Сквозь Свет...

«Свет причиняет страдание больным глазам, счастье приносит боль раненому сердцу. Тьма — лучшее лекарство как для больных глаз, так и для раненых сердец.» ©

Когда Афифе все рассказала Нур, та даже впала в некий ступор, который, затем, сменился яростью. - Да как ты смеешь! – это были первые слова, которые сорвались с губ рыжеволосой султанши, когда она без стука ворвалась в султанские покои. Мустафа перевел взгляд с книги, которую держал в руках, на Нур. Затем, медленно поднялся на ноги. Она снова злила его своим поведением, почему она вынуждает его показывать себя со своей самой худшей стороны… - Бали-бей пожаловался? – насмешливо спросил он, подойдя к Нур. - Он не из тех, кто жалуется, - проговорила Нур, - до сегодняшнего дня я думала, что ты не тот, кто пользуется своим положением. Как ты мог приказать ему перестать общаться со мной? - Могу порадовать тебя, он сказал, что не выполнит этот приказ и будет рядом, пока ты хочешь этого, - сказал шехзаде. - Не вмешивай Малкочоглу в наше прошлое, то, что было, уже прошло, я не хочу, чтобы он страдал из-за этого, - четко выговорила Нур. Мустафа замолчал, обдумывая что-то. Он повернулся к девушке спиной и сделал пару шагов по направлению к двери балкона. А затем, резко развернувшись, спросил: - Ты не веришь в то, что все можно вернуть? - Вернуть, что именно? – вопросом на вопрос ответила Нур. - Ты знаешь, что… Нур вздохнула, увидев грустный взгляд шехзаде. Она знала, что рано или поздно этот разговор состоится, но почему-то ей казалось, что сейчас не то время, однако, и молча уйти тоже было нельзя. - Нас не вера заставляет страдать, шехзаде, а недоверие. Я могу верить во что угодно, но если я буду с вами, недоверие навсегда поселится в моей душе. После одной вашей измены я буду снова и снова ждать нового удара, а жить в вечном подозрении и ожидании новой измены, пусть и неоправданно, я не хочу. Я вычеркнула вас из своей жизни еще в то утро, когда ворвалась в ваши покои и увидела, что вы не один. Я признаюсь, что слаба, слаба, бороться за вас, у меня не хватит сил сохранить вашу любовь, если появится достойная соперница. Этот путь тернист и он не для меня. Я и так слишком многое испытала в этой жизни, а самой себе строить препятствия я не хочу. Всю свою жизнь я постоянно борюсь за что-то, даже за еду мне порой приходилось драться, а теперь, когда силы уже покинули меня, единственное, на что у меня хватает духа, это сказать вам, что ваша любовь не для меня. Моя сестра боролась бы на моем месте, Хюррем сильная, она бы не отступила, она итак не отступила, добилась любви султана, удержала его рядом с собой, с помощью своей сильной любви. Я могу любить сильно, страстно, красиво, но бороться каждый день и жить в страхе, что сейчас на пороге появится соперница – выше моих сил. - Значит, ты не дашь мне шанса? – прямо спросил шехзаде. - Нет. Простите меня. Мустафа подошел к Нур и взял ее лицо в свои руки. Как же он любил эти карие глаза! Они не были золотисто-карие, или сильно темными, они были нежно-коричневого цвета, очень теплого, мягкого и эти глаза затягивали словно в омут… Шехзаде провел руками по рыжим волосам девушки, та стояла не шевелясь. Сердце султанши отчаянно билось, словно у маленькой птички, которую поймали и теперь держат в крепких руках, грозясь, никогда не отпустить на свободу. - Нур, - тихо проговорил шехзаде, - если у тебя нет сил, если они и вправду тебя покинули, хотя мне сложно поверить в это, потому что ни разу в жизни я не встречал девушек отважнее, храбрее и прекраснее, позволь мне быть твоей опорой, я сделаю так, что ты никогда не вспомнишь о невзгодах и печалях, только будь моей. Я – твоя сила. - Доверившись вам и полюбив вас так сильно, как не любила еще ни одна душа на этом свете, я дала вам силу, которой вы могли уничтожить меня. И вы сделали это, не познав всю силу моей любви, даже не поняв, насколько сильно я вами дорожу. Хотя я до последнего надеялась, что этой силой, этой властью надо мной, вы не воспользуетесь и не израните мою душу, не разорвете сердце… - Дай мне шанс, - чуть ли не взмолился Мустафа. - Нет, - выдохнула Нур, слезы буквально душили ее, - нет. Я не хочу больше предательства и разочарований, я не смогу… Девушка вырвалась и резко развернувшись, вышла прочь из покоев. Нур быстрее ветра примчалась в лазарет к Хюррем и сев рядом, положила голову на край кровати и заплакала.

