Вечеринка

Первыми явились Кирст и Джереми. – Не ждали вас так рано, – выпалил с порога Ави. – Нам попозже прийти? – Не обращайте внимания, он сконцентрирован на организации. На самом деле, пришлось соврать. Готовил вечеринку я, пока Ави спал и позже пел в душе, который, видно, так и не взбодрил его. Выглядит он помятым и заспанным. Хоть бы сыграл, артист хренов. Не перестарался ли я с чтением о драконах? Понятно теперь, на что он намекает, предлагая мне почитать с ним... А я все догадки строил и отказывался. Я покосился на Каплана с хитрой ухмылкой. – Марш в дом! – скомандовал я, заставив дрогнуть Авриэля, насмешить этим сконфуженных ребят и, подчинив их, повести за собой, как гусыня утят, в прихожую. Пока Кирсти копошилась в сумке, как обычно, чего-то не найдя, Джереми оглядывал новый ремонт на втором этаже. Каплан воспользовался случаем и незаметно ущипнул меня за ягодицу. – Совсем спятил? – Я подпрыгнул от неожиданности и зашипел. – Месть. Ты бы еще рассказал, как несколько часов назад прижимал меня к этому дивану, – кивнул он в сторону, где сидела Кирсти. – Я же ничего не сказал им. Сам чуть не спалился: вышел в неглаженной футболке; сонный, будто после недельного запоя. Хорошо, кофта с рукавами – засос на плече не видно. – Ты поставил мне засос? – в ужасе прошептал парень. – Не парься, мы квиты. Тебе – синяк на плечо, мне – на задницу. Все великолепно. И, знаешь, ребята у нас, конечно, как дети, но не глупые... При надобности, у них найдется с сотню оснований подтвердить наши отношения. – Тс, молчи... Джереми спускался по лестнице и пытался сказать что-то Ави. Между тем раздался звонок в дверь. – Митчи, вовремя, ты-то мне и нужен, поможешь выложить холодные закуски. - Буквально затащив в дом, я схватил его за запястье и направился в кухню; сегодня я блещу эпотажностью и травмирую психику каждому второму. Мы прошмыгнули мимо гостиной, Митч не успел даже поздороваться с Кирсти. Вернулся Каплан. «Опять косяк», – пронеслось у меня в мыслях. Я встал, как вкопаный, не выпуская руки друга. Картина маслом «Немая сцена». Всё, никто не убережется от ревности Ави. – Дашь поздороваться? Успеешь проблемы решить, отдыхаем ведь, – спокойно произнес он. От неожиданности я еще больше остолбенел. Во-первых, обошлось без скандала и намеков на измену. Во-вторых, за все время, что мы знакомы, я никогда не слышал от него разрешения на желаемый отдых, – это красный день в календаре. Когда впечатления перестали накрывать, и я, наконец, пришел в себя, ребята уже перешли от слов к делу: распаковали не выложенные покупки и принялись за шинковку. – Почему ты сразу не сказал про запланированную тусовку? – обратился Митчи. – Боялся, что ты не придешь. – Уверен? Это же замечательная идея! – Видно, он не знает главного сюрприза... *** Ночь наступает на пятки суматошному дню. Стемнело – без света не обойтись. Однако, и так очень романтично и торжественно, не хватает только свечей. Словно полосатые сумерки подводят черту к рождению новой жизни. Каждый ввечеру нашел занятие по душе. Джереми и Кирст нежно переплелись руками, слились воедино, и ни один черт не властен над их союзом. Вокруг них создалась непоколебимая, непробиваемая многослойная аура. Они танцуют и не замечают течение времени. Я переглядываюсь с погруженным в идилическую атмосферу Ави, и порой шепчу ему свои милые недосказанности. Мы взаимно строим из себя друзей, как всегда думая о последствиях. Нас не изменить – глупцы. Митчи, как мне кажется, снова в заботах, но хоть пару часов его не гложат мысли о Скотте. Он расслаблен и слегка улыбается. На лице его не читается ни намека на боль и панику – это целое достижение. Он сидит в кресле, потупив взор на вращающийся бокал красного сухого, порой поднося вино к губам, медленно и глубоко вдыхая букет ароматов, смачивая алкоголем рот и заново продолжая цикличное таинство прокручивания сосуда. Меня магнитом притягивает подарить этому на первый взгляд безмятежному, безмолвному человеку, минуту умиротворения, отдать каплю своего личного счастья, дабы не страдал невинный. На лбу его выступают морщины, он ёжится в тепле, ему холодно. Холодно глубоко внутри, не смотря на то, что в камине теплится огонек, освещая комнату светлым пламенем. Во мне отзывается имя сочувствия, сопереживания. Но не могу я подойти, встать перед ним, опустив голову, и выговорить – «сожалею». – А почему так тихо? Ребят, хватит уже одиноко обниматься в уголке. Мы тоже хотим, ведь так? Авриэль одобрил идею с опаской. – Ну же, Грасси! – Митчелл оторвал стеклянные черные хрусталики от опустошенного фужера. – Вставай, давай, поднимайся, – я поставил новый диск, – ты любишь эту песню, не отговаривайся. Я начал подскакивать, переминаясь с ноги на ногу, подбросил брюнета и приостановил его приближение к полу. Знаю, выглядит комично: большой черный мужчина танцует легкий, парящий джайв. Мои забавные, неуклюжие телодвижения расшевелили Митча, он расхохотался и начал подыгрывать. Подскок, поворот, опять подскок, пружинка. К нам присоединились остальные. – И, вместе! – Выходит настоящий флешмоб. Ави тоже не стоит в стороне – приятный знак. – Я отлучусь на секунду. – В джинсах завибрировал телефон. – Кев, мы подъезжаем, – раздался знакомый голос, не очень приятный для меня в связи с последними событиями, происходящими на протяжении целой недели. – Скотт, все в порядке? – Да, извини, мы задержались. Вы долго ждали? – Что бы ответить ему? Совсем из головы вылетело, что Скотт с Алексом не прибыли ко времени. – Ничего, не переживай, вы вовремя. Вечеринка в самом разгаре. Вы уже у дома? – Да, на парковке. – Подожди, я встречу, оденусь только. – На улице дождь, лучше зонт захвати. – Не сахарный, не растаю.

