Что бывает, когда приготовишься к урокам

— Крис, рожа ты пьяная, восстань из мертвых! Но я мысленно отмахнулся от назойливого голоса и продолжил преспокойненько предаваться просмотру упоротых снов. — Эй, Крис, она смотрит на тебя! Проснись, придурок! Мне было абсолютно фиолетово — я всю ночь готовился к лабораторной, так что мне можно немного поспа-а… блять! Зачем же тыкать ручкой в спину?! Я вздернулся, разлепил тяжелые веки и осмотрелся по сторонам. Глаза всех моих одногруппников смотрели на меня и только на меня. Мне это сразу не понравилось. Особенно это странное выражение… будто на покойничка глядят. Меня еще раз ткнули ручкой в спину, и я догадался посмотреть прямо перед собой. Скальпель мне в ухо, это Зуделка! И я спал на уроке. На ЕЕ уроке! — Ну что ж, Кристофер Грин, вижу, что элементарность данных заданий вгоняет вас в скуку, — прищурившись, проговорила Зуделка в своих лучших традициях, которые не предвещали ничего хорошего. В последний раз мне пришлось спать в гробу с очень древним жмуриком на глубине пятисот метров. Скажу честно, спалось не ахти как. Недели две после этой ночки. Поэтому, шмыгнув носом, я завел свою волынку: — Ну, Зуфрия Гуфовна, не казните, я честно готовился! Она усмехнулась, сложив руки на груди: — Что аж от усердия уснул лицом в трупе? Я провел рукой по лицу, стирая гнилую кровь и еще какую-то слизь. Отличное начало истории. Прямо как после знатной попойки — только хуже. — Жду вас после урока в подвале, — безапелляционно заявила она, отходя от моего разделочного стола. Я тоскливо уставился на печальную и даже несколько сочувствующую мордашку болотной кикиморы и поправил ее зелено-коричневые волосы, смотря на корчащего рожи Питера, а-ля я предупреждал тебя, придурок, и вздохнул. Я спускался по большой винтовой лестнице, резко уходящей вниз по спирали. Звук шагов эхом отдавался от каменных стен. Упершись в массивную деревянную дверь, я привычно потянул за тяжелое железное кольцо, открывая проход в темное, сырое помещение, пропитавшееся запахом тухлятины с примесью морпорта. И эта смесь на удивление была тошнотворной. Я привычно уворачивался от паутины, когда неожиданно зажегся свет. От неожиданности, и чего греха таить — с перепугу, я зацепился за собственную ногу, сделал двойное сальто и бабахнулся пятой точкой прям на только что остывшего жмурика, коих здесь было довольно много. Мертвецу то вроде ничего, а вот задница запротестовала. — Ну что, Кристофер, готов отрабатывать промахи? — ехидно поинтересовались из-за спины. — Что вы, Зуфрия Гуфовна, я готов к подвигам в любое время дня и ночи. Мне вообще это в кайф! — нервно фыркнул я. — Вот и замечательно. Твоим сегодняшним заданием будет перетаскать ящики с инвентарем в лабораторию на минус первом этаже. И все? Моя жопа чувствовала подвох. — И учти: там хрупкий инвентарь. Что-нибудь повредишь — будешь месяц драить зал в адской комнате, — предупредила Зуделка. Я так и знал. Опять лажа. — И еще, ты должен будешь сделать это руками вот этих упырей при помощи заклятья, что мы изучали позавчера. — Но если я вдруг потеряю контроль, они сожрут меня! — воскликнул я. — Поделом значит. — А если я откажусь? — Значит я их сразу заставлю тебя сожрать, — обморожительно улыбнулась Зуделка и скрылась за массивной деревянной дверью. Стукнуло тяжелое кованное железо, заглушая мой обреченный вздох. Стук, визг, дзенькнуло разбитое стекло. Мат вперемешку с заклятьями наполнял замок. Я пристыженно прятался за шторкой. Девицы бегали по коридорам, отбиваясь от приставучих зомби, которые возомнили себя мега крутыми мачо, а ко мне сзади подобрался мертвец-упырь, вознамерившийся мной пополдничать, но я был немного против. Выбежав из закутка, я остановил того красной искрой. — Эй, Грин, зараза косорукая, стой! Упс, Зуделка засекла. И что ей надо? Я всего лишь случайно устроил в школе мини-зомби-апокалипсис, и всего-то. Этому заведению давно требовалась встряска. Но у Зуделки, судя по зверскому выражению лица, другое мнение. Ну и ладно. Побежали. На каком-то повороте меня затащили в какую-то нишу, скрытую тяжелыми портьерами. — Ты чего устроил, на голову больной некромант? — поинтересовался Питер, встряхивая светлыми волосами. — Да так… я просто ящики таскал… На бледном лице друга с впалыми щеками проступил ехидный интерес: и подколоть хотелось, и узнать, что за чешуйня творится. — Ой, просто в произношении заклятья ошибся, и сразу — зомби-восстание, бунт и неразбериха. А я всего лишь интонацию перепутал! — посетовал я, всплеснув руками. Пит усмехнулся. — Ты значит в интонации ошибся, а нам теперь разгребай! — Меня бессовестно вытянули за ухо наружу. Ох, неужели я так везуч? Ну красава… на директора нарвался, на дракона, мать его! .. Мы стояли в кабинете директора. Он был страшен. Вы когда-нибудь видели раздраконенного дракона? Так вот, это жуткий зверь. Питер искоса поглядывал на меня, показывая глазами, что нам жопа. Спасибо, кэп. Без него я будто не догадывался, ведь и так на душе тошно в придачу ко всему. Фу ты ну ты, ну нахрена заснул-то на лабораторке? Эх, жизнь моя жестянка, видал я такую в гробу! На глубине пятисот метров. Дракон наконец перестал метаться по кабинету, пыхтя аки паровоз и рискуя спалить все и всех к Зуфриевому дедушке, к черту то бишь… — Мы решили, что доверять вам еще какую-нибудь работу — опасно для школы и бюджета, поэтому… — директор обвел нас неожиданно насмешливо-злорадным взглядом. — Для вас есть особое задание. Мы с Питом переглянулись. — Вы будете студентами по обмену! — радостно заявил дракон. Мы с Питом переглянулись еще раз. — Со школой Гинсбурга у нас давно испорчены отношения, а тут есть просто замечательный шанс отомстить им за все, разрушив ее изнутри! — чуть ли не захлопал в ладоши дракон, аки маленький ребенок, а мы с Питером одновременно нервно рассмеялись. Да уж… решил в кои-то веки подготовиться к лабораторной…