Второй (не) лишний

У Альфреда Джонса с самого утра держалось на удивление хорошее настроение, хотя по всем очевидным параметрам оно не должно было быть таковым. Сегодня ему предстояло впервые присутствовать на заседании представителей международной фармацевтической компании, и любой другой на его месте уже давно бы промок насквозь от пота и съел упаковку успокоительного вместе с коробкой, но Альфред не имел привычки волноваться впустую. Его не сумели обеспокоить даже отчаянные стенания шефа, слегшего с аппендицитом прямо накануне этой жизненно важной, по его собственным заверениям, встречи. Альфред со смешком вспомнил, как тот умолял его не совершить какой-нибудь глупости. Разумеется, он сделает всё по высшему разряду, иначе и быть не может! Ища место для парковки, он сосредоточился на своём главном задании. В этот раз особое внимание нужно обратить на одного из приглашённых, имя которого Джонс уже забыл; помнил только, что тот приехал из Англии. Шеф вчера поминал его крепким словцом, утверждая, что этот… этот некомпетентный выскочка непременно выдвинет коллегам предложение о прекращении сотрудничества с Соединёнными Штатами. Он уже давно собирался это сделать, а когда поймёт, что его оппонентом выступит новичок… Альфред даже улыбнулся в зеркало заднего вида. Вот глупый! Кто же захочет повернуться спиной к Америке? Так или иначе, в ближайшие часы ему предстояло не только не опозориться, но и не допустить ничего подобного. Прокручивая в голове угрозы и ругательства начальника вперемешку с красочными описаниями банкротства, массовой безработицы и экономического краха, непременных результатов аннулированной сделки, Альфред даже слегка погрустнел. Но не время раскисать — у него ещё были все шансы отстоять родную фирму. Правда, каким именно образом он собирался это осуществить, Джонс пока не знал. Что ж, будет достаточно сразить этого англичанина своим обаянием. Шутка. Он сразит его своими отточенными навыками дипломата. Нет, пожалуй, первое осуществить всё-таки проще. Альфред посмотрел на часы, прикидывая, успеет ли перед началом конференции опрокинуть в себя бодрящую чашечку кофе вместе с бодрящим гамбургером, и похолодел до кончиков пальцев. Он не только не имел лишнего времени, но и уже опоздал ни много ни мало на тридцать пять минут. Отличное начало! Едва не забыв схватить портфель, Альфред взбежал по мраморным ступенькам, чудом избежав участи пересчитать их головой, и вломился в послушно отскочившие двери. Сначала ему нужно найти стойки регистрации. Джонс огляделся: холл вокруг него пестрел уходившими в разные стороны лестницами, одинаковыми кабинетами и похожими друг на друга, как близнецы, сотрудниками, снующими так быстро, что никого не удавалось задержать хотя бы на секунду. Альфред торопливо направился в первую попавшуюся сторону. Может быть, его коллеги не были так уж неправы, когда говорили, что он страдал излишней самоуверенностью именно тогда, когда это становилось особенно лишним. На пороге такого огромного здания просто обязаны выдавать подробную карту! Нечто походящее на разыскиваемую им стойку обнаружилось на втором этаже. Альфред с разбега плюхнулся на неё всем своим весом и закричал, заставляя ковырявшегося в телефоне паренька подпрыгнуть: − Бумагу и ручку мне, скорее!.. − Простите, регистрация уже закрыта, − промямлил тот, нервно одёргивая галстук. − Я опоздал! — завопил Альфред, тщетно пытаясь изобразить на лице раскаяние. — Пожалуйста, мне очень нужно скорее туда попасть! Я представитель Соединённых Штатов, − добавил он как можно весомее. К его удивлению, после такого заявления упрямец не поспешил выдать ему всё необходимое. − Но я просто ассистент…. Я не имею права выдавать личные дела…. − Мне. Нужно. Поставить. Подпись, − Джонс выхватил из кармана приготовленный заранее бейджик и помахал им перед носом у несчастного. Судьба Америки в его руках, он не допустит провала! − Как вас зовут? На какую букву папка? — пролепетал тот, заикаясь. − Альфред Ф. Джонс, заместитель генерального директора! На «А»! − гаркнул он и наконец-то получил заветный документ. Какой огромный! Альфред с раздражением перелистнул многочисленные страницы с перечислением регламента и с облегчением поставил в конце кривую закорючку. В конференц-зал он вошёл почти на час позже положенного. Вернее, вбежал. Громко представился и лихорадочно принялся выискивать себе свободное место, чтобы, наконец, приземлиться и перестать привлекать к себе столько ненужного внимания. Пустое кресло обнаружилось за дальним концом стола, и Джонс опрометью бросился к нему и сел, случайно толкнув соседа. − Извини, − шепнул ему Альфред, и тот, покосившись на него довольно презрительно, отодвинулся. Выждав минуту-другую, Джонс придвинулся следом; уперев лоб в ладонь, как будто в серьёзном раздумии, он искоса наблюдал за привлекательным незнакомцем. Тот сидел с идеально прямой спиной и, сжимая в пальцах ручку, у которой от напора уже треснул колпачок, не сводил внимательного и довольно мрачного взгляда с широкого экрана. Несмотря на представительный вид и тщательно выглаженный дорогой костюм, из остальных участников он забавно выделялся непослушно торчащими во все стороны волосами. А какие у него зелёные глаза! Альфред с трудом подавил возбуждённый вздох. Секундочку! Что он творит? Сейчас не время думать о незнакомцах, какими бы симпатичными они