Улей

Смотрю на светлые обои с темными узорами цветов, лежа в постели, и вспоминаю, что они никогда мне не нравились. Оклеить ими потолок настояла жена. Ей так нравится, хотя комната моя (правда, она тогда была гостиной). Давно пора ремонт делать. Постоянно об этом думаю, когда просыпаюсь. Навязчивое желание уже. Усмехаюсь и вспоминаю, что пора на работу. Бросаю взгляд на часы на тумбочке. Электронные. Корпус в виде морской раковины. Сувенир с поездки на Черное море. Показывают: 9:06. Опаздываю! Вскакиваю на кровати, путаясь в одеяле и тут, вспоминаю, что уволен. Черт! Со стоном валюсь обратно на подушку. - Вот козел! Вот урод... - поминаю зло бывшего товарища. - Я на тебя в суд подам за подлость. За моральный ущерб. Как наши работники... Выиграть им дело, короче. Ничего бы я подавать не стал. Не потому что такой добрый, а потому что противно с Павлом видеться. Это как... Как... Пытаюсь вспомнить нечто наиболее мерзкое для сравнение, но на ум ничего не приходит. Зато, вдруг, вспоминаю, как влюблялся с чудищем. И сам при этом был женщиной. Ну, и бред же приснится! Смеюсь. Настроение повышается. Я опять дома! Дома... и надо искать новое место трудоустройства. Веселость исчезает. Лида на работе, но это к лучшему. Как-то настроения нет скандалить по пустякам. Стас в школе. Все делом занимаются и мне надо. Сажусь, откидываю одеяло, спускаю ноги в тапки... Но ступни приземляются на голый пол. Где мои тапки?! Осматриваю пол: ничего. Ладно бы собака с нами жила, а то были только рыбки у сына в комнате, а они тапки не воруют. Жена куда-нибудь дела. Относится к моим вещам, будто они ее собственные! Раньше это забавляло, а теперь жутко бесит. Сдерживая ругательство, встаю. Халата на стуле тоже нет. Странно. Вдруг, захотелось кофе так непреодолимо, что плюнул на наготу (привык спать без одежды, да и Лиду раньше это заводило) и вышел из своей комнаты, благо пугать обнаженным видом некого. В квартире оказалось приятно тепло. Даже немного душно. Надо будет потом проветрить комнаты. Дверь кухни приоткрыта. Взялся за ручку, она показалась влажной. Конденсата еще не хватало! Вошел. На столе остались чашки жены и сына, что завтракали утром. Надо будет помыть. Подошел к шкафчику, где стояли бокалы и открыл дверцу. Створка открылась нехотя, словно петли заржавели и с неприятным хлюпаньем. Где-то уже слышал этот звук. Становится не по себе. Вдруг вижу, как от дверки к полке тянутся полупрозрачные нити липкие на ощупь. Что это? Похоже на клей. Откуда он здесь? Ох, попадет Стаське, когда из школы придет! Достаю чашку с Сфинксом и какими-то египетскими иероглифами на орнаменте, что подарил двоюродный брат, привезя из Египта, зная, что люблю экзотику. Закрываю дверку с таким же отвратительным хлюпом. Передергивает. Вот придет сын и вытрет. Да и на кухне заодно пол помоет! Надо ребенка к чистоте приучать. Ставлю чашку на стол. Подвигаю сахарницу, открываю банку кофе. Электрический чайник (отвратительного розового цвета - жене на работе коллеги подарили) стоит тут же. Еще не остыл. Подогревать банально лень. Достаю ложку из выдвижного ящичка в столе. Начинаю накладывать кофе, как вдруг слышу в глубине квартиры какой-то звук. Будто что-то упало. Замираю. Прислушиваюсь. Тишина. Показалось? Не рыбки же там бедокурят! Усмехаюсь и наливаю в чашку кипяток. Вода течет с мелодичным бульканьем, смешиваясь с черным порошком и тут же темнея. Заполнив чашку по ободок жидкостью, ставлю чайник на стол. Вдруг отчетливо слышу плеск. И не из ванны... Заинтересованно выхожу в коридор и прислушиваюсь. Снова бульканье. Только потише. Вроде