Важнее, чем воздух

       Артём проснулся от звука капель, ударяющихся об откос окна. Дождь беспощадно хлестал ни в чём неповинные стёкла, которые и без того плакали. Завернувшись в одеяло, он встал с кровати и подошёл к балкону. Тёма посмотрел в окно, и, увидев ливень, сильно расстроился. Его любимый золотой клён, что рос во дворе, скинул последние листья, обнажив серые тонкие ветви. Багряный ковёр, что устилался под ногами, разлетелся неведомо куда, остались лишь маленькие искры этого затухающего холодного осеннего огня. Какая-то печаль и грусть охватила Артёма. Мокрое влажное утро окончательно испортило его настроение, а серая слякоть нагоняла тоску. Единственное, что было приятным этим противным утром — он вернулся в кровать, чтобы не видеть этой душераздирающей картины и продолжил нежиться в постели под мягким и тёплым одеялом, которое обволакивало его, заставляя на миг забыться. Но вскоре это блаженство прервал телефонный звонок. — Алло, — сказал Артём сонным голосом. — Просыпайся, соня, у нас репетиция через два часа, — весело и задорно поприветствовал юношу Фариз.        Однако, с любимой кроватью Тёма расстался не скоро, а только минут через тридцать. С наслаждением потянулся, зевнул и, окончательно проснувшись, поднялся с постели.        Заварив зелёный чай с ароматом мяты, он сделал несколько глотков и поспешно пошёл собираться.        Уж очень не любил Тёма метро: вся эта суета, огромные лабиринты станций, в которых элементарно заблудиться, сильно раздражали его, поэтому он вызвал такси. Но и здесь ему не повезло — таксист сильно опаздывал. К счастью, пробок не было, и Артём благополучно добрался до репетиционного лагеря.        В одной из множества комнат его уже ждал Фариз. — Привет, а где Миша? — поинтересовался Тёма, кидая свою сумку на диван. — У него какие-то проблемы, он задержится. Начнем репетицию? — Давай.        Фариз поставил фонограмму, и плавная музыка окутала ребят, заполняя собой помещение. Без Миши репетиция была неполной, дисгармония взяла верх, и ребята решили прерваться на некоторое время. — Он тебе не сказал, во сколько его ожидать? — задумчиво спросил Тёма. — Нет, — грустно ответил кудрявый парень.        Между ребятами возникло какое-то неловкое молчание. Артём присел рядом с Фаризом, и, понимая, что надо о чём-то говорить, но, не зная с чего начать этот разговор, лишь тяжело вздохнул и спрятал лицо в ладонях. — Если Миша не придёт, мы провалим номер! Я очень-очень боюсь! Надо что-то делать, — с ноткой страха и паники сказал Фариз, вцепившись в руку Артёма.        Артём, как самый старший, пытался придумать, чем же отвлечь мальчика, как его успокоить. В голове парня крутились сотни и тысячи мыслей, но с чего он решил, что именно эта поможет решить данную проблему?!        Артём навис над Фаризом, вглядываясь в пучину его золотисто-карих глаз. Их лица оказались так близко друг к другу, что Тёма чувствовал учащённое дыхание мальчика и слышал бешенный стук его сердца. Холодные пальцы юноши ещё сильнее сдавили запястье Артёма, оставляя заметные следы.        Закрыв глаза, Тёма прикоснулся к упругим и мягким губам Фариза. К его удивлению, казах не отстранился. Возможно, он ещё не понял, что происходит. Возможно, этого не понял и сам Тёма.        Проведя языком по пылким устам мальчика, Тёма с лёгкостью проник внутрь. Играясь своим языком с его, поочередно посасывая то верхнюю, то нижнюю губу. На секунду прерывая поцелуй и вбирая прохладный воздух, Тёму охватила новая волна страсти, и он старался ещё нежнее прикоснуться к устам Фариза. Проводя языком по нёбу, по ровным зубам, сталкиваясь с его языком, вновь отстраняясь и вновь возобновляя этот пылкий поцелуй, Тёма совершенно забылся и потерялся во времени. Его совершенно не волновало, что их поцелуй могли увидеть, более того, он ощущал на себе чей-то взгляд, но не желал прерывать этот сладкий момент. Этого не желал и Фариз. Его неопытность, легкая скромность возбуждала Артёма, и в нём окончательно пробудилось дикое желание овладеть мальчиком. Запустив руку в его каштановые кудри, Тёма снова на мгновение прервал поцелуй, а затем их губы снова слились воедино. Тёма играл с язычком Фариза, как охотник с раненой жертвой, покусывал его губы… — Кхм-кхм, не хотелось бы прерывать вас… — раздалось у ребят за спиной.        От неожиданности они оба вздрогнули. Обернувшись, ребята увидели Балясинского. Его глаза были полны недоумения и удивления, а на лицах Артёма и Фариза предательски запылал румянец…