Цветы далёких звёзд

Корабль королевы Амидалы летит на Корускант. Энакин спит, Падме обнимает его и что-то напевает, то и дело поглядывая на каюту, где сидит пленник. Появляется Квай-Гон

Квай-Гон (шёпотом): Не бойся, мы сможем его удержать. Где мой ученик? (кивает на Эни) Что, решил подремать? Падме: Да, спит. И не странно. Суровая гонка Все силы, должно быть, взяла у ребёнка. А юноша там (показывает на соседнюю каюту). Квай-Гон: Он дежурный за мной, Не стоит страшиться за мир и покой На судне: джедаи когда-то едва ли Сенаторов, вверенных им, подставляли. Падме: Я верю. Квай-Гон: Сама отдохни хоть слегка.

Девушка ложится рядом с мальчиком и через минуту уже тихо посапывает

Квай-Гон (почти неслышно): И сразу уснула, обняв паренька. Теперь наконец-то вдвоём мы остались.

Заходит в каюту, где сидят Оби-Ван и Шми. Оба перекусывают какими-то плодами, ещё несколько фруктов лежит на блюде

Оби-Ван (поднимаясь, радостно): Вернулись! Квай-Гон: Я был ведь там самую малость. Будь тише: ребята изволили спать. Оби-Ван: Пойду теперь сам я врага охранять, А вы... (давит улыбку) Извините, я больше не стану. Квай-Гон (добро усмехаясь Шми): Скажи мне, я вправе простить падавана? Шми: О чём же сердиться? Оби-Ван: Меня уже нет...

(выскальзывает из каюты и чуть слышно переводит дух)

Квай-Гон: Как будто бы целый джедайский Совет Его три часа тут ругать собирался! Шми: Ну что ты. Что мальчик слегка застеснялся, Не станет бедой, даже наоборот. Он вежлив и очень покладист растёт, Пока мы беседовали, я успела Отметить - ты правильно вдумался в дело Наставника. Квай-Гон: Если при этом при всём Я стану ещё и хорошим отцом, То, значит, я выполню всё, что желаю. Шми: Наш сын уже твёрдо тебе доверяет, И, стало быть, с прочим не будет беды. Квай-Гон: Послушай, как эти зовутся плоды? (берёт один в руку) Двух бант мог бы съесть, хоть недавно обедал. Шми: Уж раз аппетит пробудила победа, То после заданий с хорошим концом Я ждать тебя буду за полным столом. Квай-Гон: Как раз о заданиях, да... Я не знаю, Могу ли, но Храм я оставить желаю. Шми (удивлённо): Давно ли? Квай-Гон: С тех пор, как тебя полюбил. Не видеться дольше дня нет уже сил, А если обман мой с семейством раскроют, То я средь храмовников стану изгоем. Шми: За что? За любовь? Квай-Гон: Ты не знала? Наш Храм Покорен достаточно старым словам, Любовь Кодекс вряд ли запретом раздавит, А вот за семью отвечать мы не вправе. И если детьми обзавёлся джедай, То Храму сказать можно смело "прощай", А тем, кто и раньше шёл против запретов, Ещё что-то мерзкое молвят за это. Всю душу изрезали догмы те мне, Я с детства держался от всех в стороне, Лишь мудрый учитель со мной солидарен, Поныне советы разумные дарит. Шми: Наставник твой Кодекс не жалует сам? Квай-Гон: Он следует больше всем древним словам, Но в жизни моей не сказал мне ни слова О том, что сторонник я мненья другого. И пусть ещё многие годы пройдут... Шми: Прислушайся!

Из соседней комнаты раздаётся тихое мурлыканье незамысловатой песенки

Шми: Здорово... Дети поют. Прекраснее звуков, добрее и чище, Навряд ли мы где-то с тобою услышим.

Сквозь щель в двери видно, что Энакин и Падме сидят на лежанке, забравшись с ногами, и смотрят в окно на проплывающую мимо зеленоватую планету

Энакин (тихо): Я вижу впервые не в книжке - из космоса, Как выглядят чьи-то родные созвездия, И что-то на душу хорошее просится. Падме: Так пусть оно станет красивою песнею! Энакин: Так я и пою. Ты подпой мне, пожалуйста, Так сложно вести одному эту линию... Падме: Хотелось послушать - но нет, не сдержалась я, Любуясь на поле вселенной пустынное. Холодные звёзды всё небо пронизали, Как сотни алмазов с блестящими нитями... Вместе: И кажется это таким удивительным, И словно дороги все стали открытыми! Энакин: И дышится так хорошо и спокойно нам, И холод ушёл, лишь прохлада приятная. Падме: Дай руку свою мне! Когда будет двое нас, Галактика станет действительно яркою. Вместе: Однажды исполнятся все пожелания, Все страхи исчезнут, гонимые звёздами. Энакин: И правду о прошлом однажды узнаю я! Падме: И вмиг разберусь с каждым делом серьёзным я! Вместе: На тех, чьи сердца позабыли прощение И веру в других, и добро настоящее, Однажды, мы верим, сойдёт озарение, Как наша мечта со звездою блестящею. И пленные станут навеки свободными, И кончатся войны, и все будут счастливы, И тёмное небо, такое холодное, Тогда расцветёт разноцветными красками! Холодные звёзды с сердцами горячими, Нас радуйте вашими песнями редкими, И мы тогда будем действительно знать, что вы Являетесь тоже Галактики детками...

Обнимаются и замирают, любуясь на звёзды. Дверь словно сама собой закрывается

Квай-Гон: Была ты права - необычный уют В усталой душе, когда дети поют. Шми: Поверь мне, джедай мой, что добрые дети Важнее наград всех и званий на свете.

Конец пятого действия