***

На следующее утро Нур разбудила Афифе. Она предложила госпоже пойти поесть и привести себя в порядок, заверив ее, что сама посидит рядом с Хюррем. Нур просто кивнула и пошла в хамам, аппетит опять пропал… Пока девушка приводила себя в порядок, ее постоянно одолевали мысли. Она не знала, что делать, она не знала, как быть дальше. Один образ сменялся на другой, сердце изнывало по Мустафе, душа говорила о Малкочоглу… Разум упорно молчал. И почему всегда люди говорят, что в трудную минуту душа с сердцем подскажут, что делать, ведь в данный момент они работают совершенно по отдельности, ставя султаншу в тупик. Но все мысли о неудавшейся личной жизни, несчастливой любви и неопределенности, покинули Нур, как только Афифе ей сообщила, что пришло письмо от Повелителя, через две недели он снова будет в Топкапы. Естественно, не из-за того, что поход окончился, а из-за Хюррем, состояние которой так и не улучшалось. - Дай Аллах, чтобы, когда Повелитель приехал, Хюррем Султан открыла глаза и озарила Топкапы своей улыбкой, - с чувством сказала Афифе. Нур посмотрела на старую женщину. Странные чувства одолевали ее. Если раньше она терпеть не могла Афифе-хатун, то теперь наоборот, Нур была благодарна ей, потому что сейчас, только от кормилицы султана она чувствовала поддержку. Теперь она понимала, почему Хюррем, всегда твердила ей относиться к Афифе с уважением. - Спасибо вам большое, Афифе-хатун, чувствовать вашу поддержку очень важно для меня. Вы мудрая женщина, которую уважают все без исключения, - проговорила Нур. - Я тоже была неправа на ваш счет, госпожа, только сейчас я поняла, как ошибалась, вы оказались очень сильной и мудрой девушкой. Нур кивнула и посмотрела на Хюррем. Настроение немного улучшилось, теперь все не казалось таким мрачным и неопределенным, остается только надеяться и ждать пока все совсем образуется.

