Грешница Рая

POV Дима - …Ну и как, Ян, как?!- с горечью выкрикнул я, зарываясь пальцами в волосы, «роняя» голову на стол.- Как ей, блять, после такого доверять?! После того, как моя девочка выскочила из квартиры, я, грубо говоря, забился в истерике, проклиная все на свете, ругая себя за то, что позволил себе влюбиться так искренне, отчего сердце разрывалось на маленькие кусочки, а голова занудно гудела. Разум отключился еще на первых строчках нашего с Полей разговора, и в это время мной руководствовала ревность. Какого черта она защищает его так?! Настолько погано мне не было давно, я давно не чувствовал себя таким подавленным, растоптанным, задавленным в землю, как ненужный окурок. И я ни капельки не стыжусь за сказанные мною слова! Она! В этот раз она слишком много лишнего говорила, выбешивая меня уже всем своим видом! Легкий полумрак комнаты только усугублял всю ситуацию, и я уже который час сидел на кухне, сжимая волосы у самых корней, пытаясь понять, что же пошло не так. Когда же наша с ней недавно начатая совместная жизнь свернула не на ту тропу? Когда я стал ей так противен? Единственным спасением была Рудковская, которая поздно ночью выбралась ко мне, утешая и всячески уговаривая меня не пить. А время было давно за полночь, и день близился не то, чтобы к поздней ночи, а к раннему утру. Стрелка часов перескочила за цифру два, а у меня ни в одном глазу. Ноутбук, который я успел включить, не помню, правда, зачем, сейчас «напевал» до чертиков знакомую песню и будто специально давил на голову, а главное на сердце.

За окном шумит утренний и пьяный дождь, Время в формалине и ты опять ждёшь. Я на изгибах линий твоих ладоней заблужусь, Просто обними меня, тихо тикает пульс.

Рудковская молча выслушивала меня, понимая, что сейчас мне нужно просто высказаться. И я был очень благодарен ей, что она вот так просто слушает меня, все мои маты, оры, грубые слова, несдержанные действия. Мне было чертовски больно. И боль я запивал алкоголем. Вторая выпитая бутылка коньяка в лежачем положении находилась у моих ног. И плевать я хотел, что мне завтра куда-то к кому-то надо. Меня нет ни для кого ближайших два-три дня.

Я, может, не вернусь, а, может, нет надежды, Запах твоих волос навсегда в моей одежде. Квартира, брызги, вчерашний виски, Без боли грудной, навылет мысли.

Шумно выдохнув, когда песня плавно сменилась какой-то тихой мелодией, я вытянул руки на столе, утыкаясь в них лбом. Яна же каким-то умным взглядом смотрела на меня, в одно время, понимая и соболезнуя мне, а в другое – всем своим взглядом говорила, что я чертовски не прав. - И что ты собираешься делать, Витя?- наверное, первый раз за столь долгое время подала голос Рудковская, коснувшись моей руки. Я никак не отреагировал на ее жест, лишь незаметно для нее поморщившись. Ну а что ей ответить? Если бы я знал, что теперь мне делать. В очередной раз глубоко вздыхая, я приподнялся со стола, потирая глаза раскрытыми ладонями, взглядом великого мученика посмотрев на подругу. - Я не знаю, Ян,- покачал я головой, переставая орать, ругаться и покрывать милую блондинку матом.- Я не знаю, что может значить эта наша ссора, что она за собой понесет, какие последствия… Но! Я точно знаю, что первым шаг я не сделаю. В любой другой ситуации – да, пожалуйста, без вопросов вообще! Но не сегодня. Слишком ощутимо она прошлась по моему сердцу, которое так недавно вылечилось от причиненной боли другим человеком. И ведь она прекрасно это знала и видела, что я неспроста ее ревную, что я просто боюсь. - Я боюсь, Ян. А она говорит мне, что я такой весь белый и пушистый, и только она у нас плохая-нехорошая. Что я придумываю какие-то проблемы, скидывая всю вину на нее, а после еще и обижаюсь,- вспоминал я не только наш сегодняшний, вернее, вчерашний разговор, а вообще все разговоры, которые происходили у нас на протяжении наших отношений.- А меня просто бесит это ее чересчур великое желание возобновить общение с бывшим!.. - Дима, а ты не думал никогда, что она права может быть, а?- вдруг спросила Рудковская, чего я меньше всего ожидал. Вопросительно глянув на нее, допивая последние капли коньяка, ставя стакан на стол.