звук шел из комнаты сына. Что же это? У рыбок брачный сезон? Не помню, чтоб они были такими шумными. Приближаюсь к закрытой двери в конце коридора. Полумрак. Выключатель остался в другом конце, да и ну его. Неужели в своей квартире заблужусь? Прислушиваюсь: тихо. Но проверить, что плескалось желание не пропадает. Опускаю ладонь на дверную ручку... Она такая же липкая, как и дверка шкафчика на кухне! Ну, Стас, держись. Охватывает раздражение. Вновь отчетливо плещется что-то. Мозг сигналит: что-то не так! Приходит беспокойство. Из-за двери снова слышится плеск. Не выдерживаю, распахиваю ее и делаю шаг внутрь. Небольшой прямоугольный аквариум стоит на столе у окна. Зеленые шторы задернуты, но света хватает, чтобы рассмотреть, как в воде извивается нечто крупное, напоминающее большую рыбу малинового цвета. На столе рассыпан корм для рыбок. Пачка порвана и такое чувство, что ее жевали. Из живота к горлу подступает страх. В чего это превратились рыбки? Чем их Стаська перекормил? Оглядываю комнату и вижу на не заправленной постели сына прозрачные нити, некоторые тянутся на синий прикроватный коврик в виде звериной лапы. Это не клей. Слизь. Догадка обжигает ужасом. Нечто зловеще булькает в аквариуме. И кажется чавкает. Нет, это не рыбки! Оно их сожрало! Тело окатывает волна холода. Но ступням тепло. Пол греет ноги. Это неправильно! В квартире только в прихожей пол с подогревом! Чтоб обувь сохла. Но не в комнате! Сына. Меж лопаток пробегают мурашки, когда замечаю посреди комнаты свой тапок. В поблескивающих нитях слизи, словно оно играло им. Но не это пугает, а то что "рыба" притащила его из моей комнаты! И неизвестно сколько она там пробыла пока я спал. Передергивает. Вдруг, нечто в аквариуме успокаивается и перестает плескаться. Потому что сожрало всех рыбок. Тишина давит на уши. Становится зловещей. Приходит здравая мысль: бежать! Но ноги, как чужие, а глаза заворожено уставились на гладкий бок твари, который замер с другой стороны стекла. Ни плавников, ни жабр рассмотреть не удается. Оно не водоплавающее! Оно сухопутное... млекопитающее! Сердце пропускает удар. Жуткая догадка шевелится в мыслях, так же, как некогда извивался мерзкий червяк. Но не могу себе позволить осмыслить ее. Вдруг, на боку твари распахивается глаз. Человеческий. С голубой радужкой. Как у меня. Сомнения рассеяны. Это мой детеныш! Сердце ухает куда-то вниз. Под пол. Оно спало в кровати Стаса, ведь мальчишка не мой сын, а жены. А это существо мое. Из меня. Ужас! Увидев, что родитель пришел, оно начинает ползти вверх по стеклу, таращась на меня жутким глазом, чтобы выбраться из аквариума и обнять папочку... Срываюсь на крик... и распахиваю глаза. Темно. Тепло. Рядом кто-то лежит и обнимает руками. На миг кажется, что это подросший детеныш. Судорожно вырываюсь из объятий и отползаю в сторону, часто дыша. Помещение озаряет малиновая волна света, давая рассмотреть ворочающееся четырехрукое создание. Вспоминаю, что его зовут Марк. - Ты чего кричал? - спрашивает оно. Но этого не может быть! Не может! Это место - сон! - Разбуди меня, - выдыхаю. - Что? - он садится, протирая глаза верхней правой рукой. - Разбуди! - шепчу. - Это же не на самом деле! Ты - ненастоящий! - Рома, - укор во вздохе. А еще понимание. - Тебе что-то страшное приснилось? - Не приснилось! Я дома был! Дома, понимаешь? В своей квартире! Сажусь. Он дружески протягивает руку. - Иди ко мне. Успокойся. Ничего страшного. - Ничего? - почти кричу. - Ничего?! А эта штука во мне? Я ее видел! Это ужас какой-то! Вытащи ее из меня! Вытащи! Марк поднимается на четвереньки. Тьма