***

– Проходите. Общественность в гостиной. На кухню загляну и вернусь к вам. Сушняк напал. На кухне темень, глаз коли. Эх, не буду электроэнергию тратить, Каплан ругаться станет, когда счета придут. – Устал я от этих танцев. Пусть теперь Ави отдувается. Зажглась лампочка в холодильнике. Я разглядел минералку, приготовленную к утреннему похмелью. – Молиться на нее нужно – лекарство от всех болезней. – Оставлю-ка дверцу приоткрытой, ни дай бог что-нибудь уроню. Под столом сверкнули чьи-то зрачки. – Каплан, ты что ли прячешься? Да вижу я тебя, вылезай, дурак. – Я не дурак. – Высокий обиженный голосок прозвучал из-под стола. – Митчи? Ты чего это здесь? – Скотт с Кирком приперся, – отрезал тенор. – Мне нечего тут торчать. – Митчи, да ты чего как с цепи сорвался? Всю жизнь не набегаешься! – Я и не собирался, я думал незаметно свалить домой, пока ты не вторгся в мои планы. – Свалить? Хорошо. Вали! Значит, ты всю жизнь собираешься прожить с поджатым хвостом?! Он вылез, всхлипнул и ничего не ответил. Я нащупал его плечи и притянул к себе. Митч обхватил меня по ребрам, и я почувствовал на своем теле горячие слезы. – Тише, тише. Пойдем, помогу тебе умыться.