- Она ведь еще ни разу не подала тебе повода для ревности, а то, что девушка общается с парнями – в этом нет ничего плохо, Дима. Ты зря ее ревнуешь, разве не видишь, что девочка тебя всем сердцем своим, всей душой своей широкой любит, а ты такие кренделя выписываешь. - Рудковская, я сейчас не понял: ты на чьей стороне?- возмутился я, сложив руки на груди, чуть отодвинувшись от стола. - Так, Билан, закрой рот и выслушай меня!- перебила меня девушка, резко поднявшись из-за стола.- Ты поныл? Поныл, так что теперь послушай меня. В этой вашей ссоре, хоть я и не в подробностях ее знаю, явно виноват ты! Да, ты, милый мой! И я прекрасно понимаю Пелагею, ты слишком много на себя берешь, она свободный человек, она не твоя жена, Дима, очнись! И я бы так же как она никогда бы не бросила всех своих друзей, лишь из-за того, что мой молодой человек выдумывает себе что-то, ревнуя по пустякам! Я широко распахнул глаза, приоткрыв даже рот от удивления. Рудковская никогда не была настолько зла, даже тогда, когда я опаздывал на концерты по молодости, когда посылал ее к чертовой матери по пьяне. Сейчас девушка была на эмоциях, выговаривая мне, кажется, все то, что давно копилось у нее. И я просто не понимал, отчего же моя милая Яна вместо того, чтобы утешать меня, сейчас в наглую обвиняет меня во всем, что произошло между мной и Полей. - Так, Рудковская! Заткнулась быстро!- подскочил я из-за стола, громко хлопнув ладонью по столу, отчего блондинка замолчала, испуганно глянув на меня.- Если ты пришла, чтобы высказать мне о том, какой же я скотина, так ты можешь идти отсюда! Мне, блять, такого не нужно сейчас! От меня девушка любимая ушла, всем своим видом показав, что ей этот чертов Паша дороже меня, а ты мне, блять, сейчас высказываешь херню какую-то! Пиздуй тогда отсюда! Яна ошеломленно глядела на меня, поджав губы и чуть ли не вжавшись в стенку. Поверхностно дыша, она молча кивнула, развернувшись и направившись в сторону коридора. Хлопнув себе ладонью по лицу, проматюгавшись, я направился за девушкой, догоняя ее в коридоре. Та наскоро надевала обувь, поглядывая на наручные часы, стараясь не поднимать на меня взгляд. - Яна… Блять, ну прости меня, слышишь, Рудковская?- виновато произнес я, упираясь плечом в стену, склонив голову к ней, виском прислоняясь к холодной стене.- Куда ты, Яныч? Яна, блять, ты меня слышишь вообще?! - Билан! Перестань орать!- воскликнула Яна, накидывая пальто, положив телефон в карман верхней одежды, уставившись на меня.- Я сейчас здесь лишняя, тебе нужно самому подумать и разобраться. Но я могу тебе сказать одно – ты не прав,- закончила Рудковская, всем своим видом давая понять, что оставаться сейчас не намерена и провожать ее тоже не надо. Хлопнув входной дверью, уже вторая блондинка покинула мою квартиру за эти ночь-вечер. Всплеснув руками, чертыхнувшись пару раз, я продолжил стоять посреди коридора, пытаясь угомонить бьющую по вискам боль, со всей силы сжимая голову руками. Ноутбук продолжал занудно завывать, только капая на нервы, раздражая с каждой секундой все больше и больше. И для всех сегодня я стал подонком и скотиной, которая ревнует по пустякам, а понять то, что я просто не хочу потерять родного мне человека никто так и не смог: ни Яна, ни Поля. А я не считал себя таковым, но на душе было так погано, так паршиво, что хотелось просто удавиться. Именно так я и поступил. Надев первое, что попало под руку, я выгребся из квартиры, даже не удосужившись взять телефон. Тормознув такси, я отправился в клуб, запиться, забыться. И пускай я вновь проснусь с какой-нибудь девушкой, как было это до встречи с Полей, мне было плевать. Нет, не так. Я просто не осознавал этого сейчас, не понимал, что могу все испортить. Да и мне казалось, что хуже быть уже не может…

