Сверхъестественные Голодные Игры.

Миротворцы вели нас к дому Правосудия. Наручники на нас не одевали, это не принято. Я почти ничего не видела, глядя прямо перед собой. Меня. Выбрали. На. Жатве. Я была до смерти напугана. Я - трибут. Я должна участвовать в Играх. Меня же убьют! Нас заводят в дом Правосудия и разводят по комнатам. Всех, кроме семьи Хейлов, будет ждать машина, которая отвезет нас на вокзал, и родственников, которые придут попрощаться. Я ловлю себя на мысли, что мне очень жалко миссис Хейл. Шесть лет назад она потеряла почти всех своих родственников, кроме детей, а сейчас теряет и их. Где-то минут десять я сижу одна, а потом ко мне заходят мама и близнецы. Дон и Таннер подбежали ко мне вцепились в ноги. - Мередит, не уходи! - плакал Таннер. Дон тоже плакал, уткнувшись мне в ноги. Мама обняла нас. Я почувствовала нотки беспокойства, испуга, отчаяния и нерастраченной любви в ее запахе. Она любила нас и любила папу, вот только после его смерти закрыла эту любовь внутри себя. - Мама, - прошептала я, обнимая ее. - Ты должна дать всю любовь моим братьям. Им предстоит превращение. Я больше не смогу вам помочь, но остальные, мои друзья вам не откажут. Помоги им. Не замыкайся снова! Откройся! - Не замкнусь. - горячо пообещала мама. - А ты должна обратится. - Что? - с удивлением спросила я. - Ты должна обратится в последний раз, иначе не сможешь победить. Обратись! - Хорошо. - я почувствовала теплую влагу на глазах. Не хватало мне еще и разрыдаться. Ту Миротворец объявил, что машина приехала и готова отвезти нас на вокзал. Мама обняла меня крепко-крепко и увела братьев, а я вышла из комнаты, оглядев ее последний раз. Как же я хочу домой! В Шлак. Машина везла нас на вокзал и я разглядывала соперников. Первой вызвали Киру Юкимуру. Она была с черными волосами, миловидным лицом, карими глазами, ей было лет шестнадцать. Вторая - Лидия Мартин - надменное лицо, рыжие волосы, бледно-розовая кожа. Эрика Рейес была блондинкой с серыми заплаканными глазами, испуганным бледным лицом. Бедняжка, она страдает Эпилепсией. Они обе учились со мной в одном классе. Лора Хейл была на год старше меня. Черные волосы, карие глаза, высокая, бледная. Кора Хейл, как и сестра была кареглазой, высокой и самой младшей из нас. Ей только тринадцать. Из мальчишек я неплохо знала Стайлза, кареглазого, веселого парня; Скотта МакКолла, кареглазого парня со скошенной челюстью; Джексона Уитмора, надменного блондина и Денни Махиалани, кареглазого, смуглого парня. Они учились со мной в одном классе. Джордн Перриш был на год старше меня. Блондин с голубыми глазами и бледной кожей. Дерек Хейл учился в параллельном классе. Черные волосы, смуглая кожа и глаза. Я заметила, что они зеленые. Тут Дерек поднял лицо и мы встретились взглядом. Он был красивый. Я почувствовала, как краснею и опустила глаза. Зрение стало волчьим. Я проморгалась. Интересно, почему так случилось. На вокзале было много людей с камерами и я обрадовалась, что не плакала. Когда подъехал поезд я невольно вздрогнула. Первый раз вижу поезд. Мы зашли в вагон. Для каждого Дистрикта полагался один вагон. Нам предстоит одиннадцать остановок. Пока мы ждем Дитона, Денни включает запись Жатвы. Имена я запоминаю не все. Из первого - Питер Хейл и Кейт Арджент, второго - Итан и Эйдан. В первый раз двоих парней! Из третьего я никого не запоминала. Соперников будет много - семьдесят девять. Во время просмотра мы все сели за стол. Я сидела рядом с Дереком. - Мама просила передать тебе вот это. - сказал хриповатым голосом он. Мне на ладонь опустился браслет с тремя подвесками: сойкой-пересмешницей, трискелионом и волком. - Красиво. - сказала я. Тут к нам вошла Эффри. - Где Алан? - спросила она. - Поезд сделал уже семь остановок, а его все нет! Тут к нам вошел афроамериканец с бородой и бутылкой виски в руках. Он покачнулся, его вырвало и он, сказав: - Ненавижу поезда! - ушел. Эффри сморщилась и тоже ушла.

***

На следующие утро я проснулась и чуть не заплакала. Так надеялась проснуться дома, с братьями и мамой, но нет. Я в том же поезде. Умывшись и приведя себя в порядок, я вышла в общее купе. - С добрым утром! - поздоровались все остальные. - А я думала, я первая. - неловко пошутила я. - Мы подъезжаем к Капитолию! - воскликнул Скотт. Я подошла к окну и увидела огромные строения, яркие огни и толпу людей на вокзале. Все шумели, радовались, Капитолий был огромным! ничего подобного я никогда не видела. Здравствуй, Капитолий...