Улей

Сделав шаг, замираю на пороге, вмиг подрастеряв решительность от открывшегося зрелища. При первой вспышке замечаю, что прямо напротив входа у стены полулежит молчун и таращится на меня чуть поблескивающими в темноте глазами. А рядом еще один. И еще... Каждый малиновый всполох дополняет жуткую картину, являя взору лежку молчунов, простершуюся аж до поворота коридора. Из "нор" по бокам выглядывает, где рука, где нога, показывая, что существа заполонили тут всё. - Ты выходить будешь? - торопит за спиной голос Марка. Подвигаюсь в сторону, давая товарищу выйти. Он оглядывает толпу незваных гостей довольно спокойно. - Что они здесь делают? - шепчу, косясь на лежащих существ с опаской. - Отдыхают, наверное, - поясняет Марк. - Говорил же, что они за мной... - теперь нами - ходят. - Зачем? - тут же спрашиваю, но в мозгу уже зреет нехорошая догадка. - Не знаю, - пожимает четырехрукий плечами. - Ты собирался выход искать или тут стоять? - Погоди! - выдыхаю, собираясь озвучить предположение и поворачиваюсь к другу. - А если они разумны, но просто молчат? Если всё понимают и нарочно нас преследуют, чтобы мы не сбежали! Ты тут говорил их сотня, а нас... да они просто числом возьмут! Нарочно караулят, понимаешь? На эту тираду ближайший молчун рассеянно почесал рукой за ухом и поерзал, удобнее укладываясь. Движение получилось каким-то животным. Но у меня всё равно похолодело меж лопатками от представления, что если они просто прикидываются и вот-вот встанут и загородят нам проход всей толпой, окружат... - Ром, не паникуй, - кладет Марк руку мне на плечо, не смотрю которую. - Я тут давно и признаков мышления у них не заметил. Как и агрессии. Так... считай это соседи по коммуналке. Или домашние животные. - А ты реально сбежать пробовал? - шепчу, хотя в тишине голос кажется громовым. - Может они потому тебя не останавливали, что ты у выхода не стоял? - Давай тогда найдем выход и проверим! - предлагает и с грустью добавляет: - Не хочется предполагать, что ты можешь оказаться прав. Это будет слишком безнадежно. Теперь мне захотелось его подбодрить, но слов не нашлось. - Пошли, - выдыхаю и начинаю пробираться вверх по коридору, осторожно перешагивая молчунов. Марк идет следом. Существа либо не обращают на нас внимания, либо сонно приподнимают головы на возмутителей спокойствия. У некоторых довольно заметные округлые животы, но я стараюсь не замечать сей детали, дабы не травить душу. Идем молча, сосредоточившись на том, чтобы не споткнуться. Непривычно ориентироваться в пространстве, когда источник света непостоянен, да еще при этом движется. Коридор кажется размытым, призрачным. Тот, кто придумал это ритмичное освещение не слишком ориентировался на людское зрение. Но человек ко всему привыкает... Вот только мне не хочется. Наконец-то добираемся до конца витка. Молчуны, во всяком случае, на полу в коридоре перестали попадаться. Теперь стоит обследовать каждый сантиметр пространства на наличии выхода. Не верю, что здесь он отсутствует! Первая же нора оказалась совершенно темной и, чтобы обследовать ее, пришлось туда не без содрогания залезть и ощупать стены на наличие прохода. Мягкая, кожистая и теплая поверхность явно не имела искомого. Марк ожидал меня снаружи. Я вылез, неуверенно отирая о бедра ладони, словно там было обо что пачкаться. Но я пытался избавиться не от грязи, а от ощущения чужеродной плоти. Расстроено качаю головой. - Думаешь, я тут всё не облазил? - спрашивает, видя мою неудачу Марк. - Мы только начали! - огрызаюсь. - Пойдем. - Идем, - вздыхает. - Надеюсь, ты