциональный голод, отправлялся за новой жертвой, дабы получить новую порцию того фееричного чувства радости и удовлетворения. Но нет, мальчик, что в свои одиннадцать с половиной выглядел на все шестнадцать, не был типичным ребенком. Он спокойно воспринимал критику, игнорировал недостойных его внимания людей и, в отличии, скажем, от собственного старшего брата, не страдал от брошенного вслед нецензурного высказывания или гнусных проделок самовлюбленных придурков, что плодились в этом бренном мире, как кролики во время весенней течки. Изо дня в день, он жил, пряча свои истинные эмоции в глубине расчетливого, не по годам, разума и, в какой-то момент, перестал и сам понимать, какие чувства вызваны его сердцем, а какие – опытом прожитых недолгих лет. В любом случае – вся суета, вызванная скорым совершеннолетием старшего брата, его ни в коей мере не касалась. Он словно жил отдельно от семьи и событий, происходящих внутри нее. Неизменными остались лишь предпраздничные традиции, воскресный ужин в полном составе и пыльные скелеты родственников в шкафу, о которых никто даже не смел догадываться. Остается ровно год до того, как путь в Страну Чудес для Феликса закроется навеки. Беспокоиться ли он? Нет. Точнее будет сказать – он в панике. С самого рождения его готовили, как приемника Короля, но вот, ему уже идет семнадцатый год, а Серебряная Ива молчит. Мистер Фибернтхаун даже отказался от своего титула, однако Страна Чудес по-прежнему упрямится, не жалея выбирать себе нового правителя. И, черт побери, это стало нервировать даже, вечно флегматичного, отца. Зеркало Власти молчало достаточно долго, чтобы жители Червоного замка забеспокоились и начали предпринимать некоторые меры по созданию запасных планов. Вера в то, что Феликс – есть истинный Временный Король – угасала с каждым последующим днем. Времени почти не оставалось. Но, к изумлению всех, произошло нечто совершенно невероятное – Страна признала своим будущим правителем Хьюго – второго по старшинству сына, обладающий на четверть магической крови меньше, чем в теле Феликса. Это произошло на совершеннолетии старшего из сыновей. Скорее из вежливости, чем от собственного желания, Хьюго посетил светскую вечеринку, организованную паникующими родителями, в честь своего общелюбимого сына – Феликса. Стараясь не выдавать своим откровенно-скучающим выражением лица всю «увлеченность» данными событием, он мирно подпирал холодные стены банкетного зала, скрываясь от излишне назойливых гостей в тени мраморных колонн. Отдельное спасибо архитектору данного помещения. Когда настенные часы, с извилистыми стрелками на циферблате, пробили полночь, посреди зала возникло небольшое свечение. Размером оно было не больше перепелиного яйца, однако, с каждой пройденной секундой, оно увеличивало свой размер, пока не заполнило собой все открытое пространство зала. Гости затрепетали. Отовсюду послышались благоговейные вздохи/ахи/охи. И даже Хьюго, привыкший носить свою непроницаемую маску полного равнодушия, не смог сдержать изумленного восклицания, стоило свету принять образ бледной, но до невозможности величественной, ивы, корни которой были устремлены в небо, а щедро украшенные серебристыми листьями ветки, лениво распластались по паркетному, и неожиданно грязному, полу зала. - Серебряная Ива… Великая… Та самая… - слышалось отовсюду. Гости были возбуждены, шокированы и, то и дело, срывались с шепота на полукрик. Лишь на секунду, младший сын оторвал взгляд от представшего перед ним великолепия, дабы взглянуть в восторженно-счастливые лица родителей и заметить слезы радости в глазах брата. - Досссссстоин… - тихо прошелестели листья, но в тишине комнаты их голоса казались громом фанфар. Хьюго недоуменно следил за тянущимися, в его сторону, ветками Серебряной Ивы, справедливо полагая, что древо могло ошибиться. Но верилось в это с трудом. Юноша отступил на шаг, а затем еще на один, и еще. Но ветки упорно следовали за ним, осторожно опутывая крепкое мальчишеское тело, скрытое за строгим черным фраком, который специально для него подбирал отец. Спина уперлась в идеально ровную поверхность стены. Пути к отступлению уже не было, и Хьюго покорно замер, позволяя, необыкновенно нежным, древесным веткам, путаться в его волосах, оплетать ноги и надежно удерживать тело. Под испуганный вскрик старшего брата, Хьюго был утянут к необъятному стволу Серебряной Ивы, почти сразу сливаясь с его амфорным образом, и растворяясь в гигантском количестве магических потоков. Очнулся он, как ни странно, уже в Стране Чудес. И, что не менее важно – новым Временным Королем Безумным Шляпником. Сказать, что это его шокировало, значит – не сказать ничего. Феликс, в свою очередь, рвал и метал, не желая мириться с выбором Серебряной Ивы. Однако, учитывать его мнения никто не спешил. Родители повели себя более предсказуемо: мать улыбнулась и пожелала удачи; отец, махнув рукой, предложил свою помощь в освоении нового мира и его