Драбблы по сериалу Ходячие Мертвецы

Облака перьями рассыпались по небу, едва ли не закрывая собой солнце. Высокая трава играла бликами на солнце, как будто ничего не изменилось. Ей приходилось протаптывать дорогу через своеобразные «джунгли», чтобы маленький спутник смог последовать за ней. Беспощадные лучи грели спину, облаченную в чёрный кожаный жилет на несколько размеров больше. Потертые белые ангельские крылья на нем, поблескивали на солнце, делая её похожей на небесное создание. Изорванные джинсы скоро совсем развалятся на лоскуты, вслед за истоптанными сапожками. Только массивный чёрный арбалет, обещал служить долгие годы. Макушка худенького мальчика с копной светлых волос, была на уровне её локтя. Он также был одет в потертую одежду, не блещущую чистотой. На плечах мальчишка нес рюкзак, а на поясе брюк нож в ножнах, что постоянно хлопал по бедру во время ходьбы. Хершелу девять и вопреки детской внешности, этот мир давно изгнал из него «ребенка». В поведении слишком много сдержанности, а в глазах – мудрости. Он рано увидел все язвы нового, для его родителей, мира. Мальчик же не знал ничего другого. Пусть некоторое время им удавалось относительно спокойно жить в безопасных зонах, но и заблуждениями они не страдали. Но, несмотря на это, в мозгу Хершела навечно пропечатались слова мамы: «Если у тебя нет надежды, то зачем вообще жить?» Мама шла впереди, не забывая оглядываться на него. Она с папой, обучила его выживанию, но при этом не переставала помнить о том, что он ребенок. Крылья ангела на жилете вызывали жуткую тоску по отцу. Хотелось свернуться калачиком на траве и зарыдать, как обычный ребенок. Но отец просил его заботиться о маме, а распусканием нюней, он лишь расстроит её сильней. Хершелу девять, но он не думает о том, как собрать новую коллекцию лего или пройти до конца новую компьютерную игру. Он и компьютеры видел мельком, и то, половина из них превратилась в ржавый хлам. Голод стал привычен, как песни мамы по вечерам и её тихий плачь, когда она думает, что сын спит. Мальчику очень хотелось обнять её и сказать, что тоже скучает по папе. Но нельзя, так маме будет ещё хуже. Недавно, глаза мамы были живее и улыбка частенько появлялась на губах. Она была мягче, не такой замкнутой и опустошенной. Лишь когда они делали остановку на ночь, мама крепко прижимала его к себе и пела песню. В эти моменты, Хершел на миг становился маленьким мальчиком. Хершелу девять, а руки уже по локоть в крови. Папа называл его львенком, за боевой дух, а мама – солнышком, за неугасаемую веру. А для папы, солнышком была мама, потому что лишь она могла заставить его улыбаться. Ноги ныли от многочасовой ходьбы, а мальчик продолжал следовать за матерью, не соглашаясь на временный отдых. Она предлагает привал только из-за него, а Хершел не намерен принимать жалость. Когда небо накрыла темнота с россыпью звезд, сын помогает матери развести костер и поджарить пойманную белку. Отец постоянно их приносил, а также более крупных животных. Он учил сына охоте и чтению следов. Только арбалет был пока тяжеловат для него. Хершелу девять, но в душе ему будто лет сто. Голос мамы убаюкивает и включает грусть на полную катушку. Каждая строчка напоминала об отце. Вспоминался мамин смех, когда папа поднимал её на руки, если она упрямилась. Хотел бы он услышать его снова. - Я тоже скучаю по папе, - он чувствует, как вздрагивает мама от звука его голоса. – Но он с нами. Ты сама так говорила. Хершелу девять, но веры в нём больше, чем во взрослом человеке. Он надеется, что завтра они доберутся до очередного убежища, про которое слышали ещё в Александрии. На рассвете, они выходят на дорогу, а утреннее солнце освещает путь к надежде и крылья на спине мамы. Хершелу девять и он всё ещё верит в ангелов. Верит, что в оранжевом свете прячется отец, не выпуская их с мамой из поля зрения. И в то, что именно папа привел их к воротам безопасного убежища. Крылья ангела сверкают на солнце, как подтверждение. Хершелу девять и ему ужасно хочется вести себя соответствующе. Но взамен, он сжимает мамину руку и видит её улыбку.