окажешься более везучим... Норы попадались в зигзагообразном порядке. Ни одной не было друг напротив друга. Не знаю отчего. Но не думаю, что эта деталь имеет значение. В некоторых лежали молчуны, но они никак не реагировали на вторжение. Некоторые спали, а те, что сидели лишь поводили головами в мою сторону. Приходилось перебарывать страх перед измененными людьми, чтобы обследовать помещения. При очередном посещении норы заметил в волне света, что у молчуна, который там сидел, голова повернулась в мою сторону, словно по привычке, а вот зрачки остались неподвижны. Удивившись, набрался смелости и поводил ладонью перед его лицом. Но взгляд существа не проследил за рукой. Наоборот, оно даже веки сомкнуло. А потом, вдруг, потянулось и лизнуло мою ладонь скользким змееобразным языком. Я вскрикнул, тут же отдернул руку и выскочил из "домика", часто дыша. - Что случилось? - поинтересовался Марк. - Молчун меня лизнул! Наверное, съесть задумал! Четырехрукий рассмеялся: - Нет. Скорей всего, помыть хотел. Или знак внимание выказал. Ты до него дотронулся? Покосившись на отверстие, боясь, что оттуда выскочит молчун и вцепиться в ногу, отошел немного. Но существо не спешило выбираться и нападать. - Нет. Просто рукой перед лицом поводил. У него зрачки не двигались. Они слепые? - Не знаю. Но если глаза есть, то должно быть зрение. Однажды видел молчуна, который с закрытыми глазами по коридору шел. Вот тогда жутко стало! Подумал, что он лунатик. Но затем обратил внимание, что они иногда с закрытыми глазами передвигаются. Правда, редко. Должно быть, раздражает их это мелькание. Я уже сейчас сам тут могу с закрытыми глазами ходить и ни на что не натыкаться! Выучил уже эти треклятые коридоры... - А если они просто видят иначе? - Тогда почему мы не обрели иное зрение? - Пока никаких догадок, - отвечаю после паузы, пожимая плечами. - Ладно, пошли. Надо будет потом обмозговать все эти странности. Марк в норы за мной не лез и обследовать их приходилось в одиночку. Я не осуждал его, был рад его присутствию, ибо одному находиться здесь было откровенно страшно. Да и в большинстве своем углубления были небольшие - на трех-четырех человек - и особо развернуться было негде. Но попадались и пошире, на манер столовки, только потолок низкий, рассчитанный на передвижение на четырех конечностях. Коконы меня пугали больше, чем молчуны, поэтому в залы с овальными штуками только заглядывал из отверстий входов. Для этого приходилось спускаться по пологому склону, рискуя съехать вниз. Марк заверил, что там бояться нечего, но я все равно опасался. Не хотелось бы снова оказаться в липком чреве, раз коконы умеют ловить "добычу". Но ничего примечательного в залах с влажно поблескивающими "яйцами" не было. Намеков на выход - тоже. Только бурые стены с волнами пробегающего по ним света. Коконы располагались в помещении по три штуки (кроме одной залы, где их было в два раза больше). Стояли хаотично. Один даже где-то замер по центру. Створки всех были сомкнуты. Наверное, это их обычное состояние. Помещения с ними встречались не на каждом уровне, а через один. Итого: четыре малых зала с коконами и одна большая. Столовки встречались на каждом уровне. Примерно одинаковые по размеру. В них витал сладковатый, манящий аромат. Но отвлекаться на еду, которая психологически вызывала отвращение, не было времени. Выход бы отыскать... Марк оказался прав: чем выше мы поднимались, тем меньше встречалось молчунов. Похоже, его теория верна и они стараются держаться