окутывает помещение. В ужасе начинаю отползать от него, пока не упираюсь в стену. При следующей волне света, вижу прямо перед собой его лицо. Морду. - Отойди от меня! - выкрикиваю и щеку внезапно обжигает пощечина. - Я думал, ты более спокойный парень, - вздыхает, потирая ладонь, которой ударил меня. Боль немного отрезвляет. Вспоминаю, где оказался и с кем. Доходит, что видел кошмар. Дикий, реалистичный и мерзкий. Своего будущего. Плечи вздрагивают. Обхватываю себя руками. Холодно, но не телу - душе. Марк осторожно притягивает к себе, обнимает руками. Не сопротивляюсь, прижимаясь к его груди. Просто зажмуриваюсь. Он начинает поглаживать меня по голове, успокаивая, как маленького. - Это был только сон, - ласково шепчет. - Ты еще вернешься домой. Все будет хорошо. - Надо бежать, Марк! - выдыхаю. - Немедленно! - Да. Только давай посидим немного... Я еще не проснулся. - Хорошо. Не могу больше находится здесь! Страшно. - Мне тоже... Но всё будет хорошо. Уверен. - Мне бы твою уверенность... Мне приснилось, что эта тварь внутри мой сын, что она спит в его кровати и живет в его комнате. А еще она съела его рыбок... Плечи вздрагивают в судорожном всхлипе. - Это только сон, - шепчет. - Мы сбежим раньше. Найдем способ. Вернемся, превратимся в себя и заживем прежней жизнью... Я устроюсь программистом к отцу. Буду ответственным, чтоб он мной гордился. Начинает казаться, что он не меня успокаивает, а самого себя. - И тебе место подыщу. - продолжает. - Будешь со мной работать. Ты кто по образованию? Высшее есть? - Да. Экономическое. Заочно... - Отлично! Тут главное отца уломать. Он у меня упрямый. Для меня упрямый... - Было бы хорошо, а то задолбался работу искать. Как вернусь с женой разведусь. Надоела она мне. А сына себе заберу. Через суд, как угодно, но заберу. - А я машину себе хочу. Как вернусь, куплю. Даже не знаю какую... мне много нравится. Как накоплю, буду долго выбирать, чтоб самую лучшую... - А я сыну собаку куплю. Он давно просит, но жена не разрешает. Лида животных терпеть не может. Только к рыбкам благоволит. Вот и отдам ей аквариум при разводе... - Я бар один знаю классный. Как ты про аквариум сказал, вспомнил. "Серебряная рыбка" называется. Там готовят отлично и выпивка хорошая. И девочки по выходным танцуют. Сходим потом? - Сходим. Только я не знаю такого... Ты в каком городе живешь? - В Волгограде. - А я в Омске. - Нда... Но все равно сходим. Приглашаю. Приедешь потом? - Да. Со Стасом. - Можешь и с сыном. Я ему тоже рад буду. Хоть посмотрю, насколько он на тебя похож. - Не похож. Он не мой сын... - Ой, ты говорил же! Извини. - Да ничего. У него глаза тоже голубые. Вот этим мы похожи. Понимаю, что больше не страшно. Кошмар блекнет, оставляя только тоску. - Ром, а как это, когда у тебя сын есть? - вдруг спрашивает Марк. Задумываюсь, а потом отвечаю: - Это... когда есть тот, кто тебя любит и ждет, а еще видит тебя самым идеальным из людей и примером для подражания, даже, если ты не такой. Каждое твое слово принимает за истину и... - замолкаю, горько вспоминать. - Это здорово. Только ответственно. Ты уже себе не совсем принадлежишь и на свою жизнь иначе смотришь. Себя беречь начинаешь. Для него... - Наверное. Никогда о детях не думал. Пока здесь не оказался... Я бы тоже сына хотел, а не... Замолкает. Повисает тяжкая пауза. Разговор вновь сошел до унылой реальности. Невыносимо. Невыносимо находиться здесь! Хочу домой. К сыну. Чтоб вместе стоять на балконе и смотреть на небо. Только лучше без звезд... - Марк! - чуть отстраняюсь от него, полный решимости. - Пойдем! - Куда? - Выход искать!