***

Разлепляя просто «убитые» глаза от яркого солнечного света, который «на ура» пробивался через светлые занавески, я оглянулся по сторонам, понимая, что нахожусь явно не в своей комнате, а значит, и не в своей квартире, а значит, что не с Полей. В памяти сразу же всплыл наш с ней разговор, отчего неприятный комок снова появился в горле, и кошки на душе, которые, видимо, во время моего ночного запоя ушли на покой, снова проснулись, и с новой силой начали скрестись на душе. А перед глазами плыли картинки вчерашней ночи, которую я провел в компании каких-то девиц. Вижу яркие огни, орущая музыка, две шикарные горячие брюнетки, крутящиеся передо мной, готовые уже на все, а я упитый вусмерть, не соображающий совершенно ничего и… Где сейчас я? Приподнявшись на локтях, осматривая светлую комнату, я признал ее за ту, где мы совсем недавно проснулись вместе с Пелагеей. И как же я облегченно выдохнул, когда из-за двери появилась Рудковская, застряв в дверях, отклонившись на дверной косяк. С вызовом глядя на меня, давая понять, что я умудрился чего-то натворить, Яна прошла в комнату, прикрывая за собой дверь. Виновато взглянув на нее, обратно падая на подушку, натягивая на лицо одеяло, я устало промычал. - Выспался?- недовольно произнесла блондинка, насильно потянув конец одеяла на себя, стягивая его с меня.- Дим, а ты в курсе, что вчерашней ночью мог девушке своей изменить? - Яноочка…- протянул я, закрывая лицо руками, сжимая пальцами виски, так как голова ужасно болела, буквально раскалывалась.- Спасибо тебе, родная, мне вчера просто так хреново было, еще и ты ушла, ну я и… - Ну ты и что? Решил изменить Пелагее? Билан, черт тебя подери! Я вчера тебя еле выскребла из этого клуба сраного, пока ты матерился и дрался!- возмутилась Рудковская, легонько ударив меня по ногам полотенцем.- Быстро встал, умылся, позавтракал и пошуровал мириться с Хановой, услышал меня? - Так!- возразил я, приложив массу усилий, чтобы подняться с кровати. Встав на ноги, слегка пошатнувшись, обратно присев на кровать, я измученно посмотрел на подругу снизу вверх, покачав головой. Та выразительно цокнула, скрестив руки на груди и подбородком кивнув на выход. Послушно вставая с кровати, продолжая слегка пошатываться, я побрел на выход из комнаты, опустив плечи, идя практически на ощупь. Приняв освежающий душ, пытаясь разобраться во всем, что произошло вчера, я благодарил Господа, что каким-то чудесным образом Рудковская догадалась поехать за мной и забрать меня из этого чертового клуба, пока я делов не наделал. - Димас!- послышался стук в дверь, и я выбрался из ванной, выключая воду и стягивая с батареи полотенце.- Я Пелагее уже набрала, как выйдешь, перезвонишь ей. - Рудковская!- обмотав таз полотенцем, я буквально выскочил из ванной, выхватив у девушки телефон, отменяя вызов.- Не надо заставлять меня звонить ей. Ты мне не мама, Ян, понимаешь? Мои отношения с Полей – это мои отношения с Полей, и я сам помирюсь с ней, если мне это будет нужно. Может, я не хочу этого?- пожал я плечами, на самом деле приведя это просто в пример. Рудковская заметно напряглась, недоверчиво покосившись на меня, даже делая шаг назад. Разочарованно покачав головой, окатив меня каким-то непонятным мне взглядом, девушка развернулась в сторону кухни, зашагав туда, опустив голову. И я сначала даже не понял, отчего Яна так напугалась, и только потом до меня дошло, что я сейчас сказал. Быстро переодевшись, натянув на себя одежду, я заскочил на кухню, развернув Яну к себе. - Билан, так нельзя, ты понимаешь?- тут же возразила Рудковская, убрав мои руки со своих плеч.- Это не по-человечески. Совсем недавно вы там в нашей комнате развлекались так, что, наверное, весь дом слышал, а сейчас ты говоришь, что ты не хочешь мириться с ней! Как это называется? Это подло, Дима! Подло и некрасиво с твоей стороны, так как истерику вчера закатил ты и виноват в том, что Поля ушла, только ты, Билан!- тоненьким пальчиком ткнув мне в грудь, Яна отшагнула назад, выключая вскипевший чайник.- И я, конечно, понимаю, что это твое личное дело, но я, думаю, не чужой тебе человек, и мне не плевать на то, что творится у тебя там,- указала она мне на голову.- И там,- следом показала на левую сторону груди.- Не хочешь мириться – не мирись, пожалуйста. Только тогда не нужно мне звонить и вызывать, говоря, какая же Пелагея сучка, хорошо? Знай, ты нисколечко не лучше!