***

Хюррем очнулась через два дня. Но разум ее словно был затуманен и мгновения, когда она была в сознании, длились недолго, после пятиминутного непонятного бормотания, стонов мучений, она снова теряла сознание. Даже к приезду Повелителя состояние ее не изменилось, Нур совсем пала духом, теперь ей едва хватало сил, чтобы дойти до собственных покоев или лазарета. - Тише, тише, - шептала Нур, укачивая Джихангира на руках. Слезы снова душили ее. Малыш чувствовал, что с мамой что-то не так и плакал дни напролет, а эти бестолковые служанки никак не могли успокоить бедного ребенка! Нур не хотелось вспоминать в какое отчаяние и грусть впали племянники, когда узнали о том, что случилось с мамой, хотя Нур хотела скрыть правду, но разве в гареме это возможно! Теперь дети, словно призраки ходили по дворцу, а к вечеру, прятались в своих покоях, отказываясь от ужина или каких-либо развлечений. Мехмет с Михримах конечно уже были достаточно взрослыми, но все равно даже они не могли скрыть горечи и дикого беспокойства за мать. - Тише, - Нур прижала Джихангира к себе. Мальчик перестал хныкать и уткнулся в плечо тети. Султанша подошла к окну, тихонько качаясь из стороны в сторону, надеясь, что Джихангир уснет. Чувствуя, как малыш жмется к ней и обнимает своими маленькими пухленькими ручками за шею, девушка заплакала. Горько, как ребенок. Нур не могла успокоиться, в ее душе была такая боль, что сложно было удержать слезы в себе. Внезапно, дверь в покои распахнулась, и зашел султан. От удивления Нур перестала плакать, потому что Повелителя ждали только к завтрашнему утру. Увидев заплаканное лицо девушки, Сулейман немного смутился - он не любил женские слезы. - Что случилось, Нур? - Джихангир очень плохо спит и постоянно плачет, наверное чувствует, что с мамой не все в порядке. Сулейман протянул руки, Нур отдала султану сына и посмотрела на него. Казалось, что он никуда и не уходил, особенно учитывая их короткий диалог, казалось, что они уже виделись поутру, а сейчас, случайно пересеклись в ее покоях. - Как ты? – уже мягче спросил Повелитель у девушки. - Ужасно, - честно призналась госпожа, - сердце каждый день кровью обливается, когда я смотрю на Хюррем. Она сказала это специально, чтобы султан почувствовал себя виноватым. И он уже почувствовал, Нур видела сожаление, мелькнувшее в его глазах. - Как такое произошло? – спросил Сулейман. Как только он задал этот вопрос, дверь в покои распахнулась и зашла Хатидже Султан. Раны на ее лице, как и на лице Нур, после той драки, зажили. Мустафа договорился с тетей, чтобы та ничего не говорила султану, с Нур, в свою очередь, об этом договорилась Афифе. - Ох, Повелитель, вы тут? Я хотела зайти и проведать Джихангира с Нур… Но раз так, я пожалуй пойду, - проговорила султанская сестра. - Нет, Хатидже Султан подождите, - сказала Нур и сделала пару шагов вперед, - Повелитель расспрашивает меня о том, как все случилось и я хочу, чтобы вы тоже присутствовали. - Зачем? – непонимающе спросила Хатидже, хотя внутри все похолодело. Она поняла, что сейчас эта рыжая змея расскажет все про то письмо, которое султан отправил Фирузе и тогда… - Вот как все случилось, Повелитель, - Нур подошла к стенному шкафчику и, достав то злополучное письмо из шкатулки, вручила его падишаху, - вначале, я скрывала правду ото всех, даже от Хатидже Султан, которая каждый день чуть ли не молилась Аллаху за здоровье моей сестры… Хатидже при этих словах уже поняла, что сестра Хюррем ведет какую-то свою игру, которая пользы ей, естественно, не принесет. Теперь она поняла кто такая Нур – она все равно что вторая Хюррем: хитрая, расчетливая и беспощадная, беспощадная именно к тем, кто заставил страдать ее саму и Хюррем. Она ни перед чем не остановится, она будет врать, врать и еще раз врать ради собственной выгоды, делать все, чтобы осквернить в глазах султана ненавистных ей людей и выставить ангелом себя. Она – опасна. - Вы уже узнали это письмо? – поинтересовалась Нур, словно действительно сомневалась в том, что Сулейман в состоянии понять, что это письмо, которое он сам и писал. – Именно из-за него Хюррем и хотела свести счеты с жизнью. Его ей специально подкинула наложница, которой вы его писали. Так она надеялась избавиться от Хюррем. - Но откуда тебе это известно, если ты даже не знаешь кто эта наложница, - тут же возразила Хатидже. - Я знаю, что это Фирузе-хатун, мне это сказала Афифе, если бы не она, я бы никогда не подумала на любимую фаворитку султана, ведь это такая дикая подлость! К тому же Хюррем чуть из-за нее не погибла, а вот ребенок, который еще не родился… - Какой ребенок? – на выдохе выдавил из себя Сулейман. Он крепче прижал к себе, уже заснувшего Джихангира, в глазах его полыхали гнев с сожалением. - Хюррем была в положении, а из-за Фирузе-хатун, этого бедное невинное дитя не родилось на свет, - тихо проговорила Нур, опустив глаза. - Повелитель… - начала Хатидже, но султан взмахом руки приказал ей замолчать. Он подошел к Нур и отдал ей Джихангира. - Разве не ты подослала мне ту наложницу, Хатидже, ты ведь всегда так была довольна Фирузе, а в результате, из-за этой поганой девчонки, я чуть не лишился своей любимой Хасеки! – прорычал Сулейман. - Фирузе производила впечатление умной и добропорядочной девушки, она… - Молчать! – Сулейман грозно посмотрел на сестру. – Она завтра же покинет этот дворец! Падишах быстро вышел из покоев. Нур, посмотрев на Хатидже, лукаво ей улыбнулась. - Ах ты змея! – рявкнула султанская сестра и двинулась к девушке. - Змея это ты, Хатидже! – прошипела Нур, девушка уложила Джихангира в кроватку и снова повернулась к разъяренной женщине. – Скажи, ты, что себе думала, когда решила плести интриги против меня и Хюррем, думала, что одна из нас не сможет отомстить, так другая духом падет, не дождешься! Я – Нур Султан, моя сестра Хасеки Хюррем Султан и никто, никто не сможет победить нас! Понаблюдай завтра внимательнее, Хатидже, за изгнанием Фирузе из дворца, как она оказалась в немилости у Повелителя, так и ты окажешься у него в немилости и он тоже вышвырнет тебя! Хатидже разъяренным взглядом посмотрела на Нур. Рыжеволосая госпожа видела, как сжались руки султанши в кулаки, сразу стало понятно, что она просто мечтает хорошенько ударить Нур. - Это мы еще посмотрим! – прошипела она и быстро вышла из покоев.

