Только не ложь
26 февраля 2015 г., 13:00
Харрисон не знал, что их поразило, пока симптомы не стали очевидными. Соединение 47G, созданное в С.Т.А.Р. Лабс как передовая разработка сыворотки правды для военного применения. Проект свернули, не потому, что он не давал результатов, а наоборот, потому что он работал слишком хорошо. Люди под действием 47G не только говорили правду, они были вынуждены говорить, предоставляя информацию добровольно, без постороннего принуждения извне. Это и было проблемой. Барри, Циско, Кейтлин и он сам — все теперь были под воздействием. Счастливцы с метаболизмом, как у Барри, переработали препарат, практически не успев ощутить его эффекта. Соответственно, Барри не был застигнут носящимся вокруг и разбалтывающим другим все свои секреты.
Циско и Кейтлин отходили в течение нескольких часов. Он провёл длительное исследование, приводя их в норму. Каждый задавал друг другу вопросы, выдавая мелкие тайны, Кейтлин приняла свою влюблённость в Барри, как если бы мы были не в курсе, ничего важного. Ничего, пока Кейтлин не спросила о том, как Циско сконструировал криогенную пушку, он не особо обращал внимание на эти разговоры.
— Послушай, я уже говорил тебе раньше, я тогда не знал, что Барри в действительности собой представляет. И если бы он стал плохим… С той силой, которой он располагает… Я посчитал за лучшее иметь план на случай непредвиденных обстоятельств. Сила, которой он обладает, не должна использоваться бесконтрольно. Я понимаю, почему вы чувствуете себя преданными, но я верю, что в тот момент принял правильное решение. Я понимаю, все злятся из-за этого… Кроме доктора Уэллса.
Они оба уставились на него. Чёрт. Он надеялся, они смогут избежать мыслей в этом конкретном ключе. Он собрал всю свою волю, приготовившись к допросу.
— Почему вы так злитесь, доктор Уэллс? — спросил Циско.
Харрисон вздохнул и заговорил.
— Потому что ты собрал оружие, специально разработанное, чтобы причинять Барри вред.
Циско фыркнул.
— Я это знаю, но вы… Вы выглядите так, словно, будь у вас возможность выбраться из этого кресла, вы попытались бы меня избить.
— Циско! — шикнула на него Кейтлин.
Харрисон поднял руку, заставляя её замолчать.
— Мне не нужно выбираться из кресла, чтобы причинить тебе боль. Если бы я действительно хотел навредить тебе, я бы смог сделать это, даже находясь в кресле. Я был зол на тебя, но нет, желания действительно причинить тебе вред у меня не было.
Харрисон мог видеть, как в голове Циско, сопровождая мыслительный процесс, вращаются шестерёнки. Он знал, какой вопрос будет следующим.
— А вы можете выбраться из этого кресла?
Эти двое и Барри, до сих пор занимавший позицию молчаливого наблюдателя, осторожно посмотрели на него. Он вздохнул.
— Да и нет. Ты действительно мог бы быть более избирателен, если уж собираешься допросить меня. Конечно же, я покидаю кресло время от времени. Мне точно так же нужно мыться и спать, как и любому другому.
— Вы физически способны подняться и ходить вокруг? — перефразировал Циско.
— Нет, не способен. — не без того, чтобы сорвать моё прикрытие.
— Вы подверглись действию 47G?
— Да.
— Вы специально выбираете выражения, чтобы соврать, говоря при этом правду?
— Нет.
— Почему вы тогда не говорите так же много, как Кейтлин или я?
— Потому что у меня нет секретов, которые бы я мог вам рассказать.
— Если вам нечего скрывать, тогда почему вы так злились на меня из-за этого оружия? — разочарованно взвыл Циско.
— Я был в гневе, потому что я забочусь о безопасности Барри. Я волнуюсь за него, и ты поставил его под угрозу.
— Мы все беспокоимся о Барри. Но, кажется, вы беспокоитесь о нём сильнее, чем о нас.
— Не хочу обидеть никого из вас, но да. Я действительно беспокоюсь о нём больше, чем о чём-либо другом. Для меня он важнее всего в мире.
Циско потрясённо раскрыл рот.
— Вы? Так вы…
Внезапно покрасневший Барри встал между ними.
— Достаточно, Циско. Оставь его в покое. Просто уходи. И не возвращайся, пока действие этого дерьма не закончится.
— У тебя нет права выставлять меня отсюда. — Циско стоял на своём.
Они с Барри напряжённо смотрели друг на друга, ни один не уступал, пока Кейтлин не подошла и не схватила Циско за руку, силой выволакивая из комнаты.
Барри облегчённо выдохнул, а потом опустился на колени перед Харрисоном.
— Вы в порядке? — спросил он, его лицо по-прежнему пылало.
Харрисон улыбнулся.
— Конечно же, в порядке. Я только жалею, что тебе пришлось пройти через это.
— Значит, всё, что вы сказали… Вы ведь говорили правду, верно? Вы… беспокоитесь обо мне?.. Вы что-то ко мне испытываете?
— О, Барри, я думал, ты уже это заметил. Я не могу даже начать описывать все те чувства, которые я к тебе испытываю.
Примечания:
Примечание автора:
1) Не лучшая вещь из тех, что я написала, но это была та мысль, которую я должна была выразить.
2) Старалась сделать Харрисона многозначным. Был ли он под воздействием? Или просто делал вид, что это так? Что правда, а что ложь? ХЗ. Надеюсь, вам понравилось.