- выговорилась блондинка, подняв бровки «домиком», уставившись на меня. Я же молча выслушал ее коротенький монолог, сглотнув и переводя взгляд куда-то в сторону, понимая, что подруга-то на самом деле права. Что именно я начал все эти вчерашние разборки и чуть ли не проснулся в кровати с другой девушкой, если бы не Яна, конечно же. А Пелагея, скорее всего, сейчас у Гагариной, либо у мамы, не думаю, что ей сейчас очень хорошо. Широко распахнув глаза, я ринулся в ванную, забрав оттуда телефон Рудковской, вышагивая по гостиной из стороны в сторону, пытаясь вспомнить номер телефона Хановой старшей. - Что стряслось, Дима?- появилась взволнованная Яна, вытирая сырые руки об полотенце, останавливаясь рядом со мной. Отмахнувшись, я продолжал набирать знакомый мне номер, пытаясь вспомнить последнюю цифру в номере. Но она, видимо, не желала, чтобы ее вспомнил. - Сколько можно, Дима! Ну что случилось? Пятый раз у тебя уже спрашиваю!- возмутилась Яна, легонько толкнув меня в плечо, оставаясь за моей спиной, сложив руки на груди. - Пять!- воскликнул я, тут же набирая последнюю цифру, нажимая «вызов» и прислонив телефон к уху.- А теперь помолчи пол минутки,- обратился я к девушке, зашептав. Женщина явно не слышала звонка или же не хотела слышать. Но после 10-ого, кажется, гудка, Ханова старшая ответила на звонок.- Здравствуйте, Светлана Геннадьевна! Это Дима, Дима Билан, не забыли еще? - Димочка, здравствуй, не забыла, конечно, что-то случилось?- радостно отозвалась женщина, видимо, Поля у нее не появлялась. Поверх плеча глянув на блондинку, стоявшую позади меня на цыпочках, цепляясь пальчиками за мое плечо, я тихонько усмехнулся, прислонив указательный палец к своим губам, возвращаясь к разговору. - У меня к вам разговор один есть, вы не против, если я подъеду к вам сегодня?- спросил я, на что Рудковская одобряюще кивнула, крепко обняв меня сзади за талию, прижавшись щекой к спине. Следом чмокнув меня в щечку, Яна направилась в детскую, где Сашка истерично верещал.- Я вот нахожусь недалеко от вас, поэтому приехать могу буквально минут через 10-15, хорошо? Или попозже? Договорившись со Светланой Геннадьевной, я направился следом за Яной, заглянув в комнату. Девушка умело справлялась с сыном, переодевая его в легкую домашнюю одежку, так как дома было слишком жарко и это, видимо, не нравилось малышу. Тепло улыбнувшись, прислоняясь виском к дверному косяку, я на мгновение прикрыл глаза, представляя себя в роли отца, а в роли матери… Господи, да кого я обманываю? Конечно же, Пелагею. Шумно выдохнув, я оказался вытолкнутым из комнаты Яной. Распахнув глаза, встряхнув головой, откидывая на потом посторонние мысли, я уставился на Рудковскую, которая вопросительно смотрела на меня. - А!- очухался я, коротко рассмеявшись, включая свет в коридоре и направляясь к своим ботинкам.- Я поговорил с мамой Поли, она меня вот ждет уже. Думаю, что мне нужно ей все рассказать и попросить совета какого-нибудь, что ли. Но, Ян, я не собираюсь первым мириться с Хановой, это уже дело принципа, знаешь ли. Я в этой ссоре, собственно, и не виноват, поэтому… А поговорить мне нужно, может, хоть полегче станет, а то чего-то так паршиво, сил нет,- поморщился я, надевая куртку, зашнуровав кроссовки.- И это, я твою машину возьму?- протянул я руку, чтобы Рудковская подала мне ключи от машины.- Просто моя-то у дома, а я уже сказал, что буду через пару минут, ага? - Ой, Билан,- покачала головой Яна, но все-таки вкладывая ключи в мою раскрытую ладонь.- С тобой одни беды, ей-Богу. Удачи тебе, не будь дураком, чтобы мне за тебя стыдно не было, хорошо?- тихонько рассмеялась Яна, на прощанье чмокнув меня в щеку, открывая дверь и выпуская меня из квартиры.- Машину чтобы вечером вернул, понял меня? - Люблю тебя, Яныч, ты лучшая!