ближе к нам. Еще бы понять почему. Если они следят за нами, опасаясь, что мы сбежим, то должны бы следовать за нами постоянно. Но они так и остались лежать внизу. Существа спустились к нам, когда мы спали. То есть когда мы долго находились на одном месте. Не очень это вяжется со слежкой, ибо наши перемещения такое поведение не ограничивает. Может, они это делают несознательно? Инстинктивно оберегают наш сон? Глупость какая, если здесь не наблюдается врагов! Нет. Тут что-то другое и отправная точка наверняка наша неподвижность. Или состояние сна. Вдруг, засыпая, мы начинаем посылать им какие-то сигналы? Даже голову почесал от такой умной мысли, а точнее лысину. И тут же оставил это занятие: касаться измененного тела вызывало оторопь. Во всяком случае, в поведении молчунов угадывается система. А это не есть хорошо. Для нас. Сам не знаю почему, но предчувствие намекает на неприятности. В будущем. Эх, еще бы знать какие... Но может не зря говорят, что меньше знаешь - крепче спишь?.. - О чем задумался? - интересуется Марк. Наскоро пересказал ему выводы. Напарник по-несчастью только головой покачал. - Главное они нам выход искать не мешают, - подытожил. - А пугать себя заранее точно незачем. Киваю. Потихоньку начинаю привыкать к чередованию света и тьмы. Уже чуть лучше ориентируюсь, хотя всё вокруг так и кажется одинаковым. Если бы не Марк, то сбился бы со счета витков, что остались позади. Он четко научился определять их границы. На десятом уже банально начало овладевать отчаяние, что выхода здесь действительно не существует. Останавливаюсь посреди коридора напротив углубления-ракушки с каналом в центре, что ведет на другой ярус. Похоже, здесь это единственный выход. Если там - выше - не окажется дыры наружу. Смотрю на толстую трубу с еле заметной в сполохах света складкой по центру. Молчунов здесь нет, и подойти можно спокойно. - Как она открывается? - спрашиваю Марка. - Распахивается, как пасть в стороны. Внутренняя часть усеяна щупальцами. Они тебя обхватывают и помогают подняться. Точнее поднимают. Можно сказать, живой лифт. - Ты пробовал пробраться раньше срока? - Конечно. Думаю, этот путь единственный выход отсюда. - И как результаты? - Ну... я же пока еще здесь. - Черт. А если створки разжать чем-нибудь? - Чем? Только руками, - вертит кистями в воздухе. - А створки очень прочно сомкнуты. Палец в щель толком не просунуть. Да и силы вряд ли хватит разжать. - А если вдвоем? Вы с Лизой не пробовали? - Нет. Она всё-таки девушка... - Господи, Марк! Мы все теперь девушки! Надо попробовать! Подхожу к трубе. Свечение завораживает. Осторожно касаюсь ладонью упругой поверхности. Немного не такая, как стены. Ощущаются пупырышки. Мелкие, почти не ощутимые. Не знаю для чего. Веду рукой дальше. Ко шву в центре. Провожу по нему. Словно крепко сомкнутые губы. Пробую просунуть палец. Удается ввести на пол фаланги. Дальше - никак. Сплошная упругая мышечная ткань. А может и не мышечная. Черт знает, что это за хрень... Вдруг из щели выскальзывают три тонких длинных щупальца. Не успеваю отскочить и одно опоясывает, другое скользит по груди, а третье проскальзывает между ног и касается самого сокровенного, словно пробуя на вкус. Вскрикиваю и в ужасе шарахаюсь назад. Но щупальца не собираются удерживать и тут же отпускают. Затем стремительно втягиваются обратно в складку трубы, словно их не было. Сердце стучит часто. Еще не верю, что так легко отделался. Не сразу доходит, что Марк ржет. В непонимании смотрю на него. Сложил верхние руки на груди и лыбится