Так сложилась судьба, к сожалению

POV Дениса       Кто меня вообще тянул за язык? Я же не сосредоточусь, да ещё и сестра в больнице, попала в аварию. Валерия Сташанская — моя двоюродная сестра, ей семнадцать лет. Она любит мотоциклы и всё, что с ними связано. Ей постоянно твердили, что это опасно, что этот вид «спорта» для мужчин, а не для женщин, но ей всё равно. Мотоциклы — её стихия.       Почему я не сосредоточусь? А всё потому, что Архипова засела в моей голове. И выкинуть никак не могу, не получается, а я старался. Каждые выходные с какой-нибудь девушкой зависал где-нибудь, но перед глазами она, в голове она. Чёрт бы её побрал.       Возвращаюсь в комнату вместе с ноутбуком, а она уже сидит, листая страницы книги. Глаза бегают по строчкам, руки дрожат, неизвестно от чего, нога лежит на ноге, юбка чуть приподнялась. Вот чёрт. Кладу компьютер на стол, где книги, и смотрю на неё. Брови хмурятся, глаза бегают, губы подрагивают, руки что-нибудь поправляют. То волосы, то рубашку, то юбку. Да что с ней такое?       — Аня? Всё хорошо? — спрашиваю, смотря на неё.       Она вздрагивает и кивает головой. Глаза бегают по моему лицу, останавливаются на глазах, а затем, она резко их отводит.       — Я нашла кое-какую информацию, думаю, что она подойдёт, — голос дрожит. Меня это пугает.       — Архипова, что стряслось?       — Ничего, всё хорошо, — кашлянула, делая голос увереннее. — Давай делать, а то мне уже скоро уходить, иначе ничего не успеем.

***

      — Если вот это относиться к этому, то вот это по-любому должно относиться к этому! — говорю я.       Уже два битых часа она пытается вдолбить мне в мозги, что эта система не та, и её не нужно трогать. Но я не могу её не тронуть, потому что у неё есть кое-что общее с чёртовой костью, которая находиться в скелете какого-то животного. Я даже забыл какого. Доучился.       — Да нет же. Возможно эта кость и система как-то пересекаются, но система не подходит! У неё совсем другие функции! — ещё и спорит со мной. Это выглядит довольно-таки мило. Волосы, которые были уложены, теперь растрёпаны. Она постоянно проводит рукой по лбу, когда я начинаю спорить, нервничает, когда не может разобраться в чём-то.       — А я говорю, что система и кость вместе! У них есть много общего, например: система проходит там же, где и кость. Давай так. Я схематично нарисую, а ты мне покажешь, где кость и система. Если они совсем не рядом, то... То я что-нибудь придумаю, — проговариваю я, смотря в её глаза.       Думаю, она откажется от такого. Она же не будет со мной спорить дальше, ибо это уже предел, но не тут-то было.       — Согласна, — проговаривает, о чём-то задумываясь.       Беру чистый тетрадный лист и рисую. Так-с, ну вот, готов. Беру синий карандаш и провожу по той линии, где находится система. Беру зелёный карандаш и провожу там, где находиться кость. Господи. Да они же рядом. Они даже переплетаются!       — Ну что? Они не рядом, да? У них нет ничего общего? — говорю с издевкой.       Йес! Я выиграл! Получу всё, что захочу! Так-с, так-с, так-с, что придумать такое? Хмм... Может быть, чтобы она что-нибудь покричала на улице? Нет. Бред, однако.       — Они рядом стоять не могут... — шепчет она.       — Могут, ещё как могут. Ну, а теперь моё желание...       Она шумно сглатывает. Страшно? Но я же не буду причинять ей боль, бояться нечего. Всё будет хорошо. Подсаживаюсь к ней на диван, где она расположилась, но Аня меня словно не замечает. Её лицо в руках, а руки на коленках. Свернулась в три погибели и что-то бормочет. Смешная.       — Ань... — зову её.       Она поднимает голову, смотрит на меня с удивлением, закусывает губу, руки дрожат. Да что, чёрт возьми, происходит?!