***

Злая Хатидже зашла в покои к Фирузе, что рыдая, сидела на тахте. Завидев госпожу, девушка тут же кинулась к ней в ноги и стала молить о том, чтобы та помогла ей. Султанская сестра долго молчала, глядя, на теперь уже бывшую фаворитку, она понимала, что ей уже никак не поможешь, ее идеальный план распался, но на этот раз не из-за Хюррем… из-за Нур. Внезапно, в голову женщине пришла одна идея. Пусть план с Фирузе провалился, зато отомстить Нур она сможет сполна. - Хорошо, я могу сделать так чтобы ты осталась в Топкапы, - соврала Хатидже, - взамен на это, ты должна кое-что сделать.

***

Нур сидела в своих покоях. Она собиралась быстро заплести волосы и пойди к Хюррем. Девушка была довольна. Впервые за эти мучительные дни, она была просто довольна, она смогла выгнать Фирузе и поставить на место Хатидже. Пусть! Пусть все знают, что она тоже опасный враг! Внезапно в дверь постучались. Нур немного удивилась, но потом решительно крикнула: - Войдите. Когда она увидела, кто зашел в ее покои, сердце забилось быстрее, а руки невольно сжались в кулаки. Султанша отложила гребень, которым расчесывала волосы и поднялась на ноги. - Что тебе нужно! – рявкнула Нур. Фирузе посмотрела на девушку, затуманенными глазами, на лице ее была хитрая улыбка. - Вы думали, от меня так легко избавиться? – спросила она и сделала шаг вперед. В свете свечей что-то блеснуло, Нур разглядела лезвие кинжала и попятилась. - Ты не в себе, уйди, - спокойно проговорила султанша. - Нет, я теперь никуда не уйду. Не в себе были вы, когда перешли дорогу Хатидже Султан и мне. - Хатидже тебя подослала? – спросила Нур. Девушка не успела опомниться как Фирузе подскочила к ней и резанула лезвием кинжала по шее. Из глубокой раны сразу же брызнула кровь, заливая шею, грудь и синее платье. Нур почувствовала, что воздуха не хватает и зажала рану руками, Фирузе, испугавшись, бросила кинжал на пол и быстро выскочила из покоев. - Помо… - Нур не смогла договорить, она хватала ртом воздух как рыба, которую выбросило волной на берег. Девушка, шатаясь, вышла из покоев и направилась к лазарету, надеясь, что встретит по дороге хоть кого-нибудь. Держась за стену испачканными руками, она оставляла кровавые следы, в глазах начинало темнеть. Нур упала на пол, все так же хватая ртом воздух, кровь залила пол, испачкала лицо и волосы. - Прошу… - девушка закрыла глаза, свет факелов потух. Тьма.