во всю пасть. - Ты знал? - возмущенно спрашиваю. - Ты знал, что это выскочит, да? Конечно, знал. Гад. Появляется желание ему врезать. Сжимаю кулаки и делаю шаг к нему. - Успокойся, Ром! - перестает улыбаться и поднимает руки в миролюбивом жесте. - Извини! Просто ты так забавно отпрыгнул... - Забавно?! А если бы эта штука меня придушила? Почему не предупредил?! - Потому что она безопасна, - на всякий случай отступает от меня. - Было бы опасно не стал бы молчать! Щупальца просто проверили насколько ты готов к переходу. Видишь: вход не открылся, значит рано еще. - Марк, ты идиот, - выдыхаю, но уже беззлобно. - В следующий раз не шути так. А то врежу. - Хорошо! Раз ты шуток не понимаешь, то не буду. А дракой не пугай: у меня всё-таки рук побольше. Правда, если не выберешься, то и у тебя столько же будет. - Значит, выберусь! Если ты не прикалываться будешь, а помогать, то быстрее отсюда уберемся. Эти щупальца каждый раз вылезают, если к трубе подойти? - Нет. Не каждый. Один раз попробовали и на несколько "дней" отстали. Запоминают, наверное. Но шут их разберешь! Так что нечего тебе сейчас опасаться. - О! Это радует, - успокаиваюсь. - Тогда давай, помоги мне створки разжать! Марк послушно подходит к трубе. Вдруг наклоняется и начинает лизать щель между створок. Несколько щупалец снова выскакивают и обвивают его тело, ощупывают. Марк даже не вздрагивает и не обращает внимания на откровенные прикосновения. Через несколько секунд щупальца скрываются внутри трубы. - Что ты делаешь? - спрашиваю, подходя. Марк отстраняется, вытирая губы тыльной стороной ладони. - Это для смазки, - поясняет. - Иначе пальцы не просунуть. Ну, ты готов? Выдыхаю и решительно подхожу, надеясь, что Марк прав и щупальца больше не выскочат пощупать непрошеных гостей. Касаюсь сомкнутых створок, перевожу пальцы на шов, скользкий от слюны Марка. Начинаю просовывать пальцы. Входят, но с трудом. Приятель тоже не отстает и просовывает фаланги всех четырех рук в щель между створками. Была не была. - Упираемся в пол и тянем в стороны, - командует Марк. - На счет три! Раз, два... три! Решительно тяну на себя странную плоть. Ноги скользят по "коже" пола. А створки так и остаются сомкнуты. Приятель сильнее меня, да и рук больше, но и у него ничего не выходит. Через несколько секунд сдаемся. - Давай еще разок? - говорю, переведя дух. Марк кивает и поудобнее располагает на шве пальцы. - Три! - выдыхаю и тянем упругую плоть в стороны. Слегка растягивается, но в целом остается сомкнутой. Будто там кость! Или крайне сильные мышцы. Через несколько секунд сопения и бесполезных усилий, мы выдыхаемся. Сдаюсь первым и отстраняюсь, привалившись спиной к трубе. Марк вытаскивает пальцы, зачем-то облизывает их, и удрученно садится на пол. Одной рукой в отчаянии бьет в складку. Глухой звук удара. Створки так и остались плотно сомкнуты, как половинки грецкого ореха. Устало сползаю на пол рядом с товарищем. Чувствую спиной упругую стену туннеля, который пока не доступен. - Пипец, - выдыхаю обреченно. - Угу, - кивает приятель. - Полный. Говорил же: выходов нет... - А что наверху Спирали? Тупик? - удрученно интересуюсь. - Ага. Посмотреть, хочешь? - Обязательно. Только подожди: дай дух переведу. - Переводи. Хотя, можешь не торопиться: времени полно. Можем и "завтра" туда подняться... - Было бы куда подниматься! Один виток, - возражаю и, вдруг, осеняет идея. - Марк, а ты пробовал в трубу попасть, когда проход для молчуна открывается? - Пробовал. Только толку-то! Там щупальца враз определяют, что ты не