ни были. Что, если проклятый антиконтракт уже был подписан? Но участники собрания выглядели спокойными, если не сказать — сонными; подобный вопрос ещё явно не обсуждался здесь. Джонс пристально обвёл взглядом каждого, стараясь угадать, где скрывается его нахальный враг, задумавший потопить их огромный корабль, честно служащий благородному фармацевтическому делу. На фразе «а теперь слово Артуру Кёркланду, нашему британскому коллеге» Альфред практически сделал стойку и тут же опрокинул заботливо приготовленный стакан с водой, когда из кресла поднялся его сосед с такими невинными, казалось бы, зелёными глазами. Вот так незадача! Он едва не принялся флиртовать с главным конкурентом. От ужаса Джонс прослушал половину речи соперника, и когда осознал это, ужаснулся ещё больше. − За последние несколько месяцев американская компания показала себя крайне непрофессионально, − распинался Артур, по всей видимости, получая от этого настоящее удовольствие. — Было расторгнуто четыре контракта, из них два на крайне внушительную сумму. Число клиентов сократилось на одиннадцать процентов во многом благодаря сомнительным махинациям наших так называемых партнёров. Пять дней назад обнаружилась поставка новой партии, в состав которой были внесены изменения, не согласованные с остальными филиалами. Всю информацию об этом деле вы можете прочитать в документах, которые я раздал перед началом. Перед Альфредом никаких документов не лежало. Безобразие! Неужели этот Кёркланд думает скрыть свою наглую ложь, не дав ему ознакомиться с этой подделкой? − Где же моя копия? — спросил он, стараясь звучать одновременно непринуждённо и ехидно. − Вы получили бы её, приди вовремя! — неожиданно рявкнул Артур, быстро теряя нарочитое хладнокровие. — Что можно ожидать от компании, главные представители которой не имеют никакого представления о пунктуальности? — с последним вопросом он обратился в зал, широким жестом обводя всех присутствующих. Его глаза, о которых Альфред не мог перестать думать даже в такое напряжённое время, стали теперь откровенно злыми. — Если мы откажемся от совместного сотрудничества, то в долгосрочной перспективе только выиграем, − закончил он первоначальным ледяным тоном. − Для этого нужно единогласное решение, − раздался неуверенный голос. — Эту проблему нельзя решить за один день… − Действительно, − неожиданно согласился Артур, однако Джонс даже не успел выдохнуть с облегчением. — Но как известно, около половины оборудования и готового продукта из американского филиала поставляется в Великобританию. И для того чтобы прервать это сообщение, нужно единогласное решение только одного человека. Было излишним уточнять, какого именно. Альфред сжал под столом кулаки. Ну почему его начальник не мог настоять на онлайн-конференции и поговорить с этим остолопом лично? Почему он кинул в самое пекло своего подчинённого? В голове не было совершенно никаких полезных мыслей. Какой он всё-таки идиот! За что его только держат на работе? За талант к импровизации и небанальным решениям, конечно же! − Мы сможем перераспределить наш поток между другими странами, − твёрдо заявил он, тоже поднимаясь от волнения. − Разумеется, − процедил Кёркланд и ухмыльнулся довольно криво, — если другие страны согласятся, после того как узнают подробнее о последнем скандале. А времени это займёт достаточно, чтобы ваше производство понесло серьёзный ущерб. − Я думаю, сейчас самое время устроить перерыв, чтобы каждая из сторон смогла обдумать свои дальнейшие действия, − встрял незаметный человечек с ноутбуком под мышкой. — Все желающие могут присоединиться к фуршету. Мысль о фуршете немного согрела Альфреду сердце. Едва оказавшись за стеклянными дверьми зала переговоров, Джонс старался держаться как можно ближе к наглому англичанину. Попытка сразить того дипломатическими навыками провалилась с треском, но он всё ещё не терял надежды воспользоваться первоначальным планом. Кто знает, вдруг удастся растопить его сердце обходительностью и совсем крошечными романтическими намёками. Для последнего Альфреду даже не потребуется особых сил — этот парень действительно нравился ему, несмотря на то, что вёл себя по-свински. А как известно, наибольшая производительность достигается, когда рабочие мотивы смешиваются с личными. Но Артур подобного внимания, по-видимому, не ценил. На широкую улыбку Альфреда он ответил хмурой гримасой, от предложения принять бокал шампанского отказался, а когда Джонс попытался ненавязчиво прикоснуться к его локтю, отшатнулся и ушёл в другой конец комнаты. От расстройства Альфред умял целый поднос креветок, лишь запоздало почувствовав вкус. Фу, морепродукты. Только сумасшедшие могут любить такое. Впрочем, его новый знакомый Кёркланд, кажется, был не прочь их попробовать, судя по тому, как жалобно он оглядывал пустую тарелку. Джонс приготовился атаковать его сердце через желудок. − Если вы думаете, что ваше преследование каким-то образом повлияет на… − начал было Артур, раздражённо оглядывая вновь настигшего его Альфреда, но тот прервал его, выставив перед собой, как трофей, последнюю оставленную им креветку, наколотую на шпажку для канапе. − Я всего лишь хочу отдать это вам, мне будет очень приятно с вами поделиться, − заявил он, в общем-то, вполне искренно. − Большое спасибо, − отозвался Кёркланд и, приняв угощение, выкинул его в мусорную корзину.