- радостно выкрикнул я, выбегая на улицу и взглядом находя машину Рудковской. После такого количества алкоголя, выпитого прошлой ночью, за руль, конечно, садиться не следовало бы, но мне сейчас не до правил, да и тем более чувствую я себя уже намного лучше, чем утром. Заводя машину, даже решив не пристегнуть ремень, я тронулся с места, примерно представив, сколько по времени у меня составит дорога до дома Хановой старшей. И я не ошибался, сказав, что минут через 10-15 я буду у женщины дома. Поднимаясь на нужный мне этаж, морально готовя себя к тому, что рассказать все все-таки мне придется. И главное сделать это так, чтобы всю вину не скинуть на Пелагею, ибо я не хочу обеспечить ей скандал с матерью. Медленно поднимаясь по ступенькам, прокручивая в голове подготовленные предложения, я прибыл к месту назначения, поднимая взгляд и, резко выдохнув, нажимая на звонок. Дверь мне сразу же открыла Светлана Геннадьевна, встретив меня теплым взглядом и улыбкой. И на душе сразу стало так тепло и приятно, что захотелось обнять эту добрую женщину, но я просто чмокнул ее в щечку и прошел в квартиру. - Признаться честно, Дима, я была очень удивлена твоему звонку,- тихо усмехнулась женщина, отступая назад, давая мне возможность разуться и раздеться.- Что-то случилось? Поля опять что-то вытворила? - На этот раз вытворил уже я,- печально констатировал я, отставляя кроссовки к стене, погасив свет в коридоре и проходя следом за женщиной на кухню. Присаживаясь за стол, благодарно кинув, тихо произнеся «спасибо», когда Светлана Геннадьевна подала мне чашечку чая, я закинул ногу на ногу, откинувшись спиной на стену. Женщина села напротив меня, сложив ручки на столе, приготовившись меня внимательно слушать. Я же только больше растерялся от такого взгляда, даже тактично кашлянув в кулак, отводя взгляд в сторону. - Давай, Дима, не томи. Что у вас случилось?- первая задала вопрос женщина, как будто на моем лице прочитав, что у меня, точнее, у нас что-то случилось. - В общем, начнем с того, что… помните Полиного Пашу, да?.. И начиная с этих слов, мой рассказ затянулся минут на пятнадцать. В это время женщина внимательно слушала меня, периодически прерывая меня либо уточняя какую-либо информацию, либо предлагая мне печенья. Я же вежливо отказывалась от предлагаемых угощений, хотя желудок уже начинал свою забастовку по поводу отсутствия пищи в организме. Рассказав в итоге все то, что произошло со мной и Полей на протяжении вчерашнего вечера, я закончил свой рассказ тем, что проснулся у Рудковской дома и сразу же набрал женщине. Светлана Геннадьевна томно выдохнула, покачав головой из стороны в сторону и даже (может, мне показалось?) закусила уголок нижней губы, барабаня пальчиками по столу. - Н-да,- протянула женщина, убирая завитый локон волос за ухо, поднимая на меня задумчивый взгляд.- Узнаю свою дочурку, узнаю… Хорошо, что у меня хватило ума не рассказывать тот инцидент с сигаретами, из-за которого, собственно, и началась вся эта ругань. Иначе Светлану Геннадьевну уже можно было бы вывозить на скорой из этой квартиры, так как и эта новость ее не обрадовала бы. Приложив раскрытую ладонь к груди, приглушенно охнув, женщина продолжала что-то шептать себе под нос, а я молчаливо ожидал ее вразумительного ответа и реакции. Я все никак не мог понять, кого же она считает виноватым в этой ссоре? - Не знаю, что и сказать тебе, Дима, но ты явно не показал себя с лучшей стороны,- недовольно покачав головой, ответила женщина, поднимаясь из-за стола, отставляя пустую чашку в раковину. Я уже хотел было что-то сказать, объясниться перед ней, но Ханова опередила меня.- Но и девочка моя что-то совсем с ума сошла. Крыша едет не спеша, тихо шифером шурша…- шумно вдохнула, а следом так же выдохнула Светлана Геннадьевна, разворачиваясь ко мне.- Могу тебе сказать одно: просто так она тебя не простит, раз ты говоришь, что послал ее далеко и надолго. Только вот я боюсь, раз ты не хочешь первым мириться идти, то любовь ее… - Что?- нетерпеливо перебил женщину я, даже напрягаясь от ее последних слов. - Боюсь, что любовь ее быстро угаснет…- тихо добавила Светлана Геннадьевна, опуская голову. Замерев на месте, даже боясь пошевелиться от таких слов, я тяжело сглотнул, боясь даже представить, что слова женщины могут оказаться правдой. Медленно опуская ногу на пол, растирая ладонями штаны, я поднял вопросительный взгляд, испугавшись даже своей реакции.