годный и обратно выпихивают. - А обмануть их пытался? - Как? Живот ватой набить, чтоб побольше казался? Хотя еще не факт, что они на объем живота реагируют. Да и ваты тут нет. Ничего нет! Вот лом бы сюда, то вмиг бы выбрались! - Нет. Лучше бензопилу! - подсказываю. - Точно! Тогда и выхода искать не надо. Прорезал и иди себе дальше. Даже жаль, что здесь техники нет. Можно было бы обломок чего-либо твердого, как нож использовать. - Слушай, а тут кости есть? - приходит идея. - Выросты острые, зубы? - Не видел... Да и, если даже и да, то как ты ее из плоти извлечешь? Очень сомневаюсь, что они тут на дороге валяются. - Точно полный пипец... - вздыхаю, соглашаясь с невеселой реальностью. Марк в согласии молчит. Тишина давит обреченностью. - Но я не верю, что здесь выхода нет! - не выдерживаю. - Нас же в коконы как-то доставили! - "Как-то"! - передразнивает Марк. - Если бы это понять... В залах тоже выходов нет. Только "горки". Но они наружу не ведут. - Горки? - заинтересовано поднимаю на друга взгляд. - Поясни! - Лучше покажу. Классная вещь! Может, тебе тоже понравится. Мы с Лизой одно время так развлекались. Правда, потом вылизываться от слизи надо. Но она на вкус не противная, так что порядок. - Что-то уже твои "горки" пугать начинают! - Там не страшно. Даже весело! К тому же название говорит само за себя. - Пошли, покажешь? А то я пока никаких горок не приметил. - А они с секретом! Только давай сначала перекусим. А то я от этих блужданий проголодался. - Хорошо, - поднимаюсь. Потом, не долго думая, подаю Марку руку, помогая ему встать на ноги. Ладонь его сухая и теплая. Почти, как окружающая плоть. Марк уверенно направляется в сторону одного из отверстий коридора. Следую за ним, дивясь, как он так легко ориентируется. Хотя, тут, должно быть, сочувствовать надо. Надо же было в такой заднице очутиться! Что, если тут действительно выход отсутствует? Становится зябко. Обнимаю тело за плечи. Главное не сдаваться раньше времени. Даже, если здесь выхода не окажется, то на ярусе выше может быть шанс его отыскать. Правда, для этого придется доносить чужое потомство... К чему это неизбежно приведет, думать не хочется. Марк скрывается в "кормушке". Захожу следом. Аппетита нет. Просто опускаюсь на пол, ожидая когда он поест. - Ты не будешь? - спрашивает. Мотаю головой. Хочется сдохнуть. Чтоб сразу умереть и не мучиться. Но тут, наверное, самоубийство совершить просто нечем. - Поешь, - настаивает товарищ. - Ты с "утра" на ногах. Столько сил потратил... Точно! - Марк, а если я вообще есть не стану, то умру? - Ты что на тот свет собрался, вместо того, чтобы отсюда выбраться и в наш вернуться? - А что! - продолжаю, не замечая его речи, ведомый безумной идеей. - Отличный способ самоубийства! Молчуны голодовке мешать не станут? - Не знаю. Не пробовал... Ты уже сдаться решил? Голодом себя заморить никогда не поздно. А наверху еще ярус не обследован. Там Лиза и возможно - даже наверняка - выход. К тому же ты еще "горки" не видел. Поешь, Ром. Я не хочу, чтобы ты умер. Как я тут один буду? Последний довод оказывается самым веским. К тому же аромат невольно вызывает аппетит и в животе голодно заурчало. - Хорошо. Самозаморение откладывается! - натянуто пробую улыбнуться. - Ты прав: рано сдаваться. Не поднимаясь на ноги, переползаю к ближайшему бугорку со съестным и тыкаюсь в него губами. Вытянувшиеся щупальца неприятно мазнули по лицу, открывая доступ к пище. Зажмуриваюсь и начинаю глотать сладковатую массу. Выберусь. Обязательно. Как-нибудь. Вместе с Марком.