законов. Хьюго, разумеется, отказался. Пятнадцать лет спустя, Временный Король Страны Чудес узнал нечто, пошатнувшее его вечную непоколебимость. Его родители расстались, отец уехал куда-то за пределы страны, оставив маме дом и все семейные сбережения. В тоже время пропал его старший брат. Он бесследно исчез из мира людей, не предупредив ближайших друзей и родственников о своем новом месте проживании. Долгое время Хьюго не находил себе места, пытаясь отыскать брата в других мирах, но тот не оставлял следов. Время шло… Феликс объявился спустя несколько лет, задумав свергнуть, несправедливо выбранного, по его мнению, брата с престола правления. Неким образом, он добыл сохраненный кем-то ген, ныне покойной Червонной Королевы и, с помощью магии, ввел его в свой организм, полностью видоизменяя первоначальный генофонд. Основная проблема заключалась в следующем: ген был извлечен из тела Королевы, в Мрачный период* для Страны Чудес. Вся сущность матери Алисы наполнилась Тьмой и Королеву стали называть Кровавой. Слабый организм Феликса выдержал слияние с Тьмой, что подпитывалась черным чувством ненависти к собственному брату. С того момента появилась новая Королевская ветвь, которая, однако, не могла претендовать на трон. Феликс стал Кровавым милордом. Хьюго не пытался предпринять никакие попытки по ограждению брата от мирного населения волшебной Страны. И зря… Феликс смог отобрать себе пятерых приближенных, наделив их магией, что была порождена самой Тьмой. Один из них был рожден при дворе и с легкостью помог пробраться людям врага на территорию Червонного замка, петляя потайными лазами. Если бы не специальный человек, что под личиной приближенного втерся в доверие Феликса, Хьюго и его советник были бы мертвы. Но все окончилось благополучно… Однако, потери были неизбежны…» - Кровавый милорд сумел скрыться, - поставив точку в своем некоротком рассказе, длинноволосый мужчина, именуемый Временным Королем Страны Чудес, расслабленно раскинулся в кресле. - Как же так? – хором переспросили близнецы, парень и девушка, разодетые словно декоративные куклы на выставке любителей игрушек. Шляпник вальяжно развел руками, как бы говоря, что и сам понятия не имеет. Роб, чуть нахмурившись, следил за лениво-раскинувшимся на широком подоконнике, в присутствии самого Короля, Чешира. Только он мог позволить себе столь оскорбительное поведение. - Мы лишили жизни двоих его приближенных, - словно в оправдание ответил главнокомандующий. Воспоминания накатывали неприятной волной цвета чужой крови, что все еще хранился в его памяти. Именно он обезглавил одного из них. Это была девушка. Хрупкая и беззащитная, словно цветок перед ураганом. Признаться, рука его на секунду дрогнула, прежде чем опустила клинок к шее предательницы. - Зато, они убили моего брата, - в приемную вошла невысокая, худощавая девушка. Ее короткие серебристые волосы, неровными прядями обрамляли контур остроскулого лица. Тонкий нос с вздернутым к верху кончиком, брезгливо сморщился, при упоминании о убийцах родного человека. Тонкие бледные губы были плотно сжаты, а необычно большие карие глаза изумляли огромной порцией пронизывающего льда. Все обличие кричало о неприметности и излишней сероватости его обладательницы. Однако - вот парадокс – именно кричало. Ведь, если она захочет бросаться в глаза – противиться ее желанию не сможет никто. - И сейчас, могут лишить нас последнего потомка Червонной Королевы. - Ты добиралась до нас слишком долго, Соня, - беззлобно подметил Шляпник, игнорируя болезненное напоминание девушки о Лео. И все же, глубокая складка пролегла между его черных бровей. - Прошу меня извинить, - ответила она, хотя в голосе ее не прозвучало и капли раскаяния. – Непредвиденные обстоятельства заставили продлить срок выполнения предыдущего задания. - Возможно, ты бы справилась этим заданием быстрее, если бы тебе сообщили, что твой любовник уже на территории Феликса. - Может быть, - едко ответила девушка, не обращая внимания на ехидный подтекст Короля. – А может и нет. В комнате повисла минутная тишина. Шляпник и Соня взглядами метали в друг друга испепеляющие, пусть и только им видимые, молнии, как бы испытывая своего оппонента на прочность. Их бессловесную войну прервал полусонный Чешир, что лениво потянулся , упираясь гибкими конечностями в ровные стены и, по-кошачьи мурлыча, спросил: - Так какие у нас планы? Шляпник бросил взгляд в сторону, воинственно настроившейся, Сони. Упер ладони в деревянную поверхность стола и, обведя взглядом, всех собравшихся, безжалостно процедил: - Уничтожить Кровавого милорда. * Мрачный период (Кровавое время). Так называют отрезок времени, когда на Страну Чудес опустилась Тьма, пришедшая из человеческого мира. Она породила страх, ненависть и безумие. А также слилась с кровью и плотью Червонной Королевы, делая ее своей рабыней. С момента соединения с Тьмой и до самой кончины, от руки собственной дочери, Королева прослыла Кровавой и несла